1309

Ондатр · Jun 21, 2019

У французской королевской династии были ещё боковые ветви. Одной из них была анжуйская. Карл Анжуйский - брат Людовика Святого по призыву папы завоевал королевство Обеих Сицилий. Но в 1282 г. Сицилия восстала (т.н. сицилийская вечерня)- французы обоего пола были все перебиты (числом в 4000 человек) . Палермо провозгласила себя коммуной, был созван парламент передавший корону в руки арагонского короля Педро.
Началась война которая длилась 20 лет. Папа поддерживал анжуйцев (а он был сеньором и Арагона и Неаполя и Сицилии). В какой то момент папа передал корону Арагона брату Филиппа Красивого - Карлу Валуа (который через брак унаследовал также Анжу)

французская армия вторглась вАрагон, но была разбита.
города и знать участвуя конфликте добились ещё большего ограничения королевской власти. в итоге в 1295 король Хайме отказался от Сицилии, обещая вернуть её анжуйцам. Но сицилийцы отказались и выбрали сына Хайме Федериго королём. И отцу пришлось вести войнц против сына. Война длилась ещё семь лет. наконец Сицилию отправился завоёвывать Карл Валуа и был наголову разбит (он вообще был скверным полководцем, но дико тщеславным и крайне деятельным). В итоге Сицилия была признана за Федериго пожизненно.

La Mecha · Mar 19, 2018

Филипп Красивый, дочка его Изабелла, Карл этот, Валуа - такие ползучие гады были!
Особенно, Филипп и Изабелла - она еще и злобная ябеда.

Филипп вообще изворотливый жестокий монстр.

Ондатр · Mar 19, 2018

У Изабеллы муж был гомосексуалист, и это её не радовало.

La Mecha · Mar 19, 2018

Ондатр said: ↑

У Изабеллы муж был гомосексуалист, и это её не радовало.
Click to expand...

Еще бы!

Но она была та еще сучка. )
Вспомнить хотя бы ее отвратительную роль в любовных историях, в которых были замешана жена ее недееспособного братишки Людовика, этого слабака... и ее сестры...Ужас.
Монстр в женском облике.

La Mecha · Mar 19, 2018

Бретон Ги.

"Филипп Красивый очень любил своих снох, с появлением которых в Лувре стало веселее. Они организовывали празднества, балы, приглашали популярных певцов, проездом находящихся в Париже. Их жизнь походила на праздник. Они постоянно хохотали и кружились по коридорам дворца.

Самую старшую звали Маргарита, ей было двадцать три года. Ее больше всех любил король за красоту, улыбку и смелую черту высказывать каждому все, что она думает. Она была дочерью Роберта II Бургундского, и Филипп Красивый женил на ней Людовика [29], своего старшего сына, в 1305 году, когда ей не было еще и пятнадцати лет.

Он считал ее красивой, умной и радовался мысли, что в один прекрасный день она станет французской королевой.

Иногда лукавый взгляд Маргариты встречался со взглядом короля, и обычно безразличное выражение лица Филиппа Красивого преображалось, на его тонких губах появлялась улыбка…

— Чтобы вызвать улыбку короля, — говорили важные советники, — надо быть красивой, как эта принцесса.

Но если бы Филипп знал, какие мысли гуляли в голове его любимой снохи, у него тотчас бы испортилось настроение…

Выходя замуж, она чувствовала себя рано созревшей и, обладая очень страстным темпераментом, надеялась, что сможет утолить свою жажду ласки. Увы! Молодой Людовик предпочитал удовольствие, получаемое от игры в лапту, более нежным. Проиграв целый день со своими товарищами, ложась спать с женой, он тут же засыпал. Игры настолько выматывали его, что у него не хватало сил на пару ласковых слов, свидетельствующих о хорошем воспитании. Впрочем, епископ Виктор, не колеблясь, писал о нем «как о моте, расточителе и очень инфантильном человеке, хотя отец наказывал его за эти пороки».

Несмотря на то, что Маргарита развлекалась легкими стихами менестрелей, тоска стала обуревать ее, как некогда Жанну, и ее ум стали посещать мысли, абсолютно чуждые нравственности.

После получения титула королевы Наваррской она образовала собственный двор и стала пользоваться полной свободой.

Маргарита воспользовалась этим и окружила себя молодыми девушками, кавалерами, с которыми ей было гораздо интереснее, чем с королем — спортсменом, и грубияном. Здесь в узком кругу беседовали часами о вольной поэзии, о философии и любви. После чего хозяйка приглашала всех сыграть в прятки и пряталась в какой-нибудь шкаф с самыми красивыми кавалерами из компании, с нетерпением ожидая, что между ними что-нибудь произойдет… К слову говоря, красавица каждый раз разочаровывалась. Никто из юношей, которых она вовлекала в эту игру, не осмеливался проявить неуважение. Кое-кто шептал ей на ухо комплименты, но дальше этого дело не шло…

Таким образом, в течение двух лет молодая королева вела относительно благоразумный образ жизни. Однако ей надоели безуспешные попытки и галантные кавалеры. В конце концов она покинула общество чрезмерно целомудренных и благоразумных мальчиков. Отныне ее видели каждый вечер смотрящей в окно, выходившее на Сену, и грезившей о крепких лодочниках…

Наступил благодатный 1307 год, скука закончилась, ибо Филипп Красивый женил оставшихся сыновей, Филиппа и Карла, на двух кузинах Маргариты — Жанне Бургундской и ее сестре Бланш.

К молодой женщине вернулась надежда. Теперь она не была так одинока. У нее были подруги-родственницы, с которыми можно было делиться своими интимными проблемами. Такие же сложности с мужьями возникли и у них. Сыновья короля не были пылкими любовниками. Сходные проблемы нужно было решать одинаково — в этом были уверены юные женщины. А что касается страстной увлеченности мужчин игрой в лапту, то удача в ней не сулит удачи в семейной жизни.

Маргарита начала с переустройства королевского двора, куда теперь была допущена вся придворная молодежь. Три принцессы стали чаще организовывать праздники, о которых давно было позабыто, ибо времена скучающей королевы Жанны давно миновали, и никто не заботился о развлечениях. Они предавались опасным играм, делали много глупостей, но сыновья короля были слепы и глухи. Женщины добивались комплиментов у кавалеров, показывая этим, что мужчинам совсем не предосудительно таращить на них глаза.

Филипп Красивый оставался безразличным к их забавам при дворе. Однако ему не все нравилось в поведении снох. Выходки их трои были очень дерзки, они выдумали новую моду, желая шокировать королевских придворных. Изготовили себе одеяние, где юбка имела вырез с одной стороны длиной во все бедро. Что позволяло со стороны увидеть во время движения намного больше того, что обычно могла себе позволить показать принцесса. Кавалеры были ослеплены мимолетными зрелищами, открывавшимися взору, когда мимо проходили три развратницы. По Лувру вскоре пошла молва, что снохи короля были не только красивы, но и хорошо сложены. Откровенное поведение принцесс, лишенных мужской ласки, в конце концов придало смелость некоторым молодым людям из окружения. Стали появляться слухи о тайных поцелуях на лестницах дворца и о скоротечных объятиях у дверей. Однако никто не мог дать точных показаний, и большинство людей относились к этим слухам как к пошлым и вымышленным сплетням.

Но был человек, который к слухам отнесся внимательно. Это был Жан де Менг, продолжатель «Романа о Розе». Проведя небольшое расследование, он быстро убедился, что эти слухи имели под собой основание и прелестные снохи короля Франции не были эталонами целомудрия.

Однажды вечером, будучи приглашенным ко двору королевы Наваррской ознакомить всех со своими произведениями, он решил спеть свою песню, в которой содержались прозрачные намеки на любовные похождения принцесс. Поэт надеялся повеселить женщин. Напротив, он их очень рассердил.

Не подав виду, что они разгневаны, дамы предложили ему остаться, а сами вышли в соседнюю комнату, чтобы договориться о наказании, которому они решили его подвергнуть за болтливость.

После небольшого совещания было решено выпороть его розгами. Вернувшись, они поставили в известность бедного Жана Менга о том, что его ожидает.

— Для того чтобы вас отучить говорить слишком много, — сказала Маргарита Бургундская, — мы свяжем вам руки, и в то время, как привратник подежурит у двери, мы по очереди накажем вас розгами.

Поэт не ожидал такого поворота событий. Он уже собрался подчиниться своей участи, когда его осенила мысль.

— Хорошо, дамы, — сказал он почтительно. « Я действительно заслужил такое наказание. Тем не менее я на коленях прошу у вас пощады; не потому, что хочу избежать наказания, а желая сделать его справедливым. Пусть самая виновная среди вас, которую я больше всех задел своими стихами, ударит меня первой. И принцессы убрали розги, рассмеялись и заявили, что это была шутка…

После инцидента Жан де Менг и другие поэты стали проявлять осторожность, не пытаясь больше воспевать тайные страсти молодых женщин.

Однако скандал был впереди.

Во все времена было достаточно яркого солнца, перезвона колоколов и флагов, украшающих фасады домов для того, чтобы город имел праздничный вид. Все это и было в Булони в июньский день 1309 года, и горожане были рады, что им суждено жить в такое необычное время. С утра пробежались по улицам глашатаи, сообщая довольному народу о многочисленных празднествах, которые должны были продлиться три дня, трактиры не пустовали. Эти гулянья были связаны с тем, что отмечалась свадьба принцессы Изабеллы, дочери Филиппа Красивого, и Эдуарда II, английского короля. Брак был заключен утром в одном из соборов. Как всегда, нашлись желающие позлословить:

— Молодой английский король, — говорили они, — совершенно не похож на мужчину. Можно подумать, что это молодая девушка, так ласков его голосок. Да и жесты слишком нежны. Не вышла ли наша принцесса замуж за гомосексуалиста?

Слухи были справедливы. Молодому королю Эдуарду II явно больше нравилось общение с мужчинами. Но пока супруга об этом еще не подозревала. Она очень была занята приготовлениями к отъезду, чтобы заменить эту явно ненормальную черту в поведении мужа. На корабль переносили сундуки с подарками и изящными платьями, и дама следила за погрузкой шкатулок с драгоценностями, которыми она хотела восхитить английских аристократок.

Наступил час разлуки, Изабелла поцеловала всех членов семьи, вручив каждому подарок.

— Это вам на память обо мне, ведь я теперь буду в Лондоне, — сказала она, — и не знаю, когда вновь окажусь здесь.

Двум принцессам, Маргарите и Бланш, она подарила великолепные кошельки, которые сама вышивала. Восхищенные принцессы сразу повесили их к своим поясам.

— Пусть эти кошельки принесут вам счастье, — сказала Изабелла.

И со своим мужем она взошла на красивый корабль с развевающимся позолоченным флагом. Кто мог тогда предсказать, что эти безобидные подарки погубят легкомысленных снох французского короля?

Вскоре после отъезда Изабеллы Маргарита заметила среди новых рыцарей короля очень крепкого парня, чей пронзительный взгляд привлек ее внимание. Она спросила его имя и узнала, что этого обольстительного человека звали Филипп д'Олней. Несколько ночей она плохо спала, но не решалась пригласить его на свои литературные вечера, и игры в прятки, опасаясь, что развлечения с ним будут выглядеть совсем не сущей безделицей, а примут более серьезный оборот…

Первый раз в своей жизни она боялась по-настоящему влюбиться. С долей наивности она предполагала, что замужняя женщина может поразвлечься с мужчинами, не считая это серьезным проступком, но любовь считала грехом.

Неделями она старалась не думать о Филиппе. Но в конце концов безумно в него влюбилась. Она истомилась, у нее испортился цвет лица, она перестала интересоваться поэзией, часами сидела в своей спальне и. плакала, чем очень волновала прислугу.

Наконец теплым июльским днем, неспособная больше бороться со своими желаниями, она велела позвать рыцаря.

Привратник спальни Маргариты счел для себя разумным удалиться…

Став любовницей Филиппа д'Олней, молодая принцесса вновь почувствовала душевное равновесие, бодрость, и на лице ее вновь расцвел румянец. Но встречи любовников во дворце, где малейший факт тотчас становился известным Филиппу Красивому, были затруднены. Им приходилось быть очень осторожными… Для большей безопасности в тайну были посвящены привратник спальни и сестры. Дамы, довольные, что участвуют в этой интриге, дежурили в коридорах, гоняя назойливых кавалеров. За свое содействие они требовали, чтобы Маргарита посвящала их в тайны и знакомила с подробностями всех своих встреч с любовником.

Почти каждое утро они втроем тайно собирались то в спальне Жанны, то в спальне Бланш. И то, о чем им рассказывала страстная королева Наваррская, заставляло сестер завистливо посверкивать глазами.

Они тоже захотели познать искренние радости настоящей любви. Кратковременные встречи, которыми они довольствовались до сих пор, более их не устраивали, и поэтому они обе обрадовались, узнав, что у Филиппа д'Олней есть такой же красивый брат — Готье.

— Он будет моим, — решила Бланш.

Жанна, более застенчивая, не стала протестовать. И на следующий день Филиппа попросили привести брата. Готье сразу понравился Бланш, которая увлекла его в свою спальню для частной беседы, откуда он вышел лишь ранним утром, с трудом переводя дух и еле волоча ноги.

Отныне Жанна была посвящена в две тайны… Она все так же в коридоре охраняла покой теперь уже четверых любовников, следя за возможным возвращением мужей, иногда облегчая поспешные побеги рыцарям, пряча их по сундукам в своей спальне. Благодаря ей в течение трех лет никто во дворце и не догадывался о том, что творилось по ночам в апартаментах принцесс.

К несчастью, непростительная ошибка всех скомпрометировала.

В 1313 году принцессы Бланш и Маргарита совершили неосторожность. Возможно, опьяняющая атмосфера празднеств, прокатившихся тогда по всему Парижу, слегка вскружила им головы. Филипп Красивый торжественно посвятил своих сыновей в рыцари, и вся столица ликовала по этому поводу. Летописцы сообщают, что «принцы и вельможи королевства, присутствовавшие на этой церемонии, кичились друг перед другом великолепием своих доспехов и одежд, которые меняли по три раза на день».

Король пригласил своего зятя, Эдуарда II, вместе с Изабеллой. Он устроил в саду аббатства Сен-Жермен-де-Пре пир, на котором гости, расположившиеся под шелковыми позолоченными навесами, обслуживались челядью, разъезжавшей на конях. Все улицы столицы были освещены, можно было пить и гулять всю ночь. По перекресткам стояли бочки с вином. Горожане переодевались в умопомрачительные наряды, а некоторые бесстыдники раздевались, желая изобразить из себя грешных предков.

Первый день празднеств закончился досадным инцидентом. Едва английская чета расположилась на ночлег в спальне, которую для них выбрал Филипп Красивый, возник пожар. Молодая чета, не имея времени на то, чтобы одеться, выскочила из комнаты без платья. Это послужило поводом для многочисленных шуток. А шутников всегда хватает. На следующее утро Изабелла встала в плохом настроении, обладая злым и мстительным характером она была весьма нелюбезна со всеми, а особенно — с тремя принцессами.

Заметим, что все эти «бурные ночи» проводились в Лувре. Ибо вопреки тому, о чем Дюма-отец писал в своем романе, Маргарита Бургундская никогда не появлялась в башне Несле. Он приписал этой принцессе предполагаемое распутство королевы Жанны Наваррской и, возможно, Жанны Бургундской, которая после того, как стала королевой Франции, действительно проживала здесь, в своей резиденции, и вела достаточно распутную жизнь

Поджав губы, поблескивая глазами, с завистью английская королева смотрела на молодых женщин, удовлетворенных и счастливых. Она подумала о своем женоподобном супруге, который не мог удовлетворить ее желания.

Во второй половине дня государь, королевский двор и все гости присутствовали на мистерии и шутовском шествии, направленном против папы Бонифация VIII.

В то время как все хохотали, Изабелла наблюдала за своими соседями в надежде найти у них что-нибудь забавное, чтобы повеселить себя. Вдруг взгляд ее застыл. В двух шагах находились братья д’Олней, и она увидела на их поясах кошельки, подаренные ею Маргарите и Бланш перед отъездом из Булони…

Две молодые женщины, за три года осмелевшие от своей безнаказанности, совершили безумную ошибку, подарив кошельки своим любовникам. В тот же вечер Изабелла поспешила к королю известить о своем открытии. Выслушав дочь, Филипп Красивый попросил сохранить беседу в тайне и, ничего не сказав, отпустил ее, а сам тотчас отдал приказ следить за принцессами.

Через два дня полицейские подали такой рапорт, который исключал всякие сомнения.

Потрясенный, Филипп отбыл в Мобюиссонское аббатство собраться с мыслями и принять решение. Надо ли оставить на этот раз все как есть или наказать виновных? Он думал целую неделю. Наконец, узнав о том, что привратники спален в курсе всех событий, король принял решение покарать женщин. Пусть народ знает, что королевское правосудие карает всех виновных, кем бы они ни являлись.

Итак, он отдал приказ арестовать принцесс.

Возможно, Филиппа Красивого побудила их наказать другая причина. Проявив на этот раз беспощадность, он мог тем самым признать невинной свою супругу, на распутство которой он некогда закрывал глаза.

* * *
Однажды вечером перед дверью Маргариты предстали лучники.

— Именем короля, откройте!

Испуганный привратник открыл двери и тотчас же был окружен, лишенный возможности защищаться. Воины вошли в спальню принцессы, которая давно мирно спала.

— Именем короля, — начал сержант.

Маргарита проснулась и, увидев окруживших ее кровать, сразу же поняла, что произошло то, чего она опасалась все эти три года.

— Что вы хотите?

— По приказу его величества короля мы пришли вас арестовать.

Сев на постели, Маргарита залилась слезами, чем сильно смутила мужчин. Они долго неподвижно и восхищенно смотрели на красивую плачущую особу.

Потом сержант вежливо попросил ее подняться и, следовать за ним, чему она беспрекословно подчинилась.

Подобные события развернулись и в апартаментах Жанкы и Бланш.

Всю троицу поместили в карету и препроводили в тюрьму. С Жанной, которая была все-таки меньше всех виновна, в дороге от безысходности случился нервный припадок. Запоздалые прохожие слышали, как она жалобно кричала:

— Ради Бога, передайте моему мужу Филиппу, что я умираю без греха!

На следующий день по Парижу и по всему королевству прокатилась весть о том, что король арестовал своих снох. Тотчас простой люд принялся сочинять самые невероятные истории, стали ходить слухи о том, что принцессы, подражая королеве Жанне Наваррской, заманивали по ночам к себе в Нельскую башню студентов и предавались с ними разврату, а после бросали своих любовников в Сену. Говорили также, что профессор университета, Буридан, приглашенный тремя принцессами, был рано утром выброшен в мешке в реку. Но, как уверяли, он, догадываясь о том, что его ожидает, попросил нескольких студентов подогнать к подножию башни судно, груженное сеном, куда и упал в то время, как его сообщники бросали в воду огромный камень, чтобы принцессы не заподозрили что-то неладное. Все это, разумеется, было сплошной выдумкой. Однако эта легенда получила такое широкое распространение, что об этой истории спустя сто пятьдесят лет вспоминал Вийон в своей «Балладе о женщинах былых времен»:

Подобным образом когда-то королева Скомандовала, чтобы Буридан В мешке был брошен в Сену…

И всезнающие ученые утверждали, что именно после этого происшествия профессор выступил со своим знаменитым софизмом: «При. необходимости позволительно убить и королеву».

Кстати, как правило, философы опирались в своих. суждениях на личный жизненный опыт…

Через несколько дней после ареста три принцессы предстали перед судом, на который были приглашены важные особы. Маргариту вызвали в зал суда первой. Не дожидаясь оправданий, ей внушили, что привратник, ответив на вопросы, заданные ему, уже все рассказал. И, не дав опомниться, ей объявили, что Филипп д’Олней арестован.

Маргарита была ошеломлена. Судья стал делать некоторые уточнения.

— Этот рыцарь, Мадам, после того, как мы его подвергли пыткам, которые обычно приходится применять к неболтливым людям, в конце концов признал, что в течение трех лет был вашим любовником.

Маргарита была совсем удручена.

— Вам известно, Мадам, — добавил судья, глядя ей прямо в глаза, что ожидает рыцаря, осмелившегося обольстить жену своего сюзерена? Это преступление приравнивается к государственной измене и карается медленной и жестокой смертью.

При мысли о том, что Филиппу суждено было умереть, Маргарита разрыдалась, упала на колени и во всем созналась.

То же самое произошло и с Бланш, когда ей сказали, что Готье заговорил после пытки на дыбе.

Что касается Жанны, она решительно защищалась. Желая полностью оправдаться, она утверждала, что ей ничего не известно о неблаговидном поведении Маргариты и Бланш, что «она не была у них в милости и не была посвящена в их тайны», и в конце концов потребовала встречи с королем. Эта встреча состоялась.

— Клянусь, государь, я порядочная женщина, — воскликнула она. Король уверил, что будет проведено. то, что мы называем сегодня «дополнительным расследованием», и сказал:

— Мы узнаем обо всем и восстановим справедливость, а пока вы будете жить под нашим присмотром.

С почтением Филипп проводил ее до Дурданского замка, где она содержалась на правах узницы.

Менее мягкий приговор был уготован двум виновным принцессам. Бланш и Маргарита, уличенные в нарушении супружеской верности, не могли надеяться на малейшую снисходительность. Они были пострижены, кое-как одеты и заключены во влажные камеры тюрьмы Шато-Гайяр около Андели.

* * *
А Филипп и Готье д'Олней в тюрьме города Понтуаза ожидали исполнения своего смертного приговора.

Наступил день казни. Охрана привела их на площадь Мортруа, где заблаговременно собралась огромная толпа народа, радуясь предстоящему зрелищу…

Судья в подбитой мехом мантии забрался на помост, над площадью установилась полная тишина, и два брата были переданы палачам, принявшимся за свое дело. Исходя из совершенного братьями преступления, им сначала отрезали кинжалами половые органы. Потом с несчастных заживо содрали кожу. Казнь, сопровождавшаяся их душераздирающими криками, длилась около часа.

В заключение они были четвертованы, и, поскольку, после страшных мук, они еще были живы, их протащили за волосы по свежескошенному жнивью. Их обезглавленные и изуродованные тела за подмышки были повешены на виселице.

Однако королевское правосудие этим не ограничилось. Привратник спальни, устраивавший свидания, фрейлины, способствовавшие принцессам в интрижках, мужчины и женщины, подозревавшиеся в содействии, были допрошены и повешены. Епископ, скомпрометировавший себя тем, что, подвергнув их мукам, вырвал признание у одной из жертв, был подвергнут инквизиции в Авиньоне, где его обвинили в колдовстве и сожгли на костре.

Целыми неделями Филипп Красивый, взбесившись, хватал каждого, к кому он чувствовал малейшее подозрение. Летописцы сообщают, «что их вешали, сжигали, заставляли погибать в пытках, зашивали в мешки и бросали в реку».

Все те, кто хоть как-то был приближен к принцессам, дрожали от страха, и в Лувре царил террор, продолжавшийся до одного прекрасного дня в 1314 году, а именно, 29 ноября, когда из Фонтенбло пришло поразившее всех известие: Филипп Красивый скоропостижно скончался после охоты.

Репрессии были прекращены.

Тем временем на трон вступил Людовик X, старший сын Филиппа Красивого. Нового короля беспокоило, что Маргарита, с которой он не мог расстаться (супружеская измена по тем временам не являлась веским поводом для того, чтобы заставить папу расторгнуть брак), при этом становилась королевой Франции. Но королева Франции не могла жить в заключении. Людовик Х был не в силах простить жену и вернуть ее во дворец. Он стал искать выход из создавшегося положения и обратился к людям, в которых был уверен, с соответствующим приказом. И вот однажды утром Маргариту, денно и нощно жаловавшуюся на муки, в которых была повинна сама, нашли задушенной в собственной камере.

Освободив себя от забот, Людовик принялся за поиски новой супруги.

В это время Жанна, в отношении которой расследование было завершено, вновь предстала перед королевским судом в присутствии графа де Валуа и графа д'Эвре, своих дядьев. Несмотря на свою смелость, войдя в зал, где заседали судьи, она дрожала, поскольку знала, что полицейские нашли молодого человека, с которым она наделала глупостей во время игр в прятки, которые так любила устраивать Маргарита.

Церковник, возглавлявший судебный процесс, стал расспрашивать ее об этом молодом человеке, что, к счастью для Жанны, означало его молчание под пытками инквизиции. Он ничего не рассказал. Суд признал, что слухи не имели под собой оснований, Жанну сочли невиновной и незамедлительно освободили.

Спасенная мужественным рыцарем, Жанна тотчас была выпущена на свободу, а ее муж, будущий Филипп V, вновь призвал ее к себе, радушно встретив. Это отметил историк Мезерай, написав, что Филипп был «самым счастливым и самым мудрым среди своих братьев».

Click to expand...

Ондатр · Mar 19, 2018

да, дело Нельской башни

Ондатр said: ↑

Но сицилийцы отказались и выбрали сына Хайме Федериго королём. И отцу пришлось вести войнц против сына. Война длилась ещё семь лет. наконец Сицилию отправился завоёвывать Карл Валуа и был наголову разбит (он вообще был скверным полководцем, но дико тщеславным и крайне деятельным). В итоге Сицилия была признана за Федериго пожизненно.
Click to expand...

Эта сицилийская история имела продолжение в Византии.
Дело в том, что в 1299 Карл Валуа овдовел, и в 1301 г. женился на Екатерине де Куртене наследнице прежних латинских императоров Константинополя (лишившихся владений ещё в 1260 г.).
Он немедленно объявил себя императором и заручился поддержкой папы и брата. папа отлучил византийского императора и готовился крестовый поход, который должен был доставить Карлу Константинополь. Он правда не состоялся. Однако Федериго Сицилийский послал в Византию на помощь её императору своих арагонских наёмников - каталанов. тем более , что война на острове кончилось ,а беспокойства от этих наёмников было много и стоили они дорого.
Шороху они навели на востоке много ...

La Mecha · Mar 19, 2018

Ондатр said: ↑

беспокойства от этих наёмников было много и стоили они дорого.
Шороху они навели на востоке много ...
Click to expand...

Ужасные существа.

Ондатр · Mar 19, 2018

Византия
значила больше, чем просто страна с примерно миллионным населением, разорённой экономикой, торговлей полностью находящейся в руках генуэзцев и пустырями в центре столицы. Это был геополитический перекрёсток, центр всех международных интриг, в которые были вовлечены Орда, Египет, Хулагиды, Генуя, Венеция, Болгария, Сербия, Сицилия, Неаполь...
Но наибольшую угрозу для неё представляли не эти державы, и даже не Карл Валуа, а небольшие турецкие бейлики Западной Анатолии, последовательно пожиравшие последние азиатские владения империи.
На престоле сидел Андроник 2 Палеолог

- любитель учёности, литературы и наук, но не военного дела. Его учёные друзья несомненно играли большую роль в возрождении античного наследия и освоении мусульманской премудрости , но как чиновники отличались коррумпированностью и хищностью. Неучёные чиновники впрочем вели себя ещё хуже, разоряя страну почище турок.
В Сицилии Андроник поддерживал арагонскую династию. И потому решил использовать против турок испанских наёмников, решив, что это будет дешевле. (а личную гвардию его составляли аланы).

Ондатр · Mar 19, 2018

В 1302 наёмники, предводимые Рожером де Флором прибыли в Византию. Сам Роже имел за плечами буйную биографию. немец, рождён в Италии, был тамплиером, дезертировал, служил арагонцам, в Византии стад великим адмиралом, мужем племянницы императора, кесарем. Он одержал над турками ряд побед и собирался основать здесь собственное княжество. Когда прибыли новые каталаны, император испугался отозвал старых во Фракию, а в 1305 Рожер был убит гвардейцами в императорской ставке. Каталаны со своим новым предводителем в ярости начали крушить всё. четыре года они опустошали Византию, истребляя население, сжигая города и даже вырубая фруктовые деревья.
Предводители менялись. Сначала они готовы служить инфанту с Майорки, потом Карлу Валуа (присланный им адмирал сбежал сам)и наконец стали просто независимый странствующей бандой - "счастливым войском франков в Романии". Констанитинополь они не решились атаковать, так как их флот был уничтожен генуэзцами. На год (1309-10) банда обосновалась в Фессалии, как бы в союзе с её удельным правителем, но эту страну они грабили также. Только в 1310 фессалийцам удалось спровадить "компанию" дальше на юг - в латинское Афинское герцогство. герцог нанял для завоевания Фессалии предложив щедрую плату - каждый тяжеловооруженный всадник получал в месяц четыре унции золота, каждый легкий всадник — две унции и каждый пехотинец — одну унцию. Платить герцог не собирался. Завоевав то что хотел он отказался и отдать каталанам удерживаемые ими крепости в лен. В битве при Кефиссе в 1311 каталаны наголову разбили герцога, и захватили все его владения. В бою полегло до 700 афинских рыцарей. Их жён и дочерей, а также лены поделили победители. Погиб и герцог. Новым стал предводитель каталанов Роже Десслор, который вскоре передал владение королю Сицилии.

Ондатр · Mar 21, 2018

Византийская культура в описываемое время переживала подъём, известный как палеологовское возрождение. В это время жил ряд эрудитов, м.б. не слишком оригинальных, но энциклопедически образованных комментаторов.
Искусство Византии доминировало ив Италии.

View attachment 75837

Ондатр · Mar 21, 2018

Ондатр · Mar 20, 2018

Знамение эпохи это настоящая "мистическая революция" происходившая в Европе с вт. пол. 13 века.
В Византии это было рождение исихазма - как оформленной "йогической" системы - отцом её на Афоне был Григорий Синаит (т.е. с Синая) 1268-1346. Уже позднее теоретическое обоснование предоставил Григорий Палама (р. 1296). В 1309 он воспитывался при дворе и учился у Федора Метохита - главного эрудита эпохи и ректора придворной высшей школы.
в Испании вт. пол. 13 в. это рождение Каббалы - Моше де Леон, Абулафия и др.
а в Германии нач. 14 в. это время проповедей Мейстера Экхарта- величайшего западного мистика (он возглавлял саксонскую провинцию доминиканского ордена, а в 1311 откомандирован преподавать в Парижский университет). Теоретиком мистического направления был Дитрих Фрейбургский (ум. после 1310). Оба рассказывали о своих духовных дочерях, достигших высшего уровня мистической реализации.

но помимо этих вершин было ещё массовое движение францисканцев-спиритуалов, бегинок и т.п. полумонашествующих мирян занимающихся духовными практиками (без одобрения Церкви). в 1309 спиритуалам дали высказаться и в 1311 собор оставил их в ордене.
Экхарту в то время тоже удалось оправдаться в попустительстве полумонашествующим мирянам.

Ондатр · Mar 20, 2018

В ветке о 1231 году я писал об ощущении "свершённости" основных мировых религий к этому времени. Вот в нач. 14 в. этой свершённости явно достигает и католичество и в некотором роде и высокое средневековье как таковое.
Кроме мистиков были и величайшие теологи. Фома Аквинский умер в 1274, его самый прославленный противник Дунс Скотт в 1308.
Уильям Оккам - вождь новых номиналистов только начинал свою карьеру. Готическая архитектура нашла своё совершенное выражение западного христианства в формах.
Данте уже начал свою (Божественную) Комедию, 1309 год он встретил в Париже.
Наконец в Италии сиенская школа живописи даёт новое прочтение палеологовского возрождения, а Джотто даёт этой линии гениальное завершение (упоминаю их отдельно, так как это совсем не готические художники)

Ондатр · Mar 20, 2018

Но прежде чем отправится в Италию, кинем ещё взгляд на Средиземноморье в целом. Как когда то в Античности это снова было внутреннее и освоенное пространство, которое бороздили сотни кораблей. После поражения Пизы (сохранившей часть Сардинии), основных сил господствующих в регионе было четыре:
1. Венеция - владевшая Критом, частью Далмации, Эвбеей и многими греческим островами. Это главный контрагент Египта
2. Генуя - владела Корсикой, севером Сардинии, островами с северной части Эгейского моря, Фокеей, Перой в Константинополе. главный контрагент Хулагидов. генуэзцы плавали и в Атлантике, торговали с Англией и Фландрией, открыли Канарские острова, и даже птались обогнуть Африку.
3. Арагон. арагонская династия правила на Майорке (владела и тремя сеньориями во Франции), Сицилии и с 1312 в Афинах. За ней стояли каталонские города, прежде всего Барселона , - серьёзные соперники итальянцев

4. Анжуйский дом.
в его руках был Прованс, Неаполитанское королевство и княжество Ахайя на Пелопоннесе.
в 1300 внук неаполитанского короля Карл Роберт высадился в хорватской Далмации по приглашеню её графа и после 10 лет войны овладел Венгерской короной. В торговле анжуйцы опирались на прованские города и прежде всего Марсель.

Ондатр · Mar 20, 2018

Ондатр said: ↑

Наконец в Италии сиенская школа живописи даёт новое прочтение палеологовского возрождения, а Джотто даёт этой линии гениальное завершение
Click to expand...

сиенская школа

Дуччо

Ондатр · Mar 20, 2018

Ондатр · Mar 20, 2018

Джотто

list · Mar 21, 2018

Лекция о Джотто в Магистерии.

La Mecha · Mar 21, 2018

list said: ↑

Лекция о Джотто в Магистерии.
Click to expand...

Ирина Языкова - отличный автор. )

La Mecha · Mar 21, 2018

Ондатр said: ↑

было ещё массовое движение францисканцев-спиритуалов, бегинок и т.п. полумонашествующих мирян занимающихся духовными практиками (без одобрения Церкви). в 1309 спиритуалам дали высказаться и в 1311 собор оставил их в ордене.
Экхарту в то время тоже удалось оправдаться в попустительстве полумонашествующим мирянам.
Click to expand...

Лев Карсавин. Монашество в Средние века.

"После смерти Франциска, несмотря на определённо выраженное им и Домиником нежелание, минориты и доминиканцы становятся епископами и папскими легатами; на них возлагаются ответственные дипломатические и финансовые поручения; с молчаливого одобрения Папы они иногда становятся во главе коммун. В XIII веке нищенствующие монахи попадаются везде. Они проповедуют на городских площадях или в своих громадных церквях, исповедуют и совершают таинства, отбивая паству у местного клира; творят новых святых. Они – «инквизиторы еретического лжеучения». Они занимают посты епископов, надевают красную шапку кардинала и подымаются на папский престол. Они же становятся профессорами в виднейших университетах Европы.

Все нищенствующие ордена довольно быстро приблизили понимание своего идеала к традиционному и смягчили строгость своей жизни – обмирщились. Особенно это было чувствительно для францисканства, первичный идеал которого был наиболее строг и чист и основатель которого не хотел идти на компромиссы. Августинцы, тем более кармелиты, ближе стояли к традиционному монашеству. Доминиканцы, подойдя к идеалу эпохи с практической точки зрения, сознательно ослабили его и приспособили к своим целям. Поэтому ни у них, ни у августинцев обмирщение не было так заметно и не могло быть столь болезненным, как у миноритов.

Во францисканстве же сначала группа ближайших учеников Франциска, потом сменившие её «ревнители» стремились к сохранению первоначального образа жизни, к пониманию устава в духе святого. Бессильные направить орден по желаемой ими дороге, не осмеливаясь громко протестовать против толкования устава Папами, они пассивно сопротивлялись господам положения, стараясь примером своим влиять на остальных братьев. Они собирали и записывали воспоминания о Франциске, на примерах, взятых из его жизни, и его собственными словами старались показать истинность и обаятельность его идеала. Развивая литературу ордена, творя легенду, жила эта группа «зилотов», негодуя на «конвентуалов» и обмирщенных братьев – на отступников, хотя и сама она постепенно удалилась от жизни первых времён францисканства, как все минориты, переходя к осёдлости, увлекаясь наукою. Различие по существу превращалось в различие идеала. Зилоты не держались все вместе. Можно наметить несколько групп их: в Умбрии и Тоскане, в Марке Анконской и в Провансе. Но общение между этими группами, принимающими имя «спиритуалов», поддерживалось, и сознание единства общего идеала не терялось. Когда со вступлением на пост генерального министра Бонавентуры окончательно возобладали конвентуалы, сместив зилотского генерального министра Иоанна Пармского, отношения партий ещё более обострились, отчасти в силу крушения последних надежд спиритуалов на возрождение ордена, отчасти благодаря эволюции идей в их группе.

Эта эволюция тесно связана с распространением в их среде иоахимизма – течения, связанного с сочинениями калабрийского аббата Иоахима дель Фьоре, а ещё более с сочинениями, ложно ему приписанными. Иоахимизм пытался начертать будущие судьбы человечества, толкуя и сопоставляя священные тексты. Установив смену царства Бога Отца царством Бога Сына, он ожидал наступления царства Бога Духа, напряжённо ловя признаки его приближения и пытаясь наметить его начальный год. Аналогизируя будущее прошлому, он ожидал второго мессию, противопоставлял духовенству прошлого духовенство будущего, смутно намекая на какой-то орден, который преобразует мир. И спиритуалы – «иоахимиты» готовы были видеть во Франциске нового Христа, в его ордене – орден, предсказанный великим ясновидцем-аббатом, в его учении – истинное понимание Евангелия. Лихорадочно ожидая пришествия Антихриста, гонимые за еретические мысли Церковью, они видели в этих гонениях ясные указания на приближение царства Духа и тем крепче держались за свои идеи, тем резче отрицали современный им орден. Спиритуалам казалось, что они и есть настоящий, предсказанный Иоахимом орден, что падение захвативших власть конвентуалов неизбежно и близко.

Спиритуалы Южной Франции сплачивались около имени горячего защитника евангельской бедности Оливи (конец XIII века). Но сам Оливи был умереннее питавшейся его сочинениями и возведшей его в святые группы, не чуждой стремления отделиться от ордена. Вторым центром движения была Марка Анконская, где после долгой борьбы и преследований руководимая Либератом и Анджело Кларено группа спиритуалов выделилась из ордена, превратясь в «бедных еремитов Целестина», по имени сочувственно отнесшегося к верным ученикам Франциска Папы Целестина V. Из среды этих спиритуалов вышло так называемое обсервантское движение, приведшее в начале XV века к созданию самостоятельной ветви ордена. Но сама идея отделения реформированных монастырей исходила из третьей группы спиритуалов, находившихся в Тоскане и Северной Италии, вождём которых был Убертино да Казале.

Если отвлечься от еретических элементов спиритуальского движения, его можно рассматривать как выражение стремления к строгому пониманию апостольского идеала. Но этот же идеал находил себе исход и в движениях вне Францисканского ордена. Непринятый пармскими миноритами в орден, Сегарелли начал на собственный страх вести апостольскую жизнь, основал в 1260 году «орден апостолов», лишённый какой бы то ни было организации. Братья посвящали себя «заботе о душе» ближних (cura animarum), проповедуя на улицах и площадях, и жители Пармы давали им больше милостыни, чем миноритам. Церковь, подозрительно относившаяся ко всяким новшествам, уничтожила орден в 1285 году, и сам Сегарелли был сожжён (1300 г.). Но остатки братства собрал около себя брат Дольчино.

Теперь в движении выразились и иоахимитские идеи, и социальные чаяния масс; идеи апостольства и обновления христианства сочетались с революционным настроением и нравственной распущенностью. Движение не приобрело особенного распространения, и в 1307 году Дольчино взошёл на костёр. Подобные же группы бродячих, живущих подаянием Христа ради и гордящихся соблюдением Евангелия людей существовали во Франции, Провансе и Германии. Частью они стоят в связи с францисканскими спиритуалами и преследуются Церковью под именем бегардов и бегинов.

Часть таких организаций была признана и Церковью. Но они принадлежат более позднему времени. Сюда следует причислить некоторые группы иеронимитов: так называемых «Бедных еремитов святого Иеронима блаженного Петра Пизанского» (†1345 г.) (Fratres mendicantes ordinis S. Hieronimi) и иезуатов. Иезуаты, позже называемые также «апостольскими клириками святого Иеронима» и (за выделку ликёра) Padri dell'Acquavita, были обязаны своим появлением сьенскому купцу Джованни Коломбини, оставившему семью и начавшему со своим другом апостольскую жизнь. Иезуаты работали в госпиталях и проповедовали покаяние. Позже они посвящали себя главным образом уходу за больными во время эпидемий, распространившись не только в Италии, но и в Южной Франции (Тулуза). Орден был утверждён Папою Урбаном V в год смерти Коломбини (1357 г.) на основе устава Бенедикта, потом замененного августинским.
Но радикальное понимание Евангелия и идеал апостольства всё же не приобрели такого влияния и значения, как в конце XII и начале XIII веков.
В конце XIII века идея апостольства теряет своё значение и ценность для масс. Это объясняется тем, что под влиянием деятельности Церкви, еретиков и монахов, главным образом нищенствующих, среди масс получил распространение умеренный христианский идеал, нашедший себе выражение в религиозных организациях мирян и отвлекший внимание масс от радикальных форм христианской жизни.
Вступив в монашескую семью, нищенствующие ордена явились новым могучим орудием Церкви, более универсальным, чем прежние ордена, более связанным с папством и послушным его воле, глубже проникающим в жизнь. Благодаря нищенствующим орденам папство располагало необыкновенно удобными орудиями воздействия на мир и независимостью от местных сил. Но оно было уже занято не столько религиозными, сколько политическими задачами, и новые его орудия обветшали прежде, чем были использованы. Когда же в эпоху Реформации папство вернулось к своей религиозной миссии, на смену нищенствующим монахам пришли созданные новым религиозным подъёмом Католичества иезуиты..."

Click to expand...

La Mecha · Mar 21, 2018

Ондатр said: ↑

совсем не готические художники)
Click to expand...

То есть?
А такие необходимые условности, присущие средневековому искусству, как золотой фон, иконописные горки со стилизованной растительностью, прорисовка золотых ассистов на фигурах священных персонажей, сделанное с определенными целями искажение перспективы? Наконец, символизм даже самых мелких, кажущихся незначительными, деталей?

Некоторые особенности средневековой манеры письма есть и у Джотто...

La Mecha · Mar 21, 2018

Вот, например, "византийский" иконописный стиль.

Чимабуэ

Ондатр · Mar 21, 2018

Готика это вполне определённая стилистика, это не синоним "средневекового искусства". Я ведь не случайно перед этим поместил картинки палеологовского возрождения из Византии.

Готическое искусство Италии выглядело так

но под влиянием новаций это приняло в Италии ближе к 20-м вот такой вид

Ондатр · Mar 21, 2018

миниатюра про-византийского типа

Яник · Mar 21, 2018

Ондатр said: ↑

Готика это вполне определённая стилистика, это не синоним "средневекового искусства"
Click to expand...

А нельзя ли прямо указать: вот эта картинка средневековая, но не готика; а вот эта ее ровестница и явная готика.
(чтобы люди попроще разобрались)

Log in

1309

Ондатр Модератор

La Mecha Вечевик

Ондатр Модератор

La Mecha Вечевик

La Mecha Вечевик

Ондатр Модератор

La Mecha Вечевик

Ондатр Модератор

Ондатр Модератор

Ондатр Модератор

Ондатр Модератор

Ондатр Модератор

Ондатр Модератор

Ондатр Модератор

Ондатр Модератор

Ондатр Модератор

Ондатр Модератор

list Модератор

La Mecha Вечевик

La Mecha Вечевик

La Mecha Вечевик

La Mecha Вечевик

Ондатр Модератор

Ондатр Модератор

Яник Вечевик

Share This Page

Log in

1309

Ондатр Модератор

La Mecha Вечевик

Ондатр Модератор

La Mecha Вечевик

La Mecha Вечевик

Ондатр Модератор

La Mecha Вечевик

Ондатр Модератор

Ондатр Модератор

Ондатр Модератор

Ондатр Модератор

Ондатр Модератор

Ондатр Модератор

Ондатр Модератор

Ондатр Модератор

Ондатр Модератор

Ондатр Модератор

list Модератор

La Mecha Вечевик

La Mecha Вечевик

La Mecha Вечевик

La Mecha Вечевик

Ондатр Модератор

Ондатр Модератор

Яник Вечевик

Share This Page

Useful Searches