1. TopicStarter Overlay
    Соня

    Соня Автор

    Сообщения:
    8.139
    Симпатии:
    427
    Строфа 7
    Основание очищения — это сам ум, его единство ясности и пустоты;
    Средство очищения — Великая Печать, великое упражнение Алмазного Пути;
    Очиститься нужно от поверхностных завес ложных взглядов.
    Пусть мы обретём плод очищения, совершенно чистое Состояние Истины!


    «Основание очищения - это сам ум, его единство ясности и пустоты». Эта строфа посвящена понятию очищения и тоже насыщена глубоким смыслом. Сначала речь идёт об основании просветления, затем - о средствах его достижения, и наконец - о самом его плоде. Эти три вещи называются также «Будда-природа», «путь» и «цель»; они удостоверяют неотъемлемую свободу всех живых существ. Поскольку ум сам по себе просветлён и со всем связан во времени и пространстве, то всё достижимо. Посредством целенаправленной работы можно достичь освобождения и просветления. Хотя ощущения по своей природе нескончаемы, как отражения или волны, зеркало и океан остаются неизменными. Поэтому сравнивают истину с луной, которая отражается в каждой луже. Поскольку ум всегда являл собой пространство и светоносную ясность, действительно можно положиться на того, кто всё воспринимает: с ним не может случиться ничего вредного. Такая радостная уверенность исходит от первой строки.
    Кармапа советует своим читателям несмотря на всякие непонятные ощущения и события доверять вневременной основе ума. Поскольку воспринимающий является пространством, сам по себе совершенен и неразрушим, то для него любое явление — подарок, и, значит, не нужно делать драму из ясности этого пространства - внутренних и внешних игр ума.
    На Западе этот взгляд оказывает сейчас освобождающее влияние; он выпускает воздух из идеи о том, что во время медитационного углубления вообще нельзя думать, и помогает христианам, у которых никак не получается думать только хорошее. Какими бы странными и многочисленными порой ни были всплывающие ощущения, на самом деле, ничто вообще не может быть нечистым, поскольку и внешнее, и внутреннее по природе своей - ум. Всё возникает в его светящемся пространстве, меняется в нём, воспринимается им и снова там растворяется.
    В религиях веры провозглашается понятие чистоты как состояние невинности и неопытности; оно многое исключает из жизни и всегда нуждается в защите. Тот, кто привык именно к этому значению, может вздохнуть с облегчением и расслабиться. Будда желает миру чего-то совершенно иного, и это-чистота, наполненная силой, сознательно питающаяся пестротой жизненных хитросплетений и обретающая проникающее видение для блага всех. Образом для сравнения могла бы служить не маленькая девственница, которую нужно оберегать от сильных впечатлений, но — зрелая женщина, без смущения направляющая свой проницательный взор на мир, со всей полнотой своего опыта.

    Итак, ум сам по себе пуст, не является вещью, но в то же время в своём выражении ясен, богат и сознателен. Если бы уму не была присуща чистота, как его вообще можно было бы очистить? Кусок угля от чистки только уменьшался бы, но алмаз блестит всё ярче. ум ведёт себя как алмаз.
    Взгляд Великой Печати основан на уверенности в том, что пространство, явления и восприятие неразрывно едины, влияют друг на друга и представляют собой беспрепятственную игру ума. Тот, кто разделяет этот взгляд, легко может находиться и в океане, и среди волн и замечать, как любое впечатление незамедлительно освобождает само себя и очищается собственной силой. Поскольку ум как пространство и ясность по своей природе всегда чист, то ему нужно только разглядеть это.
    Но наш противник, кстати, далеко не трехметрового роста, даже если мы с ним ещё не справились. Нужно просто понять цепь своих конфликтов и рассечь её в определённом месте, или растворить все конфликты в пустоте. Их первопричина-безначальная неспособность ума осознавать себя всеобъемлющим. Это порождает мешающие чувства, которые, в свою очередь, вызывают неловкие действия и неуместные слова. Когда созревают их плоды, мы оказываемся в затруднительной ситуации, отягощённые своими привычками и неприятными переживаниями, — и если не проработать их и не сорвать с них маску, то они и в дальнейшем будут вызывать поведение, приносящее боль.
    Мешающие состояния ума, хоть они и омрачают мироощущение неосвободившихся существ с безначальных времён, всё же остаются только на поверхности. Они не могут причинить вред безусловной пустоте, ясности и неограниченности ума. Особенно тем, кто имеет нездоровую тенденцию к вечному раскаянию, стоит поразмыслить: как может быть греховным или грязным то, что возникает из чистоты открытого пространства, играет в нём, распознаётся его ясностью и, в конечном счёте, снова возвращается во вневременное пространство?
    Если мы распознали свойство мешающих чувств не присутствовать раньше, не присутствовать также и позже, а в данный момент непрерывно меняться, то благодаря Алмазному Пути мы получаем в своё распоряжение неограниченные средства для работы с ними. Миражи, попросту выражающие беспорядочную подвижность ума, можно искусно преобразовывать и даже превращать в мудрость и активность. Смыслом любого целительного пути должно быть познание сильного, но пока еще не обученного ума, направленное на благо всех.

    «Очиститься нужно от поверхностных завес ложных взглядов» На высшем уровне главное - не оценивать. Очищение от мешающих мыслей и чувств наиболее действенно, когда не обращаешь на них внимания. Если просто заниматься своими делами, позволив им идти своей дорогой, то они быстро выпускают пар. Но при этом не нужно отказывать себе в удовольствии бросать иногда взгляд на их отчаянные выкрутасы. Некоторые из этих состояний можно сравнить с кинокартиной среднего пошиба, однако бывают и специальные предложения, из которых даже можно что-то почерпнуть. В то время как мы качаем головой при взгляде на то, к чему мы могли когда-то относиться серьёзно, внутренние тигры заметно теряют вес, а у крокодилов выпадают зубы. Мешающие чувства живут за счёт того, что получают подтверждение. Если они остаются вне игры, то их интенсивность постепенно убывает.
    Проблемы имеют лишь ту силу, которую мы сами им придаём. Если мы глубоко это осознаём, то завесы, лежащие на поверхности, растворяются и появляется достаточно свободного пространства для счастливой уверенности в том, что бесстрашная мудрость, самопроизвольная радость и активная любовь составляют истинную природу ума. Нет более надёжного пути к просветлению. Тогда пространство превращается во вместилище и больше не является чем-то разделяющим , и из его всеобъемлющей открытости самопроизвольно рождается всё необходимое. Любой вид проницательности, радости и мужества проявляется без каких-либо усилий. В конце концов ум узнаёт себя как зеркало и отражения одновременно; он ясно видит свою природу - вневременную, светоносную, сочувственную и дальновидно мудрую. В состоянии высшей полноты он един со всем сущим. Он является всем и знает всё, и во всём выражается его лучезарное богатство.
    Никогда не теряя плод очищения, практик щедро делится им с миром. Его самовозникшая ненапряжённосгь, активная здесь и сейчас для блага всех, позволяет другим познавать совершенство пространства. Так же, как рисунок на воде мгновенно растворяется снова, в Великой Печати всё безупречно и, в то же время, освобождено.

    Строфа 8
    Уверенность в правильности взгляда достигается отсечением сомнений в отношении основы;
    Стержень медитации в том, чтобы неуклонно придерживаться этого взгляда;
    Выдающееся поведение состоит в том, чтобы во всём искусно оттачивать осознавание, приобретаемое в медитации.
    Пусть мы будем иметь уверенность во взгляде, медитации и поведении!


    Цель практического буддизма в том, чтобы узнать природу вещей. Будда принимает только реальные факты. Хотя наука почти каждым своим прорывом ещё больше подтверждает его высказывания, — всё же, если бы какое-либо её утверждение явно доказывало, что буддизм где-то ошибается, то нужно было бы доверять науке. Это хотел бы сам Будда! Он не выдвигает никаких догматов, и даже при самом скрупулёзном исследовании его поучения должны оставаться логически обоснованными и применимыми в жизни. Поэтому вопросы, даже назойливые, необходимы. Но, судя по опыту, они означают, что человек просто ещё недостаточно узнал или «зациклился» на каких-то бессодержательных, исключительно формальных высказываниях, которые трудно услышать от Будды. Бывает, что мы смешиваем поучения о пути и цели - то есть, путаем относительный уровень (то, какими вещи кажутся) с абсолютным (их истинной природой). Таким образом, учение Будды может только выиграть благодаря основательному анализу. По всей видимости, среди религиозных лидеров только Будда имел основополагающее доверие к существам, и это обидно. Нет ничего прекраснее свободных людей.
    Соответственно, он не прибегает ни к какому давлению, не принуждая никого верить в то или иное. Человек должен делать только то, что для него самого убедительно. Любое подлинное развитие может происходить лишь на основе понимания и доверия. Будде не нужны были ни паства, ни подпевалы. Тот, кто понимает его объяснения природы вещей и применяет их в медитации, сможет всё более настойчиво держаться за осознавание своей Будда-природы. Таким образом, посредством упражнений поучения Великой Печати превращаются в стойкий опыт, и если всё ещё сохранялись какие-то сомнения, то они в процессе медитационного погружения становятся проникающим видением. Благодаря тому, что мы просто наслаждаемся достигнутой уверенностью, все узлы развязываются. Злость превращается в способность ясного восприятия, свободного от помех; убывающая гордыня позволяет замечать, как всё многослойно и богато; страстные желания, растворяясь, дают способность проводить различия; а там, где взгляд омрачали неведение и запутанность, возникают всё более частые радостные мгновения прямого видения. Так медитации Алмазного Пути связывают ум с его вневременной силой. Вне надежд и опасений, вне удерживания и неприятия, они ведут к окончательной непоколебимости; крючки поучений выдёргивают наружу кольца врождённой мудрости существ. Между переживаниями и за ними, а также и сквозь них он проявляется как свет ума.

    Поучения Будды своеобразны и дают совершенно особенный уровень видения также и в том, что касается отношения к мыслям. Кармапа советует не препятствовать мыслям - это, как показывает опыт, может вызвать внутренний эффект «матового стекла» - и не стараться удержать приятные ощущения, что до сих пор никому не удавалось, а «набирать вес», пребывая в состоянии осознанности. Это непреклонное доверие к самому воспринимающему является характерным признаком учения Будды. Когда ученики Миларепы раздражались из-за мыслей и чувств, он говорил им: зачем сетовать на то, что есть кусты и облака, когда вы знаете бесконечность гор и океана? В поучениях Великой Печати ум сравнивается также со слоном, а мысли с колючками. Колючки острые, но у слона толстая кожа.

    Действительная медитация означает, что мы осознанно покоимся в том, что поняли и признали как истинное. Когда ум в результате этого очищается и прибавляет в силе, мы просто становимся лучше. у всех буддийских медитаций цель только одна: они должны способствовать свободному от усилий пребыванию в том, что есть. Медитация должна вызывать раскрытие всех способностей ума. Свойственная уму проницательность, пробуждаясь, переживает самоё себя как в высшей степени отрадное состояние, в котором непринужденно и по-разному проявляется внутреннее Богатство.

    Именно это и называется выдающимся поведением - черпать из полноты возможного с убеждённостью в том, что высшая истина равноценна высшему блаженству, а пространство само по себе безгранично. Эта свежая смелость, которая всё освобождает, возникает вследствие шлифовки драгоценного камня ума. В результате то, что было признано правильным в голове, падает в открытое сердце. Изнутри это переживается как состояние «само собой разумеется». Таким образом, имеющее смысл для повседневности, но всё же узкое видение «или-или» обрамляется освобождающим «и то, и другое». По мере того, как просветлённые круги силы всё яснее ощущаются и во внешнем мире, и в нашем собственном теле, наше счастье становится безбрежным.

    Медитация во всём? Это означает, собственно говоря, не терять осознавания того, кто осознаёт. Многие чувствуют, насколько это важно, но, к сожалению, мало кто считает себя способным это делать. Но это и нелегко. Здесь нужны длительные сознательные усилия, постоянные повторения упражнений, оттачивающих взгляд, до тех пор пока воспринимающий не научится больше не терять ощущение самого себя даже в потоке самых интенсивных переживаний. Если всё остаётся нескованным и подобным сну, если везде видится много простора, то уже можно считать, что мы на верном пути. Неведение ведь было всегда, и победа над столь цепким противником может потребовать времени.
    Здесь любые вложения сил оправдывают себя, и прежде всего - те, что рассчитаны на долгое время. Каждая мантра имеет смысл, каждое стремление придать свежесть взгляду Великой Печати приносит пользу. Если видение, медитация и поведение дополняют друг друга в жизни, желанные результаты обязательно придут. С удивлением видишь, как впечатления, которые накапливались в подсознании существ с безначальных времён, превращаются в различные виды просветляющей мудрости.
     
  2. TopicStarter Overlay
    Соня

    Соня Автор

    Сообщения:
    8.139
    Симпатии:
    427
    Строфа 9
    Все явления суть миражи ума;
    Ум — это не «какой-то один» ум, он — пуст по своей природе;
    Всё — пусто, но одновременно проявляется беспрепятственно.
    Пусть мы при помощи точного исследования узнаем настоящую природу ума!


    «Все явления суть миражи ума». Всё внутри и снаружи - игра ума. То, что восприятие мира зависит от чувств и внутренних состояний воспринимающего, известно по крайней мере когда дело касается других. Такое благоразумие — более редкое явление в отношении самих себя. Похоже, что рай и ад совершаются в собственном уме, и каждый создаёт мир сам для себя. Эта закономерность называется «карма», и, у этих обусловленных состояний нет начала. Они сильны лишь до тех пор, пока ум не узнает своё вневременное пространство, неразрушимое зеркало позади отражений.
    Откровение Будды, что высшая истина равнозначна высшей радости, действует освобождающе. любой подъём духа сам по себе является богатством и радостью; Будда же настаивает на том, что пространство само по себе является радостью, и этот взгляд приносит всеобщее избавление.
    Но утверждение, что все создается умом, относится в равной степени и к внешнему миру. совместно воспринимаемый мир является игрой ума, обладая не большей реальностью, чем коллективный сон. Сейчас, когда люди научились конденсировать частицы из света, разделение между бытиём и небытиём исчезло, и их можно назвать двумя сторонами одного целого. Эти слова в действительности означают конец всего стесняющего во времени и пространстве.

    Но как можно объяснить при помощи двойственных понятий возникновение и исчезновение вселенных? Вот объяснение Будды.
    Однажды мир сгорает, и это событие очень похоже по описанию на представления звездочётов о том, что произойдёт через десять миллиардов лет. И тогда потоки сознания тех существ, которые ещё не достигли освобождения и не знают собственной природы, присоединяются к обитателям других исчезнувших миров где-то в бескрайнем пространстве.
    Когда накапливается достаточная масса умственных впечатлений — кармы, сгущается новый мир. Это происходит автоматически. Поскольку пустота не является чёрной дырой, но содержит в себе все возможности. Так, мудрость осознавания богатства всех явлений - коллективная гордость непросветлённых существ - вызывает возникновение всего твердого; зеркальная мудрость - их злость - рождает всё текучее; различающая мудрость - привязанность существ - проявляется как тепло; мудрость опыта - их ревность - становится постоянным движением, подобным движению ветра; а всепроникающая, спонтанно возникающая мудрость, ошибочно воспринимаемая как изначальное неведение, вызывает недооценку пространства: оно приравнивается к разделению и дистанции. Вследствие последнего заблуждения мы не видим пространство как вместилище, не замечаем, что вокруг вещей всегда гораздо больше простора, чем между ними. Итак, внешняя рамка, мир, сгущается из коллективного сознания существ, и одновременно их карма проявляется как способ контакта с этим миром — их тело и восприятие. Поэтому краеугольным камнем в буддизме является поучение о том, что ум — творец всего. Не только наше восприятие мира - это ум, но также и сам мир.

    Когда развитие существ делает возможным получение абсолютного знания об уме, безграничная любовь и сила пространства выражаются в появлении Будд, которые указывают путь к освобождению и просветлению. Если позволяют условия какого-либо времени и места, то в бесчисленных мирах рождаются просветлённые, которым знакомы прошлое, настоящее и будущее. Всё в их жизни является примером, и их цель исключительно в том, чтобы освобождать всех существ от неведения и боли. Их влияние часто сохраняется в мире в течение нескольких тысячелетий.
    В начале периода их деятельности Будд понимают непосредственно, затем следует время, когда их средства, главным образом, всесторонне используются в медитации. После этого тексты толкуются и изучаются интеллектуально. Затем люди довольствуются бессодержательными обычаями и монашескими одеждами. И наконец, после дальнейшего упадка влияние Будды заканчивается. Люди становятся грубыми по отношению друг к другу и к самим себе. И только после многих ненужных трудностей они снова готовы оставить в промежутках между своими мешающими чувствами так много пространства, что может появиться следующий Будда. Благодаря его учению повторяется та же волна духовных предложений, опять многие достигают освобождения или просветления, пока абсолютный взгляд не теряется снова и не наступает опять «тёмное» время.

    На самом деле, эти пять периодов по 500 лет, предсказанные Буддой нашей исторической эпохи - Буддой Шакьямуни, завершились в Азии 50 лет назад. Неприятно, когда так точно сбываются плохие предсказания, но большинство старых буддийских культур в наше время либо стали жертвой жадного материализма, как в Японии, Таиланде и часто среди китайцев за пределами Китая, или подверглись уничтожению в результате насильственного приобщения к господствующей идеологии на севере и расцвета национализма на юге Азии. Сегодня живые поучения Будды уровня Алмазного Пути хранят только государство Бутан и тибетские беженцы.
    Однако похоже, что достаточное количество людей с подходящей для буддизма кармой нашло своё перерождение на Западе. Решающее знание о природе ума может сегодня применяться в свободных культурах европейского типа, существующих в мире, и не исключено, что однажды оно даже вернётся оттуда в Азию свежей струёй.

    Таков был смысл первого высказывания Карманы при взгляде через телескоп. Каков он, если посмотреть через лупу? Это объясняется в следующих строках.
    После того, как внешний мир показан в качестве ума — «все явления суть миражи ума», - если поискать сам ум, то всё вещественное исчезает. То есть, на самом деле нет ничего, что можно было бы назвать умом. У него нет ни размера, ни очертаний, ни формы, ни вкуса, ни напряжения, и он даже не является никакой «тонкой материей» (что бы это понятие ни означало), как хотелось бы его видеть некоторым, кто испытывает недостаточно доверия к пространству. У него нет никаких черт, позволяющих «показать на него пальцем», найти или обозначить его каким-либо образом. Он - пуст по своей природе и не является вещью. Состояние Истины ума есть тот факт, что этот бесконечный простор свойственен сознанию, как это могут ощущать в моменты внезапных вспышек вдохновения и те, кто не занимается медитацией.

    «Всё-пусто, но одновременно проявляется беспрепятственно». Эта строка указывает на качества, воспринимаемые как ясность и безграничность ума. Она подразумевает Состояние Радости и Состояние Излучения, характеризуемое мощными, направленными в будущее делами. Состояние Излучения проявляется в виде существ, которые сознательно перерождаются для блага других в силу прошлых обещаний. Хотя ум, как это описано выше, свободен от каких-либо собственных черт, возникает всё снаружи и внутри как присущее ему богатство. Радость и полезные действия рождаются из его пространства, играют в нём свободно, узнаются его ясностью и снова исчезают без усилий, возвращаясь в его неограниченность.

    Хотя ум сам по себе неуловим, он проявляет бесконечное разнообразие. Он позволяет всему возникать, он охватывает и осознаёт всё, что происходит и может происходить в его внешнем и внутреннем пространстве. Убедительнее всего здесь пример сна. Постоянно изменяющийся внешний мир -это общий сон всех существ.
    Это отсутствие подлинной реальности охватывает как природу мыслей и чувств, так и кажущийся столь твёрдым мир.
    Проявление и непроявление лучше всего понимать как стороны одного целого, этот проникающий взгляд даёт приятное ощущение обилия пространства. Он показывает всеобщую обусловленность и даёт зрелость и понимание того, что только воспринимающий, пространство-ясность-неограниченность ума — нечто действительное и истинное, а всё переживаемое возникает и снова исчезает. Но наша наука ещё не продвинулась настолько, чтобы определять мир как результат накопленных впечатлений и чувств его обитателей.
     
  3. TopicStarter Overlay
    Соня

    Соня Автор

    Сообщения:
    8.139
    Симпатии:
    427
    Строфа 10
    Самовыражение, которое не существует как таковое, понимается как нечто вещественное;
    Из-за неведения самоосознавание определяется как «я»;
    Приверженность этой двойственности вызывает блуждание в обусловленном мире.
    Пусть мы сможем вырвать корень ошибки — неведение!


    Кармапа указывает сначала на ясность ума, и во вторую очередь на его природу пространства. Он говорит об отражениях прежде зеркала, о волнах прежде океана, и вроде бы подчёркивает воспринимаемое больше, чем воспринимающего.
    «Самовыражение, которое не существует как таковое, понимается как нечто вещественное». Беспрестанные игры ума, внешне возникающие как воспринимаемые миры и обстоятельства, а внутренне - как непросветлённые мысли и чувства, из-за изначального неведения переживаются как реальные и существующие сами по себе. Мы думаем: «Это- есть», «Таково настоящее положение дел», «Таково моё настоящее ощущение». Причина такой интерпретации мира - в инертности наших органов чувств. Но если пристальнее рассмотреть как внешний, так и внутренний мир, то там не найдется ничего твёрдого. Все колеблется и трансформируется всё время, будь то вселенные, атомы, мысли или чувства; всё, что мы воспринимаем, постоянно находится в потоке изменений. Например, сначала вода в стакане — это внешний объект. Затем мы её выпиваем, и вот она уже — часть нас. А несколько позже остается только надеяться, что выпущенный нами азот поможет вырасти паре цветочков. Подобным же образом изменяются внутренние состояния, и иногда существа способны отнестись к ним с большей дистанцией, а иногда оказываются всецело ими захвачены. Несмотря на то, что кадры постоянно сменяются, вплоть до освобождения мы считаем весь этот диснейлэнд настоящим.

    Подобно тому, как проявление ума (его ясность) понимается как нечто вещественное и поэтому отдельное, его осознанность (воспринимающий) сводится к ограниченной идее «себя», или «меня». «Из-за неведения самоосознавание определяется как «я»». Но эта двойственность — всего лишь идея. В древних текстах используется метафора с глиняным кувшином: когда он разбивается, исчезает граница между воздухом снаружи и внутри, и выясняется, что прежняя разделённость была лишь кажущейся.
    Нечто реальное должно обнаруживать стойкие признаки реальности. Но только воспринимающее пространство отвечает этому условию. Будучи пустым по своей природе и свободным от каких-либо сужающих признаков, оно не ограничено временем и местом и содержит в себе все совершенные качества. Кроме того, оно действует, проявляя активную любовь, и потому предоставляет нам подлинное прибежище.

    2550 лет назад Будда не уставал объяснять своим ученикам, каким образом помехи поражают ум, который, судя по всему, должен быть столь способным. Он сравнивал ум с глазом, который всё ясно распознаёт, но не видит сам себя. Вследствие этого его воспринимающее пространство, уровень истины ума, недооценивается и определяется как «я». Хотя ни тело не является прочным, ни чувства и мысли не обладают какими-либо конкретными качествами, будь то размер, цвет или форма, эта неверная оценка увековечивается вневременной привычностью. Из-за привязанности ума к своим сменяющимся ощущениям, его ясность — всё, что ум воспринимает как снаружи, так и внутри - превращается в «тебя» или нечто самостоятельное. Поскольку вплоть до просветления мы не способны видеть, что пространство и его одаренность, воспринимающий и воспринимаемое - это разные стороны одной и той же неограниченности ума, то появляются главные мешающие чувства: запутанность, привязанность и отвращение. Из них возникают гордость исключающего типа, жадность и зависть, и из их многообразных сочетаний. Будучи обусловленными и переменчивыми, они всё же переживаются как настоящие и приводят поэтому к бесполезным мыслям, неуместным словам и неловким поступкам. Когда посеянные таким образом недоброкачественные впечатления созревают в виде сложностей, внутренних и внешних, то мы по привычке сваливаем вину на других и обеспечиваем себе тем самым плацдарм для дальнейшего трудного поведения.

    Если бы мы могли видеть в этих мешающих состояниях то, чем они являются, всё было бы легко. Мы бы тут же определяли их как плохие фильмы на своём внутреннем экране — фильмы, которые умный человек смотреть не стал бы. Но — мы этого не делаем. Быть непросветлённым - это как раз и означает подавляющую неспособность выбирать желанные состояния и не обращать внимания на проблематичные. Мы относимся к всплывающим чувствам как к настоящим , в большинстве случаев не понимая, что мы сами же создали для них причины, что каждый безостановочно творит свою собственную жизнь и карму. «Приверженность этой двойственности вызывает блуждание в обусловленном мире». Субъект видит только ощущаемое, и с ним случается то или это. Не сознавая, что только воспринимающий реален и един со всем сущим.

    Воспринимающее пространство и воспринимаемые им чувства, мысли и миры кажутся отличными друг от друга, однако беспристрастное рассмотрение показывает, что их скорее можно сравнить с волнами или течениями в океане, или с паром, облаками и дождём как различными формами проявления воды. Они являются выражением одного и того же.
    ...из общераспространённого понимания мозга как производителя сознания следовал вывод, что с разрушением мозга исчезает и ум. Эта идея была весьма безрадостной, означая непривлекательное «ничто» после смерти, и то и дело подвергалась сомнению, поскольку противоречила столь многим фактам. ...С тех пор наши неописуемо блаженные откровения о единстве сознания и внешнего мира получали всё больше научных подтверждений. Похоже, становится бесспорным положение о том, что все явления - это ум, а он по своей природе - открытое пространство.
    Внутренне это выглядит следующим образом. Мы можем весьма убедительно описать воспринимающего как сознательное пространство — то, что знает и понимает. Умственные потоки существ -это движения внутри него, подобные течениям в океане. Но нетрудно представить себе, что чувствует непросветлённый ум, испокон веков опирающийся на иллюзию «себя». Не зная необусловленной и вневременной грани своего восприятия, он не может пробиться сквозь причины и следствия и после расставания с очередным телом стремится, согласно своим привычкам, к новому состоянию узости. А всё ведь могло быть так просто! Раз у ума нет никаких вещественных признаков, - он подобен пространству без начала и конца. Но, пока он этого не поймёт, он ошибочно принимает поток своих впечатлений за нечто истинное и блуждает в обусловленном мире.

    Это подобие сну, как уже было сказано, относится не только к внутренним ощущениям, но и к миру, внешней рамке, которая видится всеми как реальная. Где ее реальность? Частички, из которых она состоит, исчезают в пространстве так же, как появляются из него. Без стесняющих представлений о существовании и несуществовании, проявлении и пространстве, автоматически раскрываются все просветленные качества тела, речи и ума. «Если нет ничего, внутри или снаружи, то это пространство ума; когда что-то появляется, будь то миры снаружи или ощущения внутри, то это его ясность, беспрепятственная игра; тот факт. что возможно и то, и другое - это его неограниченность»

    То, что пространство и ясность свободно играют и неразделимы, свидетельствует о бесконечных возможностях пространства. Это современный способ выражения. Будда 2550 лет назад учил этому такими словами: «Форма есть пустота, пустота есть форма, форма и пустота неразделимы». Уже тогда он знакомил мир с этим прозрением .дарящим окончательное освобождение. Тот, кто понимает, что все есть ум, должен лишь доверять своей мудрости, поскольку он вырвал все корни неведения.

    Но удалить можно только то, что стоит на пути просветленного опыта. Невозможно ничего отнять у неограниченного ясного пространства ума, и также невозможно к нему ничего прибавить. Ученые веками пытались постичь его посредством понятий, однако постижение приходит лишь по ту сторону всех идей. Несмотря на примеры столь многих великих практиков, в это, похоже, трудно поверить.
    ...Так и с теми, кто ищет ум в своих мыслях, идеях и чувствах, не обнаруживая, что именно ищущий является предметом поиска. Именно ум видит и воспринимает. Чем больше смотришь на мир через призму такого отношения, тем бессмысленнее становится все двойственное. События и пространство тогда суть грани единого целого, которое играет в проявлении - а также в непроявлении - нескончаемого многообразия. Сила подобного сознания «и то, и другое» так велика и многогранна, что пропадает всякий страх собственной открытости.
    Представители Алмазного Пути также и в наше время показывают, как можно трансформировать любую ситуацию в самовозникшую радость. просветление - непоколебимо, безгранично и лежит по ту сторону всех концепций. Ощущается нечто ценное, всеобъемлющее и мощное.


    Строфа 11
    Он — не существующий, ибо даже Будды не видят его;
    Он — не несуществующий, ибо являет собой основу всего, — как запутанности, так и проникновения в суть;
    Здесь нет противоречий, это — срединный путь единства.
    Пусть мы познаем реальность ума, свободную от ограничений.


    Чтобы передать всепобеждающее проникновение в природу ума, в этой строфе Кармапа, как обычно, сначала обращается к его пространству. Способность покоиться в самом мгновении и быть во всём как дома является неописуемым богатством. Здесь речь идёт о глубочайшем опыте.
    Ум невозможно отыскать как нечто вещественное, и он не существует в качестве объекта восприятия Просветление молодого Сиддхарты Гаутамы как раз и наступило вследствие осознания того, что нет никакого собственного, отдельного ума Тогда отпали надежды и опасения, ограничения типа «завтра и вчера», привязанность и отвержение. Беспрепятственное раскрытие сознания сделало его Буддой. Будда называет его «пустым». Сегодняшнему пониманию будут, пожалуй, ближе такие слова, как «подобный пространству» или «не вещь» Японцы, в соответствии со своими склонностями, говорят о «не-уме», подчеркивая тем самым простую истинность ума, его самодоказанность и его пространственность, в то время как три «старые» школы Тибета - школы Алмазного Пути — главным образом воодушевляются многообразными проявлениями его аспекта радости. Ведь происходят самые разные вещи, постоянно возникают и исчезают миры и ощущения снаружи и внутри, и тот факт, что возможно и то, и другое — и пространство, и явления в нем - не содержит в себе противоречий, но показывает неограниченность ума, в которой все сходится. Если мы настроены прежде всего на то, что ум - это пространство, мы в первую очередь становимся бесстрашными. То, что не является вещью по своей природе, нельзя разрушить. Бесстрашие не означает, что мы пренебрегаем этой жизнью, речь идет о глубокой неустрашимости, пропитавшей нас до мозга костей Мы точно знаем и чувствуем то в нас, что воспринимает все преходящие явления, само по себе неразрушимо. Эта абсолютная уверенность создается возрастающим осознаванием того, что ум по своей природе — пространство.

    И почему же это осознавание так меняет людей? Потому что ранее они были беззащитны.
    В начале духовного развития почти каждый думает, что является своим телом Но тогда подтверждается реальность болезни, старости, смерти и потерь, и боль неизбежна Если мы меняем коня и начинаем думать, что являемся своими мыслями и чувствами, то это не очень нам помогает. Будучи обусловленными, мысли и чувства по своей природе изменчивы и лишены какой либо стабильности. Невозможно удержать приятные состояния, и особенно запутывает то, что плохие состояния становятся тем сильнее, чем больше с ними борешься

    Если мы приходим к осознанию того, что ум означает массу возможностей, но сам он неизменен, - то многообразие его проявлений становится радостью Тогда все внешнее и внутреннее ощущается как его богатство, свежее и неповторимое само по себе. Сознание связывает и охватывает все, и мы действуем, опираясь на эту мудрость, «здесь и сейчас». Запутанность и обусловленное новое понимание свободно играют и снова растворяются в бесконечном пространстве. Поэтому Кармапа описывает ум как не существующий и одновременно не «несуществующий».

    Что без противоречий связывает эти два высказывания об уме? Понимание того, что и пространство, и ясность являются неотделимыми друг от друга сторонами одной и той же неограниченности. Эти две строки дополняют друг друга в срединном пути единства, неклейкой нирване по ту сторону запуганности и скованности голым покоем. Они показывают беспредельность природы ума. Хотя его можно описать только как безграничное сознательное пространство, это пространство охватывает и ощущает всё, что есть. Осознание этого есть просветление, а не-осознание - запутанность, которая свойственна всем непросветлённым существам и ведёт к переживанию мимолётных состояний и страданий обусловленного мира.

    Тот, кто вместо сменяющихся отражений осознаёт зеркало и не теряет из виду глубину вневременного океана под волнами, кто может осознавать осознающего сквозь всё осознаваемое, - безостановочно и без сомнений работает для блага всех существ. Он, в то же время, смотрит на страдание и счастье с одинаковым радостным изумлением просто оттого, что такие явления возможны. Постижение того, что ум ничем не скован, приносит свободу и позволяет наслаждаться и ожидаемым, и неожиданным, не теряя силы. Именно это состояние является целью медитаций Алмазного Пути.
     
  4. TopicStarter Overlay
    Соня

    Соня Автор

    Сообщения:
    8.139
    Симпатии:
    427
    Строфа 12
    Невозможно указать на него посредством утверждения, сказав:
    «Этим он является»; Невозможно указать на него посредством отрицания, сказав: «Этим он не является»;
    Реальность, неподвластная рассудку — несоставная.
    Пусть мы найдём убеждённость в окончательном значении!


    Ум невозможно описать как то или это, поскольку у него попросту нет никаких субстанциональных свойпв. Но его нельзя и отрицать: ведь мы постоянно что-то ощущаем. Непросветлённые же существа считают происходящее реальным. Ум как воспринимающий есть вневременное пространство. То, что возникает снаружи и внутри, изменяется, воспринимается и снова исчезает - это его ясность. Тот факт, что может быть и то, и другое, что между ними происходит постоянный взаимообмен и они никак друг другу не препятствуют, показывает неограниченность ума Ум в любом случае может узнать сам себя лишь за пределами всех понятий, и быстрее всего это происходит на основе всепоглощающего чувства благодарности, доверия и открытости, которое мы ранее назвали преданностью Такое искреннее стремление к совершенству оставляет все меньше места для надежд и опасений Так представления о существовании и несуществовании теряют свой корень, и ум вынужден узнать себя.
    Нет другого совершенства, кроме познания собственного ума, и на одном концептуальном понимании далеко не уедешь Лишь благодаря повторению одних и тех же простых основных положений подобные поучения оседают достаточно глубоко и приносят непоколебимую внутреннюю зрелость, на которую можно положиться.

    Хотя само это открытие, что счастье можно найти только в уме, уже является результатом очень хорошей кармы, все же на пути еще есть над чем поразмыслить Главный источник проблем непросветленных существ - это ошибочное восприятие, заставляющее нас считать себя личностью, неким «я», реально существующим и отделенным от целого. Отсюда следует желание наделить это воображаемое «я» неизменными и приятными качествами. Однако это совершенно невозможно, поскольку все, что можно вообразить, относится к области обусловленного.
    Но, как бы мы ни старались придать «съедобные» качества этому несуществующему на самом деле «я», - затраты вряд ли окупаются. Если пытаться сделать из несуществующего себя или меня «одухотворенную личность» или «возвышенное я», то теряется собственная середина.

    «Реальность, неподвластная рассудку - несоставная» В отличие от сказанного выше, глубокое доверие к «здесь и сейчас» приводит все к полному расцвету. Здесь мы видим, что высшая истина есть вневременная радость, сила, уверенность и любовь, что все совершенные качества возникают сами собой из лучезарного пространства. Вне всяких сомнений становится ясно, что существа -как мы сами, так и все остальные — являются Буддами, которые этого просто еще не осознали, и что мы окружены сферой высшей радости, где каждая частица дрожит от наполненности и скрепляется любовью. достаточно очистить восприятие. Даже самые прекрасные ожидания и самые милые сны наяву меркнут на фоне богатства всего, что происходит в действительности. Просветление - это осознание умом своего пространства ясности-неограниченности. С тех пор присущие ему совершенные качества проявляются без конца.

    Так в чем же окончательный смысл того, что называется просветлением?
    Собственно говоря, Великая Печать - это ничто иное, как постоянное, осознанное и безудержное самораскрытие очищенного ума. Основу для этого предоставляет вневременная Будда-природа всех существ, а пути ведут к слиянию с просветлением, как можно раньше подкреплённому реактивным зарядом высшего взгляда. Цель выражается в самоосвобождающем, свободном от усилий проявлении всех возможностей пространства.
    Как выглядит это состояние ума в жизни? Если кто-либо постиг, что его природа — пространство, то в его поведении неуклонно просматривается глубокое видение и уверенность. Благодарность и состояния радости, возникающие без внешних причин, показывают, что он осознаёт игривую ясность ума. Наконец, его пребывание в неограниченности ума выражается через сочувствие.
    Достигший просветления действует без иллюзии разделённости между действующим, объектом и действием. Просветлённые виды мудрости также возникают сами собой в «здесь и сейчас», без всякого напряжения. Их преображение заслуживает того, чтобы упомянуть о нём неоднократно. Злость распознаётся как зеркальная мудрость, гордость становится уравнивающей мудростью, привязанность — способностью проводить различия и даже запутанность предстаёт в новом обличье — как всепроникающее глубокое видение. Нетрудно понять, почему Кармана рекомендует это «окончательное значение» как желанную цель!

    Строфа 13
    Не познавший природу ума дрейфует по океану запутанности,
    Осознание же её — ничто иное, как состояние Будды.
    Тогда отпадает всякое «он — это, он — не то».
    Пусть мы постигнем природу реальности, основу всего!

    «Не познавший природу ума дрейфует по океану запутанности». Как опыт обусловленного мира, так и страдание существ имеют только одну причину: непросветленный ум не осознаёт сам себя. Не распознающий зеркало за его отражениями, не видящий океана под его волнами считает обусловленное и преходящее реальным. В результате ум тянут туда-сюда приятные и неприятные переживания, он растрачивает свою силу в надеждах и опасениях и неизбежно зависает в прошлом и будущем.
    Неспособное понимать, что воспринимающий, воспринимаемое и восприятие взаимодействуют и являются разными сторонами единого целого, пространство ума осознаёт себя как «я» и переживает свою ясность, свою беспрепятственную игру как «ты» или что-то от себя отделённое. Из этой ощущаемой, однако не существующей двойственности возникают основные мешающие чувства - запутанность, привязанность и отвращение, и они влекут за собой дальнейшие обременительные состояния.
    Если разобраться как следует, то переживание мешающих чувств - как, впрочем, и все другие страдания - это самоочищение ума Таким образом мы сбрасываем с себя груз Если удается не впутываться в новые несчастья, позволяя этим состояниям проходить мимо, то с их уходом мы освобождаемся от трудных подсознательных впечатлений. Уже само их появление представляет собой очищение ума.

    Коварство мешающих эмоций в том, что, несмотря на их призрачность, они кажутся реальными и побуждают к соответствующим действиям. Так продолжается до освобождения. Если не очиститься от недоброкачественных семян, засеянных под их воздействием посредством тела, речи и ума, то семена эти впоследствии созреют в виде внешних и внутренних сложностей. Они всходят всегда, если не были вовремя удалены при помощи медитации. Пока нет знания природы ума, любое событие окрашено внутренним отношением и ограничено во времени и пространстве. Поскольку мы воспринимаем лишь череду собственных переживаний, но не вневременное пространство сознания, то цепочка обусловленных перерождений не прерывается, и даже самые счастливые из непросветленных существ не покоятся сами в себе и не обладают самоудовлетворённостью, свободной от желаний. Они также хватаются за счастье и стараются избегать всякой боли. Они тщетно пытаются держаться за приятное и обходить все проблематичное, хотя это, по сути, невозможно.
    «Осознание же её - ничто иное, как состояние Будды». Понимание ума таким, какой он есть и был всегда, приносит моментальное освобождение. Это - конец всякой обедняющей двойственности. Узлы мешающих чувств развязываются сами собой, лишаются корня неловкие действия и неуместные слова, а собственные болезненные ощущения и комичное поведение будет лишь вызывать удивление. Из простора ума проявляются все его вневременные совершенные качества. Если мы постигли то, что воспринимающее пространство неразрушимо, обладает бесконечным богатством выражения и в своем многообразии неподвластно никаким препятствиям , — то это сводит на нет все ожидания и опасения. Когда лучезарная мощь ума все отчетливее узнает себя за своими чередующимися впечатлениями, проявляются бесстрашное всеведение, самопроизвольная радость и активная любовь Это и есть состояние Будды.

    Все обусловленное находится в постоянном течении; бытие и небытие, проявление и непроявление суть выражение одного целого, и поэтому невозможно постичь ни внешний, ни внутренний мир посредством взгляда «или-или» Хотя на относительном уровне приходится действовать так, будто воспринимаемый в данный момент мир явлений - настоящий, в окончательной перспективе все, и внутри, и снаружи,- составное и мимолетное.
    Сам Будда называл мир явлений бредовой идеей, радугой, пузырём на воде, миражом и тому подобным. Современный взгляд определил бы этот мир как внешнюю рамку, которая беспрерывно сгущается из бесчисленных общих тенденций существ и видится через цветные очки личных меняющихся настроений. И то, и другое обусловлено кармой, причинно-следственной связью, и от этого можно освободиться. Растворение привычки окрашивать мир в гамму собственных чувств называется освобождением, и если добавить к нему исчезновение всех застывших идей, тогда это - просветление. Тогда ум функционирует и наслаждается всем без препятствий.

    Миры, которые с абсолютной точки зрения являются свободной игрой возможного, а в свете обусловленного понимания - соответствуют наклонностям существ, а также наше собственное восприятие этих миров - всё это ум. Они состоят из того, что рождается из пространства на основе наследственности, органов чувств и изменчивых состояний существ и что те в результате переживают. Поскольку всё это не обладает никакой прочностью, проникающее видение того, что ум сам по себе — ясный свет, тут же открывает перед нами возможность вневременного, ничем не окрашенного восприятия. Это видение разоблачает ограниченное восприятие «завтра и вчера», удержание и отталкивание как обусловленные и необязательные. Истинное постижение обрёл тот, кому нет нужды что-либо доказывать или оправдываться, кто во всём выражает богатство ума.
     
  5. TopicStarter Overlay
    Соня

    Соня Автор

    Сообщения:
    8.139
    Симпатии:
    427
    Строфа 14
    Проявление — это ум, пустота — тоже;
    Познание — это ум, заблуждение — тоже;
    Возникновение — это ум, и растворение — тоже.
    Пусть мы перестанем что-либо приписывать и отрицать в отношении ума!


    Всё есть ум, независимо оттого, доступно ли это идеям и понятиям. тот, кто покоится сам в себе, располагает всем. Вся самопроизвольная активность, все озарения будут с нами, если мы не зависаем в «завтра и вчера», если позволяем переживающему, переживаемому и переживанию быть едиными, не надеемся и не опасаемся. Химера нашего «я» недолго выдерживает растущую уверенность в том, что всё само по себе истинно и без усилий самодостаточно. Тогда рассыпается карточный домик эго, и естественно проявляются просветлённые свойства ума.
    Проявление обозначает ясность ума, его богатство и разносторонность. Какими бы реальными ни ощущались вещи, ничто не остаётся навсегда. Как при внешнем, так и при внутреннем рассмотрении всё оказывается обусловленным и составным. Как все наши ощущения не останутся с нами, но рано или поздно вернутся в пространство, так и во всём материальном нет никаких строительных кирпичиков, которые придавал и бы ему реальность. При столкновении друг с другом в циклотроне исчезают даже мельчайшие частицы, и тогда весь мир предстает как уже описанный ранее коллективный сон.
    Пустота указывает на пространственную природу ума, на его вневременную основу - то есть, на самого воспринимающего, на «еще не случившееся». Ее простору свойственны все возможности, и никакая карма, никакие накопившиеся в сознании впечатления не могут как-либо ее сузить. Она была, есть и всегда будет абсолютно свободной.

    «Познание — ум». Это слово обозначает состояние, в котором ум осознаёт свою собственную природу: когда глаз смотрит в зеркало и видит сам себя, когда океан сознаёт себя под волнами, когда воспринимающий узнаёт себя как вневременный ясный свет. В это мгновение беспрепятственно излучаются нескончаемые качества ума. Не подвергаясь влияниям извне и помехам со стороны тех или иных представлений, эти качества будут постоянно свидетельствовать о том, что просветление — это ничто иное, как познание пустоты, ясности и неограниченности сознания.

    Заблуждение означает состояние ума, предшествующее осознанию им своих абсолютных свойств. Тогда видится не вневременное зеркало, но его картинки. Тот, кто не обладает неразрушимым доверием к пространству, считает преходящие события и собственные представления настоящими и, в зависимости от своего нрава, так или иначе реагирует на них. Он тогда подобен глазу, который воспринимает только впечатления, но не самого себя.
    Возникновение - это свободное развёртывание ума, его игра, выражение его способностей. Здесь появляются Будды из энергии и света со своими энергополями, уровнями чистого присутствия. Отсюда гораздо легче удаётся сделать следующий, окончательный шаг в Состояние Истины, чем из обремененного различными чувствами повседневного сознания.

    Растворение означает самоосвобождающее возвращение проявлений и ощущений в пространство. Если уметь при этом не терять осознавания того, кто осознает, не опираясь на какие-либо внешние или внутренние средства, то это есть всепроникающее ясное видение. В медитации Алмазного Пути мы можем в полной мере достигать этого в удачной фазе завершения, когда мы спиваемся с формами Будд, и возникает безбрежное, вневременно сияющее пространство. Тогда это - ступень совершенства («дзогрим»),

    Будда описал положение дел в мире известной фразой: «Форма есть пустота, пустота есть форма, форма и пустота неразделимы». Великая Печать, 1500 лет назад названная «Маха-мудра» на санскрите и 1000 лет назад - «Чагчен» по-тибетски, направлена как раз на этот опыт. Она как бы скрепляет печатью то, что воспринимающий и воспринимаемое, пространство и проявление обуславливают друг друга, при этом не имея собственной природы или долговечных характеристик. То же относится к неограниченности, которая делает возможным и то, и другое. Эти три свойства являются взаимодополняющими гранями Состояния Сущности, которое связывает воедино бесстрашную истину, самопроизвольную радость и дальновидные действия. Их можно сравнить с паром, облаками и дождём; всё это - вода.

    В области опыта практика, где ничто не приписывается и не отрицается, ум постоянно и без усилий раскрывает свои свойства. Нет ничего более благородного. Кармапа поэтому подчёркивает снова и снова, что всё порождается умом. По своей природе он - спонтанное просветление. Просветлённость присуща уму с безначальных времён. Всё, что происходит, как снаружи, так и внутри, возникает из его пространства, раскрывается в нём, узнаётся его ясностью и опять растворяется в его неограниченности. Кармапа советует нам невозмутимо и без промедления, для блага всех влиять на этот процесс, с полным доверием к неразрушимости и абсолютному совершенству нашей истинной природы, которая действует и осознаёт.

    Такая уверенность в природе пространства, которого в принципе невозможно чего-либо лишить, - основание для поистине Великого. Глубинное видение трёх школ Алмазного Пути тибетского буддизма заключается в том, что даже за самыми потрясающими волнами и самыми увлекательными отражениями океан и зеркало гораздо более значимы и лучезарны. Этот путь соединяет видение пространства как радости и всеохватывающие переживания обратной связи. Посредством эффективных медитаций в подсознании практикующего нажимаются бесчисленные кнопки, за несколько лет обеспечивая такие изменения, для которых в случае простого изучения потребовалось бы несколько жизней. Поскольку Алмазный Путь приносит существам тотальное оживление и впрягает в процесс просветления чувства, стремления и мечты, то желанная окончательная зрелость наступает весьма скоро. Благодаря ей мы будем переживать вневременное и видеть то, что доступно за мыслями и между мыслями, что всё производит, знает и может. С неописуемым блаженством убеждаешься в том, что ум может осознавать, даже и не осознавая что бы то ни было, и что у воспринимающего никоим образом нельзя отнять его совершенные качества. Тот, кто применяет средства достижения этого опыта, может считать, что ему повезло: он будет становиться всё счастливее.

    Как научиться не приписывать и не отрицать, чтобы этот опыт не лишался своей свежести? Будда советует нам бороться с инертностью и стереотипами на внешнем, внутреннем и тайном фронте. Это означает внешне избегать того, что приносит страдание, развивать богатую внутреннюю жизнь, наполняя её сочувствием и мудростью, и на тайном уровне - уровне видения - вести себя во всём, как просветлённые.

    Высшим искусством осмысленной жизни было бы работать на всех трёх уровнях одновременно. Самый важный из них при этом — уровень видения, момент первозданной свежести. Первое «ага» интересного открытия должно как можно реже и лишь в силу необходимости обрастать оценками, суждениями и концепциями. Намного лучше оставлять нетронутой сияющую новизну каждого события и ощущения. Ничем не стесняя непосредственного восприятия, мы попутно сознаём кармическую обусловленность своих ощущений и органов чувств и используем своё знание и свободу, чтобы окрашивать всё воспринимаемое окончательно проникающим видением природы вещей.

    Таким образом, в то время как мы наслаждаемся обусловленным миром в каждом мгновении не должно также меркнуть вневременное. Мы глубоко радуемся поразительному многообразию самовозникших событий и ощущений, которые, если их видеть в таком свете, представляют собой лишь смысл и раскрытие.
    Нет ничего истиннее ненадуманного потока обнажённого восприятия, переживаемого неустрашимым умом. В нём содержится неисчерпаемое богатство любви и приключений, и, когда мы ощущаем всё могущество возможного, исчезает всякое разделение, исчезают прошлое и будущее.

    Любое спонтанно возникающее, свободное от усилия видение — это проблеск просветления, но оно затуманивается, как только мы принимаем первую искусственную мысль за реальность. В этом нет нужды: ведь, так или иначе, помимо состояния целостности нет ничего, что имело бы действительный смысл. Тот, кто не доверяет в той или иной ситуации не произошедшему, вряд ли будет открыт бесконечным освобождающим возможностям пока не произошедшего.
    Пребывание в ничем не ограниченном моменте воспринимающего - а другого просветляющего решения никогда не существовало - позволяет осознавать как бы из собственной середины. Становится очевидно, что пространство равноценно знанию, что оно вне времени охватывает и связывает всё.
     
  6. TopicStarter Overlay
    Соня

    Соня Автор

    Сообщения:
    8.139
    Симпатии:
    427
    Строфа 15
    Не загрязнённые натужной медитацией, силящейся что-то создать в уме,
    И не увлекаемые ветром обычной суеты,
    Пусть мы научимся оставлять ум в его неискусственности
    И проявлять умение и усидчивость в постижении ума!


    После радостных озарений предыдущих строф, где говорилось о том, что всё есть ум, нужно теперь позаботиться о сохранении этого осознавания, закрепить достигнутое. В первых двух строках Кармапа выявляет два серьёзных препятствия, мешающих действенному углублению в медитации, а именно — напряжённость и рассеянность; затем он объясняет, как практик может «округлять» любое переживание, превращая его в шаг на пути к просветлению.

    Прежде всего, он посылает все снаряды на внутренний уровень: «не загрязнённые натужной медитацией». Что здесь имеется в виду? Это - вообще не медитация. Медитация означает нежелание что-то создать, но — чуткое пребывание в доверии к моменту, в ощущении того, что есть. Мы остаёмся, таким образом, в центре присутствующего круга силы, мы расслаблены в многообразии происходящего и радостно и осознанно покоимся в моменте восприятия. Здесь не нужно ничего доказывать или в чём -то оправдываться, и никакое удерживание или отталкивание не имеет смысла. Мы покоимся в настоящем с открытыми для восприятия органами чувств, единые с тем, что есть.

    В подлинном погружении осознается безначальная широта ума. По ту сторону всех идей и без каких-либо сомнений видно, что сознание равняется пространству. Мы понимаем, что каждое событие и ощущение выражает его ясность, а наличие и того, и другого составляет его неограниченность. Вместо того, чтобы беспокойно искать своё благо во всё новых отвлечениях, что часто считается счастьем, ум светится сам по себе. Его свечение есть ничто иное, как свойственная ему способность воспринимать. Оно проявляется неотделимо от самого переживающего.

    Подлинная медитация не предполагает враждебного отношения к мыслям. Каково бы ни было их содержание, мы смотрим, как они возникают из своей собственной силы, и так же безмятежно позволяем им проплывать мимо и снова растворяться, как будто наблюдаем за играющими детьми. Если бы у ума не было мыслей, он был бы беднее, и если они не провоцируют ни привязанность, ни усложнённые умопостроения, то они никак не мешают. В обратном же случае, когда ничего не переживается, мы не думаем, что упали в чёрную дыру.

    Сознание, которое покоится в «здесь и сейчас», подобно стакану глинистой воды, в котором осели частички глины. Его ясность не нуждается ни в какой поддержке извне и всё отчётливее проявляет как внешнее, так и внутреннее.

    Поскольку опыт ума в Алмазном Пути, и особенно для Великой Печати, незаменим, то стоит сказать ещё несколько слов о первой строке. Что, собственно говоря, происходит в медитационном погружении? Возникает сознательная открытость. Всё дольше и убедительнее мы воспринимаем пространство как нечто лежащее за и между ощущениями и понимающее их. Мы узнаём в нем тогда основу всего, которая истинна сама по себе. Если ум узнаёт себя, то в любое время и в любом месте без усилий появляются освобождающие озарения и Будды, как выражение просветлённости, всегда присущей уму, его беспредельности.

    Великая Печать работает без давления Ее подход зиждется на осознавании впечатлений и одновременно их неоценивании. Воспринимающий узнает себя, без напряжения пребывая в том, что есть. Глубокое размышление используется в буддизме в качестве одного из инструментов, но оно относится к умозрительному уровню. Оно служит переработке и усвоению различных фактов и особенно полезно в применении к Великому Пути, с его огромным количеством систематизированного научного материала. Ясность может возникать и на основе постепенного внутреннего накопления.

    Если мы предаёмся размышлению во время медитации, или как-то иначе цепляемся за представления, — это в особенности противоречит Алмазному Пути. Это - как палец, показывающий на луну: хотя можно надеяться, что направление верное, всё-таки палец — не луна. Посредством понятий мы ищем ум там, где его найти нельзя. Поскольку эта привычка так легко может вкрасться в медитационное погружение, Кармапа называет это грязью. Он рекомендует просветляющие медитации по ту сторону слов и мечтаний. Эти медитации дают эффект обратной связи, который приносит развитие телу, речи и уму. Как самоизбавляющие озарения Великой Печати, так и различные Будда-формы медитаций Алмазного Пути возникают сами по себе из присущей пространству мудрости. Они составляют богатство ума и не нуждаются ни в каком подтверждении. Если мы уже достигли определённого уровня подготовленности, то в силовом поле ламы, который непоколебимо олицетворяет единство за любой двойственностью, медитации уровня Алмазного Пути должны в значительной степени протекать сами собой, без давления и принуждения. Понятно, что следует возвращать ум обратно, когда он начинает где-то плутать, но не следует устраивать из этого много шума.

    Даже самые мешающие мысли являют собой беспрепятственную игру ума и радостное выражение его силы. Если же использовать их как средство поиска истины, то они могут только обратить наше внимание на возможные состояния просветления или удалить концептуальные преграды на пути к его достижению. Хотя мысли столь полезны для обусловленных интересов жизни, в медитационном погружении им не место. В нём осознающий и осознавание сливаются воедино, и остаётся только тотальное присутствие. В предыдущих строфах Кармапа уже предостерегал против мыслей и умопостроений в медитации, и здесь он распространяет своё предостережение на всё натужное, чрезмерно напряжённое и узкое. Невозможно без усилий покоиться в уме, часть которого превратилась в полицейского и неусыпно следит за всеми его процессами. Великая Печать должна быть безбрежной, как дикая влюблённость; нужно чувствовать себя как в свободном падении, когда ещё не раскрылся парашют, или как на быстром мотоцикле, на котором летишь по извилистой дороге, где нет автоинспекторов с радарами. Мы говорим здесь о переживании самого сознания, не его содержимого. Нет большей радости. Она взрывает любые представления, узнаётся как более реальная, чем что бы то ни было, и проникает в каждую клеточку тела. Желание использовать своё осознание для блага других, связанное с уверенностью в неразрушимости воспринимающего пространства, делает возможным мужественный, внеличностный и всеосвобождающий настрой. В свете этого настроя всё неприятное становится очищением, удаляющим причины тяжести и страдания в будущем, тогда как всё приятное становится благословением Так ум, шаг за шагом, всё лучше узнаёт себя.

    «. ..Не увлекаемые ветром. ..» Кармапа отчётливо видит, что питает внутренние помехи в повседневности: мы порабощены перипетиями обычной жизни. Подобные состояния, как и возникающие наряду с ними надежда и страх, могут быть довольно назойливы. Они продолжаются до тех пор, пока мы не выработаем способность видеть всё подобным сну и преходящим. За этим решающим освобождением следуют ступени просветления - всё более углубляющееся видение Великой Печати. Таким образом, всё, включая все помехи, неуклонно превращается в беспрепятственное самораскрытие ума. В его зеркале узнаётся и достигнутый уровень, и его значение как выражения высшей мудрости. Любое событие воспринимается как поучительная пьеса, как еще одно, новое средство, с помощью которого ум показывает себе свою многогранность. Привычная и часто кажущаяся бессмысленной деятельность нашей повседневной жизни становится мотором для развития.
    В Алмазном Пути главное - не покидать Чистую Страну и как можно реже отделять медитацию оттого, что следует после медитации. На Западе раньше говорили «быть в мире, но не от мира». Таким образом, мы искусно обращаемся с данностью, не оказываясь пойманными ею. Жизнь видится как гостиница, в которой мы остановились на время, как и другие люди. Всем можно вволю пользоваться, но при этом мы очень хорошо знаем, что в конце ничего нельзя будет взять с собой.

    «...Оставлять ум в его неискусственности...» В состоянии бесконечной свободы всем можно бесстрашно наслаждаться. С другой стороны, можно и громко смеяться надо всем, как любил говорить один лама школы Ньингма, поскольку всё равно ничего не существует, кроме ума, который неразрушим и совершенен сам по себе. Возрастающее осознавание того, что каждое явление как-то связано и с нами самими, рождает ответственность и сочувствие в повседневной жизни. Оно пробуждает присущие каждому бесчисленные достоинства, здесь и сейчас.
    Согласно учению Будды, такие благороднейшие состояния, как мудрое бесстрашие, самопроизвольная радость и дальновидная любовь, не являются чем-то чужеродным. Они просто свидетельствуют о том, что ум узнаёт сам себя. Поэтому - прекрасно, если мы им доверяем и живём их силой в те мгновения, когда воспринимающего обволакивает не слишком много мешающих чувств. По ту сторону надежд и опасений, без ограниченности «завтра и вчера». Поскольку никто не становился просветленным завтра или вчера, это всегда происходило прямо сейчас, - каждое поучение Будды нацелено на неискусственный момент истины.
    По пути к просветлению нужно идти самостоятельно, и последним судьёй остаётся собственная совесть. Жизнь протекает правильно, когда мы охотно смотрим утром себе в глаза, когда мы можем знать, что делаем, и отвечать за свои поступки. Поэтому рост на основе учения Будды не требует никакого принуждения.

    «Проявлять умение и усидчивость в постижении ума» означает не терять свою середину и не оценивать себя на основе преходящих мыслей. Вместо этого мы покоимся в извечно свежем пространстве, во вневременном зеркале ума. Многим из нас, однако, ещё долго придётся учиться уверенно держать свою линию, помнить о непостоянстве, - прежде чем мы привыкнем взвешенно оценивать собственные болячки. Наконец, даже большие трудности мы воспринимаем как вызов, как нечто увлекательное и новое само по себе. Больше не теряется в гуще событий красная нить сознания, и мы во всём чувствуем себя как дома.
    Сохранять сознательность в напряжённых ситуациях - вот в чём проявляется настоящая выдержка. Если нам удаётся не терять из виду ясное пространство воспринимающего, видеть его сквозь воспринимаемое, то всё будет обретать глубокий смысл.
     

Поделиться этой страницей