Ландшафт

Сейчас я собираюсь бессовестно расширить это понятие до невообразимых пределов. Ландшафт это место встречи природы и человека. Может быть правильнее было бы воспользоваться термином ноосфера, но речь пойдёт не о земле в целом. Ландшафт это место куда мы пришли, и где оставили следы - селение, страна, регион. Каждое поколение вносит в него изменение - оставляет следы, затирает следы предшественников, ведёт собственный диалог с природой. Быт, искусство, мысль всё проходит через ландшафт, отражает ландшафт, становится частью ландшафта, поглощается ландшафтом. Но ландшафт это и изменения в природе, и смена русел рек, и смена вёсен и осеней. Дома и деревья, духи и люди, звери и птицы, живущие ныне и бывшие прежде всё это ландшафт.

 

Путешествие по ландшафту это путешествие по времени-пространству, как нигде они слиты здесь воедино. чем глубже ландшафт укоренён в прошлом, тем он богаче. В соседних ветках я говорю о древних городах и о дворянских усадьбах и это тоже часть ландшафта, одна из самых выразительных. Наверно это то, что чем является для меня Россия - уникальный след в ландшафте. По Даниилу Андрееву, след прожигающий небеса и преисподни. И все измерения, и все отражения вот этого участка земли, все вертикали,
и все образы преломлённые в глазах и в умах всё находит здесь своё место.

 

спасибо. я в курсе.

 

Когда-то у меня была мысль проследить историю страны через историю небольшого участка ландшафта, может быть с район, или ещё меньше. Как отступали и наступали леса и болота, менялось русло рек, вырастали и исчезали селения, храмы, усадьбы.
Иногда удивительно долго живут дороги, обычные сельские просёлки могут идти сегодня точно также как сто, полтораста лет назад, хотя всё вокруг уже радикально изменилось...

 

Мордор прямо... похоже на окрестности какого-нибудь российского металлургического комбината.

 

Я ж говорю - мордор. Инфернальная очень эстетика. Но мне понравилось

 

супер...

 

земля ночью

 

Нда. Есть в этом что-то апокалиптическое.

 

Я имею в виду - вся планета погружена в ночь. В голове сразу проносятся целые сюжеты как такое могло случиться...

 

а о том, как снять планету в таком ракурсе, до сих пор соображаете

 

Это ж как извернуться надо... Прямо... коан!

 

И правильно делаешь.

Элиаде Религии Австралии
"В процессе обрядов инициации неофита постепенно знакомят с мифологическими традициями племени; он узнает обо всем, что произошло с «самого начала» (ab origine). Это «знание» тотально — то есть оно мифологическое, ритуальное, географическое. Узнавая, что произошло во Времена Сновидений, вновь посвященный узнает также, что должно делать, чтобы сохранить живущий и репродуцирующийся мир. Более того, ему открывается мифологическая — или мистическая — география: он узнает о бесчисленных местах, где сверхъестественные существа проводили ритуалы или делали важные вещи. Мир, в котором с этого времени существует вновь посвященный, это и полный значения «священный» мир, поскольку сверхъестественные существа населили и преобразовали его. Следовательно, всегда можно «ориентироваться» в мире, у которого есть священная история, мире, в котором каждая существенная черта или особенность ландшафта связана с мифическим событием. У.Э.X.Станнер, характеризуя мифологическую географию муринбата, пишет; «Муринбата считают, что земля полна прямых свидетельств происшедшей некогда драмы. Места кульминации событий известны и имеют свои названия, и каждое такое место несет в себе некое доказательство подлинности — особые очертания, ассоциирующиеся с формами или обликом задействованных в мифах предметов и персонажей и как бы представляющие модель великого события». Подобным образом Спенсер и Гиллен, описывая свое путешествие в важный тотемический центр в сопровождении небольшой группы местных жителей, раскрывают мифологическую географию племени варрамунга. Гряда холмов отмечает путь, пройденный мифическим предком-тотемом, летучей мышью. Вертикальная скала представляет другого предка, человека-опоссума; низкая гряда белых кварцитовых скал свидетельствует о том, что какая-то мифическая женщина во Времена Сновидений бросила здесь белые муравьиные яйца. «Все время, пока мы продвигались вперед, старики говорили между собой о природных явлениях, ассоциирующихся в мифологической традиции с этими и другими тотемическими предками племени, и указывали нам на них». Таким образом, за три дня путешествия они прошли мимо бесчисленных материальных следов первобытных тотемических (культурных) героев. Наконец они приблизились к знаменитому источнику, где жил мифический змей Воллунка. Возле священного водоема местные жители «притихли и посерьезнели», и «старшие мужчины из тотемической группы подошли к краю воды и, со склоненными головами, шепотом, обратились к Воллунке, прося его оставаться спокойным и не причинять им вреда, потому что они — его друзья… Мы могли ясно видеть, что все это для них было абсолютно реальным и что они глубоко верили, что Воллунка в самом даче жил под водой и наблюдал за ними, хотя они не могли его видеть».
Нужно прочесть описания, данные Спенсером и Гилленом in extenso, чтобы понять, почему даже самый унылый пейзаж внушает аборигенам благоговение: каждый камень, ручей, источник представляют конкретный след священной драмы, произошедшей в мифологические времена. Для западного читателя эти бесконечные скитания и случайные встречи с героями Времени Сновидений кажутся излишне монотонными. (Но ведь и скитания Леопольда Блума в «Улиссе» кажутся монотонными почитателю Бальзака или Толстого.) Для аборигена следы мифической драмы — больше, чем шифр или трафарет, который позволяет им читать священные истории, впечатанные в пейзаж. Они открывают ему историю, в которую он экзистенциально вовлечен. Он сам — не только результат этих бесконечных скитаний и действий мифологических предков; во многих случаях он — воплощение одного из этих предков. Как пишет Т.Г.X.Штрелов: «Вся природа для него — это его живое, многовековое генеалогическое дерево. История о его тотемическом предке для местного жителя — рассказ о его собственных действиях в начале времен, на туманной заре жизни, когда мир, который он знает, обретал очертания и форму во всемогущих руках. Он сам играл роль в этом первом славном приключении, роль более или менее значительную, в зависимости от первоначального ранга предка, чьим воплощением он сейчас является».
Изучая мифологическую исгорию знакомой местности, вновь посвященный испытывает своего рода анамнез (anamnesis): он вспоминает о своем появлении на свет в первобытное время и о самых далеких своих деяниях: «В момент рождения человека тотемический предок, воплотившийся в новорожденном, совершенно „не помнит“ своего прежнего существования. Для него предыдущие месяцы были „сном и забвением“, Если он рождается мальчиком, старики позже посвятят его и вновь познакомят с древними церемониями, которые он сам установил во время своей прежней жизни». Через инициацию посвящаемый открывает для себя, что он уже был здесь в начале; он был здесь в облике мифического предка. Узнавая о делах своего мифического предка, он узнает о собственном славном «предсуществовании». Наконец, его учат воспроизводить себя таким, каким он был ab origine, то есть он должен имитировать собственную первоначальную модель".

 

http://forum.arimoya.info/threads/Бабочка.745/