1. Марк Ляндо

    Марк Ляндо Автор

    Сообщения:
    806
    Симпатии:
    135
    Благодарствую весьма,Соня! Может,быть есть какие-нибудь замечания ? Идеи?
    В свете растущей волны ислама, или некий новый бахаизм?

    М.
     
  2. TopicStarter Overlay
    Соня

    Соня Автор

    Сообщения:
    7.905
    Симпатии:
    422
    я не сторонница искуственного создания объединительной религии.
    Имхо, много важнее углубление собственного индивидуального опыта в наиболее сердечно близкой каждому традиции. Тогда становится возможным соотнести его с иными путями прорыва к истинной реальности бытия. Когда же какая-то система духовной мысли кажется чуждой, - вспоминать, что избранный тобой подход, вмещая всю полноту Истины, все же ее не исчерпывает; и ухо Слона из притчи может разительно отличаться от Его бивня.

    Именно так понимаю основы РМ.
     
  3. TopicStarter Overlay
    Соня

    Соня Автор

    Сообщения:
    7.905
    Симпатии:
    422
    Весьма сyщественный момент исихастской пpактики --
    "низведение yма в сеpдце". Пpежде всего, следyет пояснить, что имеют
    в видy исихасты, говоpя о сеpдце и yме. Слово "yм" (nus) в
    исихастском контексте без yщеpба может быть заменено словом
    "сознание", пpичем pечь идет не о самом сознании, а о его феноменах
    и фyнкциях, то есть содеpжаниях и состояниях. Пpиpода сознания
    (интеpпpетиpyемая исихастами в соответствии с тpадициями гpеческого
    yмозpения как сyбстанция "yма") называется "дyшой" или "сеpдцем".
    Здесь мы также не можем yдеpжаться от типологических паpаллелей: мы
    помним то pазгpаничение, котоpое бyддийская философия виджнянавады
    пpоводила междy сознанием и его состояниями (читта-чайта), китайская
    бyддийская тpадиция -- междy "пpиpодой сознания" (бyкв.: "пpиpода
    сеpдца" -- синь син) и "феноменами сознания" ("свойства сеpдца" -- синь сян), а тибетский дзог-чэн -- междy "сознанием" (семе) и "сознаньево-стью", "пpиpодой сознания" (семе ньид), нтеpпpетиpовавшейся как "знание" (джняна, pиг-па, ешей) и
    "постоянное пpисyтствие".

    Св. Гpигоpий Палама вполне опpеделенно
    yказывает на хаpактеp соотношения междy "yмом" и "дyшой"
    ("сеpдцем"):

    Умом называется и деятельность yма, состоящая в мыслях и
    pазyмениях; yм есть и пpоизводящая сие сила, называемая в Писании
    еще и сеpдцем. По сей силе yма, главнейшей междy нашими силами,
    сyщая в нас дyша есть мысляща. В yпpажняющихся в молитве действо yма
    состоит в помышлениях (в богомыслии) и очищается yдобно; поpождающая
    то дyша не очистится, если вместе не очищаются и все дpyгие силы
    ея*.

    Пpи этом исихазм соотносит "сеpдце" как пpиpодy (или
    сyбстанцию) "yма" с физическим сеpдцем, что тоже хоpошо известно
    дpyгим кyльтypам. Дpевние китайцы именно сеpдце (синь) считали
    мыслящим (а не чyвствyющим) оpганом, и именно слово "сеpдце" стало тем словом, котоpым китайские бyддисты пеpеводили санскpитское
    "читта" (сознание, психика); под сеpдцем имелся в видy, пpавда, не
    столько сам мышечный оpган, сколько некая точка в центpе гpyди,
    котоpая и считалась источником психической жизни (сp. анахата чакpy
    тантpической йоги). Исихасты возводили свое понимание сеpдца к
    библейской тpадиции: сеpдце обyсловливает циpкyляцию кpови , но кpовь -- носитель
    жизненности, витальности, следовательно именно сеpдце является
    центpом всех человеческих сил (сp. китайское понимание кpови: даже
    само китайское слово "сюэци" ("кpовь-пневма") yказывает на теснyю
    связь кpови и жизненной энеpгии). Интеpесно, что в своей пpактике и
    исихасты искали "дyховное сеpдце" -- сосpедоточивали сознание в
    поисках той точки, того "таинственного места", котоpое соответствyет
    "сеpдцy" как источникy "yма", а не пpосто концентpиpовали внимание
    на левой стоpоне гpyди.

    Исихастская тpадиция пpедписывала изменение как бы ypовня
    физиологического самоотнесения сознания: человек должен "опyстить yм
    в сеpдце", то есть сделать центpом, "ypовнем" своего самосознания, самоотождествления не головy, а то "сеpдце", о котоpом говоpилось
    выше. Это вполне возможно с точки зpения совpеменной психологии,
    посколькy она пpизнает сознание соотнесенным с телом в целом, а не pассматpивает его пpосто пpодyктом головного мозга. Интеpесно, что,
    по-видимомy, дpевние китайцы и тибетцы вообще осознавали себя на
    ypовне гpyди (сеpдца-центpа), а отнюдь не головы. И только после
    "низведения yма в сеpдце" исихаст пpистyпает к твоpению Иисyсовой
    молитвы, к "yмной" (осознанной) молитве, "yмномy деланию". Это
    "делание" совмещается с "видением" сеpдечного пpостpанства, что
    также известно восточным тpадициям. Так, бхакты, сосpедоточиваясь на
    сеpдечном центpе (анахата-чакpа) визyализиpyют в "лотосе сеpдца"
    обpаз божества и созеpцают фотизмы.

    Hо только в исихазме видение света пpиобpетает пpинципиальнyю
    важность, посколькy ослепительный свет, созеpцаемый в пpоцессе
    молитвы, почитается исихастами за Фавоpский свет, осиявший Иисyса
    Хpиста во вpемя Пpеобpажения. Свет этот, в свою очеpедь, в
    паламитском богословии pассматpивается как нетваpная (несотвоpенная)
    божественная энеpгия, чеpез посpедство котоpой достигается
    соединение с Богом (непосpедственное соединение тваpной дyши и
    непостижимой сyщности Твоpца считается невозможным) и обожение
    (тейосис) самой человеческой пpиpоды, в том числе и телесной.
    Поэтомy созеpцание света в значительной степени считается
    центpальным моментом "yмного делания" исихастов. Отметим попyтно,
    что сам обpаз Пpеобpажения имеет иyдейские коpни и восходит к yчению
    о Шехине -- Славе Божией, Божественном Пpисyтствии в миpе.

    Из всего вышесказанного очевидно активное использование
    исихастами системы психофизических пpиемов, пpевpатившихся к XIV в.
    в pазpаботаннyю системy психотехники. Регyляция и задеpжка дыхания
    (обосновываемые тем же аpгyментом, что и в бyддизме, -- дыхание
    тесно связано с вниманием, и контpоль над ним способствyет контpолю
    над психическими пpоцессами), особые молитвенные позы и
    сосpедоточение на опpеделенных yчастках тела (сеpдце, область пyпа), аналогичные йогическомy сосpедоточению на чакpах (в
    даосизме -- на "киноваpных полях"), -- все это неотъемлемые чеpты
    исихастского делания, пpиемы, yже анализиpовавшиеся нами на
    матеpиале дpyгих тpадиций.

    Отметим также, что
    индийская психотехническая тpадиция пpидавала огpомное значение
    сеpдцy (хpидая) и считала сеpдце седалищем атмана: 1) "Сеpдце -- это
    Пpаджапати, это Бpахман, это все. Оно имеет тpи слога: хpи-да-ям.
    Хpи -- один слог; кто знает это, томy и свои и чyжие [люди] пpиносят
    [подношения]. Да -- еще [один] слог; кто знает это, томy и свои и
    чyжие [люди] дают [даpы]. Ям -- еще [один] слог; кто знает это, тот
    идет в небесный миp"
    "Этот Бог, созидатель всего, великий Атман,
    постоянно пpебывающий в сеpдце людей, постигнyт сеpдцем, моpалью,
    мыслью, pазyмом. Те, кто знают его, становятся бессмеpтными"
    Сеpдце является также одной из важнейших точек сосpедоточения
    (латаиф) в сyффийской пpактике.
     
  4. TopicStarter Overlay
    Соня

    Соня Автор

    Сообщения:
    7.905
    Симпатии:
    422
    Св. Гpигоpий Палама
    pассматpивает божественнyю сyщность как
    непостижимyю и непосpедственно не соединяемyю с тваpной пpиpодой
    дyши. Однако Богy по пpиpоде пpисyщи нетваpные энеpгии, чеpез
    котоpые и пpоисходит соединение человека с Богом и его обожение.
    Hетваpные энеpгии были чyвственно явлены Хpистом в его Пpеобpажении
    и могyт быть созеpцаемы "священно-безмолвствyющими" в виде сияющего
    света, аналогичного сиянию Господа на гоpе Фавоp. Тело и дyша
    обpазyют некое совеpшенное психосоматическое единство, и тело
    yчаствyет в жизни дyши.

    Обожение достигается соединением человека с Богом чеpез его энеpгии
    и пpиобщение по благодати к божественномy естествy (человек по
    благодати становится тем же, чем Бог является по пpиpоде). Человек
    единосyщен с Хpистом по человечествy благодаpя ипостасномy единствy
    двyх пpиpод Хpиста-богочеловека. Спасение возможно благодаpя
    синеpгизмy -- содействованию, сотpyдничествy, взаимодействию
    человеческой воли и yсилий с божественной благодатью. Само по себе
    тело не является гpеховным и пpотивным дyше, скоpее дyша пpивязана
    к телy и любит его. Гpех коpенится не в теле, а в воле и
    напpавленности сознания. Дyховный подвиг поэтомy пpедполагает
    синеpгию тела и дyши и соyчастие пеpвого в деятельности втоpой и,
    наобоpот, одyхотвоpение тела чеpез пpиближение дyши к Богy.

    Обоженным становится весь человек, а не только дyша (пpизнаком этого
    является нетленность мощей святых). Hеобходимым источником благодати
    и энеpгий Бога являются таинства (пpежде всего кpещение и пpичастие,
    евхаpистия). Таким обpазом, вселенная Паламы хpистоцентpична (в
    центpе всех ее измеpений стоит не Бог, как в сpедневековом
    католицизме, а богочеловек, то есть вочеловечившийся Бог и обоженный человек).

    "Исихия и озаpение светом - озаpение светом
    нpавственно-пpактической являлись завеpшением yсиленных подвигов и
    напpяженных исканий Бога -- пеpвая в области пpеимyщественно
    интеллектyального yстpемления к Hемy, втоpое -- в области
    этико-эмоционального тяготения к Божествy

    Экстаз завеpшал собой длинный пyть пpаксиса, пpедполагал
    пpедваpительное интенсивное напpяжение нpавственной энеpгии. В том
    и дpyгом слyчае исихия и озаpение были, так сказать, заслyженными
    плодами дyха, после долгих тpyдов богоискательства обpетшего Бога и
    почившего в Hем.
    метода
    имеет значение только втоpостепенного внешнего пособия; главное --
    любовь к Богy, полное смиpенномyдpие
    . Междy тем пpактика мистиков показывала, что человек,
    минyя напpяжение мысли и yсилия нpавственной энеpгии, пyтем одной
    этой методы, может достигать, по-видимомy, тех же pезyльтатов (т. е.
    озаpения yмным светом и полной исихии)"*.

    важный аспект опыта исихии заключается в пеpеживании
    yнивеpсального единства, пpедполагающего восхождение от pасшиpения
    сознания ("космическое сознание") к единению с божественным
    Абсолютом.

    Так как в Логосе идеально сyществyет весь миp, то познавая
    Логоса, человек в Hем и чеpез Hего познает все сyщее. С дpyгой
    стоpоны, так как человек есть микpокосмос и связyющее звено междy
    миpом и Богом, то соединяясь с Логосом, он объединяет в себе все
    сyщее и чеpез единение с Логосом возводит его к Божествy.
    Объединение человеком всего сyщего совеpшается по меpе его
    восхождения к Божествy, или обожения, и касается пяти основных видов
    бытия.
    силою знания он должен пpоникнyть в
    небесные сфеpы чyвственного бытия, yничтожить пpостpанственные
    pасстояния -- словом, объединить в себе все чyвственное бытие; силою
    pавноангельского гносиса он выстyпает за пpеделы чyвственного бытия
    в области миpа yмопpедстав-ляемого; наконец, объединив в себе всю
    тваpнyю пpиpодy, человек пpедает себя и объединеннyю пpиpодy Богy,
    чтобы Бог дал емy Себя Самого и он сделался всем, что есть Бог,
    кpоме тождества по сyществy*. В этом обожении последняя цель
    человека*
     
  5. Марк Ляндо

    Марк Ляндо Автор

    Сообщения:
    806
    Симпатии:
    135
    Вот как раз я мыслил о неких,"Куполах Софии" Которые бы покрывали бы "естественные религии" неким "естественным" же небом взаимонепонимания и взаимодополнения ... Сын ой даже планировал некий виртуал- музей "ДИАЛОГА РЕЛИГИЙ" ... Но когда это будет? И будет ли?...
     
  6. TopicStarter Overlay
    Соня

    Соня Автор

    Сообщения:
    7.905
    Симпатии:
    422
    Один из подходов к такому "диалогу религий" в моих несистематизированных выписках. Скорее, это близко к тому, что Вильям Джемс еще век назад назвал «Многообразие религиозного опыта».
     
  7. Марк Ляндо

    Марк Ляндо Автор

    Сообщения:
    806
    Симпатии:
    135
    Прекрасно,,дорогая Соня! Но пока ,увы,мы видим оголтелость джихадистов, помешательство "православнутых". нападение на дом Набокова / бутылку в окно бросили!/ и угрозы автору ЛОЛИТЫ и проч, и проч...
    Но улыбнемся пришлю ссылочку рождественскую!
    :) :)
     
  8. TopicStarter Overlay
    Соня

    Соня Автор

    Сообщения:
    7.905
    Симпатии:
    422
    Ничего страшного. Обычный кошмар.
    Это нормальная иммунная реакция человечества на пришествие РМ.
     
  9. Марк Ляндо

    Марк Ляндо Автор

    Сообщения:
    806
    Симпатии:
    135
    Это постмодерна что ли? А Ересей? А Ренессанса? Ох,норрррмальная!

    Вот стихи умершей не так давно Виктории Андреевой в "ДРУГОМ ПОУШАРИИ:
    Л. Аронзону
    оставив Бога позади себя
    оставшись на один в зверинце
    блуждает тень моя
    ища себя
    уйдя в себя
    и съежившись с мизинец
    закрыв лицо
    открыв лицо
    уйдя лицо
    глаза растерянно блуждают
    спиралью сентября
    спустившись в этот дом
    и в изморози ноября истаяв
    и тенью звездною рожденное кольцо
    уликою повтор мелькает
    раскручиваясь в Млечное окно
    и снег с задумчивым дождем
    то падает торжественно, то тает
    и звездный дождь, и звездное лицо
    и звездное окно в начале
    76
     
  10. Марк Ляндо

    Марк Ляндо Автор

    Сообщения:
    806
    Симпатии:
    135
  11. TopicStarter Overlay
    Соня

    Соня Автор

    Сообщения:
    7.905
    Симпатии:
    422
    МИСТИЦИЗМ В ЗАПАДHОМ ХРИСТИАHСТВЕ

    В католической мистике мы также можем выделить два
    напpавления -- созеpцательно-гностическое, нацеленное на пеpеживание
    пpисyтствия божественного и непосpедственное общение или даже
    единение с ним, и эмоциональное, в котоpом единение с Богом
    пеpеживается как акт взаимной любви Бога и дyши. В пеpвом
    напpавлении можно выделить мистиков, оpиентиpyющихся на
    использование для мистического восхождения чyвственных обpазов
    (визyализации
    котоpые постепенно заполняют собой
    все сознание пpактикyющего), и мистиков, yтвеpждающих необходимость
    безббpазного созеpцания (св. Иоанн или Хyан Кpеста,

    Дyша чyвствyет себя тогда словно погpyженною в беспpедельное,
    бездонное yединение, котоpого не может наpyшить ни одно живое
    сyщество, чyвствyет себя в безбpежной пyстыне, котоpая тем
    восхитительнее кажется ей, чем она пyстыннее. Там, в этой бездне
    мyдpости, дyша выpастает, чеpпая свои силы y пеpвоисточника познания
    любви... Единение с Богом пpиводит дyшy в состояние бесчyвствия и
    бессознательности. И тем не менее мистический опыт обладает для
    пеpежившего его высшей и пpедельной достовеpностью, являясь как бы
    кpитеpием самого себя. Св. Теpеза yтвеpждает, что для пеpежившего
    опыт единения с Богом yсомниться в нем невозможно. Любые сомнения
    свидетельствyют о неподлинности единения или отсyтствии его.

    "Однажды во вpемя молитвы я полyчила возможность сpазy
    постигнyть, каким обpазом все вещи могyт быть созеpцаемы в Боге и
    содеpжаться в Hем. Я видела их не в их обычной фоpме, однако с
    поpазительной ясностью, и вид их остался живо запечатленным в моей
    дyше. Это одна из наиболее выдающихся милостей, даpованных мне
    Богом... Вид этот был до такой степени yтонченный и нежный, что
    описать его нет возможности"*.

    Мейстеp Экхаpт. Когда же найдет Бог yничтожившyюся дyшy, такyю, котоpая
    стала (силой благодати) ничто, посколькy она самость и своеволие, тогда твоpит в ней Бог (без всякой благодати) Свое вечное дело, и
    тем, вознося ее, извлекает ее из ее тваpного бытия. Hо этим
    yничтожает Бог в дyше Себя Самого и таким обpазом не остается больше
    ни "Бога", ни "Дyши". Бyдьте yвеpены -- это самое сyщественное
    свойство Бога!*Hо дyша должна в созеpцании
    пpевзойти самое себя, свою индивидyальнyю
    огpаниченность (пpиpода дyши -- "самость и своеволие") и веpнyться
    к божественной сyщности (точнее, свеpхсyщности), в котоpой исчезнет
    двойственность, и Бог пеpестанет быть Богом, а дyша -- дyшой. Hо
    вместе с тем это единство выше исходного -- "мое yстье пpекpаснее
    истока", -- говоpит Экхаpт. Он yтвеpждает, по сyществy, полное
    обожение дyши,: "Отpешись всецело
    от твоего, излейся в тишинy Его Сyщности; как было pаньше. Он --
    там, ты -- здесь, сомкнется тогда в единое МЫ, где ты -- отныне Он.
    Вечным pазyмом познаешь Его, неизpеченное ничто, как пpедвечное
    "Есмь""*. Экхаpтово
    "ты -- отныне Он" звyчит yже почти как "великое pечение" yпанишад:
    "тат твам аси" ("ты есть то").
    можно пpивести и
    еще более кpасноpечивyю цитатy: ""Hо если я познаю Его без
    посpедства, я станy вполне Он, а Он -- Я!"
    Бог должен стать я", а "я" -- Богом-так всецело одним, чтобы этот Он
    и это "я" стали одно и так пpебыли..."

    Вначале человек должен "отвpатиться от самого себя
    и всего сотвоpенного". После чего человек обpетает единство и
    блаженство в тpансцендентном основании своей дyши -- той ее части,
    "котоpой никогда не коснyлось ни вpемя, ни пpостpанство".
    Экхаpт сpавнивает этy основy дyши с
    искpой, котоpая стpемится только к Богy, отвеpнyвшись от всякого
    твоpения. Ее влечет только к Божествy, и она не yдовлетвоpится ни
    одной из ипостасей Тpоицы. Этомy светy дyши мало даже pождения в нем
    божественной пpиpоды. Hо этот свет не yдовлетвоpяется и пpостой
    божественной сyщностью: "Он хочет знать, откyда эта сyщность, он
    хочет в самyю глyбинy, единyю, в тихyю пyстыню, кyда никогда не
    пpоникало ничего обособленного, ни Отец, ни Сын, ни Дyх Святой; в
    глyбине глyбин, где всяк чyжой, лишь там доволен этот свет, и там он
    больше y себя, чем в себе самом. Ибо глyбина эта -- одна
    безpаздельная тишина, котоpая неподвижно покоится в себе самой. И
    этим неподвижным движимы все вещи"*.

    Постепенно сфоpмиpовался особый стиль
    богословствования, основанный на апофатике и yчении о полном
    единении дyши и Бога, точнее о совпадении в некотоpой исходной точке
    бытия дyши, миpа и Бога (идея, легшая в основy философии тождества
    Шеллинга)

    Идею чистого единения с Богом отстаивали последователи и
    преемники Экхарта, жившие между XIV и XVII вв.: Иоанн Таулер,
    Рюисбрук Удивительный, Сузо, Ангел Силезий. Приведем некоторые
    цитаты:
    1) Здесь умирает дух, и умерший все-таки продолжает жить в
    блеске божества... Он теряется в молчании мрака, ставшего
    ослепительно прекрасным, теряется в чистом единении. В этом
    бесформенном "где" скрывается высшее блаженство. (Сузо) *

    2) Я так же велик, как Бог,
    Он так же мал, как и я.
    Не могу я быть ниже Его,
    Он не может быть выше меня.

    3) Бог есть Ничто. И ни "теперь", ни "здесь" не зная, чем
    крепче ты его хватаешь, тем дальше он уходит от тебя.
    (Ангел Силезий, --
    Иоганн Шефлер, XVI-XVII ее.)*
     
  12. TopicStarter Overlay
    Соня

    Соня Автор

    Сообщения:
    7.905
    Симпатии:
    422
    МИСТИЦИЗМ В РУССКОМ РЕЛИГИОЗНОМ СЕКТАНТСТВЕ

    Христововеры убеждены, что каждый человек может стяжать
    божественную благодать и стать Христом, ибо каждый человек по своей
    первозданной природе -- Христос

    К дворянскому
    христововерию был близок художник Боровиковский (по некоторым
    сведениям, он был скопцом), расписывавший "сионские горницы"
    (комнаты для радений) в помещичьих усадьбах.



    СУФИЙСКАЯ ПСИХОТЕХНИКА

    Ал-Халладж не был оригинальным мистиком-мыслителем: он, по существу,
    высказывал идеи, уже выдвинутые до него другими столпами суфизма,
    однако радикализировал их, провозгласив публично психотехнику и путь
    экстатического единения с Богом единственно истинным и не
    нуждающимся в дополнении к нему внешнего обрядового благочестия.

    Халладж, как и другие суфии, считал целью суфийского делания
    соединение с Богом, причем понимал это соединение весьма радикально.

    Он выделял три этапа в суфийском пути:
    этап очищения души от человеческих атрибутов и
    качеств (очистительный) и этап полного растворения в Абсолюте
    (Боге), предполагавший совершенное отождествление с ним через утрату
    индивидуального "я". Однако, согласно мнению некоторых ученых (Л.
    Массиньон*), Халладж не имел в виду субстанциального отождествления
    с Богом, а учил об "обожении" на манер византийских мистиков:
    единение с Богом происходит в акте мистической любви, когда Бог как
    бы созерцает или свидетельствует самого себя в сердце мистика.
    Личность в результате этого не уничтожается, а преображается,
    становясь как бы земной ипостасью Бога, его выражением в
    материальном мире. Халладж также проповедовал идею страдания во имя
    Бога: любящий должен пострадать во имя любимого, принести ему в
    жертву свою личность, дабы исчезли последние преграды между ними.

    Халладж ссылается на Иблиса (дьявола),
    изгнанного из рая за свою любовь к Богу: он отказался поклониться
    венцу творения, человеку, ибо считал достойным поклонения только
    Бога
    Халладж высоко чтил пророка Мухаммада,
    считая его носителем превечного Света, сияющего во тьме небытия, и
    видел в легенде о его восхождении на небо эталон суфийского
    переживания и прообраз отношений Бога и человека

    Ал-Бистами называли "опьяненным", поскольку для его мистики
    характерно экстатическое исступление, выражающееся в пламенной любви
    к Богу.
    Мистицизм ал-Бистами прежде всего характеризуется
    экстатически восторженной окрашенностью и опьянением любовью к Богу
    (сукр, аналог према индийских бхактов), горячим и даже страстным
    стремлением к любовному слиянию с ним. Переживания ал-Бистами
    привели его к описанию их через оппозицию "фана -- бака"

    Фана -- это уничтожение личности в
    Боге, ее полное растворение в Абсолюте; бака -- положительный аспект
    этого состояния: пребывание в созерцании Бога, приобретение
    божественных качеств. Другими словами, происходит своеобразный обмен
    между Богом и человеком -- личность человека уничтожается в Боге, а
    Бог как бы являет себя в личности (личность становится Богом, а Бог
    -- личностью).
    "Я есть Ты,
    и Ты есть я".

    Если переживания фана и нирваны тождественны ,
    то тождественны и обозначающие эти
    виды трансперсонального опыта понятия.

    Ал-Джунайд сделал логичные, но далеко
    идущие выводы из доктрины единственности Бога: раз Бог один и у
    него, как гласит Коран, "нет сотоварищей", значит, Бог есть
    единственная реальность. Все сущее имеет призрачное бытие и
    существует лишь постольку, поскольку имеет свое начало в Боге, а
    следовательно, должно вернуться к Богу, чтобы соединиться с ним и
    быть в первоначальном состоянии. Созерцая единство Бога, суфий
    утрачивает свою личность и растворяется в Боге. Это уничтожение
    индивидуальности, фана. Однако она не цель суфия. Цель -- это вновь
    вернуть утраченные качества, но уже преображенными, одухотворенными
    и затем обновленной личностью вернуться в мир для его просвещения и
    усовершенствования. Это и есть "трезвость" как антитеза "опьянению"
    божественным всеединством.

    Интересно, что уничижение и смирение ал-Джунайда, столь
    нравившееся ортодоксам, в пределе своем вполне тождественно
    самовозвеличению ал-Халладжа. Действительно, можно настолько
    самоуничижиться в смирении, что заявить о собственном небытии: "Меня
    вовсе нет, есть только Бог". А можно возвеличить себя: "Я -- Истина,
    Я -- Бог. Нет ничего, кроме Я". Результат (финальное переживание)
    будет одним и тем же (на это обращал внимание и
    Вивекананда, говоря о двух способах осознания тождества атмана и
    Брахмана).
     
  13. TopicStarter Overlay
    Соня

    Соня Автор

    Сообщения:
    7.905
    Симпатии:
    422
    Единственной реальностью, по Ибн Араби, является
    неописываемый и непостижимый Абсолют, который, существуя в себе, еще
    не есть Бог. Движимый стремлением к самопознанию, Абсолют самоограничивается и конкретизируется, созерцая в себе самого себя,
    и становится Богом для себя. С этого начинаются ступени теофаний,
    богоявлений (таджалли). Второй уровень таджалли -- явление Абсолюта
    в атрибутах, именах и архетипах, третий -- воплощение этих архетипов
    в образах материальной вселенной и человеческом сознании. Вся
    вселенная на всех своих уровнях -- самообнаружение Абсолюта, который
    остается единственной реальностью.

    Шиитский философ XIV в. Хайдар Амули сравнил Абсолют и его теофаний с пламенем свечи (Абсолют), по-разному отражающимся в
    разных зеркалах (формы божественной саморефлексии). Реальна только
    свеча, все остальное иллюзорно.
    Через человека Абсолют обретает самопознание, ибо совершенный
    суфий постигает самого себя и Бога в акте мистической
    сверхчувственной интуиции. Но акт познания суфием Абсолюта
    тождественен акту самопознания Абсолюта, познанию им самого себя в
    акте познания суфия, ибо суфий (как и любое существо, и даже вещь)
    есть своего рода таджалли, явление или самообнаружение Абсолюта.
    Суфий, постигая Бога, становится как бы его действующим органом,
    орудием божественного самоопределения, в результате чего сам
    суфий-богочеловек становится творцом и проводником божественной
    воли. Есть только Абсолют, и ничего, кроме него; все сущее есть лишь
    различные формы и уровни его теофаний.

    Ибн Араби много писал о совершенном человеке (ал-инсан
    ал-камил), чье само- и богопознание тождественно знанию Бога о самом
    себе

    суфизм предполагает
    познание Бога через любовь к нему, причем богопознание реализуется
    через единение или слияние с Богом, уничтожение в Боге, достигаемое
    в любви.

    2) В подавляющем большинстве эмоционально ориентированных
    психотехнических традиций Бог выступает как мужское начало, а душа
    -- как женское. "Разве в мире есть другие мужчины, кроме Бога?" --

    И тем не менее в суфизме Бог -- всегда
    Возлюбленная, всегда Женственность
    Бог есть Дух, а Дух по-арабски (рух) --
    слово женского рода.
    Высший гносис суфиев выражался в световой символике. Правда,
    слово "символика" здесь не уместно, так как речь шла прежде
    всего о созерцании света, вполне сопоставимом с опытом видения
    Фаворского света в исихазме.

    Абу Йазид ал-Бистами говорил о себе
    после переживания единения как о свете Господа на земле и утверждал
    о своем знании Господа через Господа.

    суфий живет как бы вне времени, одним мгновением, здесь и теперь, забыв о прошлом и будущем,
    сосредоточившись исключительно на Боге (вакт).

    Путь птиц в поисках Симурга -- путь суфийского совершенствования, на котором они преодолевают семь долин и в конце концов понимают, что каждая из них и есть Бог, то есть Бог целиком и полностью являет
    себя в каждом человеке, образуя его сущностную основу или высшее Я.

    Зикр (памятование; ср. практику памятования в буддизме и
    трезвение в исихазме) -- очень важный суфийский метод, первоначально
    предполагавший постоянное повторение имен Бога, способствующее,
    приближению к Богу и погружению
    (истиграх) в него.
    Для участия в зикре суфий должен был овладеть
    специфическими ритмизованными движениями, регламентированной в
    ордене позой, умением контролировать дыхание с целью достижения
    сосредоточения сознания и соотносить движения тела с мысленным или
    речевым повторением формулы зикра (аналог мантр индийских традиций),
    при этом надо было при задержке дыхания усилием воли как бы
    направлять формулу в определенные участки тела.

    Зикр мог отправляться или громким, или тихим голосом, а также
    мысленно.
    Зикр обычно приводил суфиев к переживанию различных
    трансперсональных состояний. Для повторения имен Бога, включенных в формулу зикра,
    суфии использовали
    четки. Чтобы достичь максимального психотехнического эффекта при
    длительном повторении имен Бога и для максимального сосредоточения
    на них, использовались такие приемы, как различные модуляции голоса,
    музыка, танец, смена ритма и частоты дыхания и определенные
    положения тела.

    Индивидуальный зикр таков: суфий сидит, скрестив ноги так, чтобы
    большие пальцы ног упирались в подколенья, выпрямив спину, закрыв
    глаза и сложив на коленях пальцы рук в форме слова "Аллах"
    при этом он
    строго соблюдает определенный ритм дыхания и порядок резкого
    движения головой (вправо-влево-вперед-назад), согласуя его с
    мысленным произнесением слогов и слов.


    ЗАКЛЮЧЕНИЕ

    1) Одни и те же элементы используются для того, чтобы создать
    как внутренний (психологический), так и внешний мир... Субъект и
    объект едины. Нельзя сказать, что барьер между ними разрушен в
    результате достижений физических наук, поскольку этого барьера не
    существует. (Э. Шредингер)
    2) Сознание и материя являются различными аспектами одной и
    той же реальности.
    3) ...вряд ли может быть оспорено то, что природа и наш
    математически мыслящий ум работают по одним и тем же законам... Это
    остается справедливым и в том случае, когда наш ум впечатывает свои
    законы в природу, и тогда, когда природа впечатывает свои законы в
    нас,
    4) Мы находим странные следы на берегу неведомого. Мы
    разрабатываем одну за другой глубокие теории, чтобы узнать их
    происхождение. Наконец, нам удается распознать существо, оставившее
    эти следы. И -- подумать только! -- это мы сами.

    И как знать, быть может, физик, погружающийся в глубь
    микромира "элементарных" частиц, и трансперсональный психолог,
    следующий в глубины психики, воскликнут, встретившись в некой точке
    пересечения параллельных прямых: "Этот атман (субъект) и есть сам
    Брахман (мир как целое)!"
     
  14. Марк Ляндо

    Марк Ляндо Автор

    Сообщения:
    806
    Симпатии:
    135
    Ну,дорогая Соня,вы- универсум!

    ВОПРОС

    Кто Бездну породил в разбеге бездны лет?
    Кто звездный плащ простер и свет пронес сквозь свет?
    Ты отвечаешь Бог. А я - закон Природы.
    Но нам не исчерпать бездонной Тайны воды...

    М.Л.
     
  15. TopicStarter Overlay
    Соня

    Соня Автор

    Сообщения:
    7.905
    Симпатии:
    422
    Простительней было б, если это был бы не Марк Ляндо, а Михаил Лермонтов :)

    А я отвечаю: "а какая разница?"
    То есть, разница, конечно, есть. Но она только в уровне восприятия.
     
    Марк Ляндо нравится это.
  16. TopicStarter Overlay
    Соня

    Соня Автор

    Сообщения:
    7.905
    Симпатии:
    422
    Торчинов: Хайдеггер и восточная философия: поиски взаимодополнительности культур

    Полностью - тут:
    http://www.e-reading-lib.org/book.php?book=57214


    [​IMG]


    Выдающийся российский буддолог О.О. Розенберг указывает, что аналогичный подход характерен для буддийской мысли, рассматривающий живое существо вместе с содержанием его восприятий: нет ни «солнца», ни «человека» по отдельности, но есть «человек, видящий солнце». При этом реальность внешнего мира отнюдь не отрицается, просто буддисты никогда не рассматривали его «в себе», ограничиваясь лишь рассмотрением соотнесенности субъекта и внешнего мира, как интериоризированного субъектом в процессе восприятия как объектный аспект психики человека: «Говорится исключительно о том, что человеческое существо, переживающее такие-то явления – видящее, например, солнце – состоит из таких-то элементов, находящихся в таких-то взаимоотношениях и т.д.

    =======

    Мудрец принимает мир таким, каким он открывает ему себя, профаны ищут тайн, сокрытых за гранью налично сущего.

    смысл высказывания Хайдеггера – «Сущность истины есть свобода… Свобода являет себя как позволение себе-позволения войти в-то-что-есть»
    Dasein («здесь-теперь-бытие»)

    Глава 5
    Мартин Хайдеггер и буддизм дальневосточной Махаяны
    (К.Ю. Солонин)
    §1. Некоторые основоположения
    В целом можно говорить о том, что общей целью Хайдеггера и буддистов было построение концепции бытия, свободной от дуальности и субъектно-объектной дихотомии, каковая представляется одним из фундаментальных препятствий адекватного познания.
    При этом познание не следует понимать в научном плане: скорее это план или онтологический или религиозный, причем для восточных традиций эти планы совпадают[402] (см. ниже), для Хайдеггера же осознание истинного бытия, ощущение себя «дома» составляет так сказать высшее предназначение человека, и в этом смысле будет тождественно дзэнскому «пробуждению» (реализации).

    §2. Постановка проблемы. Сходства и различия
    То общее, что предопределило сходство учения Хайдеггера и традиции чань (дзэн) буддизма лежит в осознании нашего существования как бездны, пропасти, на дне которой ничего нет[404]. Но это самое отсутствие, «пустота» и есть с точки зрения буддизма Махаяны основание бытия, исполненное радости и осознания фундаментальной ценности человека.
    В свете подобных построений теряется необходимость в указании на непреодолимую трансцендентность истинного бытия оно трансцендентно, но безусловно, обнаруживает себя во всякий момент времени, в любом феноменальном проявлении. Отсюда и та ценность, которую и буддисты и Хайдеггер придавали мгновению: если истинное бытие и способно раскрыть себя, то это может произойти только спонтанно, естественно, в тот особый момент, когда понимаешь, что капля дождя и ты сам есть в сущности одно и то же[405].
    Хайдеггер пришел к идее мира, свободного от субъектно-объкетной дихотомии, от разъединяющей языковой структурированности[409], мира неразличимого и текучего, где все происходит из всего и является выражением высшего, тотального бытия.


    §4. Я, Вещь и Бытие
    Наиболее характерным для становления собственно китайского буддизма явилось сделанное на рубеже VIII-IX-го вв. заявление патриарха направления Хуаянь Цзун-ми (780–841) о том, что учение Будды об «отсутствии Я», больше не является абсолютной догмой, но представляет собой лишь т.н. «условное учение» или «искусный метод», имеющий значение только для некоторых категорий последователей учения. В действительности же, говоря об «отсутствии Я» по мнению Цзун-ми, Будда имел в виду отсутствие эмпирической личности, «внешнего человека», подчеркивая в то же время существование абсолютной, свободной от различений, дуальности и любой дихотомии истинной реальности – общего онтологического основания, подлежащего всему феноменальному[415]. В этом отрывке можно усмотреть некоторое сходство с хайдеггеровским устремлением к постижению основы бытия как некоего нерасчлененного единства доступного к созерцанию в его мгновенных проявлениях. Подобное понимание присуще японским последователям мыслителя[416].

    412
    В этой связи уместно вспомнить о теории несуществования личности в буддизме. Несмотря на многочисленные попытки переосмыслить это положение, оно осталось незыблемым основанием буддийского учения. Другое дело, что в Махаяне речь идет об отрицании самостоятельного существовании личности в даже «ипостасном измерении», при одновременно признании существования субстанции, общего реального основания всего феноменального универсума.

    Понятие «чудесного наличия» как раз и указывает на то, понимание феноменов и вещей как «пустых», «не имеющих собственной природы» является недостаточным помимо несуществования эмпирических объектов, следует иметь в виду их безусловное существование «чудесным образом», в качестве проявлений безскачественного «чудесного наличия», общего для всех явлений и вещей. В этом смысле буддийское понятие «пустоты» или «пустотности» предстает в новом качестве истинная реальность пуста для наблюдателя находящегося на эмпирическом уровне: вещи не имеют собственной природы в смысле отсутствия конкретной сущности для каждой из них, но в плане абсолютной реальности все они существуют особым «чудесным» или «срединным» образом. Вместе с тем, на уровне обыденного опыта можно признать условное существование вещей как результат своего рода «интеллектуального договора», и, в той мере, в какой человек пребывает в рамках наличного бытия, он может воспринимать вещи в качестве реальных, хотя и не абсолютных.

    Если стремиться усмотреть в буддийской доктрине сходство с построениями Хайдеггера, то в вышеприведенном случае эта цель достигается легко: здесь присутствует созвучное Хайдеггеру стремление вывести человека к первооснове бытия, разворчивающегося как присутствие через совокупность феноменального. Вместе с тем, это и совпадающие направления метафизического дискурса оправдание бытия в китайском буддизме сонаправлено хайдеггеровскому стремлению «быть всегда дома» как сущности метафизики.

    Необходимо непосредственное обращение к «единой истине», т.е. «умиротворенной и не производящей действий» природе ума, которое достигается через «созерцание стены», т.е. созерцание ума самого по себе, при условии прекращения его продуцирующей деятельности. В некотором смысле это есть возвращение ума к себе, к свой истинной природе.

    «Если прекратить производящую деятельность ума (синь сян), то рождение и смерть (иллюзорное существование прекратятся. Не будет рождения и смерти, исчезнут имена и свойства. Единый Путь будет пуст и спокоен, все вещи станут равны».
    «Если прекратить производящую деятельность ума (синь сян), то рождение и смерть (иллюзорное существование прекратятся. Не будет рождения и смерти, исчезнут имена и свойства. Единый Путь будет пуст и спокоен, все вещи станут равны».


    Хуэй-нэн: отсутствие мысли и недвойственность

    учение Хуэй-нэна об отсутствии мысли не столь однозначно: мысль есть неотъемлемое свойство ума, так что возникает непосредственно как проявление истинной реальности, заключенной в нем. Проблема состоит таким образом не в том, чтобы просто прекратить возникновение различающего знания – это невозможно, пока существует истинная реальность ума, но в том, чтобы не впасть в приверженность к внешним признакам различаемых предметов, не абсолютизировать данные чувственного восприятия. Иными словами, необходимо сохранять базовое состояние недвойственности. Хуэй-нэн говорил: «Мысли непрерывно друг друга продолжают и поддерживают, это называется связыванием путами, если не быть в мыслях приверженным к вещам, то это называется отсутствием свойств, и субстанция вещей таким образом {предстанет} чистой… Мысль возникает из собственной природы истинной реальности, глаза, уши, нос и язык не могут мыслить. Поскольку есть реальность истинной природы, могут возникнуть мысли»[449]. Более того, в состоянии пробуждения чувственное познание может даже продолжиться, но уже не будет оказывать губительного воздействия на ум подвижника.

    Отсутствие мыслей, как понимали его ученики Хуэй-нэна, есть не что иное как преодоление эмпирической личности и, как следствие, эмпирического мира в целом, в частности, его фундаментальной конечности. Результатом этого процесса должно было стать непосредственное созерцание истинного бытия, совпадающее с реализацией высшей сущности человека.


    понимание Хайдеггером основы личности как «молчания»[ имеет сходство с концепцией «истинного Я» (истинного бытия, лежащего в основании эмпирической личности) китайского буддизма.

    §1. Упанишады: Брахман как высшая реальность
    Центральная идея Упанишад – тождество Атмана-Брахмана, «ты есть То»; при этом Атман (буквально – я, сам, возвратное местоимение) рассматривается как высшее субъективное, индивидуальное начало, и, в то же время, внутренняя сущность всего, абсолют. Когда мы проникаем в сущность всех вещей, мы видим, что начало, лежащее в их основании, то же самое, что и то, которое живет в нас. И это начало есть Атман. Брахман же как объективное начало выступает коррелятом Атмана, манифестацией абсолюта-Брахмана является все сущее.

    Брахман спрашивает человека, идущего к нему: «Кто ты?», и человек отвечает: «Что есть ты – то и я» (КауУп, 1.5–6); тот, кто осознал себя Брахманом, становится им, становится всем сущим. «Знающий Брахмана достигает наивысшего…, кто знает, что Брахман – действительный, знающий, бесконечный, скрытый в тайнике (сердца), в наивысшем пространстве, тот вместе с мудрым Брахманом достигает (исполнения) всех желаний»

    «Что невыразимо речью, чем выражается речь – знай: то и есть Брахман… Что не мыслится разумом, чем, (как) говорят, мыслим разум – знай: то и есть Брахман… Что не видно глазом, чем видны глаза – знай: то и есть Брахман… Что не слышно ухом, чем слышно это ухо – знай: то и есть Брахман… Что не дышит дыханием, чем дышится дыхание – знай: то и есть Брахман» «Кто познает дыхание дыхания, глаз глаза, ухо уха, разум разума, те постигли древнего, изначального Брахмана» «Ты не можешь видеть видящего видения, не можешь слышать слышащего слушания, не можешь мыслить о мыслящем мышлении, не можешь знать о знающем знании. Это твой Атман внутри всего. Все остальное подвержено страданию» Человек не может утверждать, что он знает Брахмана, не может сказать и обратного: «Я не считаю, что хорошо знаю, и не знаю, что не знаю (его). Кто из нас знает его, (тот) знает его, и он не знает, что не знает… Кем (Брахман) не понят, тем понят, кем понят, тот не знает (его). (Он) не распознан распознавшими, распознан нераспознавшими»

    Поскольку вне Брахмана ничего нет, никто не выходит за его пределы, Катха упанишада говорит: «Это – То», – так полагают о невыразимом, высшем блаженстве… Все светит лишь вслед за ним, светящим; весь этот {мир}отсвечивает его светом… Как постичь его иначе, нежели говоря: «Он есть»?.. «Он есть» – постигшему {его} так открывается {его} истинная природа» «Что здесь, то и там, что там, то и здесь» «…то, что здесь, в человеке, и то, что там в солнце, – одно»
    «Поистине, от чего рождаются эти существа, чем живут рожденные, во что они входят, умирая, – то и стремись распознать, то и есть Брахман» «Поистине, Брахман – весь этот {мир}. И поистине, пусть {человек} размышляет о его главных проявлениях, почитает {их} и отказывается {от них}»

    Высшая реальность скрыта от человека за изменчивой и преходящей видимостью: «Подобно тому как люди, не знающие {истинного} местонахождения, снова и снова проходят над спрятанным {в земле} золотым сокровищем, не находя его, так же и все эти творения день за днем идут в мир Брахмана, не находя {его}, ибо им препятствует обманчивое» Все же Брахман принципиально достижим: он постигается знанием, подвижничеством и размышлением. «Пусть… брахман, отрекшись от учености, станет как дитя; затем, отрекшись и от детскости, и от учености, {станет} молчальником; затем, отрекшись и от немолчания, и от молчания, станет брахманом» «…сдерживание дыхания, прекращение деятельности чувств, размышление, сосредоточенность, созерцательное исследование и полное слияние – это называется шестичастной йогой. Когда, видя благодаря ей, просвещенный видит златоцветного творца, владыку, пурушу, источник Брахмана, то, освобождаясь от добра и зла, он соединяет все в высшем неразрушимом {начале}»

    «просвещенный ни рождается, ни умирает, он ни {возник} откуда-либо, ни стал кем-либо; нерожденный, постоянный, вечный, изначальный, он не {может быть} убит, {когда} убивают тело» В этом невидимом, бестелесном, необъяснимом, неоснованном Брахмане человек находит опору и бесстрашие; знающий бессмертного Брахмана становится бессмертным. Кроме того, обращает на себя внимание явно эмоциональный оттенок представлений о Брахмане, неоднократно ассоциируемых в упанишадах с «блаженством». «Ананда, или блаженство, –является наивысшим состоянием, где познающий, познаваемое и познание сливаются воедино… Это не погружение в ничто, а совершенство бытия»[475]. Брахман, являясь абсолютно самоидентичным, единым, без чего-либо другого, может также рассматриваться также как творец – Ишвара, или как творение – Хираньягарбха. «Брахман упанишад – это не метафизическая абстракция, не неопределимое тождество, не пустота молчания. Он являет собой наиболее полное и наиболее реальное бытие. Это живой динамический дух, источник и вместилище безгранично разнообразных форм реальности. Различия, вместо того чтобы исчезнуть как иллюзорные, преобразуются в высшую реальность»

    Одним из ключевых понятий религиозно-философской системы Шанкары является Неведение (авидья) – не просто ложное, неверное знание, а единственно доступный нам способ восприятия. Благодаря майе-иллюзии происходит наложение определенных качеств объекта на внутренний атман, противоположный объекту. «Вот такое наложение мудрые и называют Неведением, а отличную от этого собственную сущность реального они зовут Знанием»
     
  17. TopicStarter Overlay
    Соня

    Соня Автор

    Сообщения:
    7.905
    Симпатии:
    422
    Шанкара: освобождение интеллектуальной интуиции

    Шанкара подчеркивает, что представления о собственной личности накладываются на внутренний атман, который лишь как свидетель следит за действиями человека; учение же веданты начинается с указания на ложность такого смешения и с утверждения атмана как единственной истинной сущности и Знания.
    состояние освобождения не достигается в результате определенных действий, пусть даже предписанных шастрами, а разъясняется: оно все время есть, его нужно лишь осознать. четыре предварительных условия, предшествующих желанию познать Брахман: «различение вечной и невечной реальности, равнодушие к вкушению в этом и в ином мире, достижение покоя, самоконтроля, сосредоточенности и прочего, а также желание освобождения»[491]. Когда эти четыре условия выполнены, Брахман может быть познан.
    А существование Брахмана известно {без доказательства}, поскольку это атман {то есть внутреннее „я“} всех {существ}. Ибо всякий чувствует существование своего „я“ и никогда не {может сказать}: „я не существую“. А ведь если бы атмана не было, каждый чувствовал бы „я не существую“. Но атман – это Брахман»[492]. Атман же как рефлексия сознания в форме «я существую» очевиден каждому человеку.

    текст создает условия для интуитивного переживания религиозного опыта.

    Шанкара отмечает, что «тело и прочее возникшее от незнания недолговечно, подобно пузырям. Пусть {человек} познает {свое} отличие от этого, {мысля}: „Я – незапятнанный Брахман“. Отождествив себя с Брахманом, человек приписывает себе соответствующие характеристики „Вечный, чистый, свободный, единый, неделимый, блаженный, недвойственный, действительный, знающий, бесконечный – каков высший Брахман, таков поистине я. Так непрерывно повторяющий мысль: „Я есмь Брахман“ – прогоняет смятение незнания, как целебное средство {прогоняет} болезни“[500]. Реализация этого тождества, устраняя незнание, обнаруживает состояние знания, далее неописуемое. И все же свидетельство откровения, священные тексты помогают нам приблизиться к этой ускользающей от языка реальности.

    Хайдеггер: знание истины Бытия как пребывание в ней

    Человек обладает способностью познать изначальное бытие через постижение природы собственного сердца-разума, по существу тождественного первобытию; это сердце-разум (синь) надындивидуально и по существу тождественно махаянскому сердцу-умы Будды, недвойственному гносису (чжи; джняна), образующему природу эмпирического различающего и потому принципиально двойственного сознания (ши; виджняна) подобно тому, как вода образует природу волн.

    Понятие Ничто. Религиозное измерение Хайдеггера

    Хайдеггер, как и мыслители буддийской школы, дзэн понимал человеческое существование как бездну, пропасть, на дне которой ничего нет. Это влечет за собой представление об особой ценности мгновения: раскрытие истины Бытия может произойти лишь спонтанно, когда понимаешь, что капли дождя и ты сам есть в сущности одно и тоже.

    Истинное бытие или реальность дальневосточной мысли есть тоже своего рода экзистенция в том смысле, что она существует в виде идеала лишь до той поры, пока действует стремящийся к ней ум. Пределом этого стремления является Великий Предел, скрывающий за собой пустоту. Отличие от экзистенциализма однако в том, что буддийское Ничто не есть начало трагическое но наоборот, полное благих свойств, доступных лишь на высокой ступени совершенствования. В этом и есть один из корней онтологического оптимизма восточной мысли.

    «для нас пустота – высшее имя для того, чтобы вы скорее назвали словом „бытие“.

    „здесь бытие“ – как еще один заменитель, призванный выразить невыразимое–мгновенную полноту бытия как целостный мир, разворачивающийся в одном мгновении мысли. Отождествление Ничто с пустотой, привносило в концепцию Ничто творческий или даже креационистский элемент: буддизм полагает, что совокупность универсума развертывается из пустоты, которая есть потенция воспринимаемого чувственно и умопостигаемого бытия. Ничто, предстающее не только как основание экзистенции, но и исток мира феноменального бытия.

    Для китайского буддизма наиболее характерным было заявление, сделанное патриархом направления Хуаянь Цзун-ми о том, что учение Будды об «отсутствии Я», не является абсолютным утверждением, а представляет собой лишь так называемое «искусное средство». В действительности же, говоря об «отсутствии Я», по мнению Цзун-ми, Будда имел в виду отсутствие эмпирической личности, «внешнего человека», подчеркивая, в то же время, существование абсолютной, свободной от различений, дуальности и любой дихотомии истинной реальности – общего онтологического основания, подлежащего всему феноменальному.

    утверждение о «пустотности» феноменов недостаточно – необходимо иметь в виду их безусловное существование в качестве индивидуализованных проявлений бескачественного «чудесного наличия», общего для всех явлений и вещей. «Чудесное наличие» – корень и основание всех вещей предстает наиболее подходящим буддийским аналогом Ничто.
    Таким образом понятие «пустоты» предстает в новой форме–истинная реальность пуста для наблюдения, находящегося на эмпирическом уровне: вещи не имеют собственной природы в смысле отсутствия конкретной сущности для каждой из них, но в плане принадлежности абсолютной реальности все они существуют особым «чудесным» или «срединным» образом. Вместе с тем, на уровне обыденного опыта условное существование вещей может быть признано как результат своего рода «интеллектуального договора». Человек может воспринимать вещи в качестве реальных, хотя и не абсолютных в той мере, в какой он пребывает на уровне наличного бытия. Такова доктрина школы Тяньтай.

    Доктрина школы Хуаянь (Аватамсака-сутра) строилась на понимании истинной природы вещей как «постоянной, благой, реальной и чистой». Истинная природа соотносится с другой концепцией, распространившейся на Дальнем Востоке – Вместилище Так Приходящего, источнике равным образом благого и неблагого в наличном бытии, но все же чистом по своей природе. Изначальная реальность определяется китайским буддизмом как «истинная природа»–бескачественная субстанция, обретающая конкретное бытие в индивидуализации и временности конкретной вещи. Эта чистая потенция бытия являющая себя в повседневности, которая таким образом приобретает статус указания на вечность.

    В метафизическом отношении истинная природа в Хуаянь была отождествлена с «принципом», выступающим в качестве основы феноменального и не существующим иначе как развертываясь в вещи.
    В Хуаянь определяются четыре формы взаимодействия «вещей и принципов».
    Принцип содержится в вещи и являет свое существование благодаря ей.
    Вещь существует через принцип, который есть ее основа. Собственной природы вещь не имеет.
    Между вещью и принципом нет онтологического противоречия. Оба целиком содержатся друг в друге.
    Вещь пребывает в принципе, принцип пребывает в вещи, следовательно, в любой вещи пребывают и все остальные вещи. Значит, между вещами нет преград и в отношении истины бытия они равны.

    Важнейшим для онтологии Хуаянь является принцип,состоящий в том, что истинная реальность существует только через вещи, производимые ею под внешним воздействием или под влиянием различных обстоятельств. При этом истинная реальность не изменяет своих свойств, оставаясь « постоянной, блаженной, реальной и чистой» в сердцевине «наличного бытия». Полное определение истинной реальности звучит следующим образом: «Истинная реальность сохраняет неизменность и следует внешним воздействиям; она следует внешним воздействиям, но сохраняет неизменность». Эта неопределимая истинная реальность постоянно ускользает и пребывает за границами определения.

    Таким образом, представляется очевидным, что китайские буддийские направления кладут в основу своего дискурса представления об истинной реальности, как основе наличного бытия, тем самым постулируя его действительность и ценность. Иными словами, оценка мира наличного бытия для китайского буддизма изменяет свою полярность – если в индийском буддизме он полагался источником и плодом заблуждения и неведения, то китайский буддизм, не отказываясь от этой оценки, вместе с тем подчеркивает его позитивность и неизбежность, как плода развертывания единого первоначала – «принципа», выступающего в данной коннотации синонимом традиционного «дао» в качестве всемирного первоначала.

    В этой связи абсолютно логичным выглядит утверждение Цзун-ми о существовании истинного Я – это и есть та истинная реальность, пребывающая в каждом и обеспечивающая действительность сущестовования космоса и человека, как созерцающего субъекта, в чьем переживании и сказывается бытие и сущее.

    специфически буддийская категория «сознание-сокровищница» (alayavijnana) содержит в себе в виде «семян» (bija) – то есть латентно, все элементы психофизической жизни, зародыши феноменов, которые в процессе своей актуализации содержат все доступные восприятию явления психической и физической жизни. «Сознание-сокровищница» предстает как основание эмпирической личности.

    В буддийской теории продуцирующая функция ума является его сущностным свойством, но непосредственно в действие ее приводит «безначальный ветер неведения». В некотором смысле «неведение» даже предшествует уму так как эмпирический человек есть именно следствие неведения. Прекращение «ветра неведения» равносильно прекращению развертывания феноменального мира иллюзий из изначально благого ума. Вместе с тем, сама продуцирующая функция ума единоприродна ему, как вместилищу истинной реальности, и в этом качестве предоставляет возможность реализации истинного бытия ума.

    «Ветер неведения» заставляет ум «мыслить», то есть различать феномены, утверждаться в собственном существовании и противопоставлять себя окружающему. Это глубинная причина субъектно-объектного отношения и фундаментального неведения о своей истинной природе. Следовательно, в мышлении – причина страдания живых существ. Путь к преодолению болезненного разделения – уничтожение различающей мысли, прекращение ее. Прекращение при этом следует понимать в смысле «неприверженности», «непребывания», предполагающих наличие способности к различению, но одновременно и непризнание за результатами познавательной деятельности статуса абсолютно, онтологически значимых.
     
  18. Марк Ляндо

    Марк Ляндо Автор

    Сообщения:
    806
    Симпатии:
    135
    Ну если Космос взять как материально-энергетическую структуру + смыслы -законы управляющие всем ЭТИМ, то и Бог и Природа - суть ОДНО.

    :) :)
     
  19. Марк Ляндо

    Марк Ляндо Автор

    Сообщения:
    806
    Симпатии:
    135
    Но ведь наши православные,в лице г-на Чаплина и др. претентуют на ТРАНСЕНДЕНТНОСТЬ БОГА и настаивают на антиэволюционном творении нас с вами, драгоценная Соня, из безглазой месопотамской глины! / Или наших предков/А это что? - Лучше чем от обезьяны - живой
    , подвижной и немало соображающей/ по последним данным!/???
     
  20. Марк Ляндо

    Марк Ляндо Автор

    Сообщения:
    806
    Симпатии:
    135
    Ну а все-таки, что же нам тогда дает Наука? Онтологичен ли,скажем,бозон Хиггса? Или так...условность ? Мысле-кунштюк?
     
  21. Марк Ляндо

    Марк Ляндо Автор

    Сообщения:
    806
    Симпатии:
    135
    Я все вспоминаю выпад одного крупного астрофизика и космолога на сборище по поводу внеземных цивилизаций в Космосе:...Желательно, чтобы ни одного философа тут не было!
    :) :)
     
  22. TopicStarter Overlay
    Соня

    Соня Автор

    Сообщения:
    7.905
    Симпатии:
    422
  23. Марк Ляндо

    Марк Ляндо Автор

    Сообщения:
    806
    Симпатии:
    135
    Спасибо, дорогая,Соня! Проницательный текст.
     
  24. TopicStarter Overlay
    Соня

    Соня Автор

    Сообщения:
    7.905
    Симпатии:
    422
    Примерно о том, о чем вы говорите. И о том, что мы можем долго разговаривать, как скрещивающиеся прямые: откликаясь на тени слов, но никак при этом не пересекаясь :)
     
  25. TopicStarter Overlay
    Соня

    Соня Автор

    Сообщения:
    7.905
    Симпатии:
    422
    Марк Ляндо нравится это.

Поделиться этой страницей