Статус темы:
Закрыта.
  1. TopicStarter Overlay
    Мила

    Мила Автор

    Сообщения:
    14.942
    Симпатии:
    2.647
    [​IMG]
    [​IMG]
    [​IMG]
    [​IMG]
    Жос де Мей

    [​IMG]
    [​IMG]
    [​IMG][​IMG]
    Майк Уоррелл
     
    Василий нравится это.
  2. TopicStarter Overlay
    Мила

    Мила Автор

    Сообщения:
    14.942
    Симпатии:
    2.647
    [​IMG]


    "Я бежал вперед со все возрастающим воодушевлением, и скоро меня отделяла от кристалла какая-то сотня ярдов - он лежал на некотором возвышении посреди окружающей его трясины (что само по себе было довольно странно), - как вдруг чудовищной силы удар потряс мою грудь и костяшки сжатых в кулаки пальцев, отчего я опрокинулся навзничь в грязь. При падении я поднял тучу грязных брызг, причем ни мягкая почва, поросшая болотными травами, ни кишмя кишащие под ногами ползучие гады не спасли мою голову от страшного удара. Какое-то время я лежал без движения, потрясенный ударом, от которого у меня чуть мозги не вышибло. Потом я, точно во сне, с трудом поднялся на ноги и начал счищать с кожаного комбинезона болотную слякоть.
    Я никак не мог взять в толк, обо что же это я с такой силой ударился. На бегу я не увидел никакой преграды, что могла бы послужить причиной этого столкновения, да и сейчас передо мной ничего не было. Может быть, никакой преграды не было и я просто поскользнулся в грязи? Однако ноющая боль в костяшках пальцев и в груди говорили об обратном. Или это галлюцинация, порожденная невидимым миражетворящим цветком? Но и это казалось невозможным, так как я не ощущал никаких обычных при этом симптомов, да и вокруг не было никакой расщелины, где могло бы притаиться столь крупное и легко узнаваемое растение. Будь я на нашей Земле, мои подозрения пали бы на барьер N-силы, воздвигнутый каким-нибудь государством для демаркации запретной зоны, но в этом неземном мире подобное предположение казалось абсурдным.
    Наконец я окончательно пришел в себя и решил осторожно все обследовать. Зажав нож в вытянутой руке, так чтобы он сразу ткнулся в невидимую преграду, я вновь двинулся к сияющему кристаллу - намереваясь приблизиться к нему с превеликой осторожностью. Сделав третий шаг, я даже вздрогнул, когда нож уперся в какую-то твердую поверхность - явно твердую поверхность, хотя мои глаза ровным счетом ничего не видели...
    После мгновенного замешательства я собрался с духом. Вытянув вперед руку в перчатке, я удостоверился в наличии прямо перед собой некой невидимой твердой преграды - или осязательной иллюзии твердой преграды. Ощупывая её рукой, я понял, что преграда довольно обширная и почти идеально гладкая, без малейшего намека на стыки между отдельными блоками. Заставив себя продолжать эксперимент, я снял перчатку и потрогал невидимую стену голой рукой. Она и впрямь оказалась твердой и гладкой как стекло, и странно холодной по сравнению с воздухом. Тогда я напряг глаза, силясь различить в воздухе хоть какой-то намек на преграду, но не смог ничего увидеть.
    <...>
    Я находился так близко от трупа, что - если бы не преграда - мог бы дотянуться до него, как вдруг левой рукой нащупал на незримой поверхности выступ. В следующее мгновение я понял, что нашел проход шириной около трех футов, который начинался от грунта и уходил вверх на неопределенную высоту. Но тут не было ни двери, ни петель, свидетельствовавших бы о некогда бывшей тут двери. Без тени колебаний я шагнул внутрь и сделал два шага к распростертому телу, которое лежало под прямым углом к проходу, как бы в невидимом коридоре. Я сделал удивительное открытие - что внутреннее пространство огромного круглого строения было разделено на отсеки.
    <...>


    [​IMG]


    Точно слепой, невзирая на пробивающиеся сквозь туман солнечные лучи, я медленно шел вперед. Вскоре коридор сделал резкий поворот в сторону и стал виться сужающейся спиралью к центру. Моя рука то и дело проваливалась в уходящий вбок проход, и несколько раз я даже оказывался на перекрестке двух, трех, а то и четырех просеков. Тогда я выбирал внутренний проход, полагая, что он является продолжением моего маршрута. Я считал, что у меня ещё будет предостаточно времени обследовать эти ответвления после того, как я дойду до основного помещения и осмотрю его. Едва ли мне удастся описать мои странные ощущения, порожденные блужданием по невидимому коридору в невидимом здании, возведенном неведомыми строителями на чужой планете!
    Наконец, все ещё пробираясь наугад, я понял, что попал в просторное помещение. Сделав несколько шагов сначала в одну, потом в другую сторону, я обнаружил, что нахожусь в круглом помещении диаметром примерно в десять футов. И судя по местоположению трупа на фоне выбранного мной ориентира в дальнем лесу, это помещение находилось в самом центре или почти в самом центре здания. От него тянулись пять коридоров помимо того, через который я сюда попал, но его я запомнил, когда проводил воображаемую линию от трупа к отмеченному мной дереву на горизонте.
    В этом помещении я не нашел ничего примечательного - опять тот же пол из тонкого слоя грязи, которой конца не было. Решив узнать, имеет ли здание в этом месте крышу или навес, я повторил свой эксперимент с киданием вверх комьев грязи, и вскоре выяснил, что никакой крыши тут нет. А если и была, то должно быть, она рухнула давным-давно, ибо я не ощутил под ногами никаких обломков или крепежных соединений. Размышляя о диковинном лабиринте, я вдруг осознал странную вещь. В этой довольно древней конструкции не было ни прорех в стенах, ни обвалившихся потолочных перекрытий, ни каких-либо иных обычных примет обветшания.
    Что же это такое? Откуда оно взялдось? Из чего построено? И почему в абсолютно прозрачных и странным образом ровных стенах нет и намека на отдельные блоки? Почему нет дверей, ни внутренних, ни внешних? Я знал только, что нахожусь я в круглом здании без крыши и без дверей диаметром в сотню ярдов, со множеством петляющих коридоров и небольшой круглой комнатой в центре, здании, выстроенном из некоего очень прочного, идеально прозрачного не отражающего свет материала. Непосредственное обследование не дало более никаких иных результатов.
    <...>

    [​IMG]
    [​IMG]


    ...мне стало ясно, что я всерьез заблудился. Этот лабиринт была слишком изощренной конструкции, чтобы разобраться в нем с налета, и мне, видимо, предстояло ещё немало тут поплутать. И все же я сгорал от желания оказаться на твердом грунте до ночи, поэтому я опять вернулся в центральную комнату и возобновил - на сей раз уже совершенно бессистемные поиски выхода, при свете фонарика делая пометки в рулоне-журнале. Включив фонарик, я обратил внимание, что на окружавших меня прозрачных стенах не возникло даже бледного отблеска. Но я, правда, был к этому готов - ведь в невидимом строительном материале даже солнце не отражалось.
    Я все ещё бродил по лабиринту, когда наступила тьма. Тяжелый туман скрыл звезды и планеты, но сияющее голубовато-зеленое пятно Земли ясно виднелось на юго-востоке. Она уже прошла точку противостояния и, наверное, в окуляре телескопа являла собой величественное зрелище! В те моменты, когда клубы тумана чуть рассеивались, я даже мог различить возле неё Луну. Теперь я уже и труп - мой единственный ориентир - скрылся из вида, так что после серии бесплодных попыток найти нужный поворот я вернулся в центральное помещение. Что ж, придется расстаться с надеждой поспать на сухом грунте. До рассвета я ничего не мог предпринять и решил устроиться в лабиринте. Лежать в грязной жиже - удовольствие, конечно, не из приятных, но в кожаном комбинезоне это более или менее терпимо. В предыдущих зкспедициях мне приходилось спать и в худших условиях, да и усталость помогает побороть отвращение.
    И вот я сижу в грязи на полу центрального помещения и при свете фонарика пишу эти заметки на рулоне. В моем странном беспрецедентном положении есть даже нечто забавное. Заблудиться в здании без окон без дверей - в здании, стены которого я даже не вижу!
    <...>
    В этом лабиринте есть что-то ужасное, непостижимое, окаянное. Я мог бы поклясться, что уже побывал во многих коридорах, отмеченных в моем плане, но каждая новая попытка опровергает мои наблюдения и выводы, которые я считал неопровержимыми. Никогда раньше я не испытывал такой беспомощности. Наверное, слепому было бы легче, но для большинства нас зрение - первое из всех чувств. В результате этих бесплодных блужданий у меня в душе возникает лишь одно глубочайшее уныние. Я понимаю, что должен был ощущать бедняга Дуайт. Его труп уже превратился в голый скелет, и сожравшие над ним сификлиги, акманы и фарнотские мухи исчезли. Осока эфджи раздирает в клочья его кожаный комбинезон, так как стебли удлиняются быстрее, чем я думал раньше. Новые когорты зеленых зрителей выстраиваются вдоль стены, и таращат на меня свои буркала, и насмехаются надо мной, и радуются моему отчаянию. Еще день - и я потеряю рассудок...
    <...>
    Днем мы с большой осторожностью изучили невидимое здание-ловушку, воспользовавшись для разметки маршрута длинными канатами, и вычертили полную схему для архива. Нас поразил дизайн лабиринта, и мы сохраним образцы материала для химического анализа. Полученные данные будут исключительно полезны при захвате туземных городов. Наши алмазные буры типа С проникли в невидимый материал, а подрывники в настоящее время закладывают динамитные шашки для тотального взрыва. Когда мы произведем взрыв, от этого сооружения ничего не останется. Постройка представляет собой несомненную угрозу для воздушного и иных видов транспорта".

    Говард Лавкрафт, "Лабиринт Эрикса"


    [​IMG]

    Ганс Руди Гигер
     
    Нафаня нравится это.
  3. TopicStarter Overlay
    Мила

    Мила Автор

    Сообщения:
    14.942
    Симпатии:
    2.647
    [​IMG]
    [​IMG]
    [​IMG]
    [​IMG]
    [​IMG]
    [​IMG]
    [​IMG]
    [​IMG]
    Тони Пекораро
     
  4. Василий

    Василий Super Moderator

    Сообщения:
    8.716
    Симпатии:
    1.247
    В такой технике получились бы замечательные иллюстрации к "Граду обреченному". Особенно к последней части, про Север.
     
  5. TopicStarter Overlay
    Мила

    Мила Автор

    Сообщения:
    14.942
    Симпатии:
    2.647
    [​IMG]
    Иштван Орос


    "Вперяю взор, бессильно жадный:
    Везде кругом сырая мгла.
    Каким путем нить Ариадны
    Меня до бездны довела?

    Я помню сходы и проходы,
    И зал круги, и лестниц винт,
    Из мира солнца и свободы
    Вступил я, дерзкий, в лабиринт.

    В руках я нес клубок царевны,
    Я шел и пел; тянулась нить.
    Я счастлив был, что жар полдневный
    В подземной тьме могу избыть.

    И, видев странные чертоги
    И посмотрев на чудеса,
    Я повернул на полдороге,
    Чтоб выйти вновь под небеса,

    Чтоб после тайн безлюдной ночи
    Меня ласкала синева,
    Чтоб целовать подругу в очи,
    Прочтя заветные слова...

    И долго я бежал по нити
    И ждал: пахнет весна и свет.
    Но воздух был все ядовитей
    И гуще тьма... Вдруг нити - нет.

    И я один в беззвучном зале.
    Мой факел пальцы мне обжег.
    Завесой сумерки упали.
    В бездонном мраке нет дорог.

    Я, путешественник случайный,
    На подвиг трудный обречен.
    Мстит лабиринт! Святые тайны
    Не выдает пришельцам он".

    Валерий Брюсов, "Нить Ариадны"


    [​IMG]
    Ремедиос Варо
     
  6. TopicStarter Overlay
    Мила

    Мила Автор

    Сообщения:
    14.942
    Симпатии:
    2.647
    [​IMG]
    [​IMG]
    Армен Гаспарян

    [​IMG]
    Яцек Йерка

    [​IMG]
    Майк Уоррелл
     
    Последнее редактирование: 6 июн 2014
  7. TopicStarter Overlay
    Мила

    Мила Автор

    Сообщения:
    14.942
    Симпатии:
    2.647
    [​IMG]
    [​IMG]
    Иштван Орос
     
  8. TopicStarter Overlay
    Мила

    Мила Автор

    Сообщения:
    14.942
    Симпатии:
    2.647
    [​IMG]


    «А тот метод, о котором вы вчера рассказывали? С угольными крестиками?»
    «Нет, — сказал Вильгельм. — Чем больше я о нем думаю, тем меньше в него верю. Наверное, я не совсем точно вспомнил правило. А может быть, для прогулки по лабиринтам нужна надежная Ариадна, которая будет ждать за дверью, держа хвостик путеводной нити. Но вообще таких длинных нитей не бывает. А если б они и были, этим бы доказывалось только (в сказках часто доказывается истина), что из лабиринтов выбираются исключительно при помощи извне. Значит, внутри действуют те же законы, что снаружи. Поэтому, Адсон, обратимся к законам математики. Аверроэс{*} утверждал: только в математике вещи, известные нам непосредственно, отождествляются с вещами, известными лишь абстрактно».
    «Видите! Значит, вы признаете универсальные понятия».
    «Математические понятия суть представления, созданные нашим интеллектом для постоянного употребления вместо реальных. Может быть, дело в том, что эти понятия — врожденные, а может в том, что математика была изобретена раньше остальных наук. Библиотека тоже создана человеческим интеллектом, мыслившим в математических категориях, так как без математики лабиринт не построишь. Теперь остается сопоставить наши собственные математические представления с представлениями строителей библиотеки. Каковое сопоставление приведет нас к научным выводам, понеже математика есть наука определения определений…»
    <...>
    Я попробовал начертить то, что описывал мой учитель. И закричал в полном восторге: «Да, теперь все понятно! Ну-ка посчитаем! В библиотеке пятьдесят шесть комнат, из них четыре семиугольных и пятьдесят две более или менее квадратных, причем из них четыре безоконных, двадцать восемь выходящих наружу и шестнадцать выходящих внутрь Храмины!»
    «В каждой из четырех башен пять четырехугольных комнат и одна семиугольная… Библиотека устроена согласно небесной гармонии. К этим цифрам можно подверстать немало изобретательнейших толкований».
    «О, счастливейшее открытие! — воскликнул я. — Но почему же в библиотеке так трудно ориентироваться?»
    «Потому что есть нечто неподвластное математическому расчету. Это расположение дверных проемов. Одни комнаты ведут в несколько последующих, другие только в одну последующую. И возникает вопрос: нет ли таких комнат, которые вообще никуда не ведут? Если ты учтешь эту особенность и притом отсутствие освещения и возможности определяться по наклону солнца… да еще если прибавишь привидения и зеркала… ты поймешь, что лабиринт способен сбить с толку любого, кто в него вступает. А пуще всего — тех, кто заранее взбудоражен собственной дерзостью. С другой стороны, вспомни, до чего мы сами дошли вчера, когда не могли выбраться из лабиринта. Высшая степень смятения, основанная на высшей степени упорядоченности. По мне, самый изящный на свете расчет! Строители этой библиотеки — гениальные мастера!»
    <...>
    «Да как же это вышло, — спросил я, охваченный восхищением, — что вы разгадали тайну библиотеки, находясь снаружи? Тогда как изнутри ничего разгадать не удалось?»
    «Так и Господу известно все в этом мире, ибо все зачато в его помышлении, то есть извне, еще до акта творения. А нам законы мира невнятны, ибо мы обитаем внутри него и нашли его уже сотворенным».
    «Значит, чтобы познавать вещи, надо рассматривать их извне!»
    «Рукотворные вещи — да. Мы воспроизводим в нашем сознании работу творца. Но не природные вещи, ибо они не суть творения наших рук и разума».
    «Но для библиотеки это правило годится, да?»
    «Да, — сказал Вильгельм. — Но только для библиотеки...»
    <...>


    [​IMG]


    Мы прошли по остальным комнатам библиотеки, на ходу продолжая совершенствовать карту. Нам попадались комнаты, целиком отведенные под математику и астрономию, комнаты, заполненные арамейскими книгами, в которых ни я, ни он не могли понять ни слова, и другие, с такими книгами, на таких языках, которых мы даже назвать не смогли бы. Вероятно, это были книги откуда-нибудь из Индии. Так мы миновали две слитых последовательности IUDAEA и AEGYPTUS. В общем, чтобы не утомлять читателя хроникой нашей разведки, скажу только, что позднее, когда мы вычертили и заполнили окончательную карту, стало ясно, что библиотека действительно построена и оборудована по образу нашего земноводного шара.
    <...>
    «Бежим, — торопил Вильгельм. — Может, еще успеем спасти его!»
    «Кого?» — спросил я. Но Вильгельм был уже возле черепов, вертел там что-то, тыкал пальцами в глазницы, открывал проход в мощехранилище.
    «Того, кто этого не заслуживает», — отвечал он мне на бегу. Мы мчались по подземному коридору, свет мигал и трясся в такт нашему бегу, на нашем пути встала дверь, ведущая в кухню.
    Я уже говорил, что коридор упирался в эту деревянную дверь, выходящую в кухню, как раз за хлебной печью, у подножия винтовой лестницы, которая вела наверх в скрипторий. Так вот, как раз когда мы взялись за эту дверь и она подалась под руками, мы вдруг услышали слева от себя, внутри стены, глухие стуки. Они доносились из толщи стены, откуда-то рядом с дверью, где кончалась череда ниш с черепами и костями. Там, где должна была быть последняя ниша, вместо нее шел участок глухой стены, сложенной из крупных квадратных каменных блоков, а в середине была вмурована старинная гробовая плита с какими-то затертыми буквами. Удары слышались вроде бы из-за этой плиты, или из какой-то более высокой точки, то ли из стены, то ли откуда-то чуть ли не с потолка.
    <...>
    Храмина сохранилась почти целиком, кроме разрушенной южной башни. Она, казалось, сумела выстоять, бросив вызов бегу времени. Две наружные башни, повисавшие над пропастью, казались совершенно нетронутыми, но окна по всем сторонам зияли пустыми глазницами, из которых сочились наружу, как гнои, дурно пахнущие вьюнки. Внутри Храмины порождение искусства, полууничтоженное, смешивалось с порождением природы, и в просторной кухонной половине взору открывалось высокое небо, видимое сквозь второй и сквозь третий этаж, потому что все перекрытия были обрушены вниз, точно падшие ангелы. Все, что не было зелено от мха, было до сих пор черно от копоти, насчитывавшей несколько десятилетий.
    Разрывая обломки, я то и дело натыкался на мелкие пергаменты, слетевшие с этажа скриптория, выпавшие из библиотеки и пережившие все эти годы, как переживают время сокровища, зарытые в земле; и я стал подбирать их, как будто намереваясь сложить разлетевшуюся по листам книгу. Потом я увидел, что в одной из бывших башен до сих пор вьется вверх, ненадежная, но почти не разрушенная, винтовая лестница в скрипторий, а оттуда, карабкаясь по покатой стенке, можно было забраться и на высоту библиотеки; но библиотека теперь была только путаницей переходов, прижимавшихся ко внешним стенам и выходивших, в каждом своем конце, в пустоту".

    Умберто Эко, "Имя розы"


    [​IMG]

    Морис Эшер
     
  9. TopicStarter Overlay
    Мила

    Мила Автор

    Сообщения:
    14.942
    Симпатии:
    2.647
    [​IMG]


    "– Тебе будет легче жить на свете, если я по секрету скажу, что сначала попытался войти в Лабиринт Мёнина сам? Это было бы наилучшим выходом. Но меня не пустили. Хитрец Мёнин заранее позаботился о том, чтобы в его Лабиринт не могли войти могущественные старики вроде меня. Если бы я оказался внутри, я бы просто разнес в клочья эту опасную игрушку: есть вещи, с которыми нельзя шутить. А Мёнин был большим любителем нарушать те немногочисленные запреты, которые должен соблюдать всякий, прикоснувшийся к тайнам Истинной магии. За что и поплатился в конце концов, но это уже его проблемы… Скажу тебе откровенно, сэр Макс: мне не слишком хочется посылать тебя в это пекло. Но я не вижу альтернативы.
    – А Лабиринт Мёнина – именно пекло? – дрогнувшим голосом уточнил я.
    Джуффин кивнул и отвернулся к окну. Не то обдумывал свое дальнейшее выступление, не то просто не хотел смотреть мне в глаза. Если так, то дело точно пахло керосином, да не простым, а марочным: до сих пор шеф отправлял меня в пасть очередного чудовища по имени «приключение», не испытывая чувств, даже отдаленно напоминающих угрызения совести.
    – Я не зря использовал именно слово «пекло», позаимствовав его из твоего лексикона, – наконец сказал Джуффин. – У нас, в Мире, нет ни одной философской системы, которая обещает воздаяние за грехи после смерти. Впрочем, это ты и сам давно уяснил. Зато в этом Мире есть хитроумная ловушка, созданная совместными усилиями Вечности и рехнувшегося от собственного могущества Вершителя по имени Мёнин. Если верить мифу, Лабиринт Мёнина соткан из обрывков разных Миров – всех Миров, какие только существуют в бесконечности Вселенной. Следовательно, и сам лабиринт бесконечен. Неизвестно, существует ли выход из Лабиринта Мёнина. До сегодняшнего дня даже не было известно, существует ли вход. Теперь мы знаем, что вход все-таки есть, и это позволяет надеяться на наличие некоего подобия выхода.
    <...>
    За дверью было так темно, что даже мои глаза, давно обретшие счастливую способность видеть в темноте, поначалу отказались отправлять какую бы то ни было информацию своему начальству, приютившемуся в черепной коробке. Здесь пахло сыростью, где-то вдалеке журчала вода, и вообще, у меня создалось впечатление, что я, скорее, вовсе покинул помещение, чем просто перешел из одной комнаты в другую.
    За моей спиной раздалось бодрое сопение Мелифаро и почти беззвучный хлопок закрывшейся двери – это было больше похоже на аккуратный удар в солнечное сплетение, чем на настоящий звук. Я обернулся и сразу понял, что дверь исчезла. Если бы мы захотели сразу вернуться назад, у нас ничего бы не вышло: возвращаться уже было некуда.
    – Нет больше никакой двери, – деревянным голосом сказал Мелифаро.
    <...>


    [​IMG]


    – Не нужно бояться, – все так же спокойно и отстраненно сказал я, осторожно накрывая ладонью руку Мелифаро. – Возможно, мы действительно изжаримся в течение ближайшего получаса. К тому идет. Но здесь, в Лабиринте Мёнина, смерть не имеет такого большого значения, как в обычной жизни. Думаешь, мы остались живы после того, как на нас рухнула та кошмарная жаба?
    – Вряд ли, – едва слышно ответил он, судорожно облизывая губы пересохшим языком.
    Я и сам страдал от переполнившей рот ядовитой соленой горечи, но отрешенно думал: «И это пройдет», словно без конца перечитывал надпись на знаменитом перстне царя Соломона. Нет, даже не так: словно я сам был этой надписью.
    – Вспомни, мы умерли в одном мире, а очнулись в другом. А потом открыли дверь и снова оказались в каком-то ином месте. Смерть здесь – просто еще одна дверь. Переход из одного коридора в другой, только и всего.
    – Смотри, второе солнце восходит, – хрипло сказал Мелифаро, указывая на ослепительное зарево над горизонтом. – Если их тут столько же, сколько лун… Впрочем, какая разница? Вряд ли мы доживем хотя бы до третьего! И не надо, слишком уж больно… Слушай, Макс, если все обстоит так, как ты говоришь – зачем мучиться? Просто убей меня. Ну, я имею в виду, плюнь в меня своим знаменитым ядом. И себя как-нибудь убей – все лучше, чем жариться заживо! Будем надеяться, что мы оживем в более приятном месте.
    Я покачал головой:
    – Этого нельзя делать, дружище.
    – Почему? – теперь в его до неузнаваемости изменившемся голосе отчетливо звучали истерические нотки. – Почему мы должны терпеть этот ужас, если единственное, что нам нужно сделать – умереть, причем как можно скорее?!
    – Сам подумай: я-то настоящий. И ты тоже. А Лабиринт, как бы кошмарны ни были его проявления, соткан из паутины иллюзий. Поэтому все, что здесь происходит, – не в счет.
    <...>
    – Готов спорить, что Лабиринт разнообразен, – вздохнул я. – И мы будем наслаждаться его разнообразием до последней капли крови! От добра добра не ищут, согласен, но здесь, по-моему, нет никого намека на это самое «добро».
    – Ну-у-у… – нерешительно протянул он, потом отчаянно махнул рукой: – Ладно. Только на этом пустыре нет ничего похожего на дверь. Что будем делать? Ритуальные самоубийства, насколько я понимаю, не наш стиль?
    – Еще чего не хватало! Ладно, слушай, есть у меня одна идея. Дурацкая, правда…
    – А у тебя других и не бывает! – оживился Мелифаро.
    Я скорчил зверскую рожу, выдержал эффектную паузу и наконец ехидно спросил:
    – Можно продолжать?
    – Валяй, – великодушно согласился мой друг. – Дурацкая идея – это гораздо лучше, чем совсем никакой.
    – То-то же! – снисходительно сказал я. – Так вот: поскольку дверей здесь нет и не предвидится, мы должны сделать их сами.
    – Как это? – опешил Мелифаро.
    – Как, как… Ручками, – я демонстративно сунул ему под нос собственные верхние конечности. Они, мягко говоря, не слишком походили на мозолистые руки опытного мастерового, но это меня не смущало. – Лапками передними, неумелыми. Тяп, тяп – что-нибудь да натяпаем… Ну, с маникюром у нас, конечно, потом долго будут проблемы, но не станем мелочиться. Однова живем!
    – Ты с какой радости так развеселился? – опешил Мелифаро.
    – Ни с какой, – честно ответил я. – Просто понял, что если немедленно не развеселюсь как следует, сойду с ума. И,чего доброго, повешусь на первом попавшемся суку. А это, сам понимаешь, ни в какие ворота. Вот я и стараюсь. И тебе советую. Все уже так хреново, что хуже быть не может. Следовательно, может быть только лучше. Логично?
    – Логично, – растерянно подтвердил он. И осторожно уточнил: – А из чего мы будем мастерить эту самую дверь? Как ты себе это представляешь?
    – Из подручных материалов, – легкомысленно отмахнулся я. – Из хлама, который валяется у нас под ногами. Надо полагать, качественной работы от нас никто не ждет. Достаточно построить некое подобие дверного проема. Стена, по-моему, не требуется… по крайней мере, я здорово на это надеюсь. Но если в итоге выяснится, что я дурак и стена все-таки нужна, – что ж, будем строить стену. Все лучше, чем бродить по этой помойке и ждать, когда какая-нибудь местная пакость нас убьет.
    – Резонно, – неохотно согласился Мелифаро.
    «Дверь» мы кое-как построили. Вернее, не дверь, а некое подобие кособокой арки. Работа отняла у нас чуть ли не полдюжины часов и жалкие остатки сил, но в финале, жадно поглощая плоды своего давешнего мародерства на чужой кухне, мы чувствовали себя почти счастливыми: физическая усталость – отличный способ забыть о прочих проблемах.
    <...>


    [​IMG]


    – Ты был прав, я уже чувствую, что согрелся, – удивленно признался Мелифаро.
    – Хороший признак, – кивнул я. – Значит, смерть уже рядом. Давай-ка действительно возьму тебя за руку, а то и правда потеряемся.
    – Расскажи мне свою теорию, – попросил Мелифаро. – Что ты там говорил об исполнении желаний? И почему ты уверен, что мы угодили в этот океан лишь потому, что хотели умыться? Почему в таком случае не в чью-нибудь ванную комнату?
    – Потому что у нас было скверное настроение, – объяснил я. – Насмотрелись на всякие страсти из окна, да еще и тетка эта орала как чумная… Мне кажется, реальность Лабиринта очень чутко реагирует именно на настроение. Помнишь, в каком славном расположении духа мы попали на ярмарку, где хозяйничали все эти милые тетки? Мы хорошо отдохнули у Старой Герды, нас накормили, переодели… тебя еще и приласкали. Мы перестали бояться и ждать подвоха. И все было хорошо, мы оказались на этой безумной ярмарке: весело, безопасно, кормят на халяву, да еще и след нашего беглого Короля там обнаружился. Потом мы захотели спать, да так сильно, что нас больше ничего не интересовало. И тут же попали не куда-нибудь, а в спальный вагон поезда. Правда, он был частью довольно неприглядного мира, ну да это уже дело десятое. Помнишь, я говорил тебе, что надо сначала исправить настроение, а уже потом соваться в дверь? Ну вот…
    Я так увлекся изложением своей свеженькой теории, что на время забыл о нашем бедственном, откровенно говоря, положении.
    – А когда мы умираем? – вяло спросил Мелифаро. – Куда мы попадаем в этом грешном Лабиринте после смерти?
    – Еще не знаю, – честно признался я. – Но, по-моему, это как раз абсолютно вне нашего контроля. Что-то вроде лотереи. Как повезет.
    – Знаешь, я только что понял, что забыл в этом проклятом сарае на колесах сумку с гостинцами нашей подружки, – печально признался мой друг. – Впрочем, запасы нам бы все равно здесь не пригодились. Кстати, что бы ты там ни говорил, а она была очень хороша. Мне даже жаль, что ты видел ее только в образе старухи… Слушай, я очень не хочу еще раз умирать. Не хочу становиться еще младше и глупее – куда уж дальше! И не хочу, чтобы ты старел. Вдруг потом окажется, что это нельзя исправить?
    – Я тоже не хочу, – вздохнул я. – А толку-то? Есть конструктивные предложения?
    – Нет, – печально признался он. – Но когда мы снова оживем… Макс, я постараюсь все время быть в хорошем настроении. И ты тоже постарайся, ладно? Вдруг ты прав со своей дурацкой теорией, и это поможет… Я больше не хочу так влипать! Ни за что. Где там твоя рука? Слушай, я почему-то боюсь. Это ненормально – вот так спокойно лежать на воде и ждать смерти. Это сводит меня с ума.
    – Погоди-ка, – изумленно сказал я. – Есть идея. Сейчас будем развлекаться. Ты раздеться сможешь?
    – Без проблем, – вяло согласился Мелифаро. Потом его природное ехидство взяло верх над меланхолией, и он спросил: – Ты что, хочешь посмотреть на меня голенького напоследок?
    – Да, вот уж воистину предсмертное утешение! – фыркнул я. – Давай-давай, снимай свою куртку, да смотри, чтобы она не ушла камнем на дно. Штаны можешь оставить, а то еще утонешь, запутавшись в штанинах. К тому же без них тебе будет неловко, если мы, не приведи господи, окажемся в каком-нибудь населенном месте.
    – Макс, что ты затеял? – возбужденно спросил Мелифаро, вытаскивая руку из узкого рукава мокрой тяжелой куртки.
    – Я пытаюсь нас спасти, – честно сказал я. – Терять все равно нечего, так почему бы не попробовать побарахтаться? Помнишь, из какой фигни мы построили арку, перед тем как попали к твоей зазнобе, Старой Герде? И ведь сработало… Я хочу попробовать соорудить из наших шмоток что-то вроде заколдованного круга на воде – чем не вход? Лишь бы мое сооружение продержалось на поверхности хоть несколько секунд, пока мы туда занырнем.
    – Макс, – прочувствованно сказал Мелифаро, – в глубине души я всегда полагал, что ты кретин, а я – гений. Жизнь рассудила иначе, но мне ни капельки не обидно. У меня уже пальцы не слушаются, но это ерунда, я с ними разберусь. Что надо делать?
    – Рвать рубашку. На полосы. И связывать их между собой, чем скорее, тем лучше. У меня тоже левая рука почти отнялась. Надо успеть, пока мы еще можем хоть как-то шевелиться.
    Потом было несколько минут абсолютного кошмара. Раздеваться, бултыхаясь в воде, – само по себе то еще удовольствие. Рвать рубашки из прочной, вурдалаки бы ее съели, ткани, непослушными руками связывать куски тяжелой мокрой материи… Неописуемо! Но мы сделали это, потому что человек, которому нечего терять, способен на все. Наверное, это и есть та самая Истинная Магия, которая остается при нас даже там, где обыденная волшба Сердца Мира и хитроумные чудеса наших могущественных учителей перестают работать.
    Мы свернули жгут материи в уродливое кривое кольцо, достаточно широкое, чтобы два полуголых человека могли одновременно нырнуть в него, как дрессированные дельфины в аквапарке. Мы завязали последний узел, посмотрели друг на друга безумными от внезапной дикой надежды глазами («мы молодцы, дружище», – хрипло сказал кто-то из нас; я слышал эти слова, но так и не понял, чьи губы произвели их на свет) и одновременно разжали руки. Матерчатый круг тут же начал тонуть, но мы успели проскользнуть в эти ненадежные ворота.
    <...>
    Мы немного потолкались между столиками в поисках двери. Боковым зрением я успел заметить, что на плече одного из посетителей сидел огромный, размером с котенка, таракан; двое или трое гуляк были многоруки, как изображения Шивы; один щеголял роскошной лисьей головой; компания за дальним столиком была сплошь крылата… Что, впрочем, совершенно не мешало ребятам быть всего лишь веселой компанией добропорядочных бюргеров. Они и гуляли соответственно, с обильными возлияниями, плотными закусками, застольными шутками и регулярными попытками хорового пения: вразнобой, зато от души.
    Дверь мы в конце концов нашли и не замедлили ею воспользоваться.
    Шагнув за порог приютившего нас бара, мы оказались на необъятном лугу. Было тепло, но не жарко. Сочная изумрудно-зеленая трава доходила мне до пояса. Маленькая голубая бабочка бесстрашно опустилась на травинку в нескольких шагах от меня, немного покопошилась там, улаживая какие-то, несомненно, важные, но недоступные убогому человечьему разуму дела, и улетела. На смену бабочке тут же пришла переливчато-малиновая стрекоза, вестница близкой воды.
    На краю луга мой наметанный глаз сразу же углядел густой кустарник. Я был готов спорить, что там еще и ягоды имеются, причем съедобные, а не какая-нибудь белена.
    – Грешные Магистры! – прочувствованно сказал я. – Мы в раю, дружище!
    <...>
    – Макс, – наконец начал он. – Объясни мне, пожалуйста, как мы с тобой будем жить дальше.
    – Долго и счастливо, блин! – хмыкнул я. – Ты это хотел от меня услышать?
    – Не валяй дурака, – сердито сказал мой друг. – Когда мы болтались в океане, ты излагал некую теорию: дескать, здесь все зависит от нашего настроения. Надеюсь, ты не очень обидишься, если я скажу, что в тот момент мне было довольно трудно сконцентрироваться? Поэтому я хочу послушать тебя еще раз.
    – Самое главное ты запомнил, – я пожал плечами. – А все остальное – так, лирика. Да, я почти уверен, что здесь все зависит только от нашего настроения. Я сейчас думаю, что Джуффин совершил роковую ошибку, когда честно сказал нам с тобой, что Лабиринт Мёнина, скорее всего, страшное место. Если бы он придумал что-нибудь обнадеживающее: дескать, это такой волшебный цирк для заскучавших юных колдунов или огромный квартал Свиданий для заблудившихся между Мирами… Думаю, никакой жабы не было бы. Ни жабы, ни болота, ни этого пекла с манной кашей под ногами и сапфировым восходом для поэтически настроенных мертвецов. Даже волосатые люди и свалка до горизонта вряд ли попались бы нам на глаза. Мы бы перелетали, как беззаботные птички, с одной ярмарки на другую, не успевая запомнить имена своих случайных подружек…"

    Макс Фрай, "Лабиринт Мёнина"


    [​IMG]

    Жос де Мей
     
  10. TopicStarter Overlay
    Мила

    Мила Автор

    Сообщения:
    14.942
    Симпатии:
    2.647
    [​IMG]
    [​IMG]
    [​IMG]
    [​IMG]
    Морис Эшер

    [​IMG]
    Томас Перино

    [​IMG]
    Адам Пекальски
     
    Последнее редактирование: 10 фев 2014
  11. TopicStarter Overlay
    Мила

    Мила Автор

    Сообщения:
    14.942
    Симпатии:
    2.647
    [​IMG]
    Роб Гонсалвес


    "Это было, вне сомнения, величайшее достижение Дедала — соорудить лабиринт, больший, чем мир, в котором его построили. В лабиринте одновременно присутствовали прошлое и настоящее, в его бесчисленных извивах и поворотах прятались все эпохи и страны. И вообще в лабиринте можно отыскать все что угодно, хотя не стоит ждать ничего определенного — не знаешь, кто или что объявится буквально через минуту. Там скрывается столько разнообразного народу и всевозможных предметов; по правде говоря, там больше всяких существ, чем в самой природе — химеры и гарпии, титаны, лапифы и кентавры, немейские львы, стимфалийские птицы и тому подобное. Небывалое, мифическое поджидает за каждым поворотом, а вот напороться на то, что специально ищешь, шансов крайне мало. Можно целую вечность шляться по запутанным ходам и перекресткам Дедалова лабиринта и не найти никого, кто хотя бы видел Минотавра, не говоря уж о том, чтобы разыскать само чудовище.
    Тесей проголодался. В его рюкзаке было полным-полно всего, что вдруг да понадобится в походе, но не обнаружилось ничего съедобного, по крайней мере, съедобного на данный момент. И вокруг не вырисовывалось никакой пищи. Вокруг, честно сказать, не вырисовывалось вообще ничего. Тесей стоял в центре серой бесформенной пустоты, в той части лабиринта, которая не была завершена — Дедал намечал ее доделать, да никак не доходили руки.
    Зато, роясь в рюкзаке, Тесей обнаружил дорожную карту — волшебную карту, способную воссоздавать то, что на ней изображено. Карта показывала Кноссос, город царя Миноса, город и сам был частью лабиринта.
    И вот оно, магическое мгновение преображения, и никто в целом свете не скажет вам, как это происходит. Тесей развернул дорожную карту, а когда поднял глаза, оказалось, что пустота исчезла, быть может, влилась в какую-то другую пустоту, а он стоит на узенькой, мощенной булыжником улочке. По обе стороны от него высятся дома с крутыми крышами и выступающими окнами. А прямо перед ним — отель с ресторанчиком на первом этаже, карта уверяла красным цветом, что отель двухзвездочный. Погода стояла мягкая, весенняя, и хозяин бодро вышел на улицу в рубашке с короткими рукавами. Он расплылся в улыбке, и не оставалось сомнений, что ему-то известно, как позаботиться о голодных героях.
    Так уж заведено. Заведено жизнью, или Дедалом, или теми, кто вводит нас, тесеев и минотавров, в игру. Немыслимо найти именно то, что ищешь, ничего нельзя планировать заранее, но подчас события просто поворачиваются так или иначе. Тесей нисколечко не удивился, что очутился здесь. В лабиринте описание может стать описываемым объектом, а карта — изображенной на ней территорией.
    <...>


    [​IMG]
    Шон Тан


    Он не залеживался в своем логове — там он был слишком уязвим при внезапной атаке. Он усвоил, что наилучшая защита — находиться все время в движении, а потому беспрерывно бродил туда-сюда, то забираясь в глубь витков Дедалова лабиринта, то устремляясь наружу.
    Ах, как он жалел об утрате прежнего лабиринта, который некогда построили для него под дворцом в Кноссосе; там ему ежегодно присылали, как лакомство, хорошеньких малюток-танцовщиц. Тогда он презрительно фыркал: праздничный ужин раз в году — зачем это надо? Теперь он отдал бы все, что угодно, лишь бы вернуть уют каменных стен, который казался прежде раздражающе однообразным, лишь бы очутиться вновь в тех проходах — там были тысячи поворотов и ловушек, однако он изучил их лучше, чем содержимое собственного черепа. И находил надоедливыми — ну и наивным же чудовищем он был в те времена!
    Нынче все изменилось. Прежний лабиринт исчез, вернее, разросся и стал повсеместным, былой мир распадался, и только Дедал как-то сдерживал этот распад силой воли и магическими придумками. Вне сомнения, Дедалу стоило бы поаплодировать — но куда эти самые придумки завели Минотавра? В дикую глушь — он спит к лесу, охраняемый стайками малых птах, которые кормятся паразитами из его волосатых ушей и платят ему тем, что по очереди бодрствуют и предупреждают о возможной опасности: «Глянь, вон там шевельнулся листок, а там качнулась ветка, какая-то тень мелькнула по небу и пересекла луну…»
    <...>


    [​IMG]
    Поен де Вийс


    Компьютеры у Дедала были чертовски хорошие, программы — просто блестящие, а результатом интеллектуального напряжения, вершинным достижением Дедаловой науки явился вывод, что миру отпущено примерно десять с половиной лет нормального времени, после чего всех ждет полное уничтожение.
    Вот уж удар так удар! Кому же по сердцу выяснить, что через какое-то десятилетие жизни придет конец? Когда до срока осталось четыре с половиной года и отсчет безжалостно продолжался, Дедал сообразил, что избиратели поголовно сойдут с ума, если он срочно чего-то не предпримет.
    И он взялся за дело. Создал замкнутый в себе лабиринт Минотавра, больший, чем мир, в котором он возведен, лабиринт, который вмещает всю остальную Вселенную, взирающую на творчество Дедала со стороны.
    Что и говорить, решение он нашел изящное. Каждый толковый математик способен уразуметь, что цивилизацию Атлантиды не спасти в рольном времени, зато можно спасти в лабиринтовремени — еще одно открытие, запатентованное Дедалом. В лабиринтовремени Минос, и придворная знать, и вся их культура могут продержаться сколько угодно.
    Лабиринт, предложенный Дедалом, был гораздо сложнее, чем породившая его цивилизация. Это была вселенная с собственным пространством-временем, со встроенными зрителями и высокой степенью самодостаточности. Штука оказалась дорогая, но овчинка стоила выделки.
    В объективной реальности лабиринт, разумеется, не существовал — такое было бы не по силам даже Дедалу. Однако сие обстоятельство не имело значения: для Миноса и его придворных все окружающее ничем не отличалось от самой настоящей жизни.
    Внутри Дедалова лабиринта можно было разыграть любые эллинские легенды и мифы. Например, мифы о сотворении мира, истории олимпийских богов, «Одиссею» и «Илиаду». Можно было встретить Агамемнона и Клитемнестру, Ореста и Электру, Ифигению, да всех и каждого, кто играл в мифологии сколько-нибудь серьезную роль..."

    Роберт Шекли, "Лабиринт Минотавра"


    [​IMG]
    Морис Эшер
     
    Последнее редактирование: 11 фев 2014
  12. TopicStarter Overlay
    Мила

    Мила Автор

    Сообщения:
    14.942
    Симпатии:
    2.647
    [​IMG]
    Шон Тан
    [​IMG]
    Морис Эшер

    [​IMG]
    Яцек Йерка

    [​IMG]
    Микалоюс Чюрлёнис

    [​IMG]
    Питер Брейгель Старший
     
  13. TopicStarter Overlay
    Мила

    Мила Автор

    Сообщения:
    14.942
    Симпатии:
    2.647
    [​IMG]
    Жос де Мей


    "Поезд мягко бежал мимо ясеней, потом остановился, казалось - прямо в поле. Названия станции никто не объявил. "Это Эшгроув?" - спросил я у мальчишек на перроне. "Эшгроув", - отозвались они. Я сошел.
    Платформу освещал фонарь, но лица ребят оставались в темноте. Один из них спросил: "Вам к дому доктора Стивена Альбера?" Другой сказал, не дожидаясь ответа: "До дома неблизко, но вы не заблудитесь: ступайте вот этой дорогой налево и сворачивайте влево на каждой развилке". Я бросил им последнюю монету, спустился по каменным ступенькам и вышел на безлюдную дорогу. Она полого вела вниз. Колея была грунтовая, над головой сплетались ветки, низкая полная луна словно провожала меня.
    На миг мне показалось, будто Ричард Мэдден как-то догадался о моем отчаянном плане. Но я тут же успокоил себя, что это невозможно. Указание сворачивать всякий раз налево напомнило мне, что таков общепринятый способ отыскивать центральную площадку в некоторых лабиринтах. В лабиринтах я кое-что понимаю: не зря же я правнук того Цюй Пэна, что был правителем Юньнани и отрекся от бренного могущества, чтобы написать роман, который превзошел бы многолюдьем "Сон в красном тереме", и создать лабиринт, где заблудился бы каждый. Тринадцать лет посвятил он двум этим трудам, пока не погиб от руки чужеземца, однако роман его остался сущей бессмыслицей, а лабиринта так и не нашли. Под купами английских деревьев я замечтался об этом утраченном лабиринте: нетронутый и безупречный, он представился мне стоящим на потаенной горной вершине, затерявшимся среди рисовых полей или в глубинах вод, беспредельным -- не просто с восьмигранными киосками и дорожками, ведущими по кругу, но с целыми реками, провинциями, государствами. Я подумал о лабиринте лабиринтов, о петляющем и растущем лабиринте, который охватывал бы прошедшее и грядущее и каким-то чудом вмещал всю Вселенную. Поглощенный призрачными образами, я забыл свою участь беглеца и, потеряв ощущение времени, почувствовал себя самим сознанием мира.
    <...>


    [​IMG]
    Морис Эшер


    - Мы, потомки Цюй Пэна, - вставил я, - до сих пор проклинаем этого монаха. Он опубликовал сущую бессмыслицу. Эта книга попросту невразумительный ворох разноречивых набросков. Как-то я проглядывал ее: в третьей главе герой умирает, в четвертой - он снова жив. А что до другого замысла Цюй Пэна, его лабиринта...
    - Этот лабиринт - здесь, - уронил Альбер, кивнув на высокую лаковую конторку.
    - Игрушка из слоновой кости! - воскликнул я. - Лабиринт в миниатюре...
    - Лабиринт символов, - поправил он. - Незримый лабиринт времени. Мне, варвару англичанину, удалось разгадать эту нехитрую тайну. Через сто с лишним лет подробностей уже не восстановишь, но можно предположить, что произошло. Видимо, однажды Цюй Пэн сказал: "Я ухожу, чтобы написать книгу", а в другой раз: "Я ухожу, чтобы построить лабиринт". Всем представлялись две разные вещи; никому не пришло в голову, что книга и лабиринт - одно и то же. Павильон неомраченного Уединения стоял в центре сада, скорее всего запущенного; должно быть, это и внушило мысль, что лабиринт материален. Цюй Пэн умер; никто в его обширных владениях на лабиринт не натолкнулся; сумбурность романа навела меня на мысль, что это и есть лабиринт. Верное решение задачи мне подсказали два обстоятельства: первое - любопытное предание, будто Цюй Пэн задумал поистине бесконечный лабиринт, а второе - отрывок из письма, которое я обнаружил. Альбер поднялся. На миг он стал ко мне спиной и выдвинул ящик черной с золотом конторки. Потом он обернулся, держа листок бумаги, когда-то алой, а теперь уже розоватой, истончившейся и потертой на сгибах. Слава Цюй Пэна -- каллиграфа была заслуженной. С недоумением и дрожью вчитался я в эти слова, которые тончайшей кисточкой вывел некогда человек моей крови: "Оставляю разным (но не всем) будущим временам мой сад расходящихся тропок". Я молча вернул листок.
    <...>


    [​IMG]
    Жос де Мей


    - ...Свидетельства современников - а они подтверждаются всей его жизнью - говорят о метафизических, мистических устремлениях Цюй Пэна. Философские контроверзы занимают немалое место и в его романе. Я знаю, что ни одна из проблем не волновала и не мучила его так, как неисчерпаемая проблема времени. И что же? Это единственная проблема, не упомянутая им на страницах "Сада". Он даже ни разу не употребляет слова "время". Как вы объясните это упорное замалчивание?
    Я предложил несколько гипотез - все до одной неубедительные. Мы взялись обсуждать их; наконец Стивен Альбер спросил:
    - Какое единственное слово недопустимо в шараде с ключевым словом "шахматы"?
    Я секунду подумал и сказал:
    - Слово "шахматы".
    - Именно, - подхватил Альбер. - "Сад расходящихся тропок" и есть грандиозная шарада, притча, ключ к которой - время; эта скрытая причина и запрещает о нем упоминать. А постоянно чураться какого-то слова, прибегая к неуклюжим метафорам и нарочитым перифразам, - это и есть, вероятно, самый разительный способ его подчеркнуть. Такой окольный путь и предпочел уклончивый Цюй Пэн на каждом повороте своего нескончаемого романа. Я сличил сотни рукописей, выправил ошибки, занесенные в текст нерадивыми переписчиками, вроде бы упорядочил этот хаос, придал - надеюсь, что придал, - ему задуманный вид, перевел книгу целиком - и убедился: слово "время" не встречается в ней ни разу. Отгадка очевидна: "Сад расходящихся тропок" - это недоконченный, но и не искаженный образ мира, каким его видел Цюй Пэн. В отличие от Ньютона и Шопенгауэра ваш предок не верил в единое, абсолютное время. Он верил в бесчисленность временных рядов, в растущую, головокружительную сеть расходящихся, сходящихся и параллельных времен. И эта канва времен, которые сближаются, ветвятся, перекрещиваются или век за веком так и не соприкасаются, заключает в себе все мыслимые возможности. В большинстве этих времен мы с вами не существуем; в каких-то существуете вы, а я - нет; в других есть я, но нет вас; в иных существуем мы оба. В одном из них, когда счастливый случай выпал мне, вы явились в мой дом; в другом - вы, проходя по саду, нашли меня мертвым; в третьем - я произношу эти же слова, но сам я - мираж, призрак..."

    Хорхе Луис Борхес, "Сад расходящихся тропок"


    [​IMG]
    Яцек Йерка
     
  14. TopicStarter Overlay
    Мила

    Мила Автор

    Сообщения:
    14.942
    Симпатии:
    2.647
    [​IMG]
    [​IMG]
    Фульвио ди Пьяцца
     
  15. TopicStarter Overlay
    Мила

    Мила Автор

    Сообщения:
    14.942
    Симпатии:
    2.647
    [​IMG]


    В ЛАБИРИНТЕ

    О, ужас! Эти каменные сети
    И Зевсу не распутать. Измождённый,
    Бреду сквозь лабиринт. Я осуждённый.
    На бесконечно-длинном парапете
    Застыла пыль. Прямые галереи,
    Измеренные долгими шагами,
    Секретными свиваются кругами
    Вокруг истекших лет. Хочу быстрее
    Идти, но только падаю. И снова
    Мне чудятся в сгущающемся мраке
    То жуткие светящиеся зраки,
    То рёв звериный. Или эхо рёва.
    Бреду. За поворотом, в отдаленье,
    Быть может, затаился наготове
    Тот, кто так долго жаждал свежей крови,
    Я столь же долго жажду избавленья.
    Мы оба ищем встречи. Как и прежде,
    Я верю этой меркнущей надежде.


    [​IMG]


    ЛАБИРИНТ

    Мир -- лабиринт. Ни выхода, ни входа,
    Ни центра нет в чудовищном застенке.
    Ты здесь бредешь сквозь узкие простенки
    На ощупь, в темноте -- и нет исхода.
    Напрасно ждешь, что путь твой сам собою,
    Когда он вновь заставит сделать выбор,
    Который вновь заставит сделать выбор,
    Закончится. Ты осужден судьбою.
    Вдоль бесконечных каменных отростков
    Двуногий бык, роняя клочья пены,
    Чей вид приводит в ужас эти стены,
    Как ты, блуждает в чаще перекрестков.
    Бреду сквозь лабиринт, уже не веря,
    Что повстречаю в нем хотя бы зверя.

    Хорхе Луис Борхес


    [​IMG]

    Майк Уоррелл
     
  16. TopicStarter Overlay
    Мила

    Мила Автор

    Сообщения:
    14.942
    Симпатии:
    2.647
    [​IMG]
    Яцек Йерка

    [​IMG]
    Александр Шабанов

    [​IMG]
    Себастьян Эрикссон
     
  17. TopicStarter Overlay
    Мила

    Мила Автор

    Сообщения:
    14.942
    Симпатии:
    2.647
    [​IMG]
    [​IMG]
    Рафаэль Олбински
     
  18. TopicStarter Overlay
    Мила

    Мила Автор

    Сообщения:
    14.942
    Симпатии:
    2.647
    [​IMG]
    Альберто Панкорбо
     
    Последнее редактирование: 11 фев 2014
  19. TopicStarter Overlay
    Мила

    Мила Автор

    Сообщения:
    14.942
    Симпатии:
    2.647
    [​IMG]
    [​IMG]
    [​IMG]
    [​IMG]
    [​IMG]
    [​IMG]
    Майк Уоррелл
     
  20. TopicStarter Overlay
    Мила

    Мила Автор

    Сообщения:
    14.942
    Симпатии:
    2.647
    [​IMG]
    Юлия Гукова


    Ключ. Как ни странно, при всей архетипичности образа не смогла вспомнить достаточное количество историй и картин с ним. Но после лабиринтов ключи и замки тоже стоит пособирать.

    [​IMG]
    Пунам Мистри
     
  21. TopicStarter Overlay
    Мила

    Мила Автор

    Сообщения:
    14.942
    Симпатии:
    2.647
    "Черепаха долго глядела на луну, что-то вспоминала...
    - Однажды я вот так же помогла одному человеку, а он потом из моей бабушки и моего дедушки наделал черепаховых гребенок, - сказала она.
    И опять долго глядела на луну.
    - Что ж, посиди тут, человечек, а я поползаю по дну, - может быть, найду одну полезную вещицу.
    Она втянула змеиную голову и медленно опустилась под воду. Лягушки прошептали:
    - Черепаха Тортила знает великую тайну.
    Прошло долгое-долгое время. Луна уже клонилась за холмы... Снова заколебалась зеленая ряска, появилась черепаха, держа во рту маленький золотой ключик. Она положила его на лист у ног Буратино.
    - Безмозглый, доверчивый дурачок с коротенькими мыслями, -- сказала Тортила, - не горюй, что лиса и кот украли у тебя золотые монеты. Я даю тебе этот ключик. Его обронил на дно пруда человек с бородой такой длины, что он ее засовывал в карман, чтобы она не мешала ему ходить. Ах, как он просил, чтобы я отыскала на дне этот ключик!..
    Тортила вздохнула, помолчала и опять вздохнула так, что из воды пошли пузыри...
    - Но я не помогла ему, я тогда была очень сердита на людей за мою бабушку и моего дедушку, из которых наделали черепаховых гребенок. Бородатый человек много рассказывал про этот ключик, но я все забыла. Помню только, что нужно отворить им какую-то дверь и это принесет счастье...
    У Буратино забилось сердце, загорелись глаза. Он сразу забыл все свои несчастья. Вытащил из кармана курточки пиявок, положил туда ключик, вежливо поблагодарил черепаху Тортилу и лягушек, бросился в воду и поплыл к берегу.
    Когда он черненькой тенью показался на краю берега, лягушки ухнули ему вслед:
    - Буратино, не потеряй ключик!"


    [​IMG]
    Леонид Владимирский


    "- Папа Карло, даю честное кукольное слово, - у тебя будет настоящий огонь в очаге, настоящий чугунный котелок и горячая похлебка. Сдери холст.
    Буратино сказал это так уверенно, что папа Карло почесал в затылке, покачал головой, покряхтел, покряхтел, - взял клещи и молоток и начал отдирать холст. За ним, как мы уже знаем, все было затянуто паутиной и висели дохлые пауки.
    Карло старательно обмел паутину. Тогда стала видна небольшая дверца из потемневшего дуба. На четырех углах на ней были вырезаны смеющиеся рожицы, а посредине - пляшущий человечек с длинным носом. Когда с него смахнули пыль, Мальвина, Пьеро, папа Карло, даже голодный Артемон воскликнули в один голос:
    - Это портрет самого Буратино!
    - Я так и думал, -- сказал Буратино, хотя он ничего такого не думал и сам удивился. - А вот и ключ от дверцы. Папа Карло, открой...
    - Эта дверца и этот золотой ключик, - проговорил Карло, - сделаны очень давно каким-то искусным мастером. Посмотрим, что спрятано за дверцей.
    Он вложил ключик в замочную скважину и повернул... Раздалась негромкая, очень приятная музыка, будто заиграл органчик в музыкальном ящике... Папа Карло толкнул дверцу. Со скрипом она начала открываться..."

    Алексей Толстой, "Золотой ключик, или Приключения Буратино"


    [​IMG]
    Аминадав Каневский
     
  22. TopicStarter Overlay
    Мила

    Мила Автор

    Сообщения:
    14.942
    Симпатии:
    2.647
    "Это было низкое, длинное подземелье; своды его слабо освещались рядами висячих ламп. Правда, по всей длине стен шли двери, но, к большому сожалению, все они оказались заперты. Алиса довольно скоро удостоверилась в этом, дважды обойдя все подземелье и по нескольку раз подергав каждую дверь. Она уныло расхаживала взад и вперед, пытаясь придумать, как ей отсюда выбраться, как вдруг наткнулась на маленький стеклянный столик, на котором лежал крохотный золотой ключик.
    Алиса очень обрадовалась: она подумала, что это ключ от какой-нибудь из дверей. Но увы! Может быть, замки были слишком большие, а может быть, ключик был слишком маленький, только он никак не хотел открывать ни одной двери. Она добросовестно проверяла одну дверь за другой, и тут-то она впервые заметила штору, спускавшуюся до самого пола, а за ней…
    За ней была маленькая дверца – сантиметров тридцать высотой. Алиса вставила золотой ключик в замочную скважину – и, о радость, он как раз подошел!
    Алиса отворила дверцу: там был вход в узенький коридор, чуть пошире крысиного лаза. Она встала на коленки, заглянула в отверстие – и ахнула: коридор выходил в такой чудесный сад, каких вы, может быть, и не видывали..."

    Льюис Кэрролл, "Приключения Алисы в Стране чудес"


    [​IMG]
    Максим Митрофанов
     
  23. TopicStarter Overlay
    Мила

    Мила Автор

    Сообщения:
    14.942
    Симпатии:
    2.647
    [​IMG]


    "...По прошествии месяца Синяя Борода сказал своей жене, что он принужден отлучиться, по меньшей мере на шесть недель, для очень важного дела. Он попросил ее не скучать в его отсутствие, а напротив, всячески стараться рассеяться, пригласить своих приятельниц, повести их за город, если вздумается, кушать и пить сладко, словом, жить в свое удовольствие.
    – Вот, – прибавил он, – ключи от двух главных кладовых; вот ключи от золотой и серебряной посуды, которая не каждый день на стол ставится; вот от сундуков с деньгами; вот от ящиков с драгоценными камнями; вот, наконец, ключ, которым все комнаты отпереть можно. А вот этот маленький ключик отпирает каморку, которая находится внизу, на самом конце главной галереи. Можешь все отпирать, всюду входить; но запрещаю тебе входить в ту каморку. Запрещение мое на этот счет такое строгое и грозное, что если тебе случится – чего боже сохрани – ее отпереть, то нет такой беды, которой ты бы не должна была ожидать от моего гнева...
    <...>
    Так сильно было ее любопытство, что, не сообразив того, как невежливо оставлять гостей, она вдруг бросилась вниз по потайной лестнице, чуть шеи себе не сломала. Прибежав к дверям каморки, она, однако, остановилась на минутку. Запрещение мужа пришло ей в голову. “Ну, – подумала она, – будет мне беда. за мое непослушание!” Но соблазн был слишком силен – она никак не могла с ним сладить. Взяла ключ и, вся дрожа как лист, отперла каморку.
    Сперва она ничего не разобрала: в каморке было темно, окна были закрыты. Но погодя немного она увидела, что весь пол был залит запекшейся кровью и в этой крови отражались тела нескольких мертвых женщин, привязанных вдоль стен; то были прежние жены Синей Бороды, которых он зарезал одну за другой. Она чуть не умерла на месте от страха и выронила из руки ключ.
    Наконец она опомнилась, подняла ключ, заперла дверь и пошла в свою комнату отдохнуть и оправиться. Но она до того перепугалась, что никаким образом не могла совершенно прийти в себя.
    Она заметила, что ключ от каморки запачкался в крови; она вытерла его раз, другой, третий, но кровь не сходила. Как она его ни мыла, как ни терла, даже песком и толченым кирпичом – пятно крови все оставалось! Ключ этот был волшебный, и не было возможности его вычистить; кровь с одной стороны сходила, а выступала с другой..."

    Шарль Перро, "Синяя борода"


    [​IMG]

    Михаил Бычков
     
  24. TopicStarter Overlay
    Мила

    Мила Автор

    Сообщения:
    14.942
    Симпатии:
    2.647
    [​IMG]
    [​IMG]
    [​IMG]
    Уолтер Крейн
     
  25. TopicStarter Overlay
    Мила

    Мила Автор

    Сообщения:
    14.942
    Симпатии:
    2.647
Статус темы:
Закрыта.

Поделиться этой страницей