"Тысячеликий герой" - Кэмпбелл

Тема в разделе "Библиотека Сони", создана пользователем Соня, 6 сен 2012.

  1. TopicStarter Overlay
    Соня

    Соня Автор

    Сообщения:
    8.027
    Симпатии:
    423
    Содержание ветки:
    "Тысячеликий герой" - Кэмпбелл
    Мифы, в которых нам жить - Кэмпбелл
    Боги в каждом мужчине. Архетипы, управляющие жизнью мужчин - Джин Шинода Болен
    Богини в каждой женщине - Джин Шинода Болен
    Психология и Дао. Синхроничность - Джин Шинода Болен
    Элиаде - Йога: бессмертие и свобода
    Лила. Игра самопознания - Джохари
    Эгрегоры - Некрасов
    Космические Легенды Востока - Стульгинскис
    Бон (Древняя тибетская религия) - Кузнецов
    Голосовкер - Логика античного мифа
    Будда. История и легенды - Томас

    *******************




    Книга Кэмпбелла - классическое исследование мифологии, дающее ключ к тайнам языка символов, общего для мифов всех мировых культур с их архетипическим героем.

    Переходя от психологической плоскости анализа к метафизической, Кэмпбелл представляет героическое путешествие как космогонический цикл. Пройдя через испытания инициации, преодолев порог между бытием и ничто, герой как воплощение микрокосма и макрокосма растворяется в Высшей Самости, тем самым завершая свою путь.


    [​IMG]


    Полностью - тут
    http://lib.rus.ec/b/381996/read

    Дедал дал девушке просто клубок льняной нити, которую попавший в лабиринт герой мог закрепить у входа и разматывать по мере продвижения вперед. Поистине – мы нуждаемся в такой малости! Но без нее вход в лабиринт не оставляет надежды на спасение.
    И эта малость почти под рукой. Самое любопытное, что именно тот умелец, который, служа грешному царю, явился «головой», стоящей за безнадежностью спасения из лабиринта, с такой же готовностью может служить и целям освобождения. Но рядом должно биться сердце героя.

    Подобное видение описывается и в апокрифическом Евангелии Евы. «Я стояла на высокой горе и увидела огромного мужчину и другого – карлика; и я услышала как бы глас грома и подошла ближе, чтобы слышать; и Он заговорил ко мне и сказал: Я есть ты, и ты есть Я; и где бы ты ни была, там есть и Я.
    Я рассеян во всем, и когда бы ты ни пожелала, ты вбираешь Меня, и, вбирая Меня, ты вбираешь Себя»

    Эта же идея часто выражается в Упанишадах; то есть «это я отдает себя тому я, то я отдает себя этому я. Таким образом они обретают друг друга. В этой форме оно познает тот мир, в той форме оно воспринимает этот мир» (Aitareya Aranyaka, 2. 3. 7). Мистикам ислама это также известно: «Тридцать лет всевышний Бог был моим зеркалом, теперь я – сам себе зеркало; то есть тем, кем я был, я уже не являюсь, всевышний Бог – его собственное зеркало. Я говорю, что я – свое собственное зеркало; ибо моими устами говорит Бог, я исчез»

    В самом кратком изложении, универсальная доктрина учит, что все видимые структуры мира – все вещи и существа – являются результатом действия вездесущей силы, из которой они исходят, которая их поддерживает и наполняет собою, покуда длится их манифестация (явленность в мире), и в которую они должны вернуться, чтоб раствориться в ней. Это – сила, известная науке как энергия, меланезийцам как мана, индейцам племени сиукс как ваконда, индусам как шакти и христианам как могущество Господне. Ее проявление в психике психоанали¬тиками определяется как либидо1. Ее космическое проявление – структура и всеобщий поток самого универсума.
    Постижение источника этого недифференцированного, хотя всецело атомизированного субстрата бытия искажено самими органами восприятия. Формы чувственности и категории человеческого мышления2, будучи сами проявлением этой силы3, так ограничивают наш разум, что обычным образом невозможно не только видеть, но даже умственным взором проникнуть по ту сторону многокрасочного, быстротечного, бесконечно разнообразного и умопомрачительного феноменаль¬ного спектакля. Функция ритуала и мифа в том и состоит, чтобы – с помощью аналогии – сделать возможным, а затем и все более простым столь резкий переход. Формы и понятия, доступные разуму и чувствам, представлены и упорядочены здесь таким образом, что в них читается намек относительно истины или же откровения, ждущего по ту сторону. Далее, когда условия для медитации заданы, индивид остается один. Миф – это еще не последний предел, последний есть откровение – пустота или бытие по ту сторону категорий4 – небытие, в которое разум должен сам погрузиться и раствориться в нем. Следовательно, и Бог и боги представляют собой лишь надлежащие средства – будучи сами по себе той же природы, что и весь мир форм и имен, но выражая невыразимое и будучи предельно соотнесенными с ним. Они являются просто символами приводя¬щими в движение и пробуждающими дух и зовущими его по ту сторону самих себя5.

    «Ибо вот, Царствие Божие внутри вас есть»6. Действительно, «падение» сверхсознания в состояние бессознательности как раз и является смыслом библейского образа грехопадения. Сужение соз-нания, в силу чего мы видим не источник универсальной силы, а лишь феноменальные формы как отражение этой силы, низвергает сверхсознание в бессознательное, и в этот же момент и посредством подобного символа создает этот мир. Спасение состоит в возвращении к сверхсознанию и, вместе с тем, в растворении в нем, исчезновении мира. Это и есть великая тема и формула космогонического цикла – мифический образ явления мира его манифестации, и последующего возвращения в неяв¬ленное состояние. Равным образом, рождение, жизнь и смерть индивида можно рассматривать как погружение в бессознательное и возвращение. Герой – это тот, кто знает и представляет в мире зов сверхсознания, которое проходит сквозь все творение, оставаясь более или менее бессознательным. Приключение героя представляет тот момент в его жизни, когда он достигает прос-ветления – кульминационный момент, когда он, еще будучи жив, обнаруживает и открывает дорогу к свету по ту сторону темных стен нашего бренного существования.
    Таким образом, космические символы представлены в духе умопомрачительно возвышенного парадокса. Царство Божие «внутри вас есть», но также и вне, и несмотря на это, Бог есть лишь надлежащее средство, призванное пробудить спящую принцессу, душу. Жизнь есть ее сон, смерть – пробуждение. Герои, пробуждающий свою собственную душу, сам есть лишь надлежащее средство своего собственного растворения в ничто. Бог, пробуждающий душу к жизни, тем самым являет собой свою собственную смерть.


    Космогонический цикл пульсирует между становлением явленностью и возвращением в неявленность посреди безмолвия неведомого. Индусы выражают эту тайну в звуках А – У – М, произносимых единым слогом ОМ. Здесь звук А представляет бодрствующее сознание, У – сновидящее, М – глубокий сон. Молчание, посреди которого звучит этот слог, означает незна¬емое: его называют просто «Четвертое»16. Сам слог означает Бога как создателя – заступника – разрушителя, молчание же есть Бог Вечный, пребывающий абсолютно вне всех этих появлений и исчезновений в их круговороте.
    Это – невидимое, несоотносимое, непостигаемое,
    невыводимое, невообразимое, неописуемое.
    Это – сущность одного самопознания,
    общего для всех состояний сознания.
    Все явления прекращают свое существование в нем.
    Это – покой, это – блаженство,
    это – недвойственность17


    Пространство, несущее в себе жизнь
    Египетский миф показывает демиурга, творящего мир через акт мастурбации.
     
    Последнее редактирование: 4 дек 2017
  2. TopicStarter Overlay
    Соня

    Соня Автор

    Сообщения:
    8.027
    Симпатии:
    423
  3. TopicStarter Overlay
    Соня

    Соня Автор

    Сообщения:
    8.027
    Симпатии:
    423
    Кэмпбелл Д. Мифы, в которых нам жить

    Полностью - тут:
    http://www.gumer.info/bibliotek_Buks/Culture/kamp/index.php

    [​IMG]



    ЗНАЧИМОСТЬ ОБРЯДОВ (1964)

    Задача ритуала заключается, на мой взгляд, в том, чтобы задавать определенный порядок человеческой жизни, причем порядок глубинный, а не условный и поверхностный. В древние времена любое общественное событие было ритуально упорядочено, а ощущение важности происходящего передавалось религиозной тональностью. С другой стороны, сегодня религиозную окраску приберегают для исключительных, самых особенных, «священных» обстоятельств. Однако ритуал жив и до сих пор просматривается даже в обыденной жизни. Его можно заметить, например, не только в этикете судебных заседаний и воинских уставов, но и в том, как ведут себя сидящие за одним столом люди.

    Жизнь — это структура. В биосфере господствует правило: чем сложнее устройство, тем выше форма жизни. Структура, определяющая преобразования энергии в морской звезде, значительно сложнее, чем у амебы. Если же подняться по этой лестнице, скажем, до шимпанзе, структуры невероятно усложнятся. То же относится и к сфере человеческой культуры: непродуманное представление о том, что энергию и силу можно извлечь, отбрасывая или разрушая структурность, опровергается всем, что мы знаем об истории и эволюции живого.

    Эволюция млекопитающих шагнула дальше и ввела биологическую новинку — плаценту, позволяющую зародышам оставаться во чреве матери до полной самостоятельности. По этой причине млекопитающие обычно способны позаботиться о себе почти сразу после рождения — во всяком случае, уже спустя пару дней или недель. Однако у людей, чей крупный мозг требует многолетнего развития, дети вновь рождаются слишком рано, а второе, внешнее чрево — сумку на животе матери — им заменяет родной дом.

    чтокасается упорядочивающих форм любой цивилизации, то ими всегда были ритуал и внешний этикет.


    В «Закате Европы» Освальд Шпенглер определяет «культуру» как состояние общества «в форме» — точно так же как «в форме» бывает спортсмен. Угол наклона тела, верное положение рук и прочие подробности! внешнего вида спортсмена — все эти факторы приближают расцвет единого мига жизни во всей его полноте. Сходные рассуждения можно отнести к налаженному укладу общества, японскому виртуозу чайной церемонии и этикету общения цивилизованных людей — все они пребывают в форме. Разрушение формы не приносит победы ни на беговой дорожке, ни в состязании культур. Поскольку наш мир довольно жесток, цивилизованная жизнь способна сохраниться лишь в том случае, если во всем поддерживается высшая форма. И если забег проигран, к старту уже не вернешься.


    Он [Атман] проник сюда до кончиков ногтей, как нож в ножны, как огонь в пристанище огня. Его не видят, ибо он неполон. Дышащий, он зовется дыханием, говорящий — речью, видящий — глазом, слышащий — ухом, разумеющий — разумом. Это лишь имена его дел. Кто почитает лишь то или иное из них, не обладает знанием, ибо в том или ином он неполон. Пусть почитают его как Атмана, ибо здесь все [его дела] становятся одним. Этот Атман — след всего сущего, ибо, поистине, как находят по следу [утерянное], так узнают по нему все сущее («Брихадараньяка упанишада», 1:4.6—7; ранее цит., Т. 1.)

    «Я знаю свое тело. Мое тело — объект. Я — наблюдать, познающий этот объект. Следовательно, я — не мое тело». Затем: я – знаю мои мысли. Я — не мои мысли», «Я знаю мои чувства. Я — не Мои чувства» и так далее. Тут мимо проходит Будда и добавляет: «Ты Даже не наблюдатель. Наблюдателя нет». Что же остается? Где же, собственно, «я»? Этот подход именуется джняна-йога, путь истинного знания.
    «Бог — главная наша забота».

    … Как известно, японцы не любят огорчать гостей. Благовоспитанный синтоист отнесся к серьезному вопросу иностранного ученого с видимым почтением, немного помолчал с задумчивым видом, а затем, покусывая губы, удрученно покачал головой и признался: «Думаю, у нас нет идеологии. Богословия у нас тоже нет. Мы просто танцуем».


    Но для того чтобы радоваться жизни, нужно не только хорошее самочувствие и расположение духа — ведь этот мир, как всем нам уже понятно, в высшей степени ужасен. «Жизнь есть страдание», — возвестил Будда; так оно и есть. Живое пожирает живое, и в этом вся сущность бытия, которое означает извечное становление. «Мир — неугасимое пламя», — сказал Будда, и это тоже правда. Именно это и приходится подтверждать... да! конечно, танцем! — исполненным понимания, торжественным, величавым танцем мистического блаженства, возносящим человека над той болью, что кроется в сердце любого мифического обряда.


    …Есть известное богословское правило: если сдаешься на божью милость, бог не может отказать тебе в помощи. Теперь Шиве пришлось спасать и защищать демона от собственного создания; но в результате чудовищу нечем было утолить голод, и оно в отчаянии спросило Шиву:

    «Кого же мне съесть?», на что бог ответил: «Почему бы тебе не сожрать самого себя?»

    Сказано — сделано. Омерзительное создание принялось грызть собственные ноги и, продвигаясь вверх, проглотило затем живот, грудь и шею, пока не осталась только морда. Это зрелище привело в совершенное восхищение Шиву, так как явило собой идеальный образ чудовищности самой жизни, живущей за свой же счет. И тогда обрадованный Шива сказал солнцеподобной маске льва (а это было все, что осталось от алчной твари): «Я назову тебя Кирттимукха, Лицо Славы, и будешь ты блистать над входом в каждый мой храм. И кто не станет воздавать тебе почести, тому никогда не познать меня».
    Урок очевиден: первым шагом к постижению высшего божественного символа чудесности и загадочности жизни является признание ее чудовищной сущности и в то же время величия, проявившихся в персонаже легенды.

    Тем, кто уверен — а имя им легион, — будто прекрасно знают, какое мироустройство было бы лучше существующего и как бы оно выглядело, если бы Вселенную создавали они, — без боли, без горя, без времени, без жизни, — не видать просветления. Вот смысл чудовищного образа Кирттимукхи, «Лица Славы», украшающего вход в святыни бога йоги и его супруги — богини жизни. И эту божественную чету не постичь, не склонившись с должным почтением перед висящей над дверью маской, прежде чем скромно пройдешь внутрь.

    Но какой же звук может рождаться иным путем?
    Ответ такой: звучание изначальной энергии, чьим выражением является сама Вселенная. Этот звук предшествует появлению всего сущего. Быть может, он чем-то напоминает гудение проводов линии электропередачи или неслышное жужжание протонов и нейтронов в атоме; иными словами, это внутреннее звучание вибрирующей первичной энергии, видимые проявления которой — мы сами и все вокруг. В текстах также говорится, что звук этот больше всего напоминает «ОМ».
    Считается, что этот священный для индийцев слог молитвы и медитации состоит из четырех символических частей. Поскольку в санскрите звук «о» считается слиянием «а» и «у», священный слог можно записывать и произносить как «АУМ», и в этой форме явно заметны три из четырех частей. Четвертой составляющей является Безмолвие, окружающее сам слог, потому что тишина, где он зарождается и после растворяется, представляет собой опору его звучания.
    Когда произносишь этот слог, легко заметить, что начальное «а» возникает в глубине рта. При переходе к «у» звучащий воздух заполняет bc& полость, а «м» рождается на кончиках губ. Говорят, что при правильной, произношении священный слог содержит все гласные звуки речи. Поскольку согласные представляют собой не что иное, как прерывание гласных, слог «АУМ» вмещает в себя — опять же, при правильном произношении — семена всех слов, в том числе названий всех вещей и отношений между ними.
    Конечной целью Йоги, следовательно, может быть только проникновение в эту область в пробужденном состоянии. Иными словами, йог стремится «слить», «соединить» (санскритский корень юдж, отсюда и само слово «йога») бодрствующее сознание с его источником, сознанием как таковым, которое не сосредоточено на каком-либо объекте и не ограничено никаким субъектом из мира бодрствования или сновидений, — сознанием чистым, неопределенным и ничем не скованным. Поскольку все слова языка указывают либо на явления, либо на связанные с ними идеи и мысли, восприятие этого, четвертого состояния невозможно описать словами. Даже такие понятия, как «тишина» или «пустота», постигаются только при сопоставлении со звучанием и наличием, то есть как отсутствие звуков или вещей. Однако в данном случае речь идет об изначальной Тишине, предшествовавшей зарождению первого звучания и вмещающей звук как потенциальную возможность, и о предвечной Пустоте, которая была раньше всех вещей и содержала в себе зародыши всего пространства, времени и космических галактик. Нет слов, способных выразить то, о чем говорит Безмолвие, окутывающее нас извне и царящее внутри, — Тишина, которая вовсе не тишина и которая слышна сквозь все явления, будь то наяву, в сновидении или глубоком сне. Именно эта Тишина окружает, покрывает и поддерживает слог «АУМ».


    Когда же достигается, наконец, шестой центр, мистическое внутреннее око и ухо раскрываются до конца, и человек во всей полноте воспринимает зрелище и звучание Бога, чей вид есть Облик всех обликов, чье сияние звучит как музыка. Название шестого лотоса — аджня — означает «власть, господство». У него два ослепительно белых лепестка; его стихия — разум, а находится он, как известно, чуть выше бровей, посреди лба. Человек попадает на Небеса, и душа его созерцает самый совершенный объект — Бога.

    Остается, тем не менее, еще одна, последняя преграда. Ибо окончательная цель — не блаженство, обретаемое на шестом уровне, а целостное, недвойственное состояние вне всяких категорий, без созерцания, без каких-либо чувств, мыслей и ощущений; его и приносит седьмой, высший лотос на темени — сахасрара, что означает «с тысячей лепестков».

    Уберем же стеклянную стену. Вместе с ней исчезают оба — душа и ее бог, внутренний взор и созерцаемое. Теперь нет ни объекта, ни субъекта, ничего, что познается и чему можно дать имя, _ только Безмолвие, четвертая и последняя основная составляющая прозвучавшего, но более не слышного слога «АУМ».


    Таким образом, даже в буддийском искусстве Дальнего Востока заметно, в целом, смещение интересов с уровня шестой чакры до четвертого лотоса — от луноподобного центра с двумя лепестками, где контуры вещей уже не заслоняют божественное, до богатейшего сада этой прекрасной Земли, где именно своеобразие любого предмета, пребывающего на своем месте, позволяет различить в нем божественное — ведь, как мне доводилось слышать, «даже в едином волоске кроется тысяча золотых львов».
    Такое восприятие искусства как фрагмента игры жизни, а самой жизни — как искусства игры, представляет собой удивительно радостное, оптимистическое отношение к неоднозначному благословению бытия. Подход этот, в целом, противоположен настроению христианского Запада, воспитанного на мифе о всеобщей вине. Некогда там, в Саду, случилось Грехопадение, и с тех пор все мы появляемся на свет с несмываемой печатью проклятия. Любой естественный поступок — грех, отягощенный к тому же сознанием собственной вины. На Востоке, напротив, царствует идея врожденной невинности всего естественного, несмотря на то что человеческий взор и чувства порой видят в нем жестокость. Как говорят в Индии, этот мир — «игра» Бога: игра дивная, беспечная, но грубая, беспощадная, опасная и труднейшая, допускающая самые грязные приемы. Часто кажется, что в ней выигрывают худшие, а лучшие терпят поражение. Цель, впрочем, совсем не в победе, ведь мы уже взошли по «богатому удовольствиями» пути пробудившейся кундалини и потому знаем, что победы и поражения — обычные чувства, испытываемые только на уровне нижних чакр. Задача восходящей змеи — разжечь и усилить внутренний свет сознания, а первый шаг к этому дару, как утверждает «Бхагавад-гита» и многие другие своды мудрости, заключается в том, чтобы отбросить все тревоги о плодах действий как в этом мире, так и в грядущем. На поле боя Господь Кришна говорит царевичу-воину Арджуне: «На дело направь усилье, о плодах не заботясь [...] Кто видит, что санкхья и йога одно _ тот зрячий».

    Жизнь — как искусство, искусство — как игра, действие ради действия, без раздумий о прибылях и потерях, славе и порицании, — вот ключ, поворот которого превращает саму жизнь в йогу, а искусство — в образ жизни.

    ДЗЭН (1969Г.)


    главная цель всех мистических учений Востока сводится к тому, чтобы помочь человеку перейти, так сказать, от отдельной лампочки к ее свету, то есть чувствовать себя не бренным телом, а сознанием, для которого тело — просто вместилище. В этом, по существу, и заключается весь смысл знаменитого изречения из «Чхандогья-упани-шады»: тот твам аси — «Ты есть То», ты и есть единообразная основа всего существующего, любого сознания и блаженства.
    Это «ты» — вовсе не «То», а условие, делающее нас обособленными лампочками. Однако перейти в ощущении собственного бытия сначала от тела к единичному сознанию, а затем и сознанию всеобщему, очень нелегко.

    «Куда деваешься ты в промежутке между двумя мыслями?»

    —Разбуди свой ум, — донеслось до него из-за дверей, — не сосредоточивая его ни на чем.
    «Всматривайся в себя! Тайна в тебе», —учил Хуэй-нэн.


    Освобождение от мук — это нирвана, а нирвана — все тот же мир, но воспринимаемый без желаний и страхов, таким, какой он есть: дзи-дзи-му-гэ. Он тут, тут!
     
  4. TopicStarter Overlay
    Соня

    Соня Автор

    Сообщения:
    8.027
    Симпатии:
    423
    МИФОЛОГИЯ ЛЮБВИ

    Самая страшная из адских мук — не огненная геенна или зловоние, а окончательное лишение возможности созерцать Бога. Какие невообразимые терзания должен испытывать изгнанный влюбленный, которыйдаже по велению Бога не в силах был преклоняться перед иным величием, кроме Божьего!

    Персидские поэты спрашивали: «В чем источник неослабной силы Сатаны?» и нашли такой ответ: «В памятований о гласе Божьем, когда Он молвил: «Изыди!» Найдется ли другой образ утонченных духовны» страданий, сравнимый с этим по мощи и отчаянию любви?

    Другим примером из истории Персии служат жизнь и подвиги великого суфийского мистика Халладжа, распятого в 922 году за слова о том что он и его Возлюбленный Бог едины. Халладж сравнивал свою любовь к Богу с тягой мотылька к огню. Ночная бабочка до рассвета кружит у горящей лампы, возвращается к сородичам с обожженными крылышками и восторженно рассказывает об увиденном, а следующей ночью желание воссоединиться с пламенем заставляет ее безрассудно влететь в него и слиться с огнем в мгновенной вспышке.


    Древнегреческое представление о Любви как старейшем из божеств перекликается с рассказанным ранее индийским мифом из «Брихадараньяка упанишады»: Предначальное Существо было безымянной и бесформенной силой. Оно не имело никаких представлений о себе, но затем подумало: «Я», ахам, и тут же испугалось того, что возникшее в мыслях «я» могут уничтожить. После оно рассудило: «Ведь нет ничего кроме меня — чего же я боюсь?»

    предшествовавшее сознанию Изначальное Бытие —которое подумало: «Я», испытало страх, а потом желание, — является побуждающей сущностью, приводящей в движение наши безотчетные намерения. Второй урок заключается в том, что ощущение любовного единения делает нас соучастником творческой деятельности первоосновы всего сущего. По индийским представлениям, наша обособленность друг от друга здесь, на Земле, в сфере пространства и времени, то есть наше многообразие, является лишь второстепенной, вводящей в заблуждение гранью личности, ведь на самом деле мы — единое бытие одной основы. Истина эта познается и ощущается в блаженстве любви, когда мы вырываемся за рамки себя, преодолеваем собственные границы.
    Личность на миг расстается с малым, второстепенным ощущением собственной обособленности и внезапно ощущает великую, «более правдивую» истину: в основе своей, по сущности, все мы едины. Это побуждение Шопенгауэр именует «сопереживанием», Mitleid, и считает единственным источником врожденной морали. Обретается оно, на взгляд философа, благодаря метафизически достоверным прозрениям, когда человек на мгновение утрачивает эго, забывает себя и становится безграничным.



    В своде религиозных знаний Индии встречается определение пяти ступеней любви, по которым восходит верующий в своем служении и сознании бога, что означает, по индийским представлениям, сознание собственного тождества с тем Существом, что сначала произнесло: «Я», а После узнало: «Я есмь творение!»

    Первая ступень — любовь слуги к хозяину: «Бог, ты мой Господин . я — покорный раб твой. Повелевай мною». Согласно индийскому учению, такое духовное настроение пригодно для большинства из тех, кто поклоняется божествам, независимо от уголка света.

    Вторая ступень — любовь дружеская, которую в христианской традиции олицетворяют отношения Иисуса с апостолами: они были друзьями, беседовали на равных и даже спорили. Такая любовь подразумевает большую готовность к взаимопониманию и потому выше первой. В индийских священных текстах эта идея воплощена в «Бхагавад-гите» разговоре между царевичем пандавов Арджуной и его возничим, богом Кришной.

    Следующая, третья ступень — родительская любовь, олицетворяемая в христианстве образом рождественской колыбели. На этом уровне человек лелеет в своем сердце сокровенное божественное дитя, зародыш грядущего пробуждения духовной жизни. Ее имел в виду мистик Мейстер Экхарт, когда говорил своей пастве: «Приятнее Господу рождаться духовно в отдельной девственной, благой душе, нежели даже родиться телесно от Пресвятой Марии. (...) Высшая цель Господа — рождение, и не радуется Он, пока не родится в нас Его Сын».
    Четвертая ступень — супружеская любовь. Католические монахини носят кольца в знак духовного обручения с Христом. Любой брак по любви полон духовности: говоря словами Нового Завета, «и будут двое одна плоть» (Еф. 5:31). Главным сокровищем становится уже не собственное «я», не индивидуальная жизнь, а единство двоих, стирающее границы эго. В Индии жена должна поклоняться мужу как господину, этим оценивается степень ее набожности (как жаль, что то же не относится к обязанностям супруга перед женой!).

    Что, наконец, представляет собой, по мнению индийцев, пятая, высшая ступень любви? Это любовь страстная, тайная и запретная. Цель страсти полностью совпадает с мечтой мотылька из сравнения Халладжа: эго жаждет сгореть в пламени любви. Уместно повторить слова мистика Рамакришны,: «Если так сильно любишь Бога и готов пожертвовать всем, лишь бы узреть Его лицо, достаточно сказать:
    "Боже, откройся!" — и Он непременно откликнется».

    Там же, в Индии, есть образ Кришны, игравшего ночами на флейте в лесу Вриндаван. Чарующая мелодия заставляла юных жен тайком выбираться из супружеских постелей и, прокравшись по залитому лунным сиянием лесу, всю ночь напролет танцевать с прекрасным юным богом и предаваться неземному блаженству.

    Основная мысль этих примеров заключается в том, что внезапный приступ любви возносит человека над преходящими законами и отношениями, имеющими силу только в иллюзорном мире кажущейся обособленности и многообразия. Эту идею выражал в своих проповедях и святой Бернар Клервосский, полагавший, что библейский текст «Песни песней» выражает тоску души по Богу, выходящую за рамки рассудка и человеческих законов.

    Вспомним слова Христа, запечатленные в гностическом «Евангелии от Фомы»: «Разруби дерево — я там; подними камень, и найдешь меня там»; вспомним платоновского «Тимея», где сказано, что время — это подвижный образ Вечности; строки Уильяма Блейка: «Вечность — это любовь, закаленная временем».

    Таким образом, можно с уверенностью говорить: невзирая на то, что некоторые моралисты находят возможным разделять две сферы, Два царства — плоть и дух, время и вечность, — при первом же появления любви подобные разграничения сразу исчезают и пробуждается чувство осмысленности жизни, где все противоположности пребывают в неразрывном единстве.


    когда в тронный зал вносят больного, перед гостем стоит одна задача — просто спросить, чем занедужил король. И в тот же миг рана затянется, бесплодные

    Дошли до нас и слова Гераклита: «Для богов все достойно, хорошо и правильно, но человек считает одно верным, а другое ошибочным. Добро и зло едино».

    Когда жизнь порождает то, что рассудок именует злом, можно по долгу чести вступить в праведный бой, но если в этой схватке будет забыта идея любви — «Любите врагов ваших!» —утратится и человечность.
    Говоря словами американского романиста Готорна, «человек не вправе отрекаться от родства даже с самыми страшными преступниками».



    Если заглянуть почти на два миллиона лет в прошлое, в те невероятно далекие времена, куда уводят недавние палеологические находки и открытия, то выясняется, что уже в первобытной Восточной Африке, то обнаружены самые ранние приметы эволюции нашего рода, существовало два принципиально несхожих вида человекообразных. Гоминиды первого типа, открытые профессором Лики и получившие имя синантропов, были травоядными — и давно вымерли. Второй вид, homowhilis, «человек умелый», как назвал его Лики, был плотоядным. Эти убийцыизготовляли оружие и орудия труда, и именно от них, несомненно) произошла современная человеческая раса.

    » к своему изумлению, я вскоре выяснил, что образы шизофренически» фантазий в точности совпадают с символикой путешествия мифологического персонажа, которую я еще в 1949 году описал в работе «Тысячеликий герой».

    «Есть лишь одна настоящая мудрость, — сказал шаман, — и живет она далеко от людей, в полном одиночестве. Получить ее можно только через страдания. Одиночество и муки — вот что открывает шаману то, что неведомо остальным».

    В чем же разница между психотическими либо ЛСД-переживаниями — и мистическими, йогическими? Нет сомнений, что все они уводят в одни и те же пучины бездонного моря души. Во многих случаях сходны и встречающиеся символические фигуры (о них мы подробнее поговорим чутьпозже). И все же разница есть. Говоря простым языком, это разница между опытными ныряльщиками и теми, кто не умеет плавать. Мистик, который наделен врожденными талантами и шаг за шагом исполняет указания наставника, входит в воду постепенно и уверен в своих силах.

    Гроф, сравнивает тональность этих фантазий с вневременным внутриматочным существованием до рождения: блаженство, покой, неизменность с глубоким и приятным ощущением радости, любви и гармонии, даже единства со Вселенной и Богом. Как ни парадоксально, это непередаваемое состояние одновременно бессодержательно и всеобъемлюще — это небытие, которое больше бытия, отсутствие эго, но беспредельность «я», заполняющего весь космос.

    В «Тимее» Платон утверждал, что «есть только один способ пестовать что бы то ни было — нужно доставлять этому именно то питание и то движение, которые ему подобают.

    «субъективно все религии одинаковы, но объективно различаются».

    «Бог — мыслящая сфера, чей центр повсюду, а окружность — нигде». Так сказано в небольшом сборнике изречений под названием «Книга двадцати четырех философов» (XII в.). Каждый из нас, кем бы и где быон ни был, находится в центре, а в душе его, сознает он это или нет кроется «всеобщий Разум», чьим законам подчиняется не только любой ум но и любое пространство.
     
  5. TopicStarter Overlay
    Соня

    Соня Автор

    Сообщения:
    8.027
    Симпатии:
    423
    Мирча Элиаде - выдающийся культуролог и религиовед ХХ века.
    Йога: бессмертие и свобода

    Полностью - тут:
    http://psylib.org.ua/books/eliad01/


    [​IMG]


    Мирча Элиаде ЙОГА БЕССМЕРТИЕ И СВОБОДА

    УЧЕНИЯ ЙОГИ— «Я» — Субстанция — Отношения между Духом и первоматерией — Как возможно освобождение? — Структура психического опыта — Бессознательное
    ТЕХНИКИ САМООВЛАДЕНИЯ
    Концентрация на «одной точке» — Йогические позы (асаны) и дыхательные упражнения (пранаяма) — Экскурс: пранаяма в неиндийском аскетизме — Йогическая концентрация и медитация — Значение Ишвары — Сосредоточение и гипноз — Самадхи «с опорой» — Сиддхи, или «сверхобычные способности» — Самадхи «без опоры» и окончательное освобождение — Реинтеграция и свобода
    ЙОГА И БРАХМАНИЗМ
    Аскеты и мастера экстаза в Ведах — Тапас и йога — «Внутренние» ритуалы — Символика и гносис упанишад — Бессмертие и свобода — Йога в Майтри-упанишаде — Санньяса-упанишады — Йогические упанишады — «Брахманистская магия» и йога: Ригвидхана — «Добрые» и «злые» аскеты и созерцатели
    ТРИУМФ ЙОГИ
    Йога и индуизм — Йога в «Махабхарате» — Йога и санкхья в «Махабхарате» — Йогические техники в «Махабхарате» — Йогический фольклор в «Махабхарате» — Учение «Бхагавадгиты» — Пример Кришны — «Действия» и «жертвоприношения» — Йогическая практика в «Бхагавадгите»
    ЙОГИЧЕСКИЕ ПРИЕМЫ В БУДДИЗМЕ
    Путь к нирване и символизм инициации — Джханы и самапатти — Йогины и метафизики — «Чудесные способности» — Знание прошлых жизней — Париббаджаки — Маккхали Госала и адживика — Метафизическое знание и мистический опыт
    ЙОГА И ТАНТРИЗМ
    Приблизительные очертания —Иконография, визуализация, ньяса, мудры — Мантры, дхарани — Экскурс: зикр — Мандала — Похвала телу: хатха-йога — Нади: ида, пингала, сушумна — Чакры — Кундалини — «Интенциональный язык» — Мистическая эротика — Майтхуна — «Совпадение противоположностей»
    ЙОГА И АЛХИМИЯ
    Легенды о йогинах-алхимиках — Тантризм, хатха-йога и алхимия — Китайская алхимия — Алхимия как духовная дисциплина
    ЙОГА И АБОРИГЕННАЯ ИНДИЯ
    - Дороги к свободе — Агхоры, капалики — Горакхнатх и 84 сиддха — Матсьендранатх и миф о «передаче учения» — Шаманистская магия и поиски бессмертия — Йога и шаманизм — Восхождение на небеса — Мистический полет — «Магический жар» — «Внутренний свет» — Сходства и различия — Сращивание и упадок: йога и популярные религии — Дравидское наследие, мунда, протомунда — Хараппа, Мохенджо-Даро
     
  6. TopicStarter Overlay
    Соня

    Соня Автор

    Сообщения:
    8.027
    Симпатии:
    423
    Так знание становится формой медитации, а метафизика — сотериологией.

    [​IMG]

    СУБСТАНЦИЯ

    Вселенная и полиморфизм жизни существуют благодаря ошибочному мнению человека о самом себе, т. е. благодаря факту смешивания подлинного Я с психоментальными состояниями. Но, как мы отмечали выше, невозможно постичь истоки и причину этого ложного представления. Можно сказать только то, что эволюция пракрити носит исключительно сложный, ступенчатый характер. Здравый смысл подсказывает нам, что любое сложное образование не может ни возникнуть, ни существовать самостоятельно.
    Так, например, кровать как целое состоит из различных деталей, но их стройное сочленение друг с другом создается не само собой, а с помощью. Санкхья обнаруживает, что креация носит телеологический характер; если бы процесс творения не был связан со служением Духу, он оказался бы абсурдным, бессмысленным. В природе все состоит из частей — следовательно, всякая вещь должна иметь «управляющего» (адхьякша), т. е. того, кто может использовать эти соединения в своих целях.
    Таким «управляющим» не может быть ментальная деятельность или состояния сознания (которые уже сами по себе — сложные продукты пракрити). Должна быть некая сущность за пределами субстанциональных категорий (гун), являющаяся причиной самой себя. Более того, эта сущность должна существовать как субъект, который главенствует над ментальной активностью и на который сориентированы «блаженство и страдание». Ибо, добавляет блаженство не может ощущаться и различаться блаженством же; а если бы оно ощущалось страданием, то это был бы опыт не приятного, а мучительного.

    Таким образом, эти два признака (страдание и блаженство) не могут существовать, не могут восприниматься иначе как в направленности на субъект, который превосходит эмпирический опыт. Этим демонстрируется первое доказательство санкхьи для существования Духа: самхатапарартхатват пурушасья, т. е. «знание о существовании духа через комбинацию одних вещей для блага другого»; эта аксиома в изобилии встречается в индийской литературе и принимается йогой.

    Согласно этому постулату. Дух, Я — простой, нередуцируемый, автономный, статичный, несозидательный принцип, не принимающий участия в ментальной или сенсорной деятельности. Несмотря на то что Я пребывает под покровом иллюзий и сумятицы творческой силы эволюции, пракрити, приходящая в движение через «телеологический инстинкт», в целом направлена на «освобождение» Пуруши. Вспомним еще раз, что «от Брахмана до травинки, творение существует ради того, чтобы душа достигла высшего знания».


    Иллюзия (или невежество) состоит в смешивании неподвижного, вечного Пуруши с потоком сознания. Говорить «Я страдаю», «Я желаю», «Я ненавижу», «Я знаю» и полагать, что это «Я» относится к Духу — значит пребывать в иллюзии и продлевать ее


    ОТНОШЕНИЯ МЕЖДУ ДУХОМ И ПЕРВОМАТЕРИЕЙ

    Есть лишь один путь к достижению спасения — правильное понимание Духа. Санкхья только продолжает традицию упанишад: «Тот, кто знает Атман, пересекает океан страдания» «Через знание — освобождение, через неведение — порабощение» И первый этап обретения этого «знания» состоит в том, чтобы отвергнуть у Пуруши любые признаки — что эквивалентно отрицанию страданий как чего-то, касающегося нас лично, рассматриванию их в качестве объективного факта, вне Духа, т. е. не оценивая, не придавая им значения, потому что все оценки и значения созданы интеллектом — в той мере, в какой он отражает Пурушу.

    Страдание существует лишь постольку, поскольку эмпирический опыт сцеплен с духовным началом в человеке. Но, т. к. это сцепление иллюзорно, его можно легко уничтожить. Когда Пуруша постигнут, оценки аннулируются; страдание — больше ни страдание, ни не-страдание, но простой факт, который, хотя и сохраняется на уровне ощущений, теряет свою значимость, свой смысл. Этот пункт следует понять основательно, потому что он имеет огромную важность. Для того чтобы освободить человека от страдания, санкхья и йога предлагают отрицать страдание как таковое, что, по их мнению, ликвидирует любую связь между страданием и Я. При таком подходе становится ясно: Дух свободен, вечен и неактивен, что бы ни происходило с нами; мучения, чувства, волнения, мысли и т. д. больше нам не принадлежат. Ведь они обусловлены космическим законом; несомненно, они реальны, но эта реальность не имеет ничего общего с нашим Пурушей.
    Страдание — явление мирового порядка; человек испытывает его, увековечивает его просто в силу того, что позволяет себе соблазняться иллюзией.
    Знание есть «пробуждение», раскрывающее сущность Пуруши.
    Знание ничего не производит; оно проникает в реальность непосредственно. Это истинное, абсолютное знание, которое достигается через прозрение. Прозрение и есть знание высшей реальности, «пробуждение» -в нем объект полностью сливается с субъектом. Я только «созерцает» самого себя; оно не «размышляет» о себе, т. к. мысль как таковая является частью эмпирического опыта и, следовательно, принадлежит пракрита. Для санкхьи нет иного пути, чем этот. Надежда же только продлевает и усиливает человеческую несвободу; лишь тот, кто потерял любую надежду, счастлив «ибо надежда — это величайшая из всех пыток, а безнадежность — величайшее счастье». Нравственность как таковая не ведет ни к чему существенному. грехи сами исчезают, когда обретается истинное знание.

    Для санкхьи единственное верное средство — метафизическое знание Познавательный процесс естественным образом производится интеллектом; однако сам интеллект является, лишь высокоразвитой формой «материи». Как, в таком случае, можно осуществить освобождение (мукти) через пракрити? Санкхья выдвигает телеологический аргумент: материя инстинктивно действует на благо спасения души, т. е. Пуруши. Интеллект, будучи совершеннейшим творением пракрити, сам способен — благодаря своей динамичности — помочь процессу избавления: он служит предварительной ступенью на пути к прозрению. Йога занимает точно такую же позицию: пракрити делает опыт возможным и в то же время способствует спасению Я
    Вьяса добавляет важную деталь: порабощение, говорит он, это на самом деле только главенствующее положение буддхи, когда высшая цель еще не достигнута, а освобождение — ступень, на котором она уже осуществлена.

    С точки зрения санкхьи, независимость достигается почти автоматически, когда буддхи приводит человека к порогу «пробуждения». Лишь только реализовано самопрозрение, интеллект и всякие другие психоментальные (и, значит, материальные) сущности, ложно приписывавшиеся Пуруше, отбрасываются от него, возвращаясь в бесформенность пракрити, подобно «танцору, который удаляется после того, как он удовлетворил эстетические желания своей госпожи». «Нет ничего более чувствительного, чем пракрити; едва она скажет себе: «Я узнана», то больше не показывается на глазах Пуруши» Таково состояние человека, «освобожденного в этой жизни» (дживанмукта): святой продолжает жить, потому что его кармическое наследие остается неизрасходованным, наподобие того как гончарный круг горшечника продолжает вращаться с привычной скоростью и тогда, когда горшок уже закончен. Но когда приходит смерть, Пуруша, покидая тело, полностью освобождается


    КАК ВОЗМОЖНО ОСВОБОЖДЕНИЕ?

    Санкхья-йога полагает, что «Пуруша не может быть ни рожденным, ни умершим; ни покорным, ни вольнолюбивым; ни жаждущим свободы, ни освобожденным». «Его бытие исключает любую из таких возможностей» (СС, 1,160). Пуруша чист, вечен, свободен; он не может быть связан, поскольку не вступает в отношения ни с кем, кроме самого себя. (Есть, однако, разница между освобожденным Духом и тем Духом, который все еще пребывает в иллюзорной связанности; эта разница заключается в упадхи. Упадхи, «ложное отношение», является основанием таинственного соединения Пуруши и психоментальных состояний, из-за чего, собственно, человек и не понимает, что оно иллюзорно.) Однако человек считает, что Пуруша порабощен, хотя и способен стать независимым: таковы иллюзии нашей психоментальной жизни. На самом деле «порабощенный» Дух свободен изначально. Если процесс его освобождения кажется нам неким драматическим событием, это потому, что мы рассматриваем его слишком по-человечески. Дух — только зритель (сакшин), а избавление, мукти — лишь осознание этой вечной свободы. Это я полагаю, что Я страдает, я верю, что Я связан, я желаю независимости. В тот самый момент, когда, пробудившись до понимания того, что это «я» (асмита) есть продукт пракрити, я понимаю и то, что все существование — лишь цепь моментов страдания, что истинный Дух «бесстрастно созерцает» драму «личности».

    Таким образом, человеческая личность не существует как конечный элемент; она — только синтез психических переживаний, которые разрушаются (иными словами, перестают действовать), едва наступает прозрение. Подобно любым творениям космической субстанции, асмита тоже помогает пробуждению. Но лишь только достигается освобождение, в личности нет больше нужды. Есть что-то парадоксальное в том, как санкхья-йога представляет себе положение Духа: несмотря на свою чистоту, вечность и неизменность, Пуруша соглашается на сцепление — пусть и в иллюзорной форме — с материей; оказывается, для того чтобы достичь знания о своем бытии и «освободиться», даже и нужно воспользоваться инструментом, созданным материей (в данном случае этот инструментинтеллект). Поэтому буддизм, стремясь избежать подобного парадокса — Пуруши, совершенно лишенного способности контактировать с пракрити и всетаки, вопреки себе, являющегося автором человеческой трагедии, — вообще отказался от нередуцируемого абсолютного принципа — «Духа» и заменил его «состояниями сознания».

    Когда понято, что такая свобода не может быть достигнута в «естественном» положении человека и что личность есть вместилище страдания и драматических коллизий, становится ясно, что в жертву должны быть принесены и эта «естественность», и сама личность. Но такое жертвоприношение с лихвой компенсируется завоеванием абсолютной свободы, которое оно делает возможным. до тех пор пока человек не возвысился над уровнем психоментальной жизни, он может лишь ошибочно судить о трансцендентальных состояниях, которые на самом деле станут наградой за исчезновение нормального сознания;.
     
  7. TopicStarter Overlay
    Соня

    Соня Автор

    Сообщения:
    8.027
    Симпатии:
    423
    СТРУКТУРА ПСИХИЧЕСКОГО ОПЫТА

    Патанджали определяет йогу как «пресечение деятельности сознания», йогах читтавритти ниродхьях Йога, следовательно, считает необходимым опытное познание всех состояний мирского, непросветленного сознания, нормой для которого являются постоянные колебания.

    йогические процедуры требуют долговременных упражнений, которые надо исполнять последовательно, неспешно, терпеливо, без малейшего следа желания достичь «соединения» (самадхи) немедленно.

    «Йога должна познаваться посредством йоги; йога развивается благодаря йоге». Тексты подобного рода можно цитировать бесконечно. Все они подчеркивают необходимость непосредственного опыта, реализации, практики. Патанджали, а вслед за ним и множество других мастеров йоги и тантры, знают, что читтавритти, «вихри сознания», не могут быть поставлены под контроль и уничтожены, если их не познали «экспериментально». Иными словами, нельзя быть свободным от существования, сансары., если не постигнута жизнь во всей своей конкретике. В этом и заключается объяснение парадоксальной телеологии креативного процесса, который, согласно санкхье и йоге, опутывает человеческую душу и в то же время побуждает ее искать спасения. Следовательно, положение человека, хотя и драматическое, все-таки не отчаянное, потому что эмпирические переживания сами помогают освобождать Дух (особенно благодаря тому, что они порождают отвращение к сансаре). Поистине, только через жизненный опыт достигается свобода. Понятие амбивалентности опыта — т. е. одновременно и «порабощение» человека, и стимулирование его к «освобождению»- специфическая черта индийского мышления.

    бесполезно пытаться изменить читтавритти, пока васаны остаются неподконтрольны. Чтобы «деструкция» читтавритти прошла успешно, необходимо разрушить и замкнутый цикл «бессознательное — сознание». Именно этого йога и старается достичь, применяя разные техники, каждая из которых, в широком смысле, нацелена на аннигиляцию психоментального движения, т. е. на «остановку» его.

    Именно в характерном для бессознательного динамизме йога видит самое серьезное препятствие; его и должен в первую очередь преодолеть йогин. Эти латенции, словно побуждаемые странным импульсом, ведущим их к самоуничтожению, желают выйти на свет, желают, в процессе своего осуществления, стать состояниями сознания. Сопротивление, оказываемое подсознанием любой попытке отречения и аскетизма, любому действию, которое может привести к спасению души, есть, так сказать, показатель страха, «испытываемого» бессознательным при «мысли» о том, что множество еще не проявленных тенденций так и не смогут реализовать свой потенциал и разрушатся еще до того, когда придет время его осуществить.

    Эта жажда актуализации со стороны васан, однако, смешивается с жаждой угасания, «успокоения», которая наблюдается на всех уровнях универсума. Хотя угасание психоментальных тенденций связано с их актуализацией и представляет лишь смену модуса природного бытия, тем не менее верно, что каждая васана, манифестирующаяся как состояние сознания, исчезает как таковая; конечно, другие васаны сменят ее, но сама она, реализуясь, просто прекращает существование.

    Интенсивность биоментального круговорота возникает именно из-за того, что васаны всегда нацелены на самоистребление. И все же каждое «проявление» и «исчезновение» в пределах горизонта жизни, равно как и в пределах психоментального горизонта, свидетельствуют об отказе от эго, о стремлении стать другим. Рассмотренные с этой позиции, каждая «форма», каждое «явление» и «состояние», какими бы они ни были — все, что населяет вселенную, — управляются тем же инстинктом свободы, который есть и в человеке. Весь космос, как и человек, равным образом стремится вернуться в (первозданное) Единство.


    ТЕХНИКИ САМООВЛАДЕНИЯ
    КОНЦЕНТРАЦИЯ НА «ОДНОЙ ТОЧКЕ»

    Отправной точкой для йогической медитации является концентрация на одном объекте; будет ли это физическим объектом (пространство между бровями, кончик носа, нечто светящееся и т. д.) или мыслью (метафизическая истина) или Богом (Ишвара) — не имеет большой разницы. Эта целенаправленная, непрерывная концентрация, называемая экаграта («на одну точку»), достигается путем интеграции психоментального потока (сарвартхата, «разнонаправленное, непродолжительное, рассеянное сознание), что в точности совпадает с дефиницией йогической техники: йогах читтавритти ниродхья.

    Непосредственный результат экаграты — быстрое и ясное отслеживание всех отвлеченных и механических тенденций, которые доминируют в профанном сознании (или, точнее, составляют его). Отданный во власть ассоциативных связей, порожденных ощущениями и васанами, человек проводит дни свои в постоянных психических колебаниях, которые являются внешними по отношению к нему. Чувства или подсознание непрерывно вводят в сознание объекты, овладевающие им и изменяющие его в соответствии со своей формой и интенсивностью. Ассоциации рассеивают сознание, аффекты возбуждают его, «жажда жизни» обманывает его внешними проекциями. Даже в своих интеллектуальных усилиях человек пассивен, потому что течение его мирских мыслей (контролируемых не экагратой, но лишь временными моментами концентрации — кшипта-викшипта) неизбежно зависит от объектов. Обычно мысль появляется на некоем неопределенном, беспорядочно мерцающем фоне, подпитываемом ощущениями, словами и памятью. Первый долг йогина в отношении мышления — не позволять себе мыслить вообще. Вот почему йогическая практика начинается с экаграты, которая ставит заслон ментальному потоку и тем самым создает «психическую массу», твердый и единый континуум.

    Практика экаграты направлена на контролирование двух генераторов ментальной текучести: органов чувств (индрий) и подсознания (санскар). Контроль означает способность вторгнуться, прямо и решительно, в функционирование этих источников ментальных «вихрей» (читтавритти). Йогин способен добиться разрыва сознания усилием воли; другими словами, он может в любое время и в любом месте вызвать концентрацию своего внимания на какой-то одной точке и стать нечувствительным к любому другому сенсорному или мнемоническому раздражителю. Посредством экаграты он достигает подлинной власти, т. е. способности свободно регулировать важный сектор биоментальной деятельности. Не стоит и говорить, что экаграта может быть обретена только в ходе многочисленных упражнений и техник, в которых значительную роль играет физиология. Нельзя получить экаграту, если, например, тело устало или находится в неудобной позе или если дыхание сбито, неритмично. Вот почему, согласно Патанджали, йогическая техника подразделяется на несколько категорий физиологических практик и духовных упражнений (называемых анги, «члены»), которые начинающий должен изучить, если желает получить экаграту, а также, в пределе, высшую концентрацию — самадхи.

    Эти «члены» йоги могут рассматриваться и как элементы, формирующие группу техник, и как стадии ментального аскетического пути, чья цель — конечное освобождение. Таковы: 1) самоконтроль (яма); 2) соблюдение предписаний (нияма); 3) телесные позы и положения (асаны); 4) дыхательный ритм (пранаяма); 5) отвлечение органов чувств (пратьяхара); 6) концентрация (дхарана); 7) йогическая медитация (дхьяна);8-) самадхи

    ЙОГИЧЕСКИЕ ПОЗЫ (АСАНЫ) И ДЫХАТЕЛЬНЫЕ УПРАЖНЕНИЯ (ПРАНАЯМА)

    Важно то, что асана делает тело устойчиво неподвижным и в то же время сводит физические усилия к минимуму. Избегая беспокоящего чувства усталости, расслабления в некоторых частях тела, йогин регулирует физические процессы и тем самым позволяет вниманию останавливаться только на потоке сознания. На первых порах асана неудобна и даже невыносима. Но в ходе дальнейшей тренировки усилие по сохранению тела в одном и том же положении становится незначительным. В конце концов (и это самое главное) усилие должно исчезнуть совсем, а медитативная поза — стать естественной; только тогда возможно углубление концентрации. «Совершенство асаны достигается при полном снятии напряжения, благодаря чему прекращаются все движения тела. Или же асана реализуется при сосредоточении сознания на бесконечном» «Человек, практикующий в соответствии с наставлениями эту специфическую позу, должен сделать усилие, суть которого — в снятии естественного напряжения. Иначе асана не может быть реализована». Что касается «сосредоточения сознания на бесконечном», то это значит полное поглощение внимания практикующего присутствием своего тела.

    На уровне физического тела асана — это экаграта, концентрация на одной точке; тело «сжато», сконцентрировано в точечной позиции. Подобно тому как экаграта кладет конец колебаниям и дисперсии состояний сознания, так и асана, сводя бесконечное разнообразие возможных положений тела к одной архетипической, иконографической позе, прекращает телесную подвижность и неустойчивость.

    Непосредственная же цель пранаямы более скромна. Благодаря ей приобретается «непрерывное осознавание», которое способно сделать йогическую медитацию возможной. Дыхание обычного человека в целом аритмично; оно подчиняется внешним обстоятельствам или ментальному напряжению. Эта нерегулярность производит бесцельную психическую текучесть, что влечет за собой неустойчивое и рассеянное внимание. Можно, конечно, стать внимательным, если прилагать к этому усилия. Но, согласно йоге, усилие как таковое относится к внешним факторам. Дыхание естественным образом должно стать ритмичным. Поэтому в ходе пранаямы адепт старается снять напряжение дыхания; ритмичное дыхание должно стать настолько автоматическим, чтобы йогин вообще забыл о нем.

    Занимаясь пранаямой, йогин старается достичь прямого познания своей жизненной пульсации, своей органической энергии, проходящей через вдохи и выдохи. Пранаяма — это внимание, направленное на органическую жизнь, знание через действие, спокойное и ясное вхождение в самую сущность жизни. Йога советует ученикам жить, не привязываясь к жизни.

    В первые же дни практики концентрация на жизненных функциях дыхания вызывает невыразимое ощущение гармонии, ритмичной и мелодичной полноты, разрешение всех психофизиологических затруднений. Позже приходит смутное чувство присутствия чего-то значительного в своем теле, безмятежное сознавание своей силы.
     
  8. TopicStarter Overlay
    Соня

    Соня Автор

    Сообщения:
    8.027
    Симпатии:
    423
    ПРАНАЯМА В НЕИНДИЙСKOM АСКЕТИЗМЕ

    В отличие от пранаямы, «эмбриональное дыхание» не является ни практикой, предваряющей медитацию, ни вспомогательным упражнением. Оно самодостаточно. Тай цзи осуществляет «мистико-физиологический» процесс, с целью бесконечного продления телесной жизни.

    «Практикующий упорядочивает дыхание, потом проглатывает его и задерживает настолько долго, насколько это возможно; он концентрируется на пораженной части тела, представляя, как дыхание проливается на нее или же мысленно заставляя дыхание бороться с болезнью, воображая, что оно пробивается сквозь перегороженный проход. Когда дыхание истощится, он выталкивает его, затем начинает снова, и так — от двадцати до пятидесяти раз; он останавливается тогда, когда ощущает тепло, струящееся по больному органу. В неодаосских практиках роль сознания возрастает еще больше. «Те, кто проглатывают дыхание, должны следовать за ним мысленно, когда оно входит во внутренние органы, так, чтобы и гуморальные жидкости внутренностей, и все внутренние органы были пропитаны соответствующим видом дыхания. Так оно может циркулировать по всему телу и исцелять все болезни».

    «Глубокое и безмятежное» дыхание в экстазе напоминает дыхание животных во время спячки, а ведь хорошо известно, что спонтанность и полнота жизни животных были для китайцев превосходным примером существования в совершенной гармонии с миром.

    хорошо показывает одновременно и жизненную и духовную функцию этого эмбрионального дыхания, в котором присутствуют как органическое изобилие, так и экстаз: «Тот, кто желает избежать страстей и головокружения, должен учиться дышать не одним лишь горлом, но всем телом, начиная с пяток. Такое глубокое, безмятежное дыхание характерно и для спячки, и для экстаза. Дыша вытянутой шеей, человек достигает, если можно так выразиться, расщепления дыхания и обретения квинтэссенции ее животворящей силы. Высшей целью является утверждение своеобразной внутренней циркуляции жизненного принципа, вследствие чего индивид может стать совершенно нечувствительным, к внешним раздражителям и вынести ордалию поглощения без всякого ущерба. Он становится непроницаемым, самодостаточным, неуязвимым, когда постигает искусство питания и дыхания в замкнутом режиме, как это делает эмбрион».

    Ниже приводится короткий отрывок из сочинений Никифора Уединенника (вторая половина XIII в): «сядь, успокой ум и введи его в ноздри — ибо это есть дорога, по которой дыхание устремляется к сердцу. Заставь ум спуститься в сердце вместе с вдыхаемым воздухом. Когда это случится, увидишь, что за радость последует; ты ни о чем не пожалеешь. Как человек, который, возвратившись домой после долгого отсутствия, не может сдержать свою радость так и ум, когда он объединяется с душой, источает радость и безмерный восторг. Посему, брат мой, не приучай ум торопиться уйти оттуда. На первых порах, конечно, он не проявляет усердия — и это еще мягко сказано — из-за такого внутреннего ограждения и заточения. Но едва подобное пребывание войдет у него в привычку, он не найдет больше удовольствия в блуждании вовне. Ибо «Царство Божие внутри нас», и тому, кто упрочивает свой взор на нем и следует ему с чистой молитвой, все другие миры покажутся низкими и презренными».

    Метод святой молитвы и внимания, приписывавшийся Симеону Новому Богослову. «Делай так, как я говорю: закрой дверь кельи, сядь тихо в углу; возвысь ум свой над всеми суетными, изменчивыми вещами. Затем, уперев подбородок в грудь, направь телесное око и самый ум в центр живота, т. е. в пупок, вдыхай воздух, проходящий через нос, так, чтобы дыхание утратило легкость, и мысленно исследуй внутренние недра, отыскивая место сердца, где так радостно замирают все силы души. Вначале ты встретишь только тьму и неподатливость, но если продолжишь, совершая это упражнение днем и ночью, то обнаружишь — о чудо! — безграничное блаженство»


    ЙОГИЧЕСКАЯ КОНЦЕНТРАЦИЯ И МЕДИТАЦИЯ

    Асана, пранаяма и экаграта, сколько бы они ни длились, нацелены на стирание человеческой обусловленности. Неподвижный, ритмично чередующий вдохи и выдохи, устремивший внимание и взор на одну точку, йогин пытается выйти за пределы секулярной сферы существования. Он постепенно становится независимым от космоса; внешние импульсы почти не беспокоят его (преодолев «противоположности», он равно нечувствителен к жару и холоду, свету и тьме и т. д.); сенсорная активность больше не увлекает его вовне, к объектам чувств; психоментальный поток, будучи сконцентрированным, «собранным», уже ничем не нарушается и не направляется случайным вниманием, автоматичностью или памятью. Этот «уход» из мира, отрешенность от него сопровождается погружением в себя, прогресс в которой прямо пропорционален прогрессу в умении отрешаться. Йогин возвращается к самому себе, вступает, так сказать, во владение собой, окружает себя все более прочными «барьерами», которые защищают его от вторжения извне — одним словом, он становится неуязвимым.

    Излишне говорить, что такая концентрация, испытываемая на всех уровнях, совпадает с постепенно возрастающим вниманием йогина к своей физиологической жизни. Пока длится упражнение, ощущение йогином своего тела полностью отличается от телесных ощущений непосвященного. Неподвижность тела, замедление дыхательного ритма, сужение поля сознания вплоть до точки, наряду с вибрированием в его теле тончайшей пульсации внутренней жизни — все это, по-видимому, уподобляет йогина растению. Это уподобление, конечно, не является уничижительным для него, даже если оно полностью адекватно реальной ситуации. Для индийского сознания вегетативная модальность — не оскудение жизни, но, напротив, ее обогащение. В мифологии пуран и в иконографии ризома и лотос стали символами манифестации вселенной. Сотворение мира символизируется лотосом, цветущим на первозданных водах. Образ растительности всегда означает сверхизобилие, плодовитость, прорастание всех семян. В индийской живописи (например, во фресках Аджанты) блаженство, которое испытывают персонажи, передается через их мягкие, гибкие формы, напоминающие стебли водных растений; когда смотришь на них, создается впечатление, словно в венах этих мифических фигур течет не кровь, а растительный сок. В самом деле, эта аналогия между йогином в состоянии концентрации и растением не так уж нелепа. Ностальгия, которую чувствует индиец, когда думает о замкнутом и непрерывном органическом круговороте — без неровностей, без резких изменений (именно этим и характеризуется растительный план жизни) — такая ностальгия является реальным фактом.

    Тем не менее мы не считаем, что подобное стирание обыденной человеческой жизни — через неподвижность, ритм дыхания, концентрацию на одной точке — имеет своей конечной целью возврат к вегетативной форме бытия. Цели, которым следуют «Йога-сутры» Патанджали, равно как и интенции других форм йоги определенно свидетельствуют против такой гипотезы. Нам кажется, что сходства с растениями, которые можно найти в йогических позах, дыхании и концентрации, полностью объясняются архаической символикой «возрождения». Морфологически допустимо соотнести асану и пранаяму с «эмбриональным дыханием», используемым в даосизме, (Цель этого дыхания, согласно даосским источникам, состоит в имитации дыхания плода в материнской утробе. «Возвратившись к основам, вернувшись к истокам, уничтожают старость, обретают состояние младенца в утробе», — «Устные наставления по эмбриональному дыханию» или с позой эмбриона, в которую очень часто кладут людей при погребении (в надежде будущего возвращения к жизни), а также с некоторыми церемониями инициации и возрождения, исполняемыми в замкнутом пространстве — символе материнского чрева. эти церемонии предполагают магический перенос практикующего в эпоху золотого века, в мифическое illud tempus. («То время», «время оно», незапамятные времена) Incipit vita nova (Начинается новая жизнь), но оно возможно только в том случае, если прошедшее время и «история» отброшены, если момент настоящего совпадает с мифическим моментом начала времен, т. е. с созданием миров, космогонией.

    Кроме того, асана и экаграта имитируют божественный архетип. Йогическая поза имеет религиозную ценность в самой себе. В отречении от обусловленности, т. е. в практике йоги, заключается и религиозная ценность — в том смысле, что йогин имитирует способ бытия Ишвары: неподвижность, концентрацию на самом себе. В других разновидностях йоги асана и экаграта могут быть религиозно ценными просто благодаря тому, что йогин становится живой статуей, воплощающей иконографическую модель.

    Ритмизация дыхания и остановка его на долгий срок значительно углубляет концентрацию (дхарана). Ибо, посредством пранаямы сбрасывается темная завеса и интеллект становится способен (йогьята) к концентрации. Йогин может испытать качество своей концентрации с помощью пратъяхары (этот термин обычно переводится как «отдергивание органов чувств», или «отвлечение»; мы предпочитаем переводить как «способность освободить деятельность органов чувств от давления внешних объектов»). пратьяхара может быть понята как такая способность, посредством которой интеллект, читта, обладает ощущениями так, как если бы контакт с объектом был реальным. органы чувств, вместо того чтобы направляться на объект, «пребывают в своих собственных пределах». Хотя чувства больше не нацелены на внешние объекты и их активность прекращена, интеллект все же не теряет своей способности получать сенсорную информацию. Когда читта желает познать внешний объект, она не пользуется для этого органами чувств, но способна постигать его собственными силами.

    Полученное непосредственным путем, через созерцание, это «знание» более эффективно, чем нормальное знание. «Отсюда мудрости йогина открыто все так, как оно существует в действительности». Освобождение деятельности чувств от давления внешних объектов является заключительной ступенью психофизиологической аскезы. После этого йогин уже не будет больше «отвлечен» или «обеспокоен» чувствами, чувственной активностью, памятью и т. д. Всякая активность прекращена. Читта, будучи психическим целым, которое упорядочивает и осмысляет данные, исходящие от ощущений, может служить теперь зеркалом для объектов, без того чтобы между ним и объектом находились бы органы чувств.

    После реализации читтавритти ниродхьи, т. е. подавления психоментальных состояний, читта остается пребывать в самой себе. Но эта «автономия» интеллекта не означает подавления феноменов. Даже будучи отрешенным от феноменов, йогин продолжает их созерцать. Вместо прежнего знания через формы и ментальные состояния (читтавритти), йогин теперь постигает сущность (таттва) всех объектов напрямик.

    Концентрация, дхарана (от корня дхри, «крепко удерживать») похожа на экаграту, но содержание ее строго умозрительно. Иными словами, дхарана (и это отличает ее от экаграты, единственная цель которой — остановка психоментального потока и «фиксация на одной точке») создает такую «фиксацию» чисто для целей понятийного схватывания. «Концентрация есть фиксация сознания на определенном месте»
    концентрация обычно осуществляется «на пупочном центре (чакра), на лотосе сердца, на лучезарном центре в голове, на кончике носа, на кончике языка и на прочих подобных местах на теле или же на внешних объектах».
    нельзя получить дхарану без поддержки объекта, на котором фиксируется сознание.

    Вьяса выделял концентрацию на «лотосе сердца» как приводящую к переживанию «лучезарности». Подчеркнем эту деталь — опыт «внутреннего света», открываемого через концентрацию на сердечной чакре. Подобный опыт уже упоминается в упанишадах, и всегда в связи с проявлением истинного Я, Атмана. О «свете сердца» постоянно говорится во всех мистических индийских произведениях, возникших после периода упанишад.
    лотос сердца имеет восемь лепестков, располагается вершиной вниз, между подбрюшьем и тораксом, т. е. грудной клеткой. Йогин должен перевернуть его и раскрыть, с помощью остановки дыхания и концентрации сознания на нем. В центре лотоса находится солнечный диск с санскритской буквой А, что символизирует состояние бодрствующего сознания. Выше расположен лунный диск с буквой У: это сфера сна. Еще выше — «круг огня» с буквой М, область сна без сновидений. Самый же высший — «высочайший круг, сущность которого — воздух», это место четвертого состояния (турия). В этом последнем лотосе, или, более точно, в его околоплоднике, находится «нерв (нади) Брахмы», направленный вверх и достигающий сферы солнца и других сфер. Здесь начинается нади, называемая сушумна, которая пересекает также и другие чакры. Брахмачакра — обитель читты; концентрируясь на нем, йогин постигает сознание читты (другими словами, он осознает сознание).

    дхарана занимает время, равное двенадцати пранаямам. «Время, необходимое для концентрации сознания на объекте, равно времени, которое занимают двенадцать пранаям» (т. е. двенадцать контролируемых, одинаковых, замедленных дыхательных циклов). Продлевая такую концентрацию на объекте еще в двенадцать раз, получают дхьяну. Патанджали определяет дхьяну как «сфокусированность однородных состояний сознания на этом месте» «Сфокусированность сознания на созерцаемом объекте, находящемся в данном месте, или, однородное течение содержаний сознания, не нарушаемое другими содержаниями, и есть дхьяна, или созерцание».

    когда сознание, достигнув дхараны на определенном объекте, смогло удержаться достаточно времени перед самим собой как собственным объектом, без какого-либо прерывания, вызванного вторжением посторонних содержаний сознания, то оно, это сознание, достигает дхьяны. В качестве примера он приводит созерцание Вишну или какого-нибудь иного бога, которых представляют находящимися в лотосе сердца. Едва ли нужно отмечать, что эта йогическая медитация абсолютно отличается от любого обыденного созерцания. Во-первых, в структуре нормального психического опыта никакая «сфокусированность сознания» не в состоянии достичь такой плотности и чистоты, какую позволяют обрести приемы йоги. Во-вторых, повседневное созерцание устанавливается либо на внешней форме, либо на ценности данного объекта, в то время как дхьяна делает возможным «проницать» объекты, «уподобляясь» им магическим образом.

    В качестве примера мы приведем созерцание «огня» (медитация начинается с концентрации на горящих угольях, размещенных перед йогином). Оно не только раскрывает глубокий смысл феномена горения, но и также позволяет йогину: 1) отождествить физиохимический процесс, происходящий в углях, с процессами окисления в человеческом теле; 2) идентифицировать огонь перед собой с огнем солнца и др.; 3) объединить содержания всех этих видов огня, чтобы получить видение вселенной как «огня»; 4) проникнуть в этот космический процесс, вначале на планетном уровне (солнце), затем на физиологическом (тело человека), и, наконец, на уровне бесконечно малых элементов («семена огня»); 5) свести все эти уровни к модальности, общей для всех них, т. е. к пракритикак «огню»; 6) «овладеть» внутренним огнем, посредством пранаямы, т. е. через задержку дыхания (дыхание = жизненный огонь); 7) наконец, в новом проникновении, расширить эту «власть» на угли, горящие перед ним (ведь если процессы горения одинаковы во всех уголках вселенной, любая частичная власть над явлениями непременно приводит к власти in toto (В целом:) , и т. д. Приводя такое описание (являющееся, конечно, весьма поверхностным) некоторых упражнений, связанных с медитацией на огне, мы попытались изложить механизм дхьяны и ограничились лишь несколькими примерами, иллюстрирующими его. Но самые сложные упражнения, конечно, трудноописуемы, что, впрочем, совсем не удивительно. Особенно трудно объяснить акт «проникновения в сущность огня»; этот акт не следует понимать ни как разновидность поэтического воображения, ни как интуицию бергсонианского типа. Йогическую медитацию резко отличает от этих двух иррациональных «потоков» состояние ясности и последовательности, сопровождающее и постоянно направляющее ее.

    «Сфокусированность сознания» никогда не выходит из-под контроля йогина и никогда не засоряется вторичными образованиями — случайными ассоциациями, аналогиями, фалтазмами и т. д. Ни на один момент это созерцание не перестает быть инструментом для познания сущности вещей — т. е. в конечном счете инструментом для овладения, «ассимиляции» реальности.
     
  9. TopicStarter Overlay
    Соня

    Соня Автор

    Сообщения:
    8.027
    Симпатии:
    423
    ЗНАЧЕНИЕ ИШВАРЫ

    в случае с конкретными людьми Ишвара может ускорить процесс освобождения; он помогает им более быстрыми шагами двигаться к самадхи. Он способен, например, привести к самадхи йогина, который избирает его как объект своей концентрации. его сущность инстинктивно «сотрудничает» с Я, который ищет освобождение с помощью йоги. Таким образом, значимо именно метафизическое соответствие двух родственных сущностей. и субстанция, пракрити, по причине своего «телеологического инстинкта», участвует в освобождении человека. космическая субстанция сама помогает спасать многие «я», ввергнутые в иллюзорную пучину бытия. В «Йога-сутрах» прежде всего подчеркивается технический аспект йоги — иными словами, стремление и способность йогина к самоовладению и концентрации. Почему же Патанджали тем не менее почувствовал необходимость представить Ишвару? Видимо, потому что тот соответствует реальности йогического опыта: Ишвара может привести к самадхи. Иначе говоря, рядом с традицией где успех достигается только лишь волей и личными усилиями аскета, была и другая, «мистическая» традиция, в которой последние ступени йогической практики значительно облегчались посредством поклонения Богу.
    Патанджали пришлось ввести Ишвару в йогу, поскольку тот был, так сказать, экс- периментальным фактом.

    к самадхи приходят тогда, «когда дхьяна освобождается от разделения на медитацию, объект медитации и медитирующего субъекта, и поддерживается только формой того объекта, на котором медитируют»

    мы различим еще две разновидности созерцания: 1) ананданугата, переживание йогином блаженства (саттвического по своей природе) вечной светозарности и осознания Пуруши, переживание, которое возникает при исчезании всякого восприятия, даже восприятия «тонких реальностей», и 2) асмитанугата, отражение интеллектом, буддхи (изолированным от внешнего мира) одного только Пуруши.
    йогин достигает своего истинного Я и понимает, что «Я есть, асми, другой, чем мое тело». Он чувствует одновременно и собственную безмятежность, и разрушение Вселенной; он наполняется ощущением абсолютной ненужности всякого знания и всякого сознания — и такое полное отречение ведет его к энстазу без различий. Для йогинов-мистиков именно на этой ступени происходит откровение Ишвары; т. е. Пуруша, Я, осознает свое отличие от других двадцати четырех сущностей (зависимых от пракрити), то он воспринимает двадцать шестую — высшее Я, Бога. После созерцания собственного подлинного Я — цели санкхьяиков — йогин приходит к созерцанию Бога.


    САМАДХИ «БЕЗ ОПОРЫ» И ОКОНЧАТЕЛЬНОЕ ОСВОБОЖДЕНИЕ

    в том случае, когда йогин не может использовать какие-то из этих средств, он способен достичь асампраджняту через обращение к Богу, ибо, такое обращение взывает к милости Ишвары.

    Недифференцированный энстаз -не «абсолютная пустота». «Состояние» и «знание», одновременно выражаемые этим термином, относятся к полному отсутствию объектов в сознании, а не к абсолютно пустому сознанию. Напротив, в такой момент сознание насыщено непосредственным и полным, интуитивным знанием бытия.

    ниродха [окончательная остановка всякого психоментального потока] не должна быть воображаема как несуществование; это скорее опора определенного бытия Духа».

    Это энстаз тотальной пустоты, без сенсорных содержаний или интеллектуальной структуры, необусловленное состояние, в котором больше нет «опыта» (ибо отсутствует связь между сознанием и миром), но есть только «откровение». Буддхи, осуществив свою миссию, исчезает, отторгаясь от Пуруши и возвращаясь в пракрити. Пуруша становится свободным, автономным, созерцающим самого себя. Деятельность «человеческого» сознания прекращена, т. е. оно больше не функционирует, потому что элементы, формировавшие его, погружаются в примордиальную материю. Йогин достигает освобождения; подобно мертвецу, он уже не имеет связей с жизнью, он «мертвый посреди живого». Он — дживанмукта, «освободившийся в этой жизни». (Об «имперсональном положении» дживанмукты, который присутствует только как «наблюдающее сознание», без всякого отношения к эго. Подобные состояния, конечно, могут быть получены и иными средствами, нежели теми, которые предложила классическая йога, однако все равно невозможно подготовить себя к его обретению, не используя практики концентрации и медитации.) Время уже не связывает его, не владычествует над ним; он пребывает в nunc stans, (вечное сейчас) состоянии, которое Боэций относил к вечности.

    Чистое «отражение» Пуруши — не просто мистическое познание: оно позволяет Пуруше достичь вершины в овладении самим собой. Йогин вступает в такое обладание на уровне «недифференцированного энстаза», единственное содержание которого — бытие.

    «полное владение самим собой» радикально меняет онтологические условия человеческого существования. «Самообнаружение», самоотражение Пуруши влечет за собой преображение ступеней космической шкалы; когда это происходит, модусы реальности нивелируются, бытие (Пуруша) совпадает с небытием («человеком»). Самооткровение Пуруши эквивалентно обладанию бытием во всей его полноте. В состоянии асампраджнята самадхи йогин «сливается» фактически со всем бытием.

    Понятно, что его положение непостижимо: он еще живет, но уже свободен; имеет тело и все-таки знает самого себя (и поэтому он — Пуруша); он существует в длительности — и в то же время бессмертен; наконец, он совпадает со всем миром, хотя сам — лишь фрагмент его Чем еще являются эти «человекобоги», о которых мы упоминали раньше, если не «геометрической точкой», где совпадают божественное и человеческое, бытие и небытие, вечность и смерть, целое и часть?


    РЕИНТЕГРАЦИЯ И СВОБОДА

    Вспомним еще раз ступени этого долгого, сложного пути, описанного в книге Патанджали. Цель его предельна ясна: освобождение человека от обусловленности, достижение абсолютной независимости, осуществление совершенного состояния духа. Метод йоги включает в себя ряд различных технических приемов (физиологических, ментальных, мистических), на хаотический поток психоментальной жизни он отвечает «фиксацией сознания на одной точке», которая является первым шагом к тому окончательному выходу из-под власти феноменального мира.Своим отказом от профанной жизни йогин имитирует трансцендентную «модель» — Ишвару. йогин диссоциируется от жизни постепенно. Он начинает с подавления малейших естественных привычек жизни — склонности к несосредоточенности, праздности, блужданию ума и т. п. Затем он старается унифицировать наиболее важные жизненные функции — дыхание и сознание. Дисциплинировать свое дыхание, сделать его ритмичным, редуцировать его к глубинной основе, которая проявляется в состоянии глубокого сна равнозначно объединению в одно целое всех разновидностей дыхания. Ту же самую цель на уровне психоментальной жизни преследует экаграта — остановить поток сознания, создать стабильный психический континуум, объединить сознание. Крайнее упрощение жизни, спокойствие, безмятежность, статичная телесная позиция, ритмичное дыхание, концентрация на одной точке и т. д. — все эти предписания и упражнения стремятся к одной цели: превзойти множественность и фрагментарность, реинтегрировать, собрать, создать целостность. йогин обнаруживает другое бытие, более глубокое и подлинное (из-за своего «ритмизованного» характера) — имеется в виду существование мира в целом.

    воссоединение, посредством самадхи, изначальной недуальности вводит новый элемент по сравнению с изначальным положением, существовавшим прежде разделения реальности на объект и субъект. Этот элемент заключается в знании единства и блаженства. Это есть «возвращение к первоначалу», но с той разницей, что человек, «освобожденный в этой жизни», не просто восстанавливает исконное состояние вещей, но и обогащает его измерениями свободы и транссознания. Выражаясь иначе: он не возвращается автоматически к «данной ситуации», но реинтегрирует изначальную полноту после установления нового, парадоксального модуса бытия- сознания свободы, которое не существует нигде в космосе, ни на уровне обыденной жизни, ни на уровне «мифологических божеств» (дэвы) — и которое находится только в Высшем Существе, Ишваре. он находит сакральный мир, соответствующий новому способу бытия, недоступному для «естественного», профанного мира. освобождаясь сам, человек формирует духовное измерение свободы и «вводит» его в космос и жизнь.

    Дыхание часто отождествляется с «непрестанным возлиянием».
    истинная жертва состоит в приношении дыхания
     
  10. TopicStarter Overlay
    Соня

    Соня Автор

    Сообщения:
    8.027
    Симпатии:
    423
    БЕССМЕРТИЕ И СВОБОДА
    В сердце — сто и одна артерия, из них одна ведет к голове. Идущий по ней вверх достигает бессмертия

    Сдерживая здесь дыхание, пусть владеющий своими движениями дышит слабым дыханием через ноздри. Пусть мудрый, не отвлекаясь, правит разумом, словно повозкой, запряженной дурными конями.

    Атман, это надлежит распознать»
    все, испытываемое в состоянии бодрствования, сна, сна без сновидений, должно быть понято как один и тот же уникальный Атман,. Иначе говоря, вся совокупность опыта принадлежит Атману, но свобода обретается лишь тогда, когда превзойден эмпирический, разрозненный опыт. Четвертое состояние, турия, соответствует самадхи: это положение целостности Духа без каких-либо различий, целостности . И турия, и самадхи выражают Дух в его недифференцированном единстве. Полная реинтеграция, т. е. возвращение к единству, является высшей целью любой сознательной жизни.

    Что же касается пранаямы, то йогин старается «поднять» манас над пупком, затем над сердцем, чтобы затем «зафиксировать» его сначала между бровями («верховное место») и, наконец, внутри черепа, откуда, опять же посредством силы дыхания, он должен заставить манас снова опуститься до пупка. «Верховное место» принадлежит Брахману. Благодаря этому йогическому упражнению адепт обнаруживает Я, обретает святость, достигает наивысшего состояния (парама). Концентрация, дхарана, осуществляется посредством фиксации манаса на солнце, огне, луне, вершинах деревьев или гор, на море и т. д. Когда внутри черепа открывается Брахман, йогин может подыматься к высшему свету, к небосводу; подобно Величайшему Духу, он становится способен видеть собственное Я

    Следует медитировать на Нараяне как на пребывающем в центре солнечного диска

    «идущие через междубровье» (бхрумадхьяга), объединяющие свою душу со Вселенской Душой путем форсирования движения праны снизу через пять сфер (от пяток до колен, от колен до крестца, от крестца к сердцу, от сердца к небу, от неба к междубровью) и обратно через пингалу;

    те, кто просто живут с мыслью «Я есмь Вишну»

    «На чем бы ни медитировал человек, то он и обретает: такова непостижимая сила медитации».


    ПРИМЕР КРИШНЫ
    Допустимо сказать, что суть учения, провозглашенного Кришной, укладывается в следующую формулу: «Пойми Меня и стань подобным Мне!»


    «ДЕЙСТВИЯ» И «ЖЕРТВОПРИНОШЕНИЯ»

    В этом смысле можно сказать, что «Бхагавадгита» пытается «спасти» все человеческие действия, «оправдать» любую профанную деятельность, поскольку уже одним фактом непривязанности к плодам своих дел человек превращает эти дела в жертву, т. е. в безличные динамические силы, поддерживающие мировой порядок. Как Кришна напоминает Арджуне, только те действия не связывают человека, объектом которых является жертва: «Выполняй же дела, свободные от связей» (III, 9). Праджапати создал жертву для того, чтобы проявился космос, чтобы люди жили и размножались (III, 10). Но Кришна возвещает, что человек также может участвовать и в увековечении божественного труда — не только с помощью жертвы как таковой (т. е. принесенной по правилам ведического культа), но и всеми своими делами, какой бы природы они ни были. Для того, кто приносит жертву, «все действия разрушаются». Это должно быть понято таким образом, что его деятельность более не связывает его, не создает новых кармических цепей. Эта трансмутация мирской деятельности в ритуал становится возможной благодаря йоге. Единственное правило, которому он должен следовать, таково: ему следует отрешаться от плодов дел своих (пхалатришнавайрагья), действовать безлично, бесстрастно, безмятежно, как если бы он действовал по доверенности когото другого. Если он строго следует этому правилу, то его деяния больше не посеют новых кармических семян, не заставят его возвратиться во вселенскую круговерть. «К плодам действий покинув влеченье, всегда довольный, //Самоопорный, он хоть и занят делами, но ничего не свершает» Действовать спокойно, спонтанно, не тревожась о «желании плодов», — это значит обрести самообладание и безмятежность, которые, вероятно, только йога и может даровать. Как учит Кришна, человек действует без ограничений, но при этом остается верным йоге.


    ДЖХАНЫ И САМАПАТТИ

    физиологические действия, которые он дотоле выполнял автоматически, бессознательно: «Делает ли он долгий вдох, пусть он сознает это; делает ли долгий выдох, пусть осознает это... Пусть он практикует с мыслью: «Приведя в покой тело, я сделаю вдох... сделаю выдох...»«. Эта процедура — не просто упражнение в пранаяме, но также и медитация над буддийскими «истинами», постоянное созерцание нереальности материи.
    уходит бхикку или приходит, смотрит или отводит взгляд, сгибает или разгибает руки и ноги, надевает ли нижнюю, верхнюю рясу, берет ли чашу, ест ли, пьет, разговаривает, отдыхает, подчиняется позывам природы... двигается или хранит молчание — он всегда осознает то, что делает» Бхикку должен в своей повседневной деятельности непрерывно осознавать и тело, и душу, постичь непрочность феноменального мира и нереальность «души». «Говорят, что есть некая живая сущность, которая ходит, стоит; но где же находится эта движущаяся или стоящая живая сущность? Нет ее».

    Четыре последние джханы (в терминологии аскетизма — самапатти) описываются следующим образом: «И вновь... бхикку, преодолев пределы сознания формы, покончив с контактом (патигха) между органами чувств и их объектами, не обращая внимания на идею различия, и размышляя: «Пространство бесконечно», он достигает его и пребывает в состоянии осознавания бесконечности пространства... И вновь... преодолев сознание бесконечности пространства, размышляя: «Сознание бесконечно», он достигает его и пребывает в состоянии осознавания бесконечности сознания... (Сознание становится бесконечным, когда оно не ограничено ментальными или сенсорными переживаниями.) И вновь, преодолев сознание бесконечности сознания, размышляя: «Нет ничего реального», он достигает этой ступени и пребывает в состоянии осознавания нереальности вещей (акинчаннаятана, «ничтойность»). Затем то чувство полноты сферы бесконечности сознания, которым он обладал прежде, уходит. И так возникает в нем тонкое, но явное чувство, сознание нереальности как объекта его мысли. И он становится сознающим это»

    Все истины, провозглашенные Буддой, должны быть испытаны йогическим способом — т. е. их следует созерцать и переживать.

    «Это подобно тому, друг, как если бы на тропе в глухом лесу стоял колодезь и рядом не оказалось бы ни веревки, ни ковша. И вот приходит к колодцу человек издалека, вспотевший от жары, уставший, раздраженный и жаждущий. Он хотел бы спуститься в колодезь. Поистине, у этого человека есть знание о том, что в колодце — вода, но тем не менее он не может достичь ее».
    «Опыт», таким образом, совершенно необходим в деле спасения.

    Аскет садится в йогической позе и начинает пранаяму, концентрируясь на фазах дыхания, мысленно «входя в каждый вдох и выдох». Затем он говорит себе: «Зрительное сознание я устанавливаю на кончике носа, ментальное сознание — на внутреннем и внешнем дыхании, фиксирую мыслеформу в сердце и готовлю себя словом Арахан, Арахан».

    … Эти «ментальные формы» возникают у него благодаря концентрации на кончике носа; затем он должен заставить их перейти из этого «центра» к центрам сердца и пупка соответственно.

    Концентрация представляет собой настойчивую попытку редуцирования сознания реальности мира до какого-либо изолированного фрагмента; однако этот фрагмент не делается оттого менее реальным: он «усваивается» как таковой, в особенности те его части, на которых концентрируются и которые в какой-то степени выражают реальность всего мира.

    «Все очарованы дхьянами, но никто не старается осознать самого себя
    примите пустоту (шунья) как свою истинную природу».
    «следование страстям и привязанностям» (рагачарья) и есть стезя бодхисаттвы; это лучший путь (аграчарья). Другими словами, все оппозиции иллюзорны.

    ИКОНОГРАФИЯ, ВИЗУАЛИЗАЦИЯ, НЬЯСА, МУДРЫ

    Полный путь включает несколько ступеней, первая из которых состоит в «визуализации» божественного лика, ментальном его конструировании, или, более точно, проецировании его на нечто вроде внутреннего экрана посредством акта творческого воображения. Это, безусловно, пробуждение личных внутренних сил, хотя и в то же время сохранение совершенной ясности и самоконтроля. За визуализацией божественного образа следует еще более сложное упражнение — идентификация с этим божеством. «невозможно почитать бога, пока сам не стал богом». Отождествить себя с богом, самому стать богом равнозначно пробуждению божественных сил, дремлющих в человеке. Это не только мысленное упражнение.

    ньясы, «ритуальное проецирование» божеств в различные части тела. Ученик «проецирует» божеств, касаясь при этом разных участков своего тела; стремясь пробудить священные силы, дремлющие подспудно в глубине плоти.

    МАНТРЫ, ДХАРАНИ

    Васубандху писал, что истинное значение состоит в отсутствии значения и что с помощью медитации на это не-значение можно прийти к пониманию онтологической нереальности мира, он просто переводил на язык своей философии опыт, глубинный смысл которого ускользал от него или же не интересовал его. Ибо если в процессе повторения мантр и аннулируется «реальность» обыденного мира, то это лишь первый, интеллектуальный шаг, необходимый прием для достижения более глубокой «реальности». Всякие бесконечные повторения ведут к разрушению языка; в некоторых мистических традициях это разрушение является обязательным условием для дальнейшего духовного роста.

    ЗИКР

    Сходство между його-тантрической психотехникой и мусульманским зикром, или непрерывным повторением имени Божьего, было замечено довольно давно, проводя параллели с джапа-йогой и дзэновским нэмбуцу. Особый интерес представляет мистическая физиология, связанная с практикой зикра: есть упоминания о «центрах» и тонких органах, о некоем внутреннем видении тела, об акустических и хроматических феноменах, возникающих на разных ступенях опыта и т. д. Существенную роль играют дыхательная дисциплина и ритуальное произношение; процесс концентрации —такой же, как в йоге.
    Хотя непрерывное повторение имени Бога засвидетельствовано уже в Коране, хотя зикр высоко оценивается всеми суфиями, вполне возможно, что регуляция телесных поз и дыхательные практики пришли, пусть даже отчасти, из Индии.
    мы намереваемся не столько излагать теорию и практику зикра, сколько подчеркнуть их сходство с морфологией тантра-йоги. .
    практикующий «начинает рецитацию с левой стороны (груди), которая является как бы нишей, содержащей лампу сердца — источник духовного света. Он продолжает практику, двигаясь оттуда к нижней части груди, потом — к правой стороне и вверх. Затем он возвращается к исходной позиции».
    «чтобы принять нужную позу, надо сесть на землю, скрестить ноги, положить на них руки, склонить голову между колен, закрыть глаза. Он поднимает голову, произнося ла ила в течение того времени, которое проходит между поднятием головы до уровня сердца и склонением ее на правое плечо. Он старательно очищает свой ум от всего, что не является Богом. Когда рот оказывается на одной линии с сердцем, ученик тщательно произносит: илла... И (затем) он, еще отчетливее, произносит напротив сердца слово Аллах».. Выбранная формула повторяется настолько часто, насколько это возможно, «до тех пор, пока всякий счет не угасает и не устанавливается непрерывная молитва» Дыхательный ритм и ритм вербального повторения находятся в согласии друг с другом.
    дыхание «исходит над левой стороной груди (чтобы сделать сердце «пустым»); затем слово ла выдыхается из пупка; затем на правом плече произносится илаха, а илла в пупке; наконец, в опустевшем сердце с силой произносится слово «Аллах».

    «Пусть закир крепко прижмет кончик языка к заднему небу и, сделав вдох, задержит дыхание. Потом пусть начнет произносить слово «ла», представляя его находящимся под пупком; с этого места пусть он подтягивает это слово к середине тонких центров, туда, где располагается центр, называемый «скрытнейшим», а затем — к центру «логической (рассудочной) души», который символически находится в первой области мозга — «управителе». Затем пусть закир произносит слово «илаха», в первую очередь воображая, что в мозге находится фонетический элемент, называемый хамза [он представлен апострофом]; из мозга пусть он спускает его до правого плеча, так, чтобы тот подошел к точке, соответствующей тонкому центру, называемому «дух». Наконец, пусть закир произнесет илла-лла, представляя, как он извлекает хамзу «иллы» из (правого) плеча и тянет его к «сердцу», на котором закир сделает ударение с последним словом «Аллах» (представленным в упоминавшейся выше транслитерации без А по причине элизии, вызванной двумя элементами формулы); сила задержки дыхания в этом случае ударит по «маленькой черной точке сердца», вследствие чего по всему телу распространится тепло, которое сожжет все испорченные части тела, тогда как чистые части будут озарены светом имени Аллаха». Предшествующие пассажи касаются «зикра языка», интериоризованной устной литургии. Но есть две более высокие ступени — «зикр сердца» и «внутренний» (сирр) зикр. В частности, на ступени «зикр сердца» появляются визуальные феномены (яркое свечение, цвета), (тогда как «зикр языка» вызывает слуховые феномены). Во «внутреннем зикре» начисто ликвидируется дуальность, но «не через соединение с божеством, как в индийской традиции, ибо здесь остается еще понятие о божественной трансценденции, а через «исчезновение» субъекта в самой его сущности
    . Это состояние достигается с помощью фаны, «аннигиляции». Возрастают соответствующие световые явления. В это время «огни зикра не исчезают, их свет не рассеивается... Ты видишь, как одни лучи поднимаются, другие опускаются; огни вокруг тебя чисты, они очень горячие, они пламенеют». Все это напоминает световые опыты йоги, тантризма.
     
  11. TopicStarter Overlay
    Соня

    Соня Автор

    Сообщения:
    8.027
    Симпатии:
    423
    МАНДАЛА

    Согласно тантрическим представлениям, чудовища являют собой силы бессознательного, возникающие из универсальной «пустоты»; кандидат должен побороть страх, внушаемый ими. страшная внешность чудовищ, встречающихся в инициации, суть не что иное, как порождение «инициатического ужаса». Этот аспект инициации раскрывает некоторое структурное сходство между мандалой и лабиринтом. Фактически многие мандалы представляют из себя лабиринт. лабиринт символизировал запредельное, и любой посвященный, вступивший в него, осуществлял спуск в ад, ритуальную смерть, за которой следовало «воскресение»; во-вторых, лабиринт являлся своего рода «оборонительной системой».

    Серия медитаций, к которым ученик готовится загодя, помогает ему обнаружить богов в своем собственном сердце; сначала они наполняют космическое пространство, затем растворяются в теле ученика. Иначе говоря, он «реализует» вечный процесс периодического сотворения и разрушения мироздания, что позволяет ему войти в ритмику великого мирового времени и понять его пустотность.

    Поскольку же «бессознательное» -не что иное, как «космическое сознание», «сознание-сокровищница» (алаявиджняна), то его интеграция, если пользоваться тождественна интеграции коллективного бессознательного.) Нарисованная на ткани, мандала служит «опорой» для медитации; йогин использует ее как «защиту» от рассеянности и соблазнов ума. Мандала концентрирует, она делает медитирующего йогина неуязвимым к внешним стимулам; легко увидеть здесь аналогию с лабиринтом, который охраняет от злобных духов или врагов. Мысленно вступив в мандалу, йогин тем самым приближается к своему «центру», и это духовное упражнение может быть понято в двух смыслах: 1) чтобы достичь центра, йогин искусно воспроизводит космический процесс, ибо мандала — это образ мира; 2) но поскольку он практикует медитацию, а не ритуал, йогин, отталкиваясь от этой иконографической «опоры», может найти мандалу в своем же теле. эти мандалы репрезентируют глубинные структуры души и, следовательно, играют роль в том бессознательном процессе, который был назван Юнгом процессом индивидуации. Йогин может открыть мандалу в своем теле, и тогда литургия интериоризуется, т.е. трансформируется в серию медитаций на различных «центрах» и тонкоматериальных органах.


    ПОХВАЛА ТЕЛУ: ХАТХА-ЙОГА

    тантризм еще глубже развивает идею о том, что совершенство может быть реализовано только в «божественном теле». Пессимизм и аскетизм упанишад и периода после упанишад здесь окончательно преодолеваются. Тело больше не источник страдания, но наиболее надежный и эффективный инструмент, находящийся в распоряжении человека и служащий ему для «покорения смерти». И поскольку освобождение может быть достигнуто даже в этой жизни, тело необходимо сохранять как можно дольше, причем в отличном состоянии, чтобы оно было пригодно для медитации. «Здесь (в этом теле) — Ганг и Джамна... здесь Праяга и Бенарес, здесь солнце и луна. Здесь священные места, здесь питхи и упапитхи — я не встретил ни одного места паломничества или обители блаженства, сравнимых с моим телом». Можно выделить по меньшей мере две ориентации — отличающиеся друг от друга, но сходящиеся в одной точке — в этой высокой оценке человеческого тела и его возможностей: 1) ориентация на полное переживание жизни, что является неотъемлемой частью садханы, и такова общая позиция всех тантрических школ; 2) желание овладеть телом, для того чтобы превратить его в тело божественное, и такова специфическая позиция хатха-йоги. Подобное овладение должно происходить постепенно, на основании точного знания об органах и их функциях. Ибо «как могут йогины, не знающие своего тела достичь совершенства в йоге?»


    «Знание вечно, оно не имеет ни начала, ни конца, и на самом деле ничего другого и не существует».

    Вполне понятно, что решающую роль играет «практика» (абхьяса:) ; ничего нельзя достичь без «практики» — это является и лейтмотивом тантризма.

    Пранаяма уничтожает грехи и дарует 81 сиддхи, но все же это упражнение преимущественно практикуется с целью очистить нади


    Обычно отождествляют «центры» (чакры) с нервными узлами, плексусами: муладхара чакра соотносится с крестцовым плексусом; свадхиштхана — с плексусом предстательной железы; манипура — эпигастрический плексус; анахата — фарингиальный, аджня — кавернозный (полостной) плексус. Однако при внимательном чтении текстов уясняется, что переживания, о которых идет речь, являются трансфизиологическими, что все эти «центры» представляют йогические состояния, т. е. состояния, которые недоступны без предварительной духовной аскезы.

    Одними лишь психофизиологическими практиками по «умерщвлению плоти» недостаточно «пробудить» чакры или проникнуть в них; существенным и необходимым фактором остается медитация, духовная реализация.
    Тело, создаваемое в практиках хатха-йоги, тантры и алхимии, типологически соответствует телу «человека-бога»,. Тантрическая теандрия была только новым вариантом ведической макроантропии. Когда с течением времени ведическое жертвоприношение «интериоризуется», тело становится микрокосмом Спинной хребет отождествляется, например, с горой Меру, т. е. с осью мира. Вот почему, в соответствии с буддийской традицией, Будда не мог повернуть свою голову, и ему приходилось поворачивать все тело целиком, «подобно слону»: его позвоночник был фиксирован, недвижен, как ось вселенной. В тантрическом тексте заявляется, что Сумеру располагается в самом теле; пещера в горе уподобляется высшей истине. Ищущий «реализует» антропокосмос в ходе йогической медитации: «Представь, что центральная часть [спинной хребет] твоего тела — это гора Меру, руки и ноги — четыре континента, пространство между ними — субконтиненты, голова — миры богов, два глаза — солнце и луна». Тантрическая садхана использует эту космофизиологию, образы и символы которой предполагают некую мистическую проверку, теандрию, освящающую человека в процессе аскетических и духовных практик.


    НАДИ: ИДА, ПИНГАЛА, СУШУМНА

    Несколько упрощая, можно сказать, что жизненная энергия, в форме «дыханий», циркулирует внутри нади, а космическая энергия присутствует в скрытом виде в чакрах.

    Внутри нее (т. е. внутри ваджры, которая, в свою очередь, располагается внутри сушумны) находится читрини, которая светится блеском пранавы (мантра «ом») и к которой стремятся в йоге йогины. Она (читрини) тонка, словно паутина, и проходит сквозь все лотосы, находящиеся в позвоночнике; она является чистой способностью познания. «Из нее производят джняну те, кто чист» Она прекрасна от этих лотосов, встречающихся на ее пути. Внутри нее — брахманади (Брахманади — это не нади, отделенная от читрини, но канал внутри нее), которая тянется от отверстия в пещере Хары до запредельной сферы, где пребывает Адидева. Она (т. е. читрини, внутренняя часть которой называется брахманади) красива, как вспышка молнии и прекрасна, как нить лотоса, и светится в сознании святого. Она чрезвычайно тонка; она — источник чистого знания, воплощение всякого блаженства, истинная природа которого есть чистое сознание Брахмадвара (дверь Брахмана) сверкает в ее устье. Это место — вход в сферы, благоухающие амброзией, и называется он узлом, а также устьем сушумны».


    ЧАКРЫ

    1) Муладхара (мула — «корень») располагается у основания позвоночного столба, между анальным отверстием и половым органом (крестцово-копчиковый плексус). Она имеет форму красного лотоса с четырьмя лепестками. В середине лотоса — желтый квадрат, эмблема элемента «земля» (притхиви); в центре квадрата находится треугольник, вершиной вниз, символ йони. Этот треугольник называется камарупой; в центре его — сваямбхулинга (лингам как таковой), вершина которого сверкает подобно драгоценному камню. Обвившись вокруг него, словно змея, восемь раз, яркая, как молния, спит кундалини, блокируя открытие лингама своим ртом (или головой). Таким образом, кундалини препятствует открытию брахмадвары («двери Брахмана») и вступлению в сушумну. Муладхара-чакра отождествляется со связующей силой материи, инерцией, возникновением звука, чувством обоняния, апаной, Индрой, Брахмой, Дакини Шакти и т. д.

    2) Свадхиштхана, располагается у основания мужского полового органа (крестцовый плексус). В середине лотоса — белый месяц, мистически соотнесенный с Варуной. Посреди месяца находится биджа-мантра бога Вишну, а внутри нее — сам Вишну в объятиях Чакини Шакти. (Согласно «Шива самхите» (V, 99) — Ракини) Свадхиштхана чакра отождествляется с элементом «вода», белым цветом, праной, осязанием, рукой и т. д.

    3) Манипура (мани — «драгоценность», пура — «столица») или набхиштхана (набхи — «пуп») находится в поясничном отделе, на уровне пупка (эпигастрический плексус). Голубой лотос с десятью лепестками и церебральными д, дх, н, зубными т, тх, д, дх, н, а также п и пх. В середине лотоса — красный треугольник, в треугольнике — бог Махарудра, сидящий на быке, вместе с голубой Лакини Шакти. Эта чакра соотносится с элементом «огонь», солнцем, раджасом (менструальной кровью), дыханием саманой, зрением и т. п.

    4) Анахата (анахахата шабд; звук, произведенный без контакта между двумя объектами, т. е. это мистический звук); область сердца, обитель праны и дживатмана. Цвет красный. Лотос с двенадцатью золотыми лепестками В середине его — два скрещенных треугольника, образующие фигуру, похожую на печать Соломона, в центре которой — еще один золотой треугольник, внутри же последнего находится сверкающий лингам. Над двумя треугольниками — Ишвара с красной Какини Шакти. Анахата-чакра соответствует элементу «воздух», осязанию, фаллосу, мускульной энергии, кровеносной системе и т. д.

    5) Вишуддха (чакра чистоты); область горла (ларингиальный и фарингиальный узлы, в точке соединения позвоночного столба и продолговатого мозга), место дыхания уданы, обитель бинду. Лотос с шестнадцатью лепестками (буквы-звуки а, аа, и, у, уу и др.). Внутри лотоса — голубое пространство, в центре которого — белый круг, в середине же круга находится слон, на нем биджамантра х (хам), которую поддерживает Садашива, наполовину серебряный, наполовину золотой, что символизирует его сущность андрогина. Вишу ддхи-чакра связывается с белым цветом, эфиром (акашей), звуком, кожей и т. п.

    6) Аджня («порядок», «власть») расположена в точке между бровей (многополостной, кавернозный плексус). Белый двухлепестковый лотос с буквами х и кш. Сфера когнитивных способностей — буддхи, аханкара, манаса, а также и индрий в их «тонкой» модальности. В лотосе находится белый треугольник, вершиной вниз (символ йони); в центре треугольника — белый лингам, называемый итара («другой»). Здесь обитель Парамашивы. Биджа-мантра — ом. Богиня-покровительница Хакини; у нее шесть лиц и шесть рук, и она восседает на белом лотосе.

    7) Сахасрара — на макушке головы, представлена в форме лотоса с тысячью лепестков (сахасра — «тысяча»), обращенными верхушками вниз. Также называется брахмастхана, брахмарандхра, нирвана-чакра и т. д. В середине лотоса — полная луна, содержащая треугольник. Именно здесь окончательно воссоединяются Шива и Шакти, здесь реализуется последняя цель тантрической садханы, и здесь же кундалини завершает свое путешествие по шести чакрам. Следует отметить, что сахасрара не принадлежит к телесному плану, она означает уже план трансцендентного — это и объясняет то, почему авторы обычно говорят о «шести чакрах». Есть и другие чакры, имеющие меньшее значение. Так, между муладхарой и свадхиштханой располагается йоништхана; это место встречи Шивы и Шакти, обитель блаженства. Она, как и муладхара, называется «камарупа». Это источник желания и, на телесном уровне, ожидание союза Шивы с Шакти, который осуществляется в сахасраре. Возле аджня-чакры находится манас-чакра и сома-чакра, соотнесенные с интеллектуальными функциями и некоторыми Логическими переживаниями. Около аджня-чакры располагается также карана-рупа, вместилище семи «причинных форм», которые, как считается, производят и конституируют «тонкие» и «физические» тела. Наконец, другие тексты упоминают еще и адхары («опоры», «хранилища»), находящиеся между чакрами или идентифицированные с ними. В буддийских тантрах говорится, как правило, о четырех чакрах, расположенных соответственно в пупочной, сердечной, ларингиальной и церебральной областях; последняя из этих чакр, самая важная, называется ушнишакамала («лотос головы») и соответствует сахасраре индуистов. Три первые чакры — местоположение трех «тел Будды» (кая): нирманакая в пупочной чакре, дхармакая — в сердечной, самбхогакая — в горловой. Как и в индуизме, чакры ассоциируются с мудрами, а также богинями: Лочаной, Мамаки, Пандарой и Тарой. Если посмотреть на чакры проективно, то они образуют мандалу, центр которой выражен брахмарандхрой. Именно в этом «центре» происходит разрыв уровней существования, разрыв, осуществляемый через парадоксальный акт трансценденции, выхода за пределы сансары, «выпадения из времени».

    Символика мандалы вообще является конституирующим элементом индийских храмов и любых священных сооружений: рассмотренный в перспективе, храм представляет собой мандалу. Можно сказать, что любой ритуальный обход культовой постройки равносилен приближению к центру, что вход в храм повторяет инициатическое вступление в мандалу или продвижение кундалини через чакры. Кроме того, тело преобразуется как в микрокосм (с горой Меру в качестве центра), так и в пантеон; каждая область и каждый «тонкий орган» имеют своего бога-покровителя, мантру, мистическую букву и т. п. Ученик не только идентифицирует себя с космосом, но и «заново открывает» в своем теле возникновение и деструкцию Вселенной. Как мы позднее увидим, тантрическая садхана включает две ступени: 1) космизацию человека и 2) трансценденцию космоса, т. е. его деструкцию посредством объединения оппозиций («солнца» с «луной» и др.). Великий символ этой трансценденции — последний акт подъема кундалини, когда она соединяется с Шивой, на вершине головы, в сахасраре.
     
  12. TopicStarter Overlay
    Соня

    Соня Автор

    Сообщения:
    8.027
    Симпатии:
    423
    КУНДАЛИНИ

    Отождествленная с Шабдабрахманом, слогом «ом», кундалини обладает всеми признаками всех богов и богинь. Кундалини движется в сушумне посредством силы, возникающей во внутреннем чувстве, манасе, под влиянием праны, и «тянется вверх по сушумне подобно игле, передвигающейся по нити»
    как полагают буддисты, тайная сила спит в пупочной чакре; она воспламеняется в процессе йогической практики и, в качестве огня, достигает двух высших чакр (дхармы и самбхоги), вступает в них, затем достигает ушнишакамалы и, уничтожив огнем все на своем пути, возвращается к нирманакае. Другие тексты считают, что этот жар возникает благодаря «трансмутации» сексуальной энергии. Связь кундалини (чандали) с огнем, вызывание внутреннего тепла через подъем кундалини по чакрам — факты, которые необходимо выделить особо.

    «Остановив свой извергаемый бинду, йогин может сохранить его... От извержений бинду наступает смерть, от его задержки — жизнь». Все произведения подобного рода настаивают на взаимозависимости дыхания, психоментального опыта и мужского семени.
    Бинду также соотносится и с сознанием; таким образом, в конце концов возникает гомология трех уровней, на каждом из которых присутствует «движение» или «неподвижность» праны, бинду и читты.

    МИСТИЧЕСКАЯ ЭРОТИКА
    Выше мы процитировали некоторые пассажи из брахман и упанишад; можно добавить еще один, из «Чхандогья-упанишады» (II, 13,1 — 2), в котором сексуальное сношение отождествляется с литургическим пением (саман). «Да не избегает он ни одной женщины — такова заповедь.”

    МАЙТХУНА

    Каждая женщина воплощает в себе пракрити. Следовательно, ее следует рассматривать также отстраненно (или с таким же обожанием), как и тогда, когда созерцают непостижимую тайну природы, ее способность к бесконечному созиданию. Ритуальная нагота йогини имеет внутреннюю символическую ценность: если в объятиях обнаженной женщины адепт не испытывает в глубине души тех же потрясающих чувств, которые он переживает при виде космической мистерии, то здесь нет ритуала. Вторая ступень состоит в трансформации женщины-пракрити в инкарнацию Шакти: она становится богиней, а йогин должен воплотить в себе бога. Тантрическая иконография божественных пар бесчисленных будд в объятиях их Шакти выражает идеальную модель майтхуны. Следует отметить неподвижное положение бога; вся активность исходит от Шакти. (В контексте классической йоги статичный Пуруша созерцает креативную деятельность пракрити.) Как и в случае хатха-йоги, в тантризме эта неподвижность, одновременно реализуемая на трех уровнях «движения» — мышления, дыхания, семяизвержения, — являет собой высшую цель садханы.

    Майтхуна служит прежде всего для того, чтобы сделать дыхание ритмичным, а концентрацию устойчивой; в этом случае она заменяет пранаяму и дхарану, или, точнее говоря, выступает как их «опора». «Подготовленный к исполнению майтхуны с помощью медитации и обрядов, делающих ее возможной и успешной, он созерцает свою подругу и возлюбленную, носящую имя Бхагавати — как заместительницу и самую сущность Тары, чистого источника блаженства и покоя. Его возлюбленная воплощает всю женскую природу, она есть мать, сестра, жена, дочь. «Мудра, жена йогина, выбранная согласно установленным правилам, предложенная гуру и освященная им, должна быть юной, прекрасной и умной: с нею ученик исполнит церемонию, ибо, спасение невозможно без любви. Пранаяма и дхарана представляют собой средства, с помощью которых ученик во время майтхуны достигает «неподвижности» и остановки деятельности сознания, «высшего, величайшего блаженства» (парамамахасукха); это «идентичность наслаждения», но это скорее «единство эмоций», или, еще точнее, парадоксальное, невыразимое переживание открывшегося Единства). мы можем объяснить майтхуну, союз лотоса (падмы) и молнии (ваджры) как реализацию состояния пустоты (ваджра = шунья) в сплетении церебральных (мозговых) нервов, т. е. В падме. Можно также понимать «девушку» как пустоту.

    «Женщины — это боги, женщины — жизнь, женщины — украшение. Будь мысленно всегда среди женщин!»

    Задержка дыхания, прерывание деятельности сознания, остановка семяизвержения — все это названия, выражающие одно и то же состояние души, переживающей устранение времени. Задерживая дыхание, фиксируя его в сушумне, он преодолевает мир феноменов, переходит в ту необусловленную, вневременную сферу, где нет «ни дня, ни ночи», «ни болезни, ни смерти»; эти наивные и неопределенные фразы означают, конечно, «выход из времени».

    он созерцает, как первоэлемент «земля» «утончается» и постепенно тает в воде, вода переходит в огонь, огонь — в воздух, воздух — в эфир и т. д., пока все не растворится в Великом Брахмане. Йогин выполняет это духовное упражнение для того, чтобы мистически предвосхитить»процесс растворения, который произойдет после его смерти. Рассмотренная под этим углом зрения, тантрическая садхана есть сосредоточение на опыте смерти во время инициации, т. е. переживание ритуальной смерти и во рождения. В этом смысле тантрист является «живым мертвецом», ибо он — «дважды рожденный», в инициатическом смысле слова, потому что достигает этого «нового рождения» не теоретически, а на своем личном опыте.

    Горакхнатх накормил 25 000 йогинов и учеников одним зернышком риса.

    ЙОГА И ШАМАНИЗМ
    редукция шаманского тела к скелету, способность шамана созерцать себя как скелет, означает выход за пределы профанного человеческого мира — т. е. инициацию или освобождение.

    «МАГИЧЕСКИЙ ЖАР». «ВНУТРЕННИЙ СВЕТ»

    «Овладение огнем» и «внутреннее тепло» всегда связаны либо с достижением особого экстатического состояния, либо, на других культурных уровнях, с обретением необусловленного состояния совершенной духовной свободы. Очевидно, что первоначальное ощущение магико-религиозной силы, выраженное в «ярости» военных инициаций или в «горении» магов, шаманов или йогинов, могло со временем трансформироваться, видоизменяться, совершенствоваться через стремление к воссоединению и «преображению». Индийское слово крату, которое вначале означало «мощь яростного воина», особенно «мощь Индры», потом «силу победы», «героическое усилие», «порыв», «смелость», «упоение битвой» и, более широко, «силу» и «величие» вообще, в конце концов приобрело значение покорности законам риты и достижения высшего блаженства. Конечно, «ярость» и «жар», порождаемые упорным, постепенным возрастанием в силе, пугают большинство людей. Тем не менее этот вид силы, в ее «незрелом» состоянии, является главным объектом интереса для чародеев и воинов; те же, кто ищут в религии доверие и успокоение, противятся магическому «жару» и «огню». Термином шанти, которым на санскрите обозначается спокойствие, душевный мир, бесстрастие, облегчение страдания, происходит от корня шам, который первоначально имел значение угасания огня, гнева, возбуждения, короче говоря, «жара», производимого демоническими силами.

    в його-тантрических упражнениях «внутреннее тепло» сопровождалось световыми эффектами. Мистические переживания света засвидетельствованы еще со времен упанишад, для которых «внутренний свет» (антар джьотих) определяет самую сущность Атмана

    в буддийских техниках медитации мистический разноцветный свет указывает на успех в созерцании. Не будем останавливаться на огромной роли внутреннего света в мистике и теологии христианства и ислама. Скажем лишь, что в Индии светозарные эпифании известны далеко не только в йогическом опыте, свидетельство тому — экстатическое восхождение Арджуны на гору Шивы, восхождение, которое завершается растворением в сверхъестественном свете

    кауманек — это «таинственный свет, который внезапно ощущается шаманом в своем теле, в голове, в мозге, — загадочный светоч, светозарный огонь, позволяющий ему, выражаясь и буквально и метафорически, видеть во мраке — ибо он может отныне даже с закрытыми глазами видеть в темноте и воспринимать такие вещи и события, которые скрыты от других; так они проникают в будущее и в чужие тайны. Когда неофит впервые испытывает «просветление», «это похоже на то, как будто бы дом, в котором он находится, внезапно вырос: он видит далеко окрест, даже через горы, словно земля была бы одной огромной равниной, и его взор может достигать конца земли. Ничего более не скрыто от него».

    По своей природе (свабхава) Дух вечен (нитъя), чист (шуддха), просветлен (буддха) и свободен (мукта), связь Духа с опытом сознания иллюзорна. все качества, приписываемые Духу (способность познавать, воля и др.), — просто «выражения языка», ибо они не адекватны реальности (таттва).
    сознание (буддхи), индивидуальность (аханкара) и чувства (индрии) формируют «эмпирическую душу» (джива), т. е. «витальную душу», настроенную на действия; однако ее нельзя путать с Пурушей.
    природа Духа такова, что мы вообще не можем сказать, связан он чем-либо или нет.

    пустота не может быть целью души, потому что освобождение (мокша), по которому тоскует душа, обладает реальностью.

    ПРЕПЯТСТВИЯ В КОНЦЕНТРАЦИИ

    стьяна (апатия) — неспособность сознания к функционированию; 3) саншая (сомнение) — колебание мысли между двумя сторонами проблемы: «может быть, это так», «может быть, это не так»; 4) прамада (невнимательность) — недостаток интереса к реализации самадхи; 5) аласья (лень) — инерция тела и ума по причине «тяжести» (гуратват); 7) бхрантидаршана (ложное понятие) — неверное познание;8-) алабхдабхумикатва — неспособность созерцать реальность из-за психоментальной активности; 9) анавастхитаттва (нестабильность) — неспособность сознания достичь непрерывного сосредоточения, потому что отсутствует экаграта.

    ПЯТЬ ДЫХАНИЙ

    прана — это дыхание, которое движется вверх от пупка или сердца и включает в себя как вдох, так и выдох; «апана» — многозначный термин: это дыхание ануса и мошонки, толстой кишки, пупка; вьяна — дыхание, пронизывающее все члены тела; удана содержится в отрыжке и является тем дыханием, которое проводит душу к голове во время самадхи или в состоянии смерти; самана — дыхание, локализованное в брюшной полости, при ее участии протекают пищеварительные процессы.

    прана — дыхание верхней части тела, апана — нижней, «и связывает их вьяна, циркулирующая в середине тела».

    БУДДИЙСКОЕ САМАДХИ И ДЖХАНЫ

    самадхи идентично «концентрации ума», «фиксации ментального потока на одной точке». «Характерным признаком этой концентрации ума, называемой самадхи, является отсутствие блуждания, рассеянности, сущностью ее является связывание в одно целое возникающих состояний сознания, условием ее — предшествующая ей безмятежность; ее питает мудрость «Тот, кто пребывает в безмятежности, знает и видит»)... Это должно быть понято как устойчивость сознания».

    ЧАКРЫ

    грудной, расположенный в верхней и средней части груди. «Стабильность сознания, на которую явно влияет вилочковый элемент, намного выше, чем в предыдущих случаях, однако все еще это сознание, которое определяется и модифицируется эмоциональным фактором» ; 4) сердечный, находящийся «у верхней части сердца, немного ниже левой части груди», согласно греческим Отцам, или «немного выше», согласно Феофану Затворнику и другим. «Это физическое место абсолютной сосредоточенности».

    ЗАДЕРЖКА ДЫХАНИЯ И ОСТАНОВКА СЕМЯИЗВЕРЖЕНИЯ В КИТАЙСКИХ ПРАКТИКАХ

    ««Книга Бессмертных» гласит: принцип воздействия на эссенцию с целью заставить ее возвратиться и подняться к мозгу основан на практике совокупления, которая искусственно возбуждает эссенцию; когда семя готово к извержению, надо быстро схватить пенис пальцами левой руки под корень и перед анусом, с силой сдавить, и медленно выдыхать воздух через рот, одновременно несколько десятков раз скрежеща зубами, не задерживая воздух. И потом, когда эссенция истекает, она не выходит наружу, но возвращается по нефритовому стволу [пенису] обратно и поднимается вверх по позвоночнику, стремясь войти в область мозга. Эта процедура передается от одного бессмертного к другому; вкушая нектар, они требуют не передавать ее кому попало».
     
  13. TopicStarter Overlay
    Соня

    Соня Автор

    Сообщения:
    8.027
    Симпатии:
    423
    Лила. Игра самопознания - Джохари

    Полностью - тут:
    http://www.e-reading-lib.com/book.php?book=93973
    (стараюсь по возможности приводить ссылки с интерактивным оглавлением;
    тут оно из 88 достаточно интересных пунктов. Сама же книга прекрасно написана.)



    [​IMG]



    Психологические желания коренятся в стремлении человека к самоотождествлению, в его эго. Здесь же берут начало стремления к внутреннему росту и духовному опыту. Удивительно, что в конце этого пути эго человека теряется: величайший эгоизм — это отсутствие эго!

    В четвертой чакре игрок начинает осознавать элементы своей кармы, свое поведение и структуру своей жизни. Его вибрации исходят теперь из области сердца, откуда растет небесное древо желаний. Сердце — это обитель сознательного принципа, жизни и центр праны. Эта чакра — в центре всей системы чакр и поэтому находится под воздействием как высших, так и низших сил. Элементом служит воздух, цвет — дымчатый, серо-зеленый, доминирующий режим вос приятия — тактильные ощущения, осязание.

    Контроль над пятой чакрой позволяет человеку по собственному желанию омолаживать свое тело. Одно его присутствие открывает другим людям дорогу к познанию своего «Я», пониманию загадок природы и присутствия божественного знания в каждом явлении.

    В шестой чакре преобладает тапасья — неудержимое стремление поднять свое сознание еще выше. Это центр контроля над движениями, называемый аджня-чакрой. Игрок, находящийся на этом уровне, не имеет никаких проблем — более того, он находится за пределами возможности возникновения каких-либо проблем. Он сосредоточен на «третьем глазе» (в области шишковидной железы). Он медитирует на вибрации Ом и звуке своего дыхания, которое он слышит теперь как Хамса (хам — «я есть», са — «Оно, То»), или «Я есть Оно». Существует разница между Сохам и Хамса: в Сохам йогин еще пребывает в двойственности, он связывает себя с Высшим Сознанием, говоря и чувствуя, что Оно, Высшее Сознание, есть «я», индивидуальное сознание. В шестой чакре двойственность растворяется и в сознании игрока наступает нерушимое единство, индивидуальные ограничения исчезают, и он осознает себя как Высшее Сознание. Он живет в этом единстве, медитируя на своей истинной природе. Это состояние находится за пределами элементов творения.

    Стрела, начинающаяся на клетке сознания, ведет игрока вверх. На этом плане самоограничения и аскезы мы приходим к пониманию действия иды и питали — лунного и солнечного каналов, восходящих к нему от первой чакры и спускающихся затем к ноздрям, которые работают в ритме дыхания. Сушумна, проводящая нейтральные потоки, поднимается выше, к седьмой чакре, имя которой — сахасрара. Духовная преданность может поднять игрока прямо с этого плана к Космическому Сознанию. В игре это единственный прямой путь к освобождению, находящийся за пределами земли (места убежища) и плана жидкостей (плана текучести). Контроль над шестой чакрой дает игроку огромные психические силы, а вся карма, приобретенная в этой и предыдущих жизнях, уничтожается.

    В седьмой чакре игрок выходит за пределы наслаждения и боли. Он обитает в тысячелепестковом лотосе, расположенном на макушке головы. Писания говорят, что тот, кто утверждается в этом месте, приобретает восемь сверхъестественных сил, или сиддхи. Эти силы-сиддхи делают йогина сиддха-пурушей, или совершенным существом. Он ничем не ограничен и может сделать все, чего только пожелает. Он не становится пассивным или инертным, но живет, наполненный светом Высшего Сознания и блаженством.
    Здесь же расположены план счастья, план газов, план сияния и план изначальных вибраций.

    Восьмой горизонтальный ряд расположен за пределами чакр. Это абсолютный план, место пребывания Космического Сознания. Каждая из находящихся здесь девяти клеток представляет одну из сил Господа. Это планы феноменального мира, внутреннего пространства, блаженства, космического блага, Космического Сознания, Абсолюта, а также три фазы энергии, проявляющиеся в процессе творения. Это раджогуна, тамогуна и саттвагуна. Если игрок не достигает Космического Сознания, он должен вновь спуститься на Землю и продолжать игру, до тех пор пока не достигнет освобождения.

    Лила — игра, вечная игра, в которую мы играем снова, и снова и снова, ничего не приобретая и ничего не теряя. Тот, кто осознает наличие игры, не может быть пойман игральной доской. Он смотрит на все происходящее как на божественную Липу, которую разыгрывает перед ним Лила-Дхара («Ведущий Игру», то есть Космическое Сознание). Тот же, кто отождествляется с полями и планами игральной доски, сам становится объектом игры; для него игральная доска становится майей — великой силой, скрывающей реальность и опутывающей ум игрока, майей, создающей весь этот многообразный мир форм и явлений.

    В этой игре нет ни цели, ни ответственности. Вспомним слова Шри Рамана Махариши:
    Идеи цели и ответственности по природе своей сугубо социальны и созданы умом человека для увещевания эго. Бог выше всех этих идей. Если Он имманентен, то есть присутствует во всем, и нет ничего, что существовало бы помимо него, то кто здесь может быть ответствен ным и за кого?

    Нумерология игры

    Все существующее располагается в творении в соответствии со своим числом, каждое явление или объект являются частью целого (Брахмана, Высшего Сознания), которое проявляет себя. Целое не имеет ни границ, ни числа, оно неисчислимо, это — ноль, шунъя (пустота), не-Бытие, которое является началом Лилы, космической игры. В начале происходит отделение Бытия от Небытия. Первым появляется звук, нада. Звук имеет два аспекта — вибрацию и ритм. Вибрация представляет энергию в ее первичной вихревой форме, ритм же, в свою очередь, является рисунком вибраций, воспринимаемых в линей ной форме. Вибрация создает пространство, а ритм — время. Каждая вибрация характеризуется длиной волны, и эта длина волны существует во времени, поскольку время является мерой ее длины: длина волны — это время от ее начала до конца.

    Первый ряд: основы бытия

    Рождение (джанма)
    . Каждое рождение открывает новую игру, а целью каждой игры является одно и то же Космическое Сознание. Никаких других направлений, целей, мотиваций в этой игре нет. Игра существует для того, чтобы завершить цикл. Ключом является рождение. Оно открывает двери в игру, и игрок начинает свое бесконечное путешествие, путешествие к завершенности.
    Единица — это корень всего творения. Как все нечетные числа, она принадлежит к семье Солнца. Единица имеет особое отношение к Солнцу, поскольку именно оно дало рождение нашей планете. Единица символизирует независимую личность, независимое решение, незави симую жизнь, поиск чего-то нового, необыкновенного, оригинального.

    Майя

    Единство —реальность, множественность —иллюзия. Иллюзия множественности создается скрывающей реальность силой Единого (Высшего Сознания). Эта сила называется майя-шакти или просто майей. Именно она создает иллюзию отдельного «я», «моего», «ты» и «твоего», что порождает неведение в индивидуальном сознании. Те, кто понимает это, называют такое состояние авидъей (а — «отсутствие», видья — «знание»; неведение, или отсутствие знания, о своей природе). Неведение проникает в сознание человека через ум, а йога, в свою очередь, представляет собой метод остановки работы ума (это одна из главных целей йоги). Остановив внутренний диалог, йог может выйти за пределы ума и осознать свою истинную природу, лежащую вне иллюзии «я» и «моего». Мир имен и форм —это майя. Майя — это сцена и декорации, в которых игрок разыгрывает трагикомедию своей жизни как микрокосма. Майя — это сама игра, предлагающая игроку пройти через множество различных ситуаций, каждая из которых несет в себе ключи к пониманию его истинной природы.

    Иллюзию можно увидеть на любом уровне. Само человеческое тело не является независимой единицей существования, оно состоит из огромного числа различных клеток. Именно индивидуальное эго (ахамкара) создает отдельные единицы существования, но это само по себе майя (иллюзия). Эго не может функционировать без ума, ум также не может работать без органов чувств. Таким образом, полностью отрешиться от чувства «я» и «моего» возможно только при полном контроле за работой ума. Именно к этому состоянию стремятся те, кто занимается йогой. Когда оно достигнуто, иллюзорное осознание себя как отдельного независимого существа прекращается. Прямое переживание реальности в состоянии самадхи дает человеку другой взгляд на работу майя-шакти; теперь он видит драму человеческого бытия и окружающий его мир как проявления божественной игры.
    Майя-шакти является движущей силой эволюции мира явлений, осуществляющейся благо.
    Космическое Сознание становится индивидуальным сознанием благодаря его собственной майе. В традиции индуизма можно встретить самые разные описания майи во многих контекстах, но все же описать все ее проявления невозможно — она так же бесконечна, как и само Космическое Сознание.

    Все, что нужно сделать игроку, — это осознать, что он игрок и что испытываемое им чувство отдельности является иллюзией. Все восприятия, получаемые игроком из внешнего мира, существуют внутри него самого в виде сигналов, поступающих через органы чувств, и являются иллюзией. Современная наука, которая своими методами пытается исследовать природу реальности, подтверждает это положение. Как в современной науке, так и в древних знаниях считается, что существует одно первичное вещество, к которому могут быть сведены все различные формы материи. Существование всех явлений — это не что иное, как одно из множества проявлений одной и той же основной единицы. Все элементы являются различными формами этой единой субстанции. Различие опыта разных людей объясняется преобразованием и все возможными комбинациями атомов материи, в форме которой существует эта первичная субстанция. Это разнообразие в единстве является иллюзией и обусловлено работой майи Высшего Сознания. Человек рождается, чтобы принять участие в этой игре, чтобы понять, как принципы тонкого мира работают в мире плотном. А ее целью является единение, прекращение двойственности.
    Двойка несет в себе качества двойственности, то есть иллюзии. Это число получается, когда единица повторяет сама себя. Двойка —это иллюзия, так как обе составляющие ее противопо ложности присутствуют в Едином. Это внутренний и внешний мир, непроявленный и проявленный, Шива и Шакти, мужское и женское начала, солнце и луна, плотный мир и тонкий, Абсолют и майя, ноумен и феномен. Таким образом, двойка — это число майи. Двойка —четное число и, как все четные числа, входит в лунную семью. Она особенно сильно связана с Луной и лунной энергией.

    Гнев (кродха)
    Для понимания природы гнева существенно важно понять природу эго. Эго —это то, что отождествляет себя как «я». Человек в процессе своего развития проходит через последовательность отождествлений. После рождения ребенок впервые начинает чувствовать себя отдельным существом, когда понимает свою обособленность от матери. Путешествие заканчивается, когда эго в конце концов идентифицирует себя с Абсолютом и сливается с Космическим Сознанием.

    Истинное внутреннее «Я» знает, что внутри него содержится вся реальность. Однако отождествляющее себя «я» будет исключать те аспекты реальности, которые считаются злом теми, с кем это «я» себя соотносит.
    Гнев — это эмоционально-химическая реакция, возникающая, когда эго сталкивается с каким-либо из аспектов своей личности, который был отвергнут как зло. Столкновение с этим негативным аспектом переживается как угроза существованию. В действительности возникает угроза лишь для отождествления личности с той или иной оценкой происходящего
    Гнев является проявлением разбросанности, слабости. Эта клетка служит хвостом змеи эгоизма. Гнев направляет энергию игрока вниз, что приводит его на уровень первой чакры. Когда эго задето, мы чувствуем гнев. Гнев — это неуверенность, основная проблема первой чакры.
    Когда для выражения гнева принимается ненасильственный метод, это дает игроку огромную моральную силу, называемую сатъяграхой (сатья—истина; аграха —упорство, постоянство). Это становится возможным, если игрок способен сохранять спокойствие даже тогда, когда действительно испытывает гнев. В этом случае гнев становится безличным и направлен против зла. Он основан на любви, любви к добру, к истине. Такой гнев помогает духовному росту и является божественным.

    Жадность (лобха)
    Рано или поздно все материальные блага остаются за порогом: либо когда мы отказываемся от них по своей воле, либо когда приходит смерть. Однако жадность может оказаться и достоинством на пути духовного роста, если человек становится жадным к духовному опыту, знаниям и любви.

    Очищение (тапа)
    Очищение слуха происходит при отвлечении силы слышания от внешнего мира и направлении ее к звукам мира внутреннего. Очищение зрения достигается с помощью концентрации взгляда (глаза при этом закрываются) и внимания на «третьем глазе» — точке, расположенной между бровями, немного выше переносицы. Очищение обоняния осуществляется закрытием ноздрей при задержке дыхания на вдохе на максимально возможное время.
    Сохранение полного молчания в течение определенного промежутка времени очищает процесс мышления. Голодание очищает тело. Преодоление трудностей очищает личность игрока, слушание чтения священных писаний и боговдохновенной поэзии очищает его внутреннее «я», чтение мантр очищает нервы, а концентрация и медитация очищают и тело, и ум.

    Развлечения (гандхарвы)
    Жизнь основана на принципе развлечения —получения удовольствия. Однако такой взгляд на жизнь достигается только после преодоления уровня первой чакры с его основной пробле мой — неуверенностью в себе и озабоченностью материальным благополучием. Развлечение — сущность Духа. Все это сотворенное мироздание представляет собой игру энергий, осуществляемую Шакти, материнским принципом, Абсолютом, Богом... какое бы имя мы ни выбрали для Высшего Игрока. Если бы этот принцип не был бы заключен в природе Божественной Игры, то Единое не стало бы многим. Все глубже входя в игру, служащую развлечением Единого, игрок проникается ее правилами, чтобы в конце воссоединиться с Ним.

    Зависть(ирасъя)
    Попадая на клетку зависти, игрок испытывает недостаток уверенности в себе и, чтобы пересилить свои желания, прибегает к стратегии, характерной для первой чакры. Эта змея снова и снова жалит игрока, заставляя его возвращаться вниз, что служит очищению его мышления в процессе игры.
    В игре жизни энергия движется в направлении снизу вверх. Игрок стремится покинуть нижние планы и достичь вершины, отворачиваясь от проблем, с которыми ему приходится сталкиваться внизу. Однако такая позиция противоречит одному из важнейших принципов игры, поскольку игрок должен играть, гармонично исполняя свою роль как вверху, так и внизу, куда бы ни вела его игральная кость кармы.
    Однако никто не хочет оставаться внизу. Когда вибрации игрока становятся негармоничны ми, он попадает под влияние змей и падает к нижним планам. По стечению кармических обстоятельств он попал на план второй чакры, но реально он не заслуживает того, чтобы оставаться здесь. Фактически он не может остаться на этом плане из-за негативных вибраций, оставшихся в его личности. В такие моменты игрок завидует тем, кто способен пребывать на высших планах, не теряя равновесия. Зависть и является той негативной реакцией, которая приводит к падению игрока на уровень первой чакры, где ему предстоит осознать и отработать новые элементы своей негативной кармы.

    Ничтожность (антарикша)
    Антарикиш — это план, расположенный между физическим планом и небесами (сварга-лока). Здесь игрок находится в «подвешенном» состоянии: ни на небе, ни на земле, фактически в ничто.
    Ничтожность является одной из неотъемлемых черт второй чакры и является причиной нестабильности и беспокойства. Все вокруг теряет смысл. Самоотождествление личности полностью потеряно, и в результате нарушается равновесие ментальной сферы. Все это происходит из-за недостатка энергии, необходимой для гармоничного пребывания на этом плане. Однако состояние ничтожности отнюдь не вечно. Как только игрок начинает пополнять свои энергетические ресурсы, он оказывается готовым к продолжению игры.

    План фантазии (нага-лока)
    Одним из семи нижних миров является Патапа, правителями которой являются змеи (наги). В мифологии это полу божественные существа, обладающие человеческим лицом и хвостом как у дракона. Наги также понимаются как секта посвященных-отшельников, достигших великой мудрости. Ничто не скрыто и не может быть скрыто от их всевидящего взора. Поскольку нага-лока является планом фантазии, она расположена не над землей, а под ней, погруженная в воды в соответствии с природой явления, называемого фантазией.
    попадающий на этот план, полностью погружается в фантастический мир, создаваемый его воображением, которое уводит его за пределы физической реальности к бесконечным возможностям человеческого существования. Здесь нет никаких пределов или ограничений, вся энергия игрока направляется на исследование этого мира и проявляется в создании произведений искусства, новых идеях и открытиях. Он исследует окружающий мир с помощью органов чувств в поисках все большей стимуляции своего воображения, стремясь испытать нее возможные комбинации чувственного опыта. Основным мотивом его деятельности служит вопрос: «А что, если..?» Фантазия игрока здесь не знает пределов, ничто не кажется слишком фантастичным или странным.
    На астральном плане игрок начинает осознавать свои возможности, здесь же он полностью поглощается этим измерением психического пространства.
    Змея служит символом энергии. Кундалини, которую йоги стремятся поднять с помощью своей практики, часто называют «змеиной силой». Змея воплощает качества постоянного движения, гибкости и изменения формы, свойственные игроку, находящемуся на уровне второй чакры. И как змея находит убежище в норах под землей, так же поступает и игрок, чьи вибрации
    соответствуют второй чакре.

    План равновесия (махар-лока)

    Здесь же игрок преодолевает интеллектуальное понимание Божественного, характерное для третьей чакры, и движется к прямому переживанию Его присутствия внутри своего «я». Благодаря этому чувству единства с Абсолютным, махар-лока также иногда называется планом космического ума.
    Йоговская физиология связывает его с тимусом, эндокринной железой, находящейся в области сердца. Эта железа отвечает за течение электрической энергии в теле, а природа чувственного восприятия основа на на электрических явлениях. Каждое изменение эмоционального тонуса регистрируется сердцем, его ритм определяет химический состав крови
    В суфийской традиции особый акцент делается на необходимости открытия сердечного центра с помощью любви (мохаббат). Отсюда рождается поэзия, трансформация личного в универсальное. Поэзия вся наполнена сердцем, его вибрациями и всевозможными переживаниями. Этот центр является также источником всех трансперсональных психических явлений.
    Независимо от того, каким путем игрок достиг этого места, теперь он наслаждается покоем. Его руки автоматически складываются в мудры (особые жесты, помогающие балансировать течение энергии в теле). Его сердце наполняется духом преданности — бхакти. Он способен начать отождествлять себя со всем творением, развивая в себе переживание космического единства.

    Символом плана равновесия является шестиконечная звезда, составленная из двух равных правильных треугольников, один из которых направлен вверх, а другой — вниз. Этот символ известен на Западе как «звезда Давида». Треугольник, направленный вверх, символизирует мужскую энергию, направленный вниз — женскую. Это служит выражением состояния равновесия, достигаемого игроком, вибрирующим на этом уровне.
    Произнося название каждого из этих планов, он прикасается к части своего тела, связанного с ним. Он произносит Ом бху, прикасаясь смоченным кончиком пальца правой руки к точке между анусом и гениталиями, местоположению Кундалини. Затем он произносит Ом бхувах, дотрагиваясь до основания половых органов, где расположен второй психический центр. Он произносит Ом свах, касаясь пупка. Он поет Ом маха, при этом дотрагиваясь до сердца, Ом джана — до основания горла, Ом тапа — до третьего глаза, точки между бровями, чуть выше переносицы. И, наконец, Ом сатъям, прикасаясь к макушке головы.
     
  14. TopicStarter Overlay
    Соня

    Соня Автор

    Сообщения:
    8.027
    Симпатии:
    423
    План ароматов (гандха-лока)
    когда игрок достигает четвертого уровня, природа чувственных восприя тий преобразуется, становясь символическим выражением Божественного, несущим мощный эмоциональный заряд

    Ясность сознания (сваччха)
    Ясность сознания —это свет, наполняющий игрока, когда он покидает четвертый уровень, чтобы вступить на пятый, где человек становится Человеком. В санскрите слово сваччха означает «чистый, ясный, прозрачный». Эта прозрачность является результатом процесса очищения, через который игрок проходит в нарака-локе.
    Прозрачность означает отсутствие препятствий для света. Когда все сомнения прояснены, завеса слепого интеллекта растворяется, на смену приходит чистый и мощный свет внутреннего ощущения. Интеллектуальное понимание, доминирующее в первых трех центрах, сходит со сцены. Здесь рассуждения рассматриваются как недостаток, болезнь сознания. Когда сознание отождествляет себя с пониманием, оно страдает от болезни рассудочности, цепей интеллекта. Преданность и вера помогают преодолеть это состояние, и игрок вступает на уровень Бытия.

    Попадая на поле сваччхи, игрок становится чистым и прозрачным. Его одолевали сомнения, из-за которых он сбивался с пути истинной религиозности или оказывался в чистилище. Но этот опыт дал ему понимание судхармы. Он развил в себе благие тенденции и освятил свою жизнь. Он побывал на планах аромата и вкуса и теперь готов присоединиться к восходящему потоку энергии, возносящему его к пятой чакре.

    В свете джняны становится ясно, что, ограничивая область действия кармы, он может начать утверждаться в блаженстве. Это и есть инсайт в суть игры.
    В четвертой чакре он начал приводить в равновесие свой внутренний мир; затем, с очищением сознания, он погрузился в восходящий поток энергии, который поднял его от четвертой чакры к пятой. Пребывая в равновесии, он видит, что его цель вполне достижима, и приводит свою жизнь в соответствие с пониманием процесса ее достижения.
    . Реализация джняпы приводит к тому, что игрок понимает также и то, что все должно быть оставлено нетронутым, слово в слово, так, как это было дано.
    Поле джняны по праву располагается на уровне пятой чакры, так как именно здесь находится источник миллиардов чистых страниц, которые являются сущностью всех мировых религиоз ных, учений. В пятой чакре главной заботой игрока становится общение с другими: он стремится передать окружающим понимание сущности игры, которого он достиг, одновременно осозна вая, что это неосуществимо.

    Прана-лока
    Прана —это жизненная сила. В санскрите это синоним жизни и название дыхания жизни, которое мы получаем с каждым вдохом. Прана — это также название одной из пяти основных тонких энергий в теле. Прана располагается в области от ноздрей до легких и вблизи сердца, предохраняя жизнь от разрушения.
    Прана — верный слуга, который удовлетворяет все запросы своего хозяина, не требуя за это никакой награды. Как истинный преданный, прана верно служит нашему сознанию 24 часа в сутки. Но прана обладает своим темпераментом. Даже небольшое изменение в отношении хозяина влияет на скорость и ритм цикла. Хороший хозяин, понимающий преданность своего слуги, должен стараться помогать пране развиваться. Методы, необходимые для этого, называ ются пранаямой и составляют один из важнейших разделов йоговской дисциплины.

    В йоге прана — понятие первостепенной важности. Практикуя пранаяму, йог направляет течение праны вниз к тазовому сплетению, где она смешивается с апанои, энергией, находшцейся II нижней части тела. Когда прана и стана текут вместе через сушумну — центральный канал позвоночника, к верхушке головы, йог получает опыт самадхи, огужащий целью всех практик йоги.
    прана —это сама жизнь. Для понимания прaны жизнь и сознание должны рассматриваться отдельно друг от друга. Жизнь явля ется механизмом, через который проявляется сознание, а прана — его движущей силой. Когда жизнь прекращается, сознание остается.

    Апана-лока
    (Кундалини является неподвижной основой всех процессов, происходящих в теле. Это энергия, присутствующая в покоящейся или движущейся форме во всех явлениях этого мира. Эта же энергия используется организмом для выживания.)
    смешение праны и апаны ведет к омоложению тела йога; он становится полным жизни, выносливым и энергичным, как в шестнадцать лет.

    Человеческий план (джана-лока)
    Понимание игроком божественного присутствия во всем творении, приобретенное во вре мя путешествия через четвертую чакру, заставляет его искать Божественное внутри себя, и так его внимание обращаегся к миру звуков, приобретающих теперь новое значение. Он становит ся способен воспринимать внутренние звуки, неслышимые ранее, поскольку его внимание было обращено к явлениям окружающего мира. Обратив свое внимание и чувства вовнутрь, он слышит звук биения сердца и крови, растекающейся по его жилам. Эти звуки открывают его нервы, что, в свою очередь, расширяет его восприятие.
    Известны слова о том, что все знания находятся внутри, однако реальностью они становятся только в пятой чакре. Открытие нервов производит внутренние звуки. Эти вибрации, в свою очередь, воздействуют на психическую энергию, и это проявляется в изменении химических процессов в теле. Вследствие этого психика игрока открывается новым измерениям опыта. Проявляющееся в результате понимание известно как Знание.

    План Агни (Агни-лока)
    Агни является чистейшим проявлением бесконечного циклического перерождения одной и той же божественной сущности. Огонь —это дух, душа и тело одновременно. Весь этот мир, наполненный многообразными существами и явлениями, включая и человека, рожден от Божественного Огня.
    В теле этот огонь есть сама жизнь. Огонь служит также источником света, который является комбинацией цветов. Таким образом, огонь —это источник и цветов, и форм, составляющих сущность мира явлений.

    Игрок, находящийся на пороге облачения в новую форму, делает это со знанием того, что роль, которую он будет исполнять, должна соответствовать велению планетарных законов. Любые отклонения приводят к самообману, и это неотвратимо влечет за собой снижение уровня энергии.

    Только если игроку удастся постоянно следить за своим собственным звуком, звуком своего «я», своего бытия, лишь тогда он не станет жертвой своего ума.

    Правильное знание (сувидъя)
    Если джняна — это осознание истины, «правильное знание» включает в себя осознание и поведение (практику).
    Правильное знание добавляет к джняне новое измерение, осознание единства прошлого, настоящего и будущего, являющихся аспектами единого временного континуума. Правильное знание — это пища сознания, предохраняющая его от змей отсутствия религи озности, печали, зависти, неведения, насилия, эгоизма, тамаса и инерции негативно го ума. Правильное знание усиливает внутренний голос. Сувидья приручает тигра ума и превра щает лес желаний в цветущий сад эволюции. Слово видъя происходит от корня вид, означаю щего «знать». Наиболее древней формой знания является состояние самадхи, в котором ответ приходит благодаря прямому взаимодействию с реальностью. Поэтому все знания традиции индуизма называются даршанами (слово даршана означает «видение» или «опыт»). Истинное знание проявляется при полном слиянии познающего субъекта и познаваемого объекта. Это и есть видъя, правильное знание.
    Поле правильного знания завершает прохождение пятой чакры, пятого ряда игры. На этом этапе игрок достигает полного осознания своего единства с космосом, он сливается с предель ной реальностью и возносится на план Рудры (Шивы), план космического блага.

    Шестой ряд: время покаяния

    Различение(вивека)

    Все существующее в феноменальном мире не есть реальность. Объекты восприятия изменяются с течением времени, они развиваются, растут и разрушаются. Но эти объекты чувственного восприятия создают полную иллюзию реальности. Человек придает большое значение объективному миру и у него развивается желание отождествляться с объектами чувственного восприятия. Вивека, или различение, — это сила, которая спасает его ;от впадения в желание привязанности к материальному. Это голос внутренней мудрости игрока, который позволяет ему отличать тонкое от грубого, видеть ноумен в каждом феномене.

    Вивека не могла появиться в игре раньше. Игрок может попасть сюда, лишь пройдя через поле правильного знания. Если игрок попадает на стрелу правильного знания, он немедленно поднимается к плану космического блага. В противном случае ему приходится прибег нуть к способности различения.
    Теперь проявленная майя лишь в незначительной степени влияет на сознание.
    Когда игрок попадает на поле различения, он немедленно переносится к плану счастья, расположенному в седьмой чакре. В седьмой чакре игрок находится за пределами всех видов насилия, что и служит причиной истинного счастья. Но здесь пока еще шестая чакра, и здесь необходимо различение. «третий глаз» дает силу различать будущие возможности в игре, и это одно из ценных свойств шестой чакры: способность проникновения в будущее. Причем это не фантазия, а прямое восприятие того, что будет.
    Различение-вивека — это не что-то такое, что развивается в нас в течение одной мимолетной жизни. Оно пользуется опытом, накопленным поколениями больших масс людей и содержа щимся в коллективном бессознательном. Таким образом, игрок имеет в своем распоряжении хранилище опыта, который теперь находится на осознаваемом уровне.
    Различение — это учитель, который находится на макушке каждого игрока (в седьмой чакре) и ведет его по жизни. убежать от голоса вивеки в конечном счете невозможно.
    Пока игрок не достигнет шестой чакры, слово «различение» мало что для него значит. Но прохождение через шестую чакру подсказками внутреннего голоса вивеки.

    План нейтральности (сарасвати)
    Психическая энергия в организме человека течет по центральному нервному каналу поз воночника, или сарасвати. этот поток энергии начинается в первой чакре и постепенно поднимается выше по мере того, как игрок продвигается от одного ряда к другому. Конечная цель йоги —поднять эту энергию к седьмой чакре, расположенной на макушке головы.
    В теле человека есть три основных типа энергии: электрическая, магнитная и нейтральная. Электрическая энергия — это энергия солнечная, она преобладает с правой стороны тела человека. Магнитная энергия — лунная, она преобладает с левой стороны. В нормальном состоянии преобладает либо электрическая, либо магнитная энергия (солнечная или лунная).
    Нейтральная, или психическая энергия получается, когда солнечный и лунный принципы находятся в равновесии, и тогда эта энергия начинает течь вдоль позвоночника. Ниже шестой чакры контроль над этой энергией был невозможен. Во время медитации могут ощущаться короткие импульсы, но, по-видимому, беспорядочные и не поддающиеся контролю сознания. В шестой чакре негативное и позитивное постепенно исчезают и остается только нейтральное. План сарасвати -- это царство богини, носящей то же имя. Здесь игрок окружен чистой музыкой и живет в состоянии видъи, знания. Сарасвати, божество учения и красоты, дарует ему возможность достичь равновесия и быть вне влияний электромагнитного поля существования. Теперь он может просто наблюдать за ходом игры.

    Три нерва, которые соединяются в мозгу в области «третьего глаза» (чуть выше межбровья), отвечают за течение трех типов энергии. Названия этих нервов-нади — пингала, ида и сушумна: солнечный, лунный и нейтральный; или электрический, магнитный и нейтральный. Месго их слияния называется праяг, и это название часто используется для обозначения «третьего глаза». Сушумна остается невидимой, в то время как иду и пингалу представляют два глаза. В индийской мифологии одним из самых важных святых мест является Праяг-Радж, где соединяются три самые священные реки — Ганга, Ямуна и Сарасвати. Ганга и Ямуна — это ида и пингала. Обе они видимы, как видимы два глаза человека. Река Сарасвати невидима, она течет к праягу из глубин земли. Та же символика просматривается в греко-римском образе жезла божественного целителя Эскулапа. Две змеи обвиваются вокруг центрального крылатого жезла. Эти змеи — ида и пингала, а жезл — сушумна.

    Солнечный план (ямуна)
    В шестой чакре игрок устанавливает равновесие между мужским, солнечным принципом и женским, лунным. Это гармоничное слияние элементов создает «я» наблюдателя, которое не является ни мужским, ни женским, а представляет собой гармоничное сочетание того и другого.
    Ниже шестой чакры солнечная и лунная энергии переплетены друг с другом, здесь же они сливаются и становятся единым целым. Это ощущение единого целого характеризует план аскетизма.

    49. Лунный план (ганга)
    Левая (лунная) ноздря способствует не только медитации, но и наслаждению музыкой, танцами, поэзией. Лунное дыхание успокаивает боль, развеивает печали, оно способствует восстановлению сил сознания. Ида-нади ведет игрока к лунному плану, плану преданности и восприимчивости.
    Общее правило йоги таково: левая ноздря должна доминировать днем, а правая — ночью. Лунное дыхание необходимо днем, чтобы скомпенсировать преобладание солнечной энергии, а солнечное — ночью, чтобы уравновесить преобладание луны.

    50. План аскетизма (тапа-лока)
    Тапа-лока — шестой из семи главных планов бытия. Это место не погибает с наступлением ночи Брахмы. Элементом, преобладающим здесь, является воздух, следовательно, все сущест вующие на этом плане комбинации без труда проникают друг в друга.. Те, кто развивается в результате упорной работы над собой, отправляются в эти миры в зависимости от состояния их сознания. Тапа-лока населена великими йогами и аскетами, ушедшими по пути, с которого нет возврата, погруженными в глубокое подвижничество, целью которого является продвижение вверх, к следующему уровню, сатъя-локе.
    Развивающееся «я»-наблюдатель замечает остающуюся неотработанной карму, и она стано вится слишком тяжелой ношей, чтобы двигаться дальше. Лишь покаяние и пламя аскезы способно сжечь ее.
    Опыт единства с реальностью лишает чувственный мир всей его привлекательности. Отныне все элементы находятся во власти игрока. Его способность проникновения в природу прос транственно-временного континуума позволяет ему видеть начало и конец творения. Продолжая жить в своем ограниченном теле, он становится безграничным. Игрок знает, что он есть бессмертный дух в бренном теле. Смерть перестает внушать ужас. И здесь игрок начинает понимать, что значит «Ты есть То» и «Я есмь Оно» — на санскрите это звучит как Тат твам аси и хамса. Сам игрок теперь становится парамахамсой.
    Все его понимание себя должно радикально измениться. Он должен признать внутри себя присутствие Божественного. Он должен почувствовать свою бесконечную природу. Звук Ом становится здесь его мантрой. Это космический звук, который создает резонанс в его системе и помогает поднять его энергетичес кий уровень. В каждый момент он слышит свой внутренний звук. Наполняясь силой, этот звук постепенно распространяется повсюду, пока не становится всепоглощающим, заключая в себе все окружающие его звуки, внутренние и внешние. Каждый, кто оказывается рядом с ним, становится спокойным и начинает слышать тот же звук, порождаемый его собственной систе мой.
    Каждый игрок оказывает особое влияние на других игроков в зависимости от того уровня, на котором он находится в данный момент.. Игрок четвертой чакры вдохновляет окру жающих его игроков. Он нашел свой эмоциональный центр и не производит угрожающих вибраций. Игрок, находящийся на уровне пятой чакры, держит зеркало, созданное из его собственного опыта, в котором другие игроки могут видеть свое отражение. Присутствие человека шестой чакры открывает Божественное. Рядом с ним другие игроки теряют свое самоотождествление, внутренние преграды растворяются, и они стремятся соединить свое сознание с сознанием того, кто утвердился в плане подвижничества.
     
  15. TopicStarter Overlay
    Соня

    Соня Автор

    Сообщения:
    8.027
    Симпатии:
    423
    План жидкостей (джала-лока)
    Вода не имеет собственной формы, она принимает форму сосуда, в котором находится. Это также является основным свойством игрока шестой чакры — способность становиться тем, что противоречит эго. Настоящая игра начинается, когда игрок теряет свою индивидуальность как игрок. Игра начинается в шестой чакре, когда знание уже получено, а иллюзия отождествления игрока с формой рассеялась.

    План духовной преданности (бхакти-лока)

    Бхакти — это непосредственный метод, это самый короткий путь к Божественному. Вся йога и все знание, джняна, держатся на краеугольном камне истинной веры, истинной предан ности и любви, истинного бхакти. Нет ничего выше любви, и бхакти — это религия любви. Любовь — это действительно Бог. Зажечь свечу любви с помощью искры знания и практико вать йогу любви —это и есть бхакти.
    Он видит также, что гнев, тщеславие, ничтожность, страдание и неведение —все они являются значимыми аспектами жизненного опыта. Он находится за пределами каких-либо оценок. Все имеет равное значение и ценность. Он знает, что, пока он пребывает в теле, игральная кость его кармы будет вести его вперед в его путешествии, уровень за уровнем, квадрат за квадратом.
    Овладев своей волей, он достиг внутренней стабильности. Теперь для дальнейшего развития он должен найти эмоциональный центр своей жизни. Чтобы очиститься от самоотождествления, ему не остается ничего другого, кроме отождествления себя с Божественным в какой-то конкретной форме или во всех формах. Но это не имеет значения, каждая форма становится всеми формами одновременно. В какой бы форме он ни встретил Господа, все другие будут также обретены им. Форма становится Божеством, а Божество — самим бхактой, испытывающим невыразимое блаженство. полное принятие Лилы дает ему преданность самой игре.
    Он видит в состояниях, представленных клетками игральной доски, игру божественной энергии и испытывает единство с ними. Все это — проявления его Господа. Познающий и познаваемое, субъект и объект, преданный и Божество —все становится единым. Многое становится единым целым.

    Игрок начинает мыслить в терминах океана, с которым ему предстоит слиться. Духовная преданность —это стрела, переносящая каплю в океан после того, как капля осознает присутствие этого океана внутри себя самой.
    Это единственный прямой путь к Космическому Сознанию.
    Духовная преданность превращает Космическое Сознание в друга, и игрок встречается с Божественной реальностью лицом к лицу. Преданность превращает каждую ситуацию, каждое мгновение во встречу с Абсолютом, позволяя игроку видеть Господа, присутствующего во всем и повсюду.
    бхакти превращает его в божественное дитя на коленях его Матери под благожелательной защитой Отца. Бхакта всегда окружен своим Божеством, присутствующим в мириадах его форм и имен в каждой частичке жизненного опыта.

    Седьмой ряд: план реальности

    Эгоизм (ахамкара)

    Слияние с Космическим Сознанием выглядит как смерть эго. Старые структуры, представ ления и идеи должны исчезнуть, если игрок стремится достигнуть освобождения. Но ахамкара не хочет умирать. Эго крепко держится за старые самоотождествления. И это сопротивление возрастает тем больше, чем ближе игрок подходит к Космическому Сознанию.
    Мудрецы традиции индуизма считают, что звук является источником всего творения. Звук — самая тонкая из грубых форм, в которой энергия находилась до начала творения. Существу ют 52 формы, в которых звуковая энергия пребывает в проявленном виде (акара), и по мере развития человеческого организма эти звуки локализуются в окончаниях тонких нервов цент ров психической энергии (чакр). Изначальный звук — самый простой, а. Последний звук —ха. Таким образом, все бытие протекает от а до ха. Состояние отождествления, которое соединяет а с ха, и есть ахамкара, ощущение отдельности своего существования.

    Йоги выделяют в сознании человека 4 основных аспекта, или категории: манас (ум), буддхи (интеллект), читту (бытие) и ахамкару (эго). Все, что получено в результате чувственного восприятия, — это ум. Понимание чувственного опыта, его анализ и оценка — это буддхи. Эмоциональное переживание чувственного восприятия регистрируется в читте. Тот аспект, который думает, что это он воспринимает чувственный опыт и получает удовольствие от него как отдельная личность, — это эго, или ахамкара. Когда эго становится «единственным», все остальное становится для игрока средством для своего удовлетворения. Таким образом, если ахамкара не соединена с Космическим Сознанием, она превращается в эгоизм.

    Эго является прямым следствием самоощущения, читты. Чтобы принять участие в игре, это самоощущение отождествляет себя с объектом на игральной доске, который движется от клетки к клетке, то поднимаясь по стрелам, то падая вниз по змеям. Когда игрок полностью отождествляет себя с этой фишкой, он приходит в восторг, когда стрела поднимает его выше, и в уныние, когда, ужаленный змеей, падает вниз. Он стал жертвой эгоизма. Он стал слишком привязан к цели игры и забыл о своей божественной природе.
    Ахамкара не существует до пятой чакры, поскольку до этого момента игрок все еще находит ся в процессе рождения. Пятая чакра —это план рождения человека, где ахамкара появляется на сцене. Эго проходит через поля неведения и правильного знания и учится слышать голос своего сознания, когда игрок входит в шестую чакру. Однако только в седьмой чакре он дейс твительно добивается тождественности с самим собой и начинает стабилизироваться вокруг внутреннего центра. В процессе своего развития игрок должен обнаружить, что он не сущест вует как отдельная реальность, он есть проявление энергии и должен на некоторой стадии своего развития слиться со своим источником. Здесь эго встречается лицом к лицу с опас ностью смерти и может превратиться в эгоизм.
    Седьмая чакра является наивысшим планом в микрокосме игрока. Здесь он достигает пика и получает все, к чему стремился. Теперь, когда он достиг вершины, существуют только два возможных пути: подняться выше и, воссоединившись с чистыми вибрациями, оставить все формы, либо упасть обратно, вниз. Если ахамкара побеждает поток судхармы, неизбежным результатом становится гнев. Это возвращает энергию игрока вниз к первой чакре, где он снова должен начать свое восхождение к вершине.

    Эго становится эгоизмом, если игрок слишком сконцентрирован на самом себе. В индийс кой мифологии (Пуранах) есть много примеров такого эгоизма, которого всегда достигали после сурового подвижничества и аскезы. После того как претендент добивался награды в виде власти или могущества, но становился жертвой эгоизма, он провозглашал себя Богом. Из-за этого ложного отождествления он всегда падал вниз до первой чакры с присущими ей гневом, жадностью, заблуждениями, тщеславием и алчностью. Вся планета приходила в беспорядок. В одном из таких случаев Земля, приняв форму коровы, явилась перед Вишну и попросила его освободить ее от бремени эгоизма. В этот момент, как описано в эпосе, Вишну, великий защитник жизни, принял форму и родился на Земле. В Пиле Бог выходит, чтобы убить дракона эгоизма в игроке, ибо эгоизм противоречит принципу сохранения. Ахамкара является пищей Вишну, а Космическое Сознание — его местом обитания.

    План изначальных вибраций (Омкара)

    Ом — единый звук, присутствующий повсюду во Вселенной, проявленной и непроявленной. Это самая тонкая из форм, в которых существует энергия. Омкара — это план вибраций, которые производят этот космический звук, находящийся в гармонии со всеми другими вибрациями. Игрок, попадающий сюда, осознает, что Ом —это вибрация, наполня ющая все элементы бытия.
    В начале было Слово (звук). И Слово было у Бога, и Слово было Бог. Игрок может осознать этот звук, если он обойдет ловушки желаний, расставленные его умом, и будет медитировать, создавая звук с помощью своего тела. Ом является основой всех знаний, поэзии и искусства. Концентрация на Ом открывает игроку все безграничные источники внутри него, которые до этого были заблокированы майей нижних чакр.
    Этот звук также является замечательным средством, которое помогает снимать напряже ние. Каждый игрок, сознательно или бессознательно, пользуется этим. Ом — это гудящий, мычащий звук. Мы все иногда «мычим что-то про себя». Поэты и композиторы часто исполь зуют этот звук для пробуждения вдохновения.

    Ом — это одновременно Творец, Хранитель и Разрушитель —три аспекта Божественного. Если игрок видит, что соприкоснулся с какими-то раздражающими элементами в своем окружении, все, что ему нужно сделать, чтобы вернуться в гармоничное состояние, — это начать гудеть. Этот процесс повернет фокус его внимания вовнутрь, позволяя раскрыться сокрови щам, спрятанным в глубинах его сознания, читты.
    все Веды произошли из звука Ом. Ясно, что Веды были написаны святыми и провидцами, которые также были поэтами и композиторами, чьи вибрации достигли высших планов, так как их произведения являются высшей формой поэзии, соприкоснувшейся с искрой Божественного.

    Игрок, который достигает плана Омкары, осознал необходимость умиротворения и упрощения своей жизни. Мирские заботы отвлекали его от вибрации Ом и космической мудрости, раскрываемой этим звуком. Когда жизнь становится проще, каждое действие совершается сознательно и игрок перестает быть рабом своих привычек. По мере того как его существование становится все более тонко настроенным в унисон с реальностью, он сам становится источни ком вибраций, входя в резонанс с вибрациями космоса.
    Когда человек гудит или мычит, он издает звук, идентичный вибрации Ом. Звук Ом слышен в стоне: он уменьшает боль, напряжение и, изменяя химию тела, помогает выведению вредных веществ. Гудение-мычание заставляет вибрировать все тело, все центры, но в особенности макушку головы, седьмую чакру. В шестой чакре Ом был звуком для медитации, приводящим игрока в контакт с реальностью. Здесь, в седьмой чакре, Ом осознается как факт существования.

    План газов (вайю-лока)

    Это сущность физического элемента воздуха.
    Правителем этого плана является Марут, одна из ипостасей Индры, повелителя небес (Индра — это тот, кто добился полной власти над своей чувственной природой). Вайю-лока —это план, где игрок становится потоком энергии, вместе с которым движется вся атмосфера, преодолевая силу тяжести. Здесь обитают просветленные души с легкими телам. Игрок, попавший на вайю-локу, уже совершил свой переход через Омкару и достиг, вследствие своей кармы, более высоких способов вибрации. В индийской мифологии есть также маруты — друзья и братья Индры, управляющие атмосфе рой физического плана. Они приносят дождь и наполняют землю жизненной силой. Они становятся пранической энергией на физическом плане и дыханием жизни дышащих душ. Воздух — синоним движения внутри и вне тела. Все движения флюидов внутри живых орга низмов обусловлены воздухом. Воздух есть сущность жизни. Таким образом, воздух существу ет повсюду. Обитатель вайю-локи, сам будучи жизненной силой, дыханием жизни, обладает качеством, присущим также шестой чакре он может распространять свое присутствие в любое место или в несколько мест одновременно. Теперь он может растворить сущность своего бытия, эго, принять газообразную форму и парить на плане газов.
    Игрок более ничем не отягощен, он приобрел истинную свободу действия. Он становится существом, неподвласт ным тяжести и не имеющим формы

    План сияния (теджа-лока)

    Теджа означает «свет, сияние».
    Теджа — это свет, который был сотворен в начале. Мир, который мы воспринимаем в бодрствующем состоянии, — это мир явлений и форм, феноменальный мир, пресуществующий в свете (теджа), из которого он материализуется. Этот мир похож на мир наших сновиде ний, но не является им. Это состояние полностью «сделано» из света. Изображения, которые мы видим на фотографиях, выглядят точно так же, как и реальные люди, нона самом деле они являются различными формами света, создающими иллюзию реальности. Теджас, впрочем, связан с астральным (сукшма) телом, которое составлено из света и в котором игрок пребывает, когда видит сны.
    Сиять означает излучать свет. Омкара —это звук. После звука появляется воздух, ваню-лока. А после воздуха появляется огонь, теджа, тонкий элемент, отвечающий за созидание всех форм творения. Огонь не может существовать без воздуха, так же как и игрок не может достичь теджа-локи, если он сначала не пройдет через план воздуха.
    Каждое вещество имеет точку воспламенения — температуру, при которой оно загорается в присутствии кислорода. Теплота — это возбуждение молекул. Чем быстрее движугся молеку лы, тем больше жар. Огонь возникает, когда это движение слишком быстро, чтобы материаль ная форма могла выдержать его. По мере того как игрок поднимается все выше и выше, возрастает уровень его собственных вибраций. В седьмой чакре он достигает сущности вибра ций. Затем, когда его вибрации достигают определенного предела, он проходит через план воздуха и загораегся сияющим пламенем, дарящим свет всем, кто окружает его.
    Когда игрок достигает плана сияния, он освещает своим светом весь мир. К плану сияния не ведет ни одна из стрел, и его невозможно достичь непосредственно с нижележащих планов. Игрок должен двигаться к нему медленно и постепенно, если только он не достигнет окончательного освобождения, практикуя духовную преданность.

    План реальности (сатья-лока)

    Сатья-лока — последний план из семи главных лок, расположенных в позвоночном столбе игральной доски. Элементом, преобладающим в сатъя-локе, являегся акаша-таттва. Здесь игрок достигает мира Шабда-Брахмана и находится на грани освобождения от цикла перерождений. Он достиг наивысшего плана, за пределами которого находится Вайкунтха, местопребывание Космического Сознания. Сатъя-лока не погибает во время ночи Брахмы-Создателя. Шабда —это слово Ом, которое есть сам Брахман (Абсолютная Реальность, Косми ческое Сознание). Шабда-Брахман — это план изначальных вибраций — Омкара. После про хождения через этот план игрок в состоянии укоренить себя в реальности.
    Сатъя — это истина, реальность, Бог. Здесь игрок достигает своей наивысшей чакры и сам становится реальностью, реализованным существом. До этого уровня вся игра является про цессом развития, направленным к этому состоянию реализации своей истинной природы. Игрок, попадающий сюда, достигает гармонии, равновесия с силами космоса. Поток его энергии не знает никаких препятствий.
    Именно здесь игрок становится Сатчитанандой (сат — «бытие», чит — «сознание», ашнда — «блаженство»). Он осознает, что блаженство является сущностью сознания. Он пребывает в состоянии самадхи, как капля в океане. Он пребывает в океане блаженства. Его присутствие становится божественным, и он распространяет милость на других игроков.

    Позитивный интеллект (субуддхи)

    Субуддхи — это правильное понимание, которое приходит только с достижением плана реальности. После того как игрок достиг сатья-локи, его сознание становится совершен ным и свободным от двойственности и он постигает Божественное во всех формах и явлениях этого мира. Такое сознание и есть субуддхи.
    Пока игрок находится в теле, интеллект играет свою роль. Он распознает, выделяет и оценивает. В седьмой чакре эти оценочные суждения больше не относятся к внешнему миру, а направлены вовнутрь для различения природы внутренней реальности игрока. Каждое суждение производит изменение в химических процессах тела. Эти состояния известны как чувства.
    Когда игрок достигает Космического Сознания, его символ на игральной доске (который представляет его тело) теряет свое значение. Но до тех пор, пока он не достигнет поля 68, четыре аспекта сознания —буддхи, манас, читта и ахамкара —продолжают работать.
    Позитивные вибрации субуддхи достигаются следованием пути Дхармы — на клетке Дхармы . начинается стрела, ведущая на этот план. Позитивный интеллект в соединении с потоком Дхармы игрока — это два наиболее могущественных средства в игре, помогающих игроку в поисках освобождения.

    Негативный интеллект (дурбуддхи)

    Дурбуддхи представляет негативные оценки в игроке, заставляющие его отказываться от предоставленных ему возможностей. Чтобы достичь своей цели, игрок должен научиться принимать все, что бы мир ни предложил ему. Если он отрицает какой-либо аспект ситуации, если он сомневается в присутствии Бога в любом объекте и любой ситуации, он тем самым отрицает существование Бога. Потому что Божественное есть вся реальность. Все есть прояв ление Единого. Дурбуддхи — это отрицание, отрицание Божественного. Именно поэтому игрок, ставший его жертвой, падает в ничто. Все его энергии истощились в его отрицании Бога, он обнаруживает себя в пустоте. Пока он не сможет воспринять то, что отрицал, пока он не обнаружит Дхарму снова, у него нет надежды на освобождение.
    Однако и ничтожность — временное состояние. Лишь Космическое Сознание абсолютно и постоянно.

    Счастье (сукха)

    Равновесие химии тела и психики — это и есть счастье. Сукха, или счастье, является состоянием, которого игрок достигает посредством различения (вивеки) или воспевания Ом, достижения самадхи и сохранения позитивной направленности интеллекта.
    Счастье, или сукха, приходит к игроку, когда его сознание говорит ему, что он очень близок к цели, давая ему уверенность в том, что он приближается к освобождению. Чувства, которые он испытывает, непередаваемы, их не описать словами. Он чувствует счастье, которое испыты вает река, соединяясь с океаном после путешествия длиной в тысячу миль. Это ощущение слияния со своим источником.
    у него есть реальный шанс достичь Космического Сознания в течение этой жизни.
    Истинное счастье принадлежит игроку, сохраняющему равновесие при приближении к цели. Игра важна как целое. Его стабильный интеллект дает ему возможность ясно видеть форму потока, течение Дхармы. Он принимает все, что преподносит ему жизнь. Нет ничего, что бы он отвергнул. Даже если он должен снова вернуться на землю, он все равно счастлив, зная о цели, которая может быть им достигнута.
     
  16. TopicStarter Overlay
    Соня

    Соня Автор

    Сообщения:
    8.027
    Симпатии:
    423
    Восьмой ряд: сами боги

    Феноменальный план (пракрити-лока)

    В «Бхагавад-Гите» Шри Кришна говорит о двойственной природе прак рити: она одновременно проявленна и божественна. Проявленная прак рити — это материальный мир, состоящий из элементов — земли, воды, огня, воздуха и эфира (акаши), а также ума (манаса), интеллекта (буддхи) и эго (ахамкары). Таковы восемь грубых проявлений пракрити. Божественная пракрити —это Майя-Шакти. После описания восьмеричного проявления пракрити Кришна говорит Арджуне:
    «Знай и мою другую пракрити, высшую, жизнь всего сущего, поддержи вающую этот мир».
    Это неизменная пракрити, воля Всевышнего, непреходящая и вечная. Эта пракрити нахо дится за пределами семи лок, за пределами акаши. Элемент, из которого состоит этот план, — это махат, из него возникают все остальные элементы, ум, интеллект и эго. Маха означает «великий», а т —это сокращение от слова таттва, или «элемент». Таким образом, махат — это маха-таттва, великий элемент, дающий начало восьми другим элементам.
    Из этого понятно, что грубое, материальное существование рождается от божественной пракрити. После завершения процесса творения, по мере эволюции индивидуального «я», или человеческой личности, начинается обратный процесс: «я» стремится вернуться к своему ис точнику. Если он оказывается способным преодолеть тамас, то достигает пракрити-локи.

    Путешествуя по семи уровням, игрок сталкивается с различными проявлениями пракрити. Но, поднимаясь над ними, он приобретает новый опыт и перспективу, способность видеть то, что лежит за поверхностью чувственно воспринимаемого мира, — изначальную пракрити. Каждый объект содержит в себе определенную идею. Объект, не содержащий идеи, пуст, так же как идея, не воплотившаяся в объекте, — бесплодна. Получив надлежащий чувственный опыт, игрок теперь подходит к миру идей. И его пониманию открывается источник всего творения.
    В санскрите слово пракрити означает исходную форму предмета, начало, источник, матери альную причину, вещество, из которого состоят все другие вещи, а также женское, материнское начало. Пракрити — это энергия в ее изначальной форме. Это энергия и сознание, слитые воедино в растворенном, недифференцированном состоянии. Из этого состояния начинается процесс уплотнения энергий, процесс проявления, рождающий все большее и большее разно образие. Из этого уплотненного состояния энергия проявляет себя в трех измерениях:
    1. Материальное содержание (инерция, скрытый потенциал), образующее тело феномена.
    2. Действие и взаимодействие в процессе развития.
    3. Внутренняя цель феномена —ноумен.
    Пересекая план реальности, игрок достигает пракрити-локи, и перед ним предстают три гуны и пять элементов в своей наиболее чистой, сущностной форме.

    План внутреннего пространства (уранта-лока)

    Оставив позади седьмой ряд и осознав существование пракрити, игрок начинает проникать в источник всех явлений феноменального мира — великое сознание. Игрок сливается с ним, и в этот момент всякая двойственность исчезает. Игрок получает чистый опыт необъят ных измерений, бесконечного пространства, лежащего внутри его «Я».
    Ур означает ощущение своего «я», ант — «конец». Уранта-лока — это место, где кончается ощущение своего отдельного «я», исчезает любое разделение и игрок погружается в неописуе мые глубины внутренней жизни. В течение одного дыхания он видит рождение, развитие и последующее разрушение всего творения. Он видит иллюзорную природу всех границ и разли чий. Осознав природу пракрити и единство, лежащее в основе всего творения, теперь он сливается с этим единством. Здесь нет ни чувств, ни ощущений. «Я» полностью осознает себя как неизменный наблюдатель. Игрок становится подобен чистому кристаллу, пропускающему свет. В Пуранах и Самхитах можно встретить описания уранта-локи, составленные святыми провидцами, испытавшими это состо яние. Они живо описывают космические знания, протекавшие через них. Они стали чистыми проводниками света от источника знания, полностью отрешенные, наделенные пониманием, не имеющим пределов.

    План блаженства (ананда-лока)

    Сознание описывается как истина, бытие и блаженство — Сатчитананда. Ананда — это высшая истина, сущность бытия. В процессе творения «Я» постепенно покрывается пятью оболочками. Из них первая и самая тонкая —анандамайя-коша —тело чистого бытия, чистого переживания сознания. Это тело блаженства, в центре которого пребывает Космическое Сознание. В течение периода, соответствующего творению, оно действует как индивидуальное сознание. Следующим является уровень эго и интеллекта. Эта оболочка называется виджнянамайя-коша. Слово виджняна состоит из ей («за пределами») и джняна («знание»). Майя означает «уплот ненный», а коша — «оболочка», или тело. Это тело, связанное со знанием того, что есть за пределами, и есть эго (которое воспринимает себя как отдельную реальность) и интеллект (производящий оценку всех явлений).
    Третья оболочка — это чувственный ум, маномайя-коша (манас означает «ум»). В своей работе он опирается на восприятия, приходящие от пяти органов чувств: ушей, кожи, глаз, языка и носа. На этом уровне происходит восприятие материального мира — мира желаний.

    Затем идет четвертая оболочка — пранамайя-коша, праническое тело, состоящее из праны — жизненной силы, действующей через пять органов действия"* и внутренние системы организма — такие, как сердечно-сосудистая, дыхательная, нервная и другие. Через эти органы и системы осуществляются кармы (действия).
    Пятой, самой грубой оболочкой является аннамайя-коша. Слово анна означает «зерно», а в широком смысле это вся пища, из которой строится физическое тело человека, его мышцы, кости, кожа, кровь, семя и прочие части.
    Эволюция индивидуального «я» осуществляется в обратном порядке. Игрок начинает от аннамайя-коши и, пересекая четыре другие оболочки, в конце утверждается в теле блаженства. Ананда является главной характеристикой сознания. Это качество отлично от наслаждения, счастья, радости или восторга, которые могут быть объяснены и оценены интеллектом. Все это — лишь относительные состояния. Буддхи ведет к джняне, знанию, поднимающему человека к плану блаженства. Ананда является изначальным переживанием: все другие — только его производные. Оно находится за пределами обычных чувств и постоянно пребывает в сердце каждого. Невозможно узнать об этом состоянии от кого-то другого, пусть даже и испытавшего его: для этого необходим собственный опыт. Ананда не может быть объяснена или выражена словами: ее познают во внутреннем опыте, и никак иначе.

    В уранта-локе исчезает чувство отдельного «я». Пребывая в пракрити-локе, игрок получает знание внутреннего единства всех объектов чувств. Чувственно воспринимаемый мир стано вится единым, так же сливаются воедино все чувства и переживания, основанные в конечном счете на восприятии этого мира.
    Здесь остается единственное переживание — блаженство. Нелегко получить этот опыт, не обладая мудростью и не пройдя путь самореализации. Единственной альтернативой является постепенное восхождение от плана к плану с вниманием, сосредоточенным на. Дхарме,.

    План космического блага (Рудра-лока)

    Рудра — одно из имен Шивы. Творение происходит по воле Господа, по его же воле сотворенное сохраняется и в конце разрушается. Без разрушения ложного самоотождествления — концепции отдельной реальности, индивидуального эго — истинный союз (йога) невозможен. Таким образом, Шива, разрушая ложное эго, соединяет индивидуальное сознание с его космическим источником.
    В материальном мире Рудра, повелитель южной стороны света, является гневным проявле нием Шивы. Он известен под именем Рудра, так как был рожден из крика (руд) Творца-Брахмы. По его милости смертные живут и наслаждаются божественной игрой, творя и разрушая, накапливая и отрабатывая свою карму в материальном мире.
    Слово Шива означает «благой» или «благо», благо для всех. Он — космическое благо, алхи мический процесс, преобразующий магнитную энергию в электрическую, посылая ее обратно к источнику. Завершение эволюции индивидуального сознания происходит именно здесь, в обители Рудры. Лишь один шаг отделяет игрока от союза с Космическим Сознанием. На этом плане происходит окончательное очищение. Он находится за пределами материального мира и состоит из того же элемента, что и ананда-лока, план блаженства.

    Знание, чувство и действие — вот три характеристики человеческого сознания. Благо (бытие) — это сат, истина — чит, а прекрасное — это ананда: вместе получается Сатчитананда. Следуя пути сатъям-шивам-сундарам — истины, блага и красоты, игрок становится Сатчитанандой. Эти три аспекта сознания известны также как бинду, биджа и нада и почитаются в образах трех первичных божеств: Брахмы, Вишну и Шивы.
    Действия на благо всем требуют правильного знания. Обладание таким знанием ведет игрока к переживанию космического блага непосредственно с уровня пятой чакры. Игрок, достигший этого места, не оказывает больше сопротивления потоку Дхармы. Он просто выпол няет свою работу, отвечая на приходящие к нему импульсы космических сил.
    Рудра-лока — один из трех центральных квадратов высшего ряда игральной доски, где находятся божественные силы, ответственные за все творение, к единению с которыми стре мится каждый, ищущий освобождения. Стремление к правильному знанию приводит игрока к местопребыванию Шивы. Здесь он приходит к осознанию космического блага, сущностью которого является истина, а формой — красота.

    Космическое Сознание (Вайкунтха-лока)

    Возвышаясь над всеми локами, за пределами всех пределов, находится Вайкунтха — лока Космического Сознания, жизненная сила (прана) всей проявленной реальности. Эта лока также состоит из элемента, называемого махат, служащего источником всех других элементов. Перед началом игры участник принимает важность и значение этого плана Бытия, который всегда будет его целью. Какие бы желания ни соблазняли его сойти со своего пути, его высшим желанием всегда остается мокша — освобождение. Вайкунтха — обитель Вишну, место, кото рого каждый последователь индуизма надеется достичь, завершив существование в своей нынешней форме. Здесь находится Космическое Сознание, поскольку Вишну, будучи Истиной, является покровителем и защитником сознания в его восхождении.

    Очки, выпадающие на игральной кости кармы, соответствуют уровню вибраций игрока. Каким бы ни был путь игрока среди всех бесчисленных возможностей, теперь он достиг обители Вишну. Вишну, служащего сутью творения, Истины. Она находится непосредственно над планом реальности, поскольку Истина и есть высшая реальность.
    Кольцо, служащее символом игрока на поле, отправляется обратно на палец владельца, оно теряет свое значение. Игра прекращается. Что случится теперь, зависит от игрока. Природа космической игры проста — это открытие новых комбинаций. С какими новыми кармами, с какими попутчиками игрок сможет снова войти в игру, стремясь снова найти состояние, которое будет его настоящим пристанищем? Он может продолжить эту игру в прятки с самим собой или навсегда остаться за пределами игры. Или же он может вернуться назад на Землю, чтобы помочь другим искателям достичь их цели, приняв на себя роль дваждырожденного бодхисаттвы. Выбор остается за ним.

    План Абсолюта (Брахма-лока)

    По одну сторону от Вайкунтха-локи находится пока Рудры, а по другую — пока Брахмы. Вместе они образуют триаду Брахмы, Вишну и Шивы в центре высшего ряда игральной доски. Этот план выше всех планов творения — как семи главных, так и всех остальных, обозначенных или не обозначенных на игральной доске. Основным элементом здесь также служит махат. Укрепившиеся в истине обитают здесь, не испытывая страха перед последующим возвращением к исполнению кармических ролей. Сюда же приходят практикующие милосердие, в обители Брахмы они пребывают, не ведая страха.

    Брахма — творец материального мира, активный принцип ноумена, сила, преобразующая сознание в бесчисленные формы и отражения. Его обитель — Брахма-лока. Игрок, достигающий этого места, сливается с этой абсолютной силой, этим тонким принципом. Брахма — организатор материи, определяющий законы развития для создаваемых форм.
    Несмотря на то что Брахма-лока расположена рядом с планом Космического Сознания, Брахма не может дать игроку освобождение. Игра должна продолжаться. Брахма определяет форму игры, но здесь есть что-то еще, помимо формы. Только Истина может привести игрока к освобождению. А теперь три гуны ожидают его впереди, и змея, соответствующая тамогуне, рано или поздно возвращает игрока к Матери-Земле. Он опускается до уровня шестой чакры, однако теперь он вооружен пониманием принципов игры, приобретенным в Брахма-локе. И это может помочь ему достичь своей цели, на земле. Путь духовной преданности ждет его на расстоянии одного броска игральной кости.

    Саттвагуна

    Сат означает «истина». Достигнув освобождения, человек видит истину лишь в Космичес ком Сознании. Но та же истина, будучи связанной с игральной костью кармы, становится подверженной действию трех гун, трех первичных аспектов сознания (гуна означает «качество, свойство»). Свойство и качество присуще игроку, все еще связанному с игрой
    .
    Истина —это сущность творения. Но в любом существующем объекте или явлении проявляется действие гун. Истина не может существовать сама по себе, она немедленно поглощается Космическим Сознанием. Однако игра еще не окончена — кольцо, символ игрока, находится на поле. Именно благодаря действию гун сознание проявляет себя вплоть до конца игры. Игрок должен вернуться на Землю к ее играм, причем и то, и другое — продукт работы гун.

    Саттва сама по себе создает состояние равновесия. Активность необходима, а материя должна быть активизирована. Саттвагуна является синонимом таких понятий, как свет, сущ ность, истинная природа и высшие уровни вибраций. Спокойное, невозмутимое состояние медитации, ведущее к самадхи, реализуется, когда преобладает саттва.
    Все существующее содержит и саттву, и раджас, и тамас, так что не бывает ничего, окрашен ного цветом лишь одной гуны.

    В состоянии неосознающего сознания, известного как турийя или самадхи, игрок находится в чистой саттве. Освобождение от влияния гун делает человека реализованным существом, гунатитом (дословно это означает «за пределами гун»). Гуны служат динамическими силами, преобразующими первичную материю в процессе творения и приступающими к своей работе в начале каждого цикла творения. Они никогда не бывают отделены одна от другой, действуя вместе и преобразуясь друг через друга. Саттва в процессе творения становится тамасом, создавая вибрации звука, прикосновения, зрительных образов, вкуса и запаха. Преобразующей силой является раджас. При эволюции сознания тамас становится саттвой тем же самым путем — через раджас. Саттва сама по себе не активна и не способна к изменениям без помощи раджаса. На земле саттва преобладает на рассвете и в последующие три часа.

    Раджогуна Раджогуна — это активность в сознании, или активное сознание
    .
    В самадхи игрок растворяет раджогуну в саттвагуне и становится чистым светом — саттвой.
    Ни одна из гун не может существовать сама по себе.
    Раджогуна преобладает от трех часов после восхода до вечера, когда солнце начинает садить ся. Раджогуш обращает внимание человека на внешний мир; если же оно направлено вовнутрь, раджогуна становится внутренним диалогом.

    Тамогуна

    После захода солнца и до утренних сумерек преобладает тамогуна, и весь мир погружается в сон. Изначально, как и другие гуны, тамогуна находится в первичной пракрита. После начала творения возникает махат, в котором преобладает саттвагуна. Махат дает рождение интеллекту (буддхи), из которого возникает эго (ахамкара). Саттвическая ахамкара порождает ум (манас), а раджасическая — индрии (органы чувств и органы деятельности), тамасическая же ахамкара дает начало танматрам. Танматра означает нечто чистое, несмешанное. Всего их пять: звук, прикосновение, зрительный образ, вкуси запах. Они соответствуют пяти великим элементам (махабхутам): акаше (эфиру), воздуху, огню, водеи земле. Соединяясь, они образуют индивидуальное «я», в котором во всех четырех состояниях сознания проявляется действие гун. Гуны, действующие в материальном мире, отличаются от чистых гун, существующих внутри пракрити. На этом уровне тамогуна становится самой большой змеей на игральной доске — это тамас, поле, расположенное в конце ряда, соответствующего седьмой чакре. В восьмом ряду гуны находятся ближе к своему источнику (пракрити) — следовательно, они чище.

    Последний квадрат игральной доски является и началом нового цикла в космической игре, предоставляя игроку форму и материю. Здесь находится змея, которая жалит игрока, возвра щая его на землю.
    Тамогуна представляет собой дифференцированную энергию в сознании. Внутри нее сияет свет саттвы, однако из-за неведения и отсутствия посвящения он не может развиваться самос тоятельно. Для этого необходим раджас, тогда саттва может проявиться и, достигнув земли, принять новую форму при помощи кармы. Тамогуна скрывает истину так, что веревка кажется змеей, а змея — веревкой. Тьма является основным признаком тамогуны, а ее природа — пассивность. Игрок, попадающий сюда, немедленно покидает уровень космических сил и возвращается на землю для поиска нового пути восхождения. Что произойдет дальше, зависит только от игрока и того Единого, Который есть Истина.
     
  17. Ондатр

    Ондатр Super Moderator

    Сообщения:
    24.769
    Симпатии:
    6.399
    Мне кажется , Соня, что вам здесь , как и на ЮС, стоит сделать общий каталог, чтобы люди могли догадаться, что в какой ветке они могут найти ).
     
  18. TopicStarter Overlay
    Соня

    Соня Автор

    Сообщения:
    8.027
    Симпатии:
    423
    Разумно.
    Займусь.
     
  19. TopicStarter Overlay
    Соня

    Соня Автор

    Сообщения:
    8.027
    Симпатии:
    423
    Эгрегоры - Некрасов

    Полностью - тут:
    http://www.e-reading.co.uk/book.php?book=113758


    [​IMG]


    Таким образом, человек выполняет одну из своих задач на Земле — постоянно преобразует всё, к чему он прикасается, в более прекрасное на основе Любви, Мудрости и Творчества, всё более опираясь на своё сердце.
    Пробуждение индивидуальности избавляет человека от жёсткой зависимости какого-либо эгрегора. Истинный Бог, Дух Живой, Абсолют, Беспредельность, То, Что Не Имеет Названия проявляется через сердце человека, а всё остальное — это точки подвеса той или иной высоты.

    Начнём с основного и главного, что всё в Мироздании — энергии, всё имеет энергетическую сущность. И как у человека есть самая малая его часть — клетка, а самая большая — единый человеческий организм, так и в Мироздании — есть малые энергетические образования (мыслеформы), а есть эгрегоры (аналог — наши органы) есть Системы (аналог — системы организма (нервная и т.д.:) ; есть Галактики (аналог — регулирующие системы организма человека); и есть Мироздание (аналог — цельное человеческое тело).

    «Всякий муж, молящийся или пророчествующий с открытою головою, постыжает свою голову... ». (Первое послание к Коринфянам святого апостола Павла. Глава 11.).

    «Мы все любим друг друга, только забыли об этом».

    Для Сердца не существует понятий добра и зла. Эти понятия и разделение ввёл Ум! Зло растворяется в любви Сердца! Вопрос о добре и зле волновал умы во все времена. Философы, теологи, теософы старались проникнуть в суть этих понятий. Но всё это — поиски Ума, рассудка. Сердцу не нужно это различие. Истинная радость — вне ума.
    Сердце это место, где рождается любовь. Именно здесь происходит контакт с Абсолютом, и любовь есть первая производная этого контакта. Это начало жизни в материи. Рождённая в сердце любовь — величайшая и бесконечная энергия (как и её родитель, Абсолют), распространяется далее по телу человека с помощью крови, давая ему жизнь.

    Любовь и радость — вот язык Сердца. Понимают язык любви и животные, и растения, и камни, и Земля, и Космос.

    «Да будет украшением вашим не внешнее плетение волос, не золотые уборы или нарядность в одежде, но потаённый сердца человек в нетлении безмолвного и кроткого духа, что драгоценно перед Богом». (1Пет.З:3-4)
    В Упанишадах звучит: «Этот мой Атман внутри сердца, мельче рисового зерна, мельче горчичного зерна, мельче ядра в этом зерне. Этот мой Атман внутри сердца больше земли, больше воздушных пространств, больше неба, больше всех миров».



    (О христианском эгрегоре - тут: http://naturalworld.ru/article_egregoryi-chto-takoe-egregor.htm



    [​IMG]
     
  20. TopicStarter Overlay
    Соня

    Соня Автор

    Сообщения:
    8.027
    Симпатии:
    423
    Джин Шинода Болен

    БОГИНИ В КАЖДОЙ ЖЕНЩИНЕ
    НОВАЯ ПСИХОЛОГИЯ ЖЕНЩИНЫ. АРХЕТИПЫ БОГИНЬ

    Полностью - тут:
    http://psylib.org.ua/books/bolen01/index.htm


    [​IMG]


    Ребенок не просто пробуждает мать в женщине, переживание материнства становится способом ее существования.
    Разрушительная ярость женщины-Артемиды может быть остановлена только таким способом. Так же, как Аталанта, не дрогнув, взглянула в глаза Калидонскому кабану, женщина-Артемида должна взглянуть в глаза собственной деструктивности и увидеть в ней тот аспект себя самой, с которым во избежание больших бед надо бороться.
    Чтобы противостоять внутреннему кабану, нужна недюжинная смелость. Женщине-Артемиде необходимо увидеть, как много зла причинила она себе самой и другим. Только тогда она поймет, сколь мнимы были ее представления о собственной безупречности и могуществе. Смирение – урок, возвращающий ей человечность. Ей приходится признать, что она всего лишь обычная женщина со всеми присущими ей недостатками, а не мстящая за любой промах богиня.
    Недоступность
    Артемида была прозвана "Недоступной". Для женщины-Артемиды, полностью поглощенной своими целями и потому не замечающей чувств других, характерна эмоциональная дистанция с окружающими. Ее равнодушие по отношению к людям, которые о ней заботятся, приводит к тому, что те чувствуют свою ненужность и отверженность. Это вызывает у них возмущение и причиняет им боль.
    Женщина-Артемида должна научиться слушать и слышать то, что говорят ей другие люди. Если эмоциональная отстраненность женщины-Артемиды непреднамеренна и возникает вследствие ее глубокой сосредоточенности на работе, ей поможет искреннее желание сохранить отношения с близкими людьми.
    женщина-Афина Коварство: "добивайся своего любой ценой"
    Согласно мифам, у богини Афины не было матери и она гордилась тем, что у нее только один родитель – ее отец Зевс.

    Самость: внутренняя сосредоточенность, духовная просветленность и осмысленность
    Гестия представляет архетип сосредоточенности. Она – безмолвная суть, источник осмысленной активности, внутренняя точка опоры, позволяющая женщине держаться на своих позициях среди внешнего хаоса, волнений или обычной повседневной суматохи. С Гестией жизнь женщины приобретает смысл.
    Круглый очаг Гестии со священным огнем в центре – это форма мандалы, образа, используемого в медитации и являющегося символом целостности и полноты. О символизме мандалы Юнг писал:
    "Их основной мотив – предчувствие центра личности, центральной точки внутри души, к которой все привязано, в которой все упорядочивается и которая сама представляет источник энергии. Энергия центральной точки проявляется в почти непреодолимом понуждении и потребности стать тем, что ей присуще, точно так же, как каждый организм, несмотря ни на какие обстоятельства, стремится принять ту форму, которая характеризует его природу. Этот центр ощущается и мыслится не как эго, но, если можно так выразиться, как Самость".
    Мы переживаем Самость, соприкасаясь с единством, связывающим нас с сущностью всего того, что находится вне нас. На этом духовном уровне "соединение" и "разъединение" парадоксальным образом являются одним и тем же.
    Обеспечивая духовную сосредоточенность и взаимосвязь с другими людьми, ее архетип является выражением Самости.
     
  21. TopicStarter Overlay
    Соня

    Соня Автор

    Сообщения:
    8.027
    Симпатии:
    423
    Джин Шинода Болен

    БОГИ В КАЖДОМ МУЖЧИНЕ
    АРХЕТИПЫ, УПРАВЛЯЮЩИЕ ЖИЗНЬЮ МУЖЧИН

    Полностью - тут:
    http://psylib.org.ua/books/bolen02/index.htm

    [​IMG]


    ГАДЕС, БОГ ПОДЗЕМНОГО МИРА:
    царство душ, сфера бессознательного
    Чтобы познакомиться с его царством, необходимо спуститься вниз. Лишь тогда можно обнаружить несметные богатства в сумраке и холоде того пространства, которое мистики называют "темной ночью души", а психологи – глубокой депрессией, когда человек отрезан от привычной реальности и "солнечный свет" повседневной жизни кажется ему нестерпимым.
    В Аид человека приводит дух смерти. Туда же нас может привести "смерть" взаимоотношений, привычного образа жизни, надежд, целей, смысла. Сам опыт ожидания физической смерти, – когда ее близость вероятна или неизбежна, – тоже знакомит человека с подземным царством.
    Вынужденное нисхождение в подземный мир может произойти, когда человек становится жертвой. Женщина (или мужчина) может подвергнуться изнасилованию или избиению, почувствовать себя беспомощным, испытать ужас – и войти в темное, холодное, отрезанное от мира подземное царство. Когда человек чувствует себя жертвой, он оказывается "похищен" Гадесом, – что и произошло с Персефоной.
    Некоторые добровольно спускаются в Аид для встречи с царем подземного мира. В случае Психеи это было последнее из ее героических заданий – единственная возможность воссоединиться с Эротом. Орфеем, спустившимся в Гадес за Эвридикой, тоже двигала любовь. Дионис ходил в подземный мир, чтобы отыскать свою мать, Семелу. В шумерской мифологии Инанна-Иштар добровольно идет в подземный мир для встречи со своей темной сестрой, Эрешкигаль. Кроме любви, человека может побудить к нисхождению в подземное царство стремление к мудрости или знанию.

    Царство Гадеса – это бессознательное, как личное, так и коллективное. Там пребывают подавленные нами воспоминания, мысли и чувства – все, что кажется слишком болезненным, постыдным или неприемлемым, чтобы показать это при свете дня, – неосуществленные желания, не оформившиеся возможности. В подземном мире коллективного бессознательного находится все, что только возможно себе представить, все, что когда-либо было. Должно быть, именно познав этот мир, римский поэт Теренций произнес свое знаменитое изречение: "Ничто человеческое мне не чуждо".
    некоторые даже очень хорошо знают подземный мир, поскольку живут там постоянно или периодически. Например, хорошо знакомы с Гадесом профессиональные психологи. Как психология (по-гречески психе значит "душа"), так и танатология (от греческого слова танатос – "смерть") суть дисциплины, связанные с царством Гадеса.
    Для того чтобы работать в глубинах души, психотерапевту требуется архетипическая связь с Гермесом, Персефоной, Дионисом или Гадесом. Эти архетипы помогают человеку познакомиться с областью бессознательного и всем, что там находится, включая безумие. Эти же архетипы позволяют человеку плодотворно работать с вопросами смерти и умирания. К. Г. Юнг с его аналитической психологией и Элизабет Кюблер-Росс с ее танатологией стали для многих людей проводниками в соответствующих сферах, – но только после того, как научились спускаться туда сами. Депрессии и околосмертные переживания – наиболее распространенные способы инициации для вхождения в царство Гадеса. После этого человек больше не боится смерти – как, говорят, не боялись ее те, кто прошел инициацию в элевсинских мистериях.
    люди предпринимают массу усилий, чтобы не попасть туда после смерти, а при жизни недооценивают это измерение. До тех пор пока культура в целом и отдельные индивидуумы отождествляют себя только с Зевсом и небесными богами, подземный мир будет восприниматься скорее как царство ужаса, чем источник богатств. А ведь в подземном мире есть все, что необходимо человеку для обретения целостности. Живущие там тени суть образы коллективного бессознательного, или архетипы, – формы, нуждающиеся в жизненной энергии; бесплотные потенциалы, ожидающие рождения.
    дохристианский "ад" (hell) у кельтов представлял собой маточный символ – святилище, или священную пещеру перерождения, которая на норвежском языке называлась hellir. Согласно еще более ранним мифологическим представлениям Hel – это котел-матка, наполненный очищающим огнем. Изначально подземный мир был царством Матери, и лишь потом он перешел во владение к Отцу. И по мере того, как в мире все больший вес обретали ценности небесного бога, подземный мир стал восприниматься в негативном свете и внушать страх.
    Считалось, что произносить имя этого бога не к добру, поэтому его старались упоминать иносказательно. Его называли "Незримым" (Aidoneus – Аид) или "Богатым". Последнее имя по-гречески звучало как "Плутон" (откуда произошло римское имя этого бога), а по-латыни – Дис (от слова dives – "богатый"). Другие, менее распространенные имена – Добрый Советник, Прославленный, Гостеприимный, Запирающий Врата и Ненавистный. И еще его называли Зевсом Подземелья или Зевсом Нижнего Мира.
    Хотя греки считали Гадеса угрюмым, холодным и беспощадным, они не видели в нем злых или сатанинских черт. Гадеса – так же как Зевса и Посейдона – изображали в виде зрелого бородатого мужчины. Одним из атрибутов Гадеса является дающий невидимость шлем, подаренный ему циклопами, а в качестве бога богатства его изображают с рогом изобилия.

    Гадес и Дионис
    Дионис и Гадес нередко выступают в паре, что снова позволяет предположить взаимозаменяемость или связь между этими двумя божествами.
    Изначально Дионис был богом растительности и плодородия. Поэтому культ этого бога связан с временами года, и, подобно Персефоне, Дионис должен часть года жить в подземном царстве. Поэтому его связь с Гадесом вполне естественна. Дионис претерпевает страдания, расчленение и возрождение, а также периоды безумия. В эти периоды он спускается в подземный мир – царство Аида.
    Гадес как архетип
    : Гадес владеет шлемом, дающим невидимость, и таким образом представляет собой некое незримое присутствие. Он почти не выходит наверх и не знает, что происходит в мире смертных или на горе Олимп. Гадес живет в своем царстве рядом с тенями – смутными, бесплотными образами, подобными зримому эху некогда живших людей. Их можно представить себе как бесцветные голограммы. Но кроме того, Гадеса прозвали "богатым", ибо в его подземном царстве таятся несметные богатства.
    Гадес как архетип отшельника
    Отшельник, удаляющийся в уединенное место, живет жизнью Гадеса – он не замечает и не интересуется тем, что происходит в мире. Возможно, он утратил то, что некогда имело для него значение, и теперь живет, подобно тени из подземного царства: механически выполняет повседневные действия, совсем не вкладывая в них душу.
    на традиционный вопрос, обращаемый к мужчинам: "Чем вы занимаетесь?" Мужчина-Гадес не способен вразумительно ответить на этот вопрос, поскольку он не обладает положением в обществе или богатством, – это мужчина без имиджа, что делает его невидимым в мире мужчин.
    Гадес как Плутон – архетип богача
    Другой тип Гадеса-отшельника познал внешний мир и понял, что он предпочитает субъективное богатство внутреннего мира – это плутонов аспект Гадеса, аспект "богатства". Наша экстравертивная культура, делающая упор на продуктивности, не поощряет в людях склонность проводить время в одиночестве за "ничегонеделанием". Поэтому интровертного отшельника считают несколько эксцентричным из-за его склонности проводить слишком много времени в одиночестве.
    Однако многим людям "недостает" качеств Гадеса-отшельника (Плутона) – они не обладают свойственной этому архетипу способностью радоваться возможностям интровертивного взгляда на мир. Интроверты живут богатой внутренней жизнью, осознавая свои субъективные реакции на внешний опыт. Один из типов интроверсии (чувствующие интроверты – по психологической типологии Юнга) может проявляться через видения или телесные ощущения.
    Будучи частью психологической природы человека, Гадес способен очень обогатить личность. Гадес-отшельник в психике способен послужить источником творческого потенциала,.
    С очень раннего возраста люди с врожденной склонностью воспринимать мир именно таким образом приучаются не доверять своему восприятию, ибо оно не получает подтверждения со стороны окружающих. По возможности они отсекают этот аспект себя как неприемлемый и грозящий безумием, – таким образом, они отвергают то, что может быть источником богатства и глубины. Людям, в которых силен Гадес, необходимо прислушиваться к своему внутреннему миру.
    Гадес как добрый советчик
    Добрый Советчик – одно из имен Гадеса. Будучи источником субъективного знания, Гадес действительно может играть роль доброго советчика. Когда мы принимаем критические решения, нам обязательно следует заглянуть внутрь себя, ибо никто, кроме нас самих, не может определить субъективную ценность того или иного опыта. Объективно разумный выбор может не иметь для нас никакой ценности – это будет просто поверхностное действие, правильное с точки зрения окружающих. Гадес помогает нам осознать свои чувственные ощущения, инстинктивные реакции, внутренние голоса и зрительные образы, что позволяет разобраться в собственной субъективной реакции на человека или ситуацию. Когда речь идет о действительно важных личных решениях в жизни, субъективный фактор имеет решающее значение. И здесь нам способен помочь Гадес.
    Гадес-невидимка – человек без имиджа
    Благодаря волшебному шлему Гадес мог оставаться невидимым, даже выходя на поверхность земли, – что характеризует человека с непроработанным имиджем. (Имидж – это внешняя оболочка нашей личности. Он состоит из внешнего вида, стиля одежды, образа действий, манеры поведения – того, из чего складывается первое впечатление о человеке.)
    "Наши родители наносят нам травмы. У каждого есть травмы, нанесенные родителями, и сами наши родители тоже травмированы. Мифологический образ травмирующего или травмированного родителя дает почву для психологического утверждения, что родитель и есть травма"1. Люди нередко возлагают ответственность за свои травмы на родителей; но это же утверждение "родитель и есть травма" может означать, что травмы нас растят и воспитывают. Образно говоря, травмы могут быть отцами и матерями наших судеб.
    Характерной чертой дионисийских ритуалов было то, что периоды безумного шума сменялись периодами полнейшей тишины.
    Развить в себе Диониса
    Дионис сосредоточивает внимание на текущем моменте, а не на какой-то отдаленной цели. Он чутко реагирует на любые события, безошибочно ощущая то, что происходит между людьми или внутри него.
    Танец и секс – сферы, где присутствие Диониса особенно важно, ибо этот архетип дает глубину, спонтанность и возможность слиться с музыкой или с возлюбленной. Овладение "техникой", строгое воспроизведение заученных движений в танце или книжных поз в сексе – все это мешает мужчине по-настоящему "быть в моменте". Если мужчина помнит о часах, Дионис отсутствует. Если в голову закрадываются посторонние мысли, отвлекая мужчину от текущего момента, Дионис покидает его. Если мужчина не осознает, что у него есть тело, он не настроен на Диониса.
    По стандартам "серьезных людей" мужчина-Дионис слишком женствен, или мистически настроен, или ведет себя очень уж вызывающе, или опасен, или излишне обаятелен и привлекателен, – в общем, они неуютно чувствуют себя в его обществе. Дионис разрушает обыденность. С одной стороны, этот мужчина побуждает окружающих к бунту, а с другой – архетип Диониса не дает ему самому жить как все.
     
  22. TopicStarter Overlay
    Соня

    Соня Автор

    Сообщения:
    8.027
    Симпатии:
    423
    Космические Легенды Востока - Стульгинскис

    Полностью - тут:
    http://naturalworld.ru/kniga_kosmicheskie-legendi-vostoka.htm

    [​IMG]

    говорится о "Едином в его дыхании без вздоха" и о "Нерушимом Вечном Дыхании, незнающем себя".


    Страдание есть главный учитель человечества.


    Владыки Кармы не вознаграждают и не наказывают. Они только приспособляют собственные силы человека идущие из его прошлого, так, чтобы его карма содействовала его движению вперед в эволюции. Что бы ни дали Владыки Кармы человеку - радость или горе, благополучие или несчастье - они имеют в виду только истинную цель человека, которая на настоящей его стадии состоит не в том, чтобы быть счастливым или несчастным, но чтобы прогрессировать по линии, намеченной Планом Эволюции.
    Так Владыки Кармы распределяют карму людей. С бесконечным состраданием и с беспредельной мудростью, но не отступая ни на волос от справедливости,
    Их единственная забота - подвести человека на шаг дальше по пути эволюции.

    Устремляясь, мечтая, думая, желая, действуя, мы приводим в движение силы всех трех миров. С каждым поступком, с каждым желанием и с каждой мыслью человек меняет свое отношение к Космосу и отношение Космоса к себе.
    В сущности, вся карма имеет свое начало в мысли человека. Карма творится, утяжеляется и облегчается главным образом мыслями. Мысль - наиболее могучий фактор в создании кармы. Именно наши побуждения и мысли творят карму, а поступки - факторы второстепенные. Мотив гораздо важнее, чем сам поступок. Поэтому люди слагают большую карму не внешней, а внутренней жизнью. Внутрення жизнь влияет на карму во сто крат сильнее.

    Отпор врагу, нанесенный без злобы в сердце, по существу, во сто крат мощнее.

    * Зеркало дьявола - символ привязанности человека к своей личности. Тогда как божественный микрокосм отображает макрокосм, дьявольское зеркало отражает лишь самость.

    Обрести психическую энергию

    Психическая энергия есть истинная дочь Огня! Каждый восторг уже отлагает крупицу сокровища. Каждое восхищение перед прекрасным собирает зерна света. Каждое любование Природою создает луч победы. Так, восхищение будет кратчайшим путем к накоплению психической энергии. . Рассадник прекрасного сада огненной энергии - в радости о прекрасном, но научитесь вмещать эту радость света. Научитесь радоваться каждому листку, проснувшемуся к жизни. Научитесь, как зазвучать центрам к зову радости. Научитесь понять, что такая радость не есть безделье, но жатва сокровища. Научитесь собирать энергию радостью, ибо чем же соединим нить дальних миров!
    Выработка в себе постоянного, ничем не сломимого устремления к Свету во всех его проявлениях будет развитием психической энергии. Психическая энергия есть любовь и устремление.

    Если мысль - энергия и она не разлагается, то сколь ответственно человечество за каждую мысль!

    [​IMG]
     
  23. TopicStarter Overlay
    Соня

    Соня Автор

    Сообщения:
    8.027
    Симпатии:
    423
    Бон (Древняя тибетская религия) - Б.И.Кузнецов

    Полностью - тут:
    http://www.e-reading.club/book.php?book=1028577

    [​IMG]


    Кузнецов Б.И.
    БОН (древняя тибетская религия)
    До сих пор в Тибете, наряду с «желтой верой» — ламаизмом, существует и учение бон, с той лишь разницей, что борьба между этими религиями больше не влечет за собой ни гекатомб из человеческих тел, ни потоков крови. Однако все это имело место в первые века проникновения буддизма в Тибет (VII-XI вв.).
    Согласно буддийскому догмату, убийца ни при каких условиях не мог войти в нирвану, а убивать врагов буддизма было необходимо. И тогда была предложена концепция, согласно которой человек, жертвовавший своим будущим блаженством ради сегодняшней победы, достоин поклонения и почитания наряду с совершеннейшими из людей — бодхисаттвами. Следовательно, ему разрешалось в этой жизни и пролитие крови, и общение с женщинами, и роскошь, лишь бы он, охранив от врагов «Закон», дал возможность своим современникам беспрепятственно вступить на «Путь». Не исключалась возможность специального воплощения (аватара) доброго бодхисаттвы в гневной ипостаси для борьбы с врагами веры.

    Божество, почитаемое бойцами, Кунтусанпо, буквально «Всеблагой». Но так как ничто не может, по мнению бонцев, появиться без отца и матери, то рядом с этим божеством существует богиня, выступающая то как нежная Великая Мать милосердия и любви, то как гневная Славная Царица трех миров, управляющая всем миром. Эта богиня почитается даже больше, так как ее сила связана с землей, вследствие чего она называется Земля-Мать.
    Мистическое мировое дерево прорастает все три вселенные и является путем, по которому миры сносятся между собой. ... в мире, в котором не было ни формы, ни реальности, появился чудесный человек между бытием и небытием, который стал называться «Сотворенный, владыка сущего». Затем возникают свет белый и свет черный, после чего появляется черный человек, олицетворение зла. Но появляется также и белый человек, окруженный светом, которого называют «Тот, кто любит все сущее». Он дает тепло солнцу, приказывает звездам, дает законы и т. п.
    Согласно биографии Шенраба, учение началось с крещения учителя в снятом озере (или море) при участии богов, людей и нагов
    Франке приводит некоторые притчи, приписываемые Шенрабу, например: « «Ты будешь желать лучшего другому, как ты хочешь добра для себя». Перед смертью Шенрабпредрек верность своего учения и предсказал приход «доброго учителя» Франке, приводя примеры такого рода, стремится доказать, что есть связь между боном и евангельским христианством.
    ... Затем учитель сказал, что когда он выйдет из мира страданий, то после этого, в среднюю калпу, появится милосердный учитель, который всех избавит от страданий и круговорота бытия.
    Пять ядов жгут душу, но трудность обратить человека в том, что мешает этому демон. Учитель проповедует: «Прилагайте усердие, обладайте законами, предавайтесь созерцанию, учитесь мудрости, совершайте молебствия, совершайте заклинания, делайте подношения, проявляйте силу, обладайте знаниями! Избавляясь от пяти ядов, Вы избавляетесь от круговорота бытия».
    Далее воздается хвала бону и бонской свастике: «Бон — это бог (небожитель), рожденный из центра "юндун" (бонская свастика)... Бон — это жрец, рожденный из центра "юндун" (заклинание повторяется десятки раз)... Бон — это бог, рожденный из центра неба, бон — это жрец, рожденный из центра неба. Бон — это бог, рожденный из центра бытия, бон — это жрец, рожденный из центра бытия».
    Глава шестая — «О почитании трехсот лхамо (дэви)»32. Учитель говорит следующее: для того чтобы рассеять мрак тела, слова и сердца, надо почитать триста «лхамо». Его спрашивают об их признаках, и он отвечает, что бывают «лхамо сферы Творящего благо, Осуществляющие суть, Совершенный блеск, небесные лхамо Бесконечного неба, Свет-сияет-бесконечно, Сто тысяч лучей света, Распространяющие лучи света, лхамо Ветра, Огня, Воды, Земли, Свет, покоряющий багровых и черных демонов. Хранительница солнца, обладающая светлыми лучами солнца, покоряющая демонов, Лучистая луна, покоряющая демонов-рыб, Красная стрела-молния, покоряющая демонов, приносящих вред, лхамоВостока светлая лампада, Лхамо Распространяющая светлый свет солнца» и много других.
    Глава девятая — «О почитании тысяч богов (дэвов), жрецов, бытия и лхамо (дэви)». Воздается хвала всем богам, а также воздается хвала и учителю Шенрабу, проповедующему на Западе.
    Глава десятая — «О том, как его (Шенраба) искушал демон»
    Сообщается, что божеством-покровителем Шенраба было божество-жрец Белый Свет.
    Но тем не менее мы не ответили на основной вопрос: какого бога почитали и с каким злом боролись ревнители религии бон?
    Указано, что Шенраб — эманация света, а его божество-покровитель — бог-жрец Белый Свет, и это позволяет отграничить бонскую доктрину от древне-арийского политеизма и зороастризма, так как ни в том, ни в другом специальное почитание света в догматику не введено.
    1) в какого бога верили бон-цы? и 2) что являлось у них злом?
    В источниках постоянно отмечается, что бонская религия требует от последователей активной проповеди и борьбы за правду.
    Центральные бонские божества трактуются как Царь Бытия, Белый Свет, Чистое Дитя бытия, Бог, рожденный из центра неба, и т. д. Это значит, что тут мы имеем не поклонение какой-либо из сил природы, а космосу в целом. Бону чужда идея аскезы, почитаются наряду смужскими женские божества, и даже верховный бог Санпо ) имеет свою женскую ипостась — Мать бытия Чучам
    И, наконец, текст сообщает, что учитель Шенраб проповедовал не только на востоке, но и на западе: в качестве одного из переводчиков и комментаторов бонских книг, наряду с индийскими и китайскими учеными, назван «Мудрейший в РимеХризостом-оратор. Значит, следуя текстам, мы должны искать описанную систему также и к западу от Памира, в Иране и Средиземноморском бассейне в первые пятьсот лет до нашей эры и в первые века нашей эры. Поскольку история религии античного мира изучена достаточно полно, можно сказать достаточно уверенно, что только один культ отвечает всем условиям — это культ Митры, древнеарийского божества космоса, покровителя воинов, борца против лжи и обмана. Культ Митры пережил длинную эволюцию. На заре истории Митра выступает в первобытной ведийской религии как сын Адитьи(Природы и Бытия) и брат Варуны, эллинским аналогом которого был Уран. Вначале Митра и Варуна почитались вместе53, но затем их судьбы разошлись. Уран пал жертвой Сатурна (Времени), а Митра остался в иранской мифологии и даже теологии. В десятом яштеАвесты есть много гимнов, посвященных Митре.
    Иногда Митра считается божеством, совмещающим мужской и женский пол. На некоторых митраистскихпамятниках встречаются символы бога и богини. На многих барельефах Митра закалывает быка или барана, что указывает на связь культа с жертвоприношениями, Значение культа Митры в Иране заметно снизилось, а расхождения его с зороастризмом обострились. Зато в Малой Азии культ Митры расцвел. Ему поклонялся Митридат, его чтили киликийские пираты, у которых культ Митры заимствовали римские солдаты, некоторые императоры, например, Аврелиан, Диоклетиан, Юлиан Отступник .
    Западный митраизм — поклонение «Непобедимому солнцу» — не выдержал соперничества с христианством и исламом и бесследно исчез. Зато на Востоке он сохранился у эфталитов, где поборником его выступил царьМихиракула, борец против буддизма.
    Согласно основному тезису митраизма, Небо вместе со своей супругой Землей правит всеми другими богами, порожденными основным двуединым божеством. Не этот ли культ мы находим у тибетцев и монголов до принятия ими буддизма? Митра — божество света, согласно Авесте, на медальоне из Киликии изображен в виде молодого мужчины с короной на голове и кинжалом в правой руке, который он приготовился вонзить в горло жертвенному быку. Эту корону, символ сияющего света, Митра получил от солнца, над которым он одержал победу. В боне аналогом Митре является божество Белый Свет, причем его называют не просто божеством, а божеством-жрецом. Слово «жрец» (gshen) у бонцев имело вполне конкретное значение: в древнем Тибете именно это лицо вонзало кинжал в горло жертвенному животному при совершении религиозных ритуалов.
    Основатель бона учитель Шенраб считается эманацией света, причем его божеством-покровителем был Белый Свет. Шенраб — не имя, а прозвище — «совершеннейший жрец».
    Теперь обратимся к современым тибетским изображениям Шенраба и сравним их с изображениями Митры в Малой Азии. На тибетских цветных рисунках мы видим Шенраба сидящим на троне, на нем короткая набедренная повязка, тело выше пояса обнажено. На голове корона, точно такая же, как у Митры, а в правой рукеШенраба — золотой кинжал с широким и коротким лезвием и с уже знакомой нам рукояткой. Кинжал Шенрабаотличается от кинжала Митры только большей длиной рукоятки, которая вытянута настолько, что весь этот клинок выглядит скорее скипетром, чем орудием убийства71. Изменение формы бон-ского кинжала объясняется, по нашему мнению, тем, что бонцы давно уже отказались под влиянием буддизма от кровавых ритуалов, которые в настоящее время уже не существуют. К этому следует еще добавить, что митраистский кинжал был введен в реквизит тибетских лам-тантристов, вероятнее всего, в VIII в. Пад-масамбхавой для подавления злых духов и существует до сих пор, сохраняя свою древнейшую форму.
    Но не только культовые детали, и не столько они, определяют близость учений митраизма и бона. Восточный митраизм, сохранивший архаичные черты, не сделался, подобно западному, религией победы или военного успеха, а остался учением борьбы за правду и верность. Он не превратился в Непобедимое солнце,а сохранил свою космическую природу, где солнце было только «глаз Митры», а сам он — божество-жрец Белый Свет, были ложь, обман и предательство, причем под последним понималось злоупотребление доверием. Именно эта догматическая и одновременно психологическая черта роднит митраизм с религией бон и ответвлениями бона у древних монголов.
    Удалось также установить, что начало возникновения бонского учения относится ко времени завоевания персами Мидии и Вавилона (эти эпизоды есть в тибетских источниках), то есть ко времени Кира П. Согласно тибетским источникам, которые корректируются древними иранскими,бонское учение в Иране было почти полностью уничтожено Ксерксом (V в. до н. э.).


    [​IMG]
     
  24. TopicStarter Overlay
    Соня

    Соня Автор

    Сообщения:
    8.027
    Симпатии:
    423
    Голосовкер - Логика античного мифа

    Многие, особенно из старшего поколения, помнят совершенно гениальную, исполненную высокой поэзии книгу якобы детскую Голосовкера "Сказания о титанах".

    [​IMG]

    "В 1936 году Голосовкер был арестован, три года провёл в лагере в Воркуте, затем, в 1939—1942 годах — в ссылке.
    В конце войны вокруг Голосовкера сложился кружок переводчиков античной лирики, куда входили Борис Пастернак, Арсений Тарковский, Илья Сельвинский и другие. В 1940-50-е годы активно вел работу по подготовке антологии переводов древнегреческой и римской поэзии.

    Главное произведение Голосовкера — это «Античная мифология как единый миф о богах и героях». Первая, теоретическая часть под названием «Логика античного мифа» была подготовлена автором к концу 1940-х годов. Вторая часть должна была представлять собой художественное произведение по мотивам античной мифологии. Это произведение не было написано, а черновики стали основой детской популярной книги «Сказания о титанах» (1955)

    Рукописи писателя дважды погибали: в 1937 году (уничтоженные другом после ареста Голосовкера) и в 1943-м при пожаре дома. Написанное было им частично восстановлено после возвращения из ссылки. Так был восстановлен «Сожженный роман» («Запись неистребимая») (опубликован в 1991 году, переведен на французский, немецкий, польский языки).
    Фигура философа стала по-своему легендарной: ему посвящены новелла Леонида Мартынова, стихи Юрия Айхенвальда и другие."

    /Вики/ А также:
    http://www.krotov.info/spravki/1_history_bio/19_1890/1890golosovker.htm

    Голосовкер
    Логика античного мифа


    Полностью - тут:
    http://ec-dejavu.ru/p/Publ_Golosovker.html
    https://www.e-reading.club/book.php?book=130463

    Правду бьют избитыми правдами.
    in falso veritas — «в обмане истина»
    положение «в обмане истина» дано в мире чудесного в качестве своей особой veritas, своей особой «обманной истины».
    ***
    Уран-небо, у которого его сын Крон отсекает волшебным серпом детородный орган. из, семени этого органа, упавшего в море, рождается среди кипения пены Афродита.

    ***
    Так логика мифа сочетает необходимость со свободой, понимая под последней героическое усилие, независимо от предопределяющего ее исхода.
    ***
    Одностороннему «виденью» Киклопа противопоставлено «виденье» многостороннее. Одноглазый дикарь киклоп Полифем был ослеплен хитроумным Одиссеем, потому что Полифем был слеп умом по сравнению с умом Одиссея.
    Одноглазое зрение — духовнослепое зрение.
    *
    ...Так прочь же слепое зрение! Лучше мрак, чем обман, — и Эдип вырывает у себя глаза. Внешний мир «виденья» исчез. Осталась только ощупь его. Но ему открылся внутренний мир: и смысл образа «виденье» переходит из внешнего к внутреннему виденью — к внутреннему оку.

    «Слепота зрячести» тотчас оборачивается в «зрячесть слепоты». Образ духовно слепого при физической зрячести Эдипа вызывает образ провидца, слепого старца Тиресия, знавшего то, чего не знал зрячий Эдип.
    В мифологических образах провидцев — Эдипа в Колоне и Тиресия — в этих олицетворениях «зрячей слепоты» виденье открывается нам как «веденье»: его смысл переходит в новую форму. Впервые в мифе возникает идея замещения мнимой проницательности утраченного органа зрения (глаза), основного источника чувственного опыта, радости жизни и знания, часто, быть может, иллюзорного и перспективного, но восторгом красоты переполняющего сердце . Паллада взамен вырванных глаз даровала Тиресию ясновиденье, высшее постижение тайн природы
    трагедия «Эдип» —трагедия слепоты и прозрения.

    Глаза смертного, будь он даже герой, покрывает темная пелена. Поэтому он видит предельно: мир богов и образ бессмертных остаются для него невидимыми. Но как только бог на мгновение сорвет с его глаз темную пелену, герой увидит богов и мир богов, и самый образ бессмертного бога
    По мифу, когда бог снимает с глаз смертного пелену мрака, смертный бросает более глубокий взгляд на бытие — взгляд божества. Таков час просветления.

    ***
    ...Таким образом логика чудесного замещает закон исключенного третьего законом неисключенного третьего и тем самым создает положительное понятие абсурда: ибо в мире чудесного не существует reductio ad absurdum (сведения к нелепости).
    В нем нет нелепого — в нем все лепо.
    Сама нелепость, то есть самая нелепейшая фантазия, в мире чудесного воплощена в живое существо, в образ Химеры, в дикое сочетание окрыленного льва, козы и змеи (дракона). Но раз абсурд выступает как чудесное существо, чудесный предмет, чудесный акт, чудесный факт, то абсурд не есть уже абсурд. Абсурдом в мире чудесного была бы вера в недопустимость или в невозможность существования абсурдов. То есть абсурдом было бы утверждение: reductio ad absurdum abest (сведения к нелепости не существует). Такое положение, как «абсурда нет», было бы, согласно логике чудесного, действительным и единственным абсурдом в мире чудесного, ибо там любой абсурд логики здравого смысла существует как не-абсурд.

    Согласно аксиоме силлогизма мы, приняв посылки, не вправе не принимать заключения. То есть «раз посылки истинны и раз отношения между терминами в них соответствуют условиям правильного вывода, то должен быть истинным и самый вывод».
    Это — самоочевидная истина.
    Ничуть, утверждает мир чудесного: «Приняв посылки, мы вправе не принимать заключения. Истинность посылок не обусловливает истинности вывода». Таков закон, который можно формулировать как закон отрицания самоочевидности — «не верь своим глазам», отрицание вывода — то есть отрицание аксиомы силлогизма.
    Так логика чудесного открывает нам чуждый здравому смыслу формальной логики некий «разум неразумия» в нашем творческом воображении. Этот разум «неразумия» стоит в противоречии к разумным правилам формальной логики здравого смысла, но он есть все-таки разум, ибо его «неразумие» все же подчинено логике, хотя и особой.
    То, что с точки зрения формальной логики является заблуждением, ошибкой, то в логике чудесного утверждается как закон, управляющий чудесным миром. И если что в нем бывает условным, так это сама безусловность.
    Более того, в нем есть даже последовательность непоследовательности.
    В нем любая нелепость разума, само безумие (Лисса, Мания) олицетворено и действует как разум, и, наоборот, разум в качестве только здравого смысла безумен.
    В нем все иллюзии суть реальности
    В нем порочный круг беспорочен, ибо развязка дана в самой завязке, безвыходности нет, все спорное разрешено, начало и конец как бы сходятся, противоречие осуществлено и предстоит глазам.
    В нем все бессмысленное обретает бесконечный смысл и все осмысленное может стать вверх ногами, ибо в этом мире чудесного действует закон неисключенного третьего.

    Попытаемся же рассмотреть в свете науки о микромире мир чудесного античной мифологии: не окажется ли, в самом деле, логика чудесного и логика науки о микромире одной и той же логикой, то есть диалектической логикой воображения? А это будет означать, что воображение обладает познавательной способностью. Более того, это будет означать, что воображение есть высшая познавательная способность, ибо миф есть выраженное познание мира в эпоху мифического мышления.

    Двуспецифические предметы, эти двусмысленные понятия науки, с помощью которых разум постигает природу, представляют собой воплощения стилистической фигуры оксюморон (например, «нищее богатство»). Таковы, повторяем, понятия: комплексный элемент, функциональная субстанция, негативная масса (Дирак), химическая траектория (Рено), негативная энергия. Все это оксюморон.

    Но и масса негативного количества или понятие «негативной массы» (Дирака), нового понятия XX в. — говорит (Башляр) — явилось бы для ученого XIX в. таким же error fundamentalis, основоположным заблуждением, какое лежит в основании чудесного акта или явления, ибо уже самый термин «негативная масса» с точки зрения здравого смысла (для наивного реалиста) внутренне противоречив: масса для здравого смысла не может быть отрицательной. Для него это было бы несмыслицей, ложным сочетанием слов.
    И вот оказывается, что примат воображения над опытом здравого смысла у наивного реалиста в мифотворческом мышлении подобен примату теории над опытом в микрофизике и микрохимии.

    И в самом деле:
    В разрезе логики иные объекты-явления микромира суть не вещи, а только интеллектуальные воспроизведения, остановленные феномены. В качестве вещей они безобразны, непредставимы: они только понимаемы. Иногда они суть только научные метафоры, принимаемые за вещь. Иные из них не локализуются в пространстве: пространство тогда равно нулю. Их масса плюралистична. Эта масса есть масса-этап, масса-состояние (masse d'etat Детуша). Эти объекты-явления микромира могут быть охарактеризованы только как вещь-ничто (chose-rien), то есть как «якобы вещь». Категория причинности к ним неприменима. Разве это не мифология науки?
    Объекты науки о микромире созданы по образу и подобию объектов мифомира. Воображением познают.

    [​IMG]
     
  25. TopicStarter Overlay
    Соня

    Соня Автор

    Сообщения:
    8.027
    Симпатии:
    423
    Будда История и легенды - Томас

    Полностью - тут:
    https://www.e-reading.club/book.php?book=57001

    [​IMG]

    Эдвард Томас
    Будда. История и легенды

    Будда: «если бы мне пришлось наставлять в Учении, а другие не понимали бы его, это стало бы для меня скукой и томлением.»

    Буддизм и христианство
    Уже во времена святого Иеронима проявилась тенденция к сравнению жизни Будды с евангельской историей.
    Ван ден Берг обнаруживает пятнадцать заслуживающих обсуждения параллелей к евангельским эпизодам.

    Нет необходимости обсуждать взгляд, согласно которому нирвана означает угасание личности.

    В изложенном в «Дигха‑никае» предании об Амбаттхе говорится о происхождении самих шакьев.
    Шакьи же полагают своим предком царя Оккаку. Давным‑давно царь Оккака, чья царица была мила и дорога ему, пожелал передать царство ее сыну и изгнал старших принцев (сыновей другой жены) Оккамукху, Караканду, Хаттхинику и Синипуру из царства. После изгнания они жили на склонах Гималаев у берегов лотосового пруда, где находилась большая роща деревьев сака. Они, опасаясь нарушить чистоту рода , женились на своих сестрах. Царь Оккака осведомился у министров в своей свите, где теперь обитают принцы. «О царь, на склонах Гималаев, у берегов лотосового пруда, есть большая роща деревьев сака. Там теперь живут принцы. Они, опасаясь нарушить чистоту рода, женились на своих сестрах». Тогда царь Оккака промолвил такие пылкие слова: «Поистине достойные (шакья) принцы, в высшей степени поистине достойные принцы» . С этого времени они известны как шакьи. Оккака и есть предок племени шакьев.

    необычной особенностью является женитьба четырех изгнанных сыновей на своих сестрах; параллельно этому в «Джатаке» Рама женится на своей сестре Сите.


    Все варианты предания о рождении Будды основываются на представлении о том, что он был царским сыном. Однако общепризнанно, что это не исторично.
    Действительно, мы находим места, где просто говорится, что Будда принадлежал к знатному роду кшатриев и в его роду насчитывалось семь поколений чистокровных кшатриев и с материнской, и с отцовской стороны. Однако там нет информации об именах и событиях, связанных с его рождением. Только в легенде о его царском происхождении мы находим упоминания имен его родителей, и остается открытым вопрос: оправдано ли выделение в ней внешне правдоподобных фрагментов? Не является ли все предание о происхождении Будды позднейшим вымыслом, в который добавлены не только имена его дядей и кузенов, но и имена его жены и родителей?

    Нижеследующую историю о зачатии и рождении отличают две черты. Этот рассказ есть и в самом Каноне, и в позднейших текстах, и, следовательно, мы располагаем примером старейшего свидетельства. Во‑вторых, всю эту историю сравнивали с чудесным рождением в Евангелиях, и она составляет один из элементов проблемы исторических отношений между буддизмом и христианством.
    ...
    Когда Бодхисатта вселяется в свою мать, в ней не возникает чувственных мыслей о мужчинах, мать Бодхисатты не может поддаться страсти никакого мужчины.

    Затем следует рассказ о землетрясении и перечень явленных в это время тридцати двух знамений. Первое из них — это великий безграничный свет; и, будто жаждая созерцать его славу, слепые прозревают, глухие слышат, немые говорят, у калек выпрямляются члены, хромые идут, огонь во всех адах потухает.
    И «Лалитавистара», и «Махавасту» говорят, что Бодхисатта вышел из ее правого бока, и специально добавляют, что ее правый бок казался неповрежденным.
    Самые старые повествования о родословной Будды, видимо, не предполагают, что его рождение было в чем‑то необычным. Там просто говорится, что и со стороны матери, и со стороны отца семь поколений его предков были благородными. По более позднему преданию, он родился не так, как другие люди, причем его отец не имел к этому никакого отношения. Это не непорочное зачатие в полном смысле слова, но мы можем говорить о партеногенезе в том смысле, что Суддходана не был его родителем. Согласно «Лалитавистаре», во время праздника середины лета Майя подошла к царю и попросила его о благодеянии: «О властелин людей, не желай меня... Да не покажется тебе недостойным, о царь; позволь мне долгое время соблюдать нравственные обеты».
    Делалась попытка обнаружить доктрину непорочного зачатия в «Махавасту»: «Даже и в мыслях они (то есть матери бодхисаттв) не имеют никакого плотского сношения со своими супругами». Но в действительности в тексте сказано: «Даже в мыслях не возникает в них страсти (рага) к какому‑либо мужчине, начиная с их мужей».
    Именно в этой истории А.Дж. Эдмунде предлагает видеть индийское влияние на христианство. Он соотносит это со словами евангелиста Луки (i, 35): «Дух Святый найдет на Тебя, и сила Всевышнего осенит Тебя». Достаточно ли они похожи друг на друга, чтобы навести на предположение о том, что евангельский рассказ представляет собой искаженное заимствование индийского? Окончательно оценить эту проблему можно тогда, когда будут приняты во внимание другие, более примечательные параллели.

    В день рождения Бодхисатты мудрец (риши) по имени Асита, «черный», живущий в Гималаях, замечает богов неба Тридцати трех, веселящихся в небе, и спрашивает, чему они так рады. (Когда родился Бодхисатта, Асита созерцал множество замечательных чудес: боги в небесном пространстве славили имя Будды, одежды их развевались, и они проносились туда и сюда, ликуя.) Они рассказывают ему, что Бодхисатта родился в мире людей и что он повернет Колесо Учения.
    //« В самый день (его рождения) боги веселились в небесах Тридцати трех, радуясь и потрясая одеждами, и говорили: «В городе Капилаваттху у царя Суддходаны родился сын. Этот мальчик сядет на место просветления и станет Буддой». //
    Асита идет к жилищу Суддходаны и просит, чтобы ему дали посмотреть на мальчика. Шакьи показывают ему ребенка, он восторгается и ликует. Распознав в нем признаки великого человека, Асита провозглашает: «Велик он, наивысший из людей». Затем, вспоминая о своей смерти, он плачет, и шакьи с беспокойством спрашивают его, не будет ли беды для мальчика. Асита отвечает, что он не видит ничего вредного для мальчика: он достигнет просветления и будет проповедовать Учение; но Асита расстраивается, поскольку его собственная жизнь коротка и он не сможет услышать проповедь Учения.
    И он выдохнул такие торжественные слова: «Поистине замечателен сей человек, явившийся в мир».
    Это общее изложение, вероятно, старейшей версии истории Аситы, буддийского Симеона, представленной в «Налака‑сутте» «Сутта‑нипаты».
    Не только Зейдель и Эдмунде, но и Пишель видят в этой истории оригинал истории о Симеоне (Лк., ii: 22—32). Различий между ними, говорит Пишель, меньше, чем соответствий. Эдмунде также упоминает о явлении ангелов пастухам (Лк., ii: 8—15) в качестве параллели к богам, резвящимся в небе.


    В рассказе из «Ниданакатхи» сначала не говорится, каким именем нарекли младенца, но впоследствии там употребляется имя Сиддхаттха. В «Лалитавистаре» его имя Сиддхартха, «тот, чья цель совершенна»; но в позднейшем источнике и в «Махавасту» обычно используют имя Сарвартхасидцха — «тот, кто добился всех своих целей». Между этими двумя формами нет реального противоречия, поскольку обе значимы и несут один и тот же смысл, и модификация вполне понятна.
    Для учеников было естественным называть просветленного Будду таким титулом. Конечно, можно предположить, что простой эпитет превратился в собственное имя, что и легло в основу вариаций рассказа о наречении имени.

    Самый яркий пример разногласий в преданиях, посвященных одному событию, можно видеть в четырех разных интерпретациях единственного фрагмента Писаний. В «Маджджхиме» Будда, описывая аскезу, которой он предавался перед просветлением, рассказывает, как он вспомнил, что в то время, когда его отец шакья работал, он сидел в прохладной тени дерева сизигии и достиг первого транса. Когда это произошло и какой работой занимался его отец? ...
    Мальчика оставили на ложе за ширмами под деревом сизигия. Когда няньки отлучились, он сел с перекрещенными ногами, тренируя вдохи и выдохи, и достиг первого транса.

    «...Так бывает с тем, кто пребывает бдительным, напряженным и решительным.»
    Самая замечательная особенность этого повествования — полное отсутствие какого‑либо упоминания об искушении Марой. Не говорится даже о знаменитом дереве, под которым было достигнуто просветление (бодхи) .

    В заключение Будда заявил, что «все, кто сейчас или после моей смерти станет жить, находя убежище в себе самих, утешение в себе самих и больше нигде, достигнут предела темноты (перерождения)».
    «Подвержены распаду сложные вещи, усердно стремитесь». Таковы были последние слова Татхагаты.


    [​IMG]
     

Поделиться этой страницей