Просветление и иудеохристианская традиция

.о. Беда Медитация и Новое Творение во Христе

Полностью - тут:
http://www.wccm.org.ua/cms/index.php?page=576



Вопрос: Можем ли мы сказать, что медитация всегда ведет нас к переживанию Божьего присутствия?

о. Беда: Я думаю, что для большинства людей медитативное повторение мантры действительно может стать путем к тому, чтобы раскрыть самих себя внутренней жизни Духа. Обычно, когда вы повторяете свою мантру, вы стараетесь удерживать на ней свое внимание столько, сколько это для вас возможно. Цель мантры – позволить вам выйти за грань своего эго. Но, понимаете ли, когда вы удерживаете мантру, ваше эго также может охватить весь этот процесс. Духовное эго – одно из величайших препятствий.
Мы верим, что сосредоточение на мантре помогает нам хранить смиренность. Отец Джон также всегда настаивал на том, что медитация – это путь простоты и смирения. «Повторение молитвенной формулы в тишине и спокойствии», говорит он, возвращает наше эго на приличествующее ему место, ведя нас к трансценденции. ... Если же практика выражает нашу веру и любовь, она непременно становится мощнейшим средством, направляющим всю нашу веру и любовь к Богу, и открывающим нас Ему.


Вопрос: Как мы, медитирующие христиане, можем оставаясь в полной мере христианами быть открытыми по отношению к другим духовным традициям?

о. Беда: Непростой вопрос. Если мы будем навязывать свою веру, люди станут просто бежать от нас. Многие люди сегодня имеют мощную предубежденность в отношении христианства. часто говорят, что любят Христа, но им не приятны те способы навязывания христианской религиозности, которыми христиане себя охарактеризовали. Все это так, но с другой стороны, не выход доводить экуменичность до синкретизма. Нам нужно научиться сохранять ясную и крепкую приверженность, сильную веру, и в то же время быть искренне открытыми для восприятия иных путей веры, иных форм духовной приверженности.

Я думаю, что научиться этому мы сможем, участвуя в экуменическом движении внутри Церкви. Сегодня мы находим общий язык в межконфессиональном диалоге, не пытаясь агрессивно обращать друг друга, и осознавая, что отстаиваем одну и ту же истину, присутствующую в различных традициях. Нам нужна открытость и по отношению к нерелигиозным людям, которые также могут быть искренними искателями Бога. На самом деле, действительно не очень хорошо брать свой взгляд на вещи и пытаться вложить его в другого человека, требуя немедленного подчинения. Вы должны слушать окружающих, особенно если они готовы слушать вас.

Когда я только приехал в Индию, .. Они испытали к нам особо глубокий интерес после того как узнали, что мы ежедневно, помимо наших христианских текстов и Писания, читаем также и Упанишады с Бхагават-гитой, зная о них намного больше, чем они сами.

 

Современные медитативные практики западного христианства
— поиск «новой духовности» или возврат к истокам? - Гуляев

 

Дзэн и Библия - Какичи Кадоваки

.

 

Алан Уотс
Бунтарский Дзен

японский вариант дзэна – это практика «борьбы огня с огнем», преодоления «себя, наблюдающего за собой» путем доведения этого состояния до той степени интенсивности, когда происходит взрыв. Как же далеки от японской монастырской системы слова Лин-Цзы: «В буддизме нет места для усилий. Будь обыкновенным человеком – и никем более. Ешь свою пищу, мочись и испражняйся, а когда устал – ляг и отдохни. Невежда посмеется надо мной, но мудрый поймет…» Вот как это выразил Сьянг-Йен: Нет никакой пользы в искусственной дисциплине, Ведь, куда бы я ни шел, Я проявляю извечное Дао. На этом уровне беспокойству и тревожности нет места в человеческой жизни, ибо нет места для ошибки. Если мы живем – мы живем, если мы умираем – мы умираем, если мы страдаем – мы страдаем, если мы дрожим от страха – мы дрожим от страха. Все очень просто. В дзэне человек не стыдится того, что он умирает, испытывает чувство страха, изнывает от жары.
Поскольку если даже вы и не понимаете этих истин, то само ваше непонимание также есть ТО. Без тусклых звезд не существовало бы ярких, а без окружающей темноты не существовало бы звезд вообще.
Иудейско-христианское миропонимание насквозь проникнуто моральной необходимостью. быть неправым, заблуждаться – значит пробуждать к жизни метафизические чувство страха и ощущение вины – состояние вечно тяготеющего проклятия, совершенно непропорционального по отношению к степени содеянного. Абсолютная моральность разрушает мораль в ее основе, поскольку санкции, к которым она прибегает в борьбе со злом, слишком суровы. Дзэн привлекателен тем, что за завесой реальности он открывает бесконечное пространство человеческого «я», в котором отсутствует необходимость чувствовать вину или обвинять, и где «я», по сути дела, неотделимо от Бога.
Однако западному человеку следует учитывать, что его собственная культура – это настолько цельная и завершенная система взглядов, что он, как продукт этой культуры, бессознательно руководствуется ее постулатами. Он должен достичь такого полного согласия с Господом Богом и собственной совестью, чтобы быть в состоянии принять их или отказаться от них без страха или сопротивления. Он должен быть свободен от желания оправдывать себя.
Почему мы говорим: «Я думаю», но не говорим: «Я заставляю биться свое сердце?»

По замечательному выражению Юн-мена, «каждый день – добрый день». Или как об этом сказано в одном древнекитайском трактате:
Если ты хочешь постичь конечную истину,
Не заботься о том, что правда, а что заблуждение,
Ибо конфликт между правдой и заблуждением –
Это болезнь ума.
Мир оказывается вне категорий истинного и ложного, когда в нем нет никаких ограничений, или, другими словами, когда мы начинаем видеть конкретную ситуацию не как таковую, но в ее взаимосвязи со всем окружающим миром. Внутри этой комнаты «верх» и «низ» ясно различимы, но вовне ее, – в межзвездном пространстве, – такого отличия нет.
Внутри ограниченного конвенциями человеческого сообщества существуют ясные различия между добром и злом. Однако эти различия исчезают, когда человеческие проблемы рассматриваются как неотъемлемая часть всего мира природы.