Буддизм и дзен - Сэндзаки

Ошо - Дхаммапада. Путь Будды. Том 2
Конспекта у меня нет. Могу предложить только ссылки на полный текст книги в PDF
https://ru.scribd.com/document/489752443/Дхаммапада-Путь-Будды-Том-2
и
https://klex.ru/j0q

 

Ошо - Дхаммапада. Путь Будды. Том 1-4

Тут можно скачать аудиозаписи лекций самого Ошо на вполне воспринимаемом английском.


https://rutracker.org/forum/viewtopic.php?t=2212133

 

Дзэн-буддизм. Уроки мудрости учителей дзэн - Стивен Ходж

Полностью - тут:
https://www.litmir.me/br/?b=282708



Стивен Ходж
ДЗЭН-БУДДИЗМ
Уроки мудрости учителей дзэн

Введение
Дзэн и послание Будды

«Нет ни Будды, ни Дхармы: если они вообще и существуют, то все это — просто пустые слова!» Это провокационное утверждение было высказано Линьцзи, одним из самых уважаемых учителей дзэн-буддизма Китая. Как мы убедимся, исследуя в этой книге жизнь, учение и уроки прославленных китайских и японских учителей дзэн, провокационные утверждения, эксцентричное поведение и нетрадиционные методы, характерные для дзэн-буддизма, были предназначены для пробуждения природы будды 1, присущей каждому человеку, — такова общая цель всех, кто практикует буддизм. Да помогут вам уроки этого курса учителей дзэн-буддизма обрести покой и счастье!

1. Бодхидхарма (470—534)

Личная передача вне священных писаний;
Никакой зависимости от слов и букв;
Прямая нацеленность на сознание;
Прозрение в свою природу и достижение буддовости.

«Подлинная заслуга возникает только в чистоте и осознании совершенного просветления, которое возможно только после того, как у вас успокоились тело и ум, потому что вы постигли, что они также лишены абсолютной реальности».

«Тогда что такое первичный принцип святости?» — спросил император У.
«Нет никакой святости, существует только пустота!» — ответил Бодхидхарма.
«Кто сейчас стоит передо мною?» — спросил император.
«Не знаю!» — ответил Бодхидхарма.

Учение : Вступление через практику

Так что же можно считать самыми важными элементами учения Бодхидхармы? Согласно тексту «Два пути вступления», на путь, ведущий к просветлению, можно вступить двояким способом: через практику и через медитацию.
Вступление через практику — это простая программа эмоционального и интеллектуального развития, которая реализуется в повседневной жизни, особенно в то время, когда мы не заняты формальной медитацией. Подразумевается развитие четырех положительных качеств: терпеливости, невозмутимости, решимости и понимания, — они превозносятся в священных писаниях буддизма махаяны.
Терпеливость означает, что мы без озлобления принимаем тяготы пути и его последствия. Терпеливость особенно полезна для преодоления гнева Согласно учению Будды, гнев — самая разрушительная из всех отрицательных эмоций. Мгновение гнева подобно вспышке огня, пожирающего праведность, накопленную в течение бесчисленных жизней. Хотя это и трудно, мы должны учиться терпеливо, без негодования выдерживать все негативное, что причиняют нам другие люди. Это помогает помнить, что мы сами создаем причину происходящего с нами через динамику наших кармических поступков в прошлом. Терпеливое принятие подразумевает также, что мы избегаем предаваться чувству усталости и отчаяния из-за трудностей, с которыми мы сталкиваемся на пути. Другими словами, мы должны быть терпеливы с самими собой так же, как и с другими.

Невозмутимость — это состояние уравновешенности, в котором человек избегает крайностей приятия и неприятия. Оно действует как противоядие против гордости и пристрастности. гордость занимает центральное место в деятельности «я» вследствие присущего нам убеждения, что мы важнее или ценнее других. Таким образом, недостаток самообладания заставляет нас предпочитать тех людей, которые выпячивают наше «я», усиливают наше самомнение, и испытываем отвращение к тем, кто подвергает его опасности.

Возможно, что, следуя путем буддиста, мы время от времени становимся жертвой праздности и позволяем себе отвлекаться на деятельность, препятствующую нашему продвижению по пути. Кроме того, иногда мы позволяем поселиться в нас чувствам уныния и презрения к себе. Противоядием в случае подобной слабости служит решимость , поскольку она помогает поддерживать и усиливать энтузиазм по отношению к избранному пути. На повседневном уровне решимость воодушевляет нас к тому, чтобы почитать вдохновляющие тексты. Эти действия и другие религиозные методы могут поддержать наш духовный пыл и помочь увидеть себя сквозь трудности и разочарования, которые мы временами испытываем.

Наконец, Бодхидхарма учил тому, что ищущий пути должен культивировать понимание . Понимание Дхармы может начаться на интеллектуальном уровне, но по мере нашего продвижения по пути истинное понимание развивается как побочный продукт медитации. Наиболее важным для культивирования понимания является восприятие истинной природы реальности. Такое понимание в итоге может привести к самому просветлению. Процесс обретения понимания начинается очень просто, ведь все мы в некоторой степени обладаем пониманием. Сначала мы изучаем путь махаяны. В отличие от некоторых более поздних дзэнских учителей, Бодхидхарма, по-видимому, не порицал изучение буддийского учения посредством чтения священных писаний. Далее мы размышляем о значении того, что мы узнали, пока не достигнем понимания более глубокого уровня. Наконец, мы сосредоточиваемся на том, что мы поняли во время медитации — и так до тех пор, пока наше сознание не сольется с пониманием и станет живым переживанием.

Практический урок : Медитация спокойствия

Бодхидхарма учил особой технике медитации, названной «пристальным созерцанием стены», предназначенной для освобождения ума от понятий. Хотя этот метод может хорошо срабатывать для медитирующего, который обладает каким-то предшествующим опытом, он не подходит для начинающего. Если к Бодхидхарме приходил человек, плохо знакомый с медитациями, мы можем предположить, что первоначально его учили одной из более базовых техник буддийской медитации, например, медитации спокойствия.
Медитация спокойствия предназначена для того, чтобы успокоить ум и тело посредством однонаправленного сосредоточения на каком-нибудь подходящем объекте. Вы можете сосредоточиться на каком-нибудь образе, например на воображаемом изображении Будды, или, что более распространено, вы можете сосредоточиться на дыхании. Некоторые предварительные замечания помогут сделать занятия медитацией плодотворными.

Цель медитации спокойствия — сосредоточить сознание без отвлечения внимания. Самый легкий объект для фокусирования внимания — процесс дыхания. Обратите свое внимание на поток дыхания, сосредоточившись на точке, находящейся над верхней губой, где воздух входит и выходит из ноздрей. Некоторые правила предполагают, чтобы вы считали циклы вдохов и выдохов, начиная с одного и считая до десяти циклов. Подсчет служит средством усиления сосредоточенности ума на дыхании.
Если ваше внимание отвлекается от дыхательного цикла, что неизбежно случается, мягко верните его, опять сосредоточьтесь на дыхании. Не раздражайтесь, совершенно естественно терять свою сосредоточенность. Просто возобновите счет вдохов и выдохов. Когда вы начнете успешно справляться с данной формой медитации, вы заметите, что ваше дыхание становится более медленным и все более и более тонким.
Закончив медитацию, не вскакивайте резко и не бросайтесь тут же в суматоху своей повседневной жизни. Буддисты считают, что любая полезная деятельность, в том числе и медитация, создает заряд положительной энергии. Этой энергией можно поделиться с другими. В конце занятий медитацией вы можете выразить желание передать положительную энергию, накопленную вами через практику, другим.

 

2. Янцзи Сэнцань (?—606)
Путь не труден для тех,
У кого нет предпочтений.

Зная, что Хуэйкэ был учителем с высокой духовной силой, юноша приблизился к нему и попросил, чтобы тот принял его покаяние и освободил от грехов. Он верил, что это прощение излечит его от болезни. Можно представить себе молодого человека, благоговейно стоящего на коленях перед Хуэйкэ и просящего со смиренным поклоном.
Ответ Хуэйкэ был загадочным: «Принеси мне свои грехи, и я освобожу тебя», — сказал он юноше.
Юноша несколько мгновений молчал. Затем он сказал тихо: «Я искал их, но нигде не могу найти!»
Ответ Хуэйкэ был добрым, но прямым: «Тогда я отпускаю тебе грехи прямо сейчас. Прими убежище в Будде, Дхарме и Сангхе». Возможно, он ожидал, что удовлетворенный юноша пойдет своей дорогой.
Но, как часто бывает в дзэнских историях, этот диалог между учителем и учеником перешел на совершенно другой уровень понимания.
Юноша объяснил Хуэйкэ, что он понял, что Сангха — это община монахов, но его интересовало значение Будды и Дхармы.
Хуэйкэ ответил осторожно: «Ум-сердце — это Будда, ум-сердце — это Дхарма. Нет никакого различия между Буддой, учителем и Дхармой. Нет никакого различия между Буддой, учителем и Дхармой, то есть учением. Ты понял?»
Юноша снова задумался. Внезапно его лицо озарилось. «Ага! Теперь понял! У грехов нет реальности, ни внутренней, ни внешней. Поскольку мой ум- сердце свободен от греха, он тождествен Будде и Дхарме!»
Удивившись прозрению такого уровня, Хуэйкэ признал, что юноша обладает огромным потенциалом, и принял его в монастырь, дав ему имя Сэнцань («сокровище общины»), поскольку для Сангхи он был подобен драгоценности.
Когда это беспокойное время прошло, Сэнцань ушел от Хуэйкэ, но перед этим он получил знаки отличия патриарха, которые сделали его Третьим дзэнским патриархом в Китае. Хотя сохранились некоторые фрагментарные эпизоды, последующая жизнь Сэнцаня так же таинственна, как и его ранние годы, хотя известно, что умер он в 606 г. В эпитафии на его надгробии он восхваляется за дружелюбие, мягкость и отрешенность от мира.

Учение : Ум

Ланкаватара-сутра учит тому, что все, что мы обычно переживаем в мире, является заблуждением; другими словами, ничто не существует так, как это выглядит для нашего сознания. Будда учил, что из-за духовного неведения наш обычный ум создает раскол между воспринимающим мир «я» и воспринимаемыми умом объектами. Однако это восприятие двойственности иллюзорно, оно не более реально, чем образы, являющиеся уму в снах. Кроме того, видение мира таким иллюзорным образом не отражает внутреннего состояния ума, который чист и внутренне просветлен. Этот внутренне просветленный ум, совершенно свободный от всякого различающего концептуального мышления, иллюзий и негативных эмоций, называется природой будды, «умом-сердцем».
«Памятование о вере в ум-сердце» (Синь-синь-мин )
Сэнцань подчеркивает центральное учение дзэн-буддизма: просветление становится доступно всем людям, как только они прорываются сквозь иллюзии двойственного мышления. Когда Хуэйкэ отождествлял Будду, Дхарму и Сангху с умом-сердцем, который является природой будды, он указывал этим на то, что источник Будды в мире — это сама природа будды, что Дхарма — ее устное выражение и что Сангха существует в мире как следствие реальности природы будды..

Практический урок : Лекция Сэнцаня

«Памятование о вере в ум-сердце» начинается со стиха, в котором кратко обобщается смысл всего произведения:
Абсолютный путь не труден — нужно просто пренебречь выбором;
Если вы просто перестанете отвергать и привязываться, вы постигнете его прозрачность.
путь к просветлению не труден. Мы делаем его трудным просто из-за своего подхода к этому пути. Просветление — это состояние, лишенное двойственности. Оно требует, чтобы вы оставили свои измышления и привычные ценностные суждения насчет удачи и неудачи, ибо они только укрепляют вашу привычку к дуалистическому мышлению. Для просветленного сознания нет разницы между истиной и заблуждением, между тем, что вы принимаете, и тем, что отвергаете, между победой и поражением, между собой и другими.

Перестаньте гнаться за объектами восприятия, не пребывайте в пустоте;
Будьте терпеливы и спокойно уравновешенны в единстве, и путаница исчезнет сама собой.
Обычные люди, которые не слишком соприкасались с Дхармой, сильно заняты окружающими их объектами, потому что эти вещи кажутся им весьма реальными и незыблемыми. Однако их материализм обречен на неудачу, поскольку все вещи недолговечны, а их утрата неизбежно вызывает душевное потрясение. Другие люди культивируют глубокое буддийское учение о пустоте, отрицают мир, пытаются постичь все как иллюзорное. Но этот путь отрицания тоже не срабатывает, так как он порождает ложное чувство покоя. Сбалансированным подходом является Срединный Путь, когда вы все в своем опыте и не принимаете, и не отвергаете. Попытайтесь оставаться в состоянии спокойного равновесия, не рассуждая и не впадая в крайности. Тогда вещи прояснятся для вас — и воссияет естественное состояние вашего ума.

Слишком много разговоров и слишком много размышлений делают вас немощными;
Прекратите говорить и думать, и тогда вам никуда не нужно будет добираться.
Для большинства людей очень трудно преодолеть веру в то, что посредством непрерывных разговоров и размышлений об истине они могут так или иначе постичь ее. В действительности верно как раз противоположное. Слишком много разговоров и размышлений создают иллюзию поиска истины, так как все это гораздо легче, чем действительное осуществление чего-то истинного. чем больше мы говорим и думаем об истине, тем дальше мы удаляемся от нее по той простой причине, что истина превосходит любые слова и мысли.

Схватывание этого умом приводит к утрате свободы, и ум вступает на ложный путь;
Отпускание этого приводит к естественному состоянию, его сущность не исчезает и не пребывает.
Когда мы думаем и говорим, мы составляем суждения. Основываясь на этих суждениях — о том, что, как мы думаем, есть «то», а не «это», хорошее, а не плохое, — мы устанавливаем для самих себя определенные цели. В контексте духовных поисков самое худшее, что мы можем сделать, состоит в том, чтобы пытаться постичь природу истины через понятия. Такое понимание, схватывание только запутывает нас. Вместо этого живите здесь и сейчас, не делая суждений, но делая то, что должно быть сделано внимательно.

Верящий ум — недвойственен, а недвойственность — это верящий ум;
Там, где есть слова, на пути возникают препятствия, ибо путь не принадлежит ни прошлому, ни настоящему, ни будущему.
Все это нелегко осуществить на практике. Мы так привыкли рассуждать, что начинаем испытывать глубокое беспокойство, если прекращаем столь обычную деятельность. Вы можете задаваться вопросом: действительно ли возможно жить не хватаясь умом за то, что кажется истинным и важным? Но я говорю вам: просто развивайте веру — и путь станет ясным. Поверьте, что все будет хорошо, и если вы освободитесь от накопившихся за всю жизнь привычек, проявится истинный путь, ибо он всегда присутствовал. Неистовыми усилиями обдумать свой путь к просветлению вы закрываетесь от той истины, что просветление — это естественное состояние вашего собственного ума, находящееся за пределами всяких различий между прошлым, настоящим и будущим.

3. Дацзян Хуэйнэн (638—713)
Запутавшись в мыслях мы испытываем двойственность.
Необремененный идеями просветленный видит единую Реальность.

Когда Хуэйнэн услышал строку из Алмазной сутры. «Пусть твое сознание течет свободно, ни на чем не останавливаясь», он внезапно испытал волнующее переживание пробуждения. Хуэйнэн понял, что ему нужно найти учителя, который мог бы дать ему дальнейшие наставления.
Стихотворение, которое написал Шэньсю представляло собой глубокую формулировку такого типа дзэнского учения, который был в то время очень популярным:
Тело подобно древу просветления бодхи ,
Сознание — светлому зерцалу на подставке.
Прилежно очищайте его каждый день,
Чтобы на нем не было никакой пыли.
Когда Хунжэнь увидел этот стих, он сжег перед ним благовония и похвалил, сказав, что любой, кто будет практиковать учение таким образом, достигнет просветления. В тот же день Хуэйнэн попросил одного из монахов прочитать ему стихотворение Шэньсю. Хуэйнэн сочинил свое ответное стихотворение и попросил этого монаха после наступления темноты начертать его на стене рядом с сочинением Шэньсю.
Изначально нет ни древа бодхи ,
Ни светлого зерцала на подставке.
Коли природа будды всегда чиста,
То как на ней может быть пыль?!

Природа будды вездесуща, она является истинной природой всех существ. Не нужно ничего очищать, поскольку внутренне ничто не затрагивается пылеобразными негативными мыслями и эмоциями. В стихотворении Хуэйнэна предполагается, что усердная практика наблюдения ума, пожалуй, сохранит его в чистоте от негативных мыслей, но лишь радикальная перемена может в перспективе открыть чистую природу будды, свойственную каждому существу.
После смерти тело Хуэйнэна было мумифицировано и покрыто лаком, благодаря чему оно сохранилось до наших дней.
Тем временем на севере страны давно скончался Хунжэнь, и официально линия патриарха была передана, как и ожидалось, Шэньсю. Сам Шэньсю стал одним из самых выдающихся и уважаемых буддийских фигур китайской династии Тан. Хотя Хуэйнэн и Шэньсю в действительности были в хороших отношениях, спор об обоснованности их подходов позже стал весьма острым из-за враждебности, проявленной Шэньхуэем, одним из преемников Хуэйнэна. Раскол между последователями Хуэйнэна и Шэньсю привел к возникновению двух конкурирующих дзэнских направлений: Северной и Южной школ.
Последователи южной школы, основанной Хуэйнэном, верили во «внезапное просветление». открыть путь к просветлению может только прямое и опосредствованное переживание реальности.

 

Учение : Созерцание своей изначальной природы

Хуэйнэн утверждает о глубинном тождестве медитации (дхьяна ) и интуиции-прозрения (праджня ). Некоторые последователи буддизма в Китае считали, что для духовного прозрения практикующему необходимо заниматься медитативным сосредоточением. Но Хуэйнэн, в соответствии с учением Нирвана-сутры, говорит, что это не так. Все существа от рождения наделены интуицией-прозрением, которая благодаря практике медитации высвобождается. Для Хуэйнэна прозрение было эквивалентом внутреннего осознания, связанного с природой будды.
С этой идеей внутренней интуиции-прозрения близко связано понятие «прямое сознание», то есть такой подход к медитации, при котором практикующий позволяет сознанию пребывать в своем естественном состоянии без привязанности к чему-либо вообще, даже к самой практике медитации.
Такой взгляд на практику медитации связан с важным дзэнским понятием, известным как «не-мысль», «не-форма» и «не-постоянство».
Данные термины относятся, по-видимому, к естественному или внутреннему состоянию ума, которое является просветленным, к состоянию, находящемуся за пределами каких бы то ни было слов и понятий. Привязанность к словам и понятиям прерывает естественное состояние ума и вызывает поток последовательных мыслей, которые приводят к рабству и нескончаемому циклу перерождений. Прекращение привязанности к потоку мыслей в какой-то момент нарушает этот процесс и вызывает состояние «не-мысли» («отсутствия мыслей»), внезапный прорыв, дающий проблеск просветленного состояния. В знаменитом пассаже из Сутры помоста данный подход резюмируется следующим образом:
«Когда учение о внезапном просветлении понято, нет больше никакой необходимости обуздывать себя во внешнем. Если у вашего сознания всегда правильный взгляд, вы никогда не будете введены в заблуждение. Это и есть созерцание своей изначальной природы».

Наконец, несмотря на различия между Южной и Северной школами, Хуэйнэн учил, что нет двух различных путей к достижению просветления. Два подхода вызваны к жизни различным уровнем способностей практикующих, а не каким-то внутренним различием в результатах. Некоторым людям больше подходит постепенный путь медитации, изучение священных писаний, дисциплина и благодеяния, в то время как другим полезнее практика «не-мысли» и стремление к внезапному прорыву к просветленному сознанию. Другими словами, оба метода следует рассматривать как подручные средства, помогающие людям освободиться от неумолимого цикла рождения и смерти.

Практический урок : Путаница и прозрение

Подкреплением идеи внезапного просветления, как учит Хуэйнэн и Южная школа, является убеждение, что просветление присутствует во всех существах, пропитывает их. У обычных людей просветление просто скрыто иллюзиями и негативными состояниями. Мы отличаемся от будд только тем, что не знаем о просветлении, в то время как будды пробуждены и знают о своем просветлении. Взгляды Хуэйнэна на это различие суммируются в коротком отрывке из Сутры помоста:
Для омраченного Будда — обычное существо,
Для просветленного обычное существо — Будда.
Для путающегося Будда — обычное существо,
Для прозревшего обычное существо — Будда.

Перефразируя знаменитого буддийского учителя, можно сказать: нет никакой разницы между нами и просветленными, за исключением того, что они знают, что они просветленные, а мы — нет!
Вдумчивый буддист осуждает зло, которое люди совершают, но тем не менее он старается ценить человека, думая о милости и сострадании как части практики медитации. Всепроникающее присутствие природы будды должно напоминать нам о том, что даже, казалось бы, никчемные люди достойны уважения. Практикующие дзэн признают, что все обладают возможностью достижения просветления, кланяясь друг другу в конце групповой медитации, как они кланялись бы образу самого Будды.
Если сознание извращенное,
Будда — обычное существо.
Если сознание уравновешенное,
обычное существо — Будда.
Как только возникает извращенное сознание,
Буддовость скрывается внутри обычных существ.

Хуэйнэн говорит нам, что буддовость воссияет, когда мы станем «уравновешенными». Под уравновешенным сознанием он подразумевает такое сознание, которое не вовлекается в понимание и привязанность. Привязанность всегда порождает неустойчивость. Мы принимаем ту или иную сторону или думаем, что одно лучше другого. Дзэнские учители снова и снова заклинают нас избегайте привязанности и позвольте сознанию просто быть. Даже сама медитация может стать причиной для возникновения привязанности. Если вы медитируете, имея в сознании определенную цель — вы рискуете привязаться к этой цели. Идеал здесь, хотя и трудный для достижения, — медитировать так, как если бы это было столь же естественно, как дыхание и сон Достигнув такого естественного равновесия хотя бы на одно мгновение, облака омрачения, иллюзии и различающие мысли отчасти рассеиваются. Хуэйнэн говорит о прорыве как о «созерцании своей изначальной природы». В такой момент сознание возвращается к своему естественному состоянию и функционирует как сознание будды:
Если на одну мысль-мгновение
они станут уравновешенными,
Тогда обычные существа — сами будды.
Простого ощущения сознания будды
достаточно для изменения всей вашей жизни.
Как только это пережито,
прозрение, которое вы обретете,
не утрачивается никогда.

И наконец, учит Хуэйнэн, никогда не сомневайтесь в своих собственных способностях:
Будда присутствует в самом нашем сознании,
Наш внутренний Будда является истинным Буддой.
Если мы сами лишены сознания Будды,
То где же мы будем искать Будду?

Хуэйнэн понимал, что многие считают, будто они ничего не стоят. Но, говорит Хуэйнэн, мы должны доверять самим себе.

4. Юкуань Шэньсю (605? —706)

Вы должны пребывать в медитации и осознании
После достижения созерцания несубстанциальности;
Не пребывая в бытии или небытии.
Тело и сознание тождественны, как пространство.

Часто отмечают, что именно победители пишут историю. Это очень верно и в случае с Южной и Северной школами дзэн-буддизма. Хотя можно было бы выразиться точнее: Южная школа взяла верх над Северной скорее путем выхода из состязания, чем в результате теоретического или практического превосходства. Чтобы по достоинству оценить Шэньсю и Северную школу, мы должны непредвзято проанализировать их идеи. Юкуань Шэньсю был дзэнским учителем с высоким уровнем достижений. Также мы не знаем точно, когда Шэньсю был официально признан Шестым патриархом после смерти Хунжэня в 674 г. ...Шэньсю готов был пригласить в столицу Хуэйнэна, учителя Шэньхуэя. Шэньсю предлагал и другим своим ученикам посетить Хуэйнэна.
Императрица У (624—705) утвердила Шэньсю как Шестого дзэнского патриарха, дав ему знаки отличия — рясу и чашу, которые, как считалось, принадлежали Бодхидхарме. Такое императорское покровительство демонстрировало, что учение дзэн стало рассматриваться как ортодоксальная школа китайского буддизма. Как и приличествовало его статусу, похороны Шэньсю были очень пышными. За его телом шли император Чжонцон, правители и придворные чиновники. Так умер монах, известный своей великой моральной цельностью, бесконечным состраданием и проницательным умом. К сожалению, затем имя Шэньсю на столетия исчезло из виду в истории дзэн-буддизма стараниями его рассерженного бывшего ученика Шэньхуэя, который активно критиковал Шэньсю и его Северную школу. Кажется вполне логичным, что побочная ветвь дзэн-буддизма, которую основал Шэньхуэй, исчезла еще раньше Северной школы, которую он так презирал!

Учение : Созерцание сознания

В истории дзэн-буддизма утверждается, что после смерти Хунжэня его линия была передана Хуэйнэну, который был назван Шестым патриархом перед тем, как был вынужден бежать от своих соперников. Однако современные исследования, особенно основанные на материалах, найденных в пещерах Дуньхуан, заставляют ученых пересмотреть положение о том, что истинная линия дзэн-буддизма перешла к Хуэйнэну и Южной школе. На основании сравнения сохранившихся писаний и некоторых недавно обнаруженных работ, которые считаются написанными Шэньсю, многие теперь полагают, что именно он наиболее точно продолжил линию Хунжэня и его предшественников.
Как и у всех учителей дзэн-буддизма, самой важной в учении Шэньсю является роль сознания. Так, в его «Трактате о совершенном просветлении» мы читаем:
Вопрос: Если кто-нибудь ищет просветления, что является самым важным фактором, который следует культивировать?
Ответ: Только фактор созерцания сознания, который полностью охватывает всю практику, является самым важным... Из всех вещей сознание является самой фундаментальной; все феномены — просто продукты сознания. Поэтому осознайте, что все добро и зло являются результатом вашего собственного сознания. Отыскать просветление где-либо вне сознания абсолютно невозможно.

Сознание имеет две функции, или аспекта: абсолютную природу чистого сознания, которую мы можем назвать «таковостью» сознания, и относительную, или обусловленную, природу сознания, которая может быть загрязнена иллюзиями и отрицательными эмоциями. Эти два аспекта временно соединены, но не являются взаимозависимыми. Связь между этими двумя аспектами сознания лучше видна на примере метафоры солнца и облаков. В непросветленном состоянии присутствуют как относительное сознание с его содержанием в виде иллюзорных мыслей и эмоций, так и сияющая, солнцеподобная яркость чистого сознания. Однако солнцеподобное чистое сознание никоим образом не затрагивается затеняющим защитным покровом облакоподобных мыслей и эмоций, которые проходят через относительное сознание.
Эти два аспекта сознания отражаются на двух уровнях реальности во всем существующем. Один из них абсолютно реален, другой реален только в относительном смысле. Абсолютный уровень — это состояние, в котором просветленное сознание действует и воспринимает вещи такими, каковы они есть. Относительный уровень охватывает повседневный мир непросветленных существ, воспринимающих и описывающих вещи искаженным, хотя и удобным для них образом. С абсолютной точки зрения все связанное с относительным уровнем иллюзорно. Традиционный пример: человек в темной комнате видит нечто свившееся в кольца. Подумав, что это ядовитая змея, он в страхе отскакивает назад. Однако свет светильника показывает, что это просто кусок старой одежды. Как показывает данный пример, наш заблуждающийся ум делает предположения о том, что мы видим и переживаем. Затем мы начинаем верить, что это восприятие «реальное» и «субстанциальное» и реагируем соответствующим образом. То же самое верно для любого восприятия относительного сознания. Когда же объекты воспринимает просветленное сознание, оно делает это без вмешательства затемняющих неправильных представлений и эмоционального багажа.

Но если чистое сознание присутствует в нас, то как возникает заблуждающееся сознание? поскольку мы не в состоянии признать присутствие просветленного сознания или потому что мы боимся довериться ему, в нашем сознании происходит раскол. Раскол становится причиной возникновения повседневного обусловленного сознания как некоего иллюзорного феномена. Мы фильтруем восприятие реальности через эмоции и ожидания заблуждающегося сознания и тем самым создаем псевдореальность, в которой, как мы верим, существуют воспринимаемые нами объекты.
Знаменитые учители Южной школы обходили стороной проблему заблуждающегося сознания (поскольку оно вообще не существует!) и сосредоточивались на врожденном просветленном сознании. Учители Южной школы наставляли своих учеников собраться с духом и хватать «змею» без какого-либо дополнительного света в надежде на то, что в это мгновение они поймут, что в действительности «змея» является веревкой, и прорвутся к просветленному восприятию реальности. В противоположность этому Шэньсю учил своих учеников исследовать природу и функционирование обусловленного сознания. Он требовал, чтобы ученики сосредоточивались на самом процессе мышления и тем самым зажигали светильник, обнаруживающий иллюзорную природу повседневного сознания и его содержания.

Метод Шэньсю таков. Во-первых, мы должны рассмотреть, каким образом мысли всплывают в самом сознании в качестве его объектов. Затем, чтобы исследовать природу мыслей и эмоций, мы задаем себе ряд вопросов. Откуда приходят мысли? Где они пребывают? Куда идут?
После осознания того, что мысли, то есть умственные отображения внешних объектов, иллюзорны, предполагается уничтожение любой нашей идеи относительно реальности самого ума. Для того чтобы отыскать сознание, мы задаем себе второй ряд вопросов. Где расположено сознание? Существует ли оно в прошлом или будущем? Обладает ли оно конкретной формой, очертаниями и размером?
В ходе интенсивной медитации мы начинаем понимать, что хотя повседневное сознание может быть наполнено преходящими и иллюзорными мыслями и эмоциями, даже сознание, содержащее эти иллюзии, в абсолютном смысле не существует вообще. Если мы можем постоянно поддерживать созерцание сознания в течение дня, то мы приходим к ясному пониманию, что под этими иллюзиями скрывалась вторая природа сознания, его чистая таковость. Когда мы бросаем взгляд на это сознание, тождественное нашей природе будды, происходит пробуждение.

Этот метод использования постепенного медитативного анализа для прорыва к абсолютной природе сознания и является тем постепенным подходом к просветлению, за который упрекали Шэньсю его критики. Однако бессмысленно утверждать, что реализация просветления может вообще произойти без предшествующей подготовки. В этом смысле все подходы дзэн-буддизма постепенны. Некоторые традиционные формы буддизма учили, что просветление приобретается постепенно, но все дзэнские учители — в том числе и Шэньсю — считали, что просветление происходит внезапно. Шэньсю вовсе не учил людей избавляться от иллюзий и негативных состояний постепенно. Скорее, он учил тому, что как только замутненное сознание устраняется прямым прозрением в его природу, иллюзорные и негативные проявления тоже исчезают.
Тем не менее Шэньсю отличается от многих более поздних дзэнских учителей Китая тем, что он советовал, чтобы люди постоянно поддерживали себя в состоянии осознания недвойственности относительного и абсолютного аспектов реальности, таковости и ее проявлений даже после того, как произошел прорыв к пробуждению. Шэньсю считал, что такое состояние осознания духовно является наиболее полезным способом пребывания в мире, приносящим пользу другим. Цель духовной практики для Шэньсю состояла не только в личном освобождении, но и в преобразовании малого личного мира в мир, который является великим и всеобъемлющим.

Практический урок : Созерцание жизни как сновидения

Шэньсю дал множество уроков, но его послание вполне можно суммировать следующим образом.
Вы должны пребывать в медитации и осознании, чтобы достичь созерцания несубстанциальности; не пребывая в бытии и небытии, тело и сознание тождественны подобно пространству. Непрерывно во время ходьбы, стоя, сидя или лежа вы должны стремиться освобождать живые существа, когда это только возможно. Спасая слабых и помогая тем, кто пал, проявляя милосердие, вы должны думать о страдании существ. Вы должны неустанно помогать им, даже если при этом вы потеряете свою жизнь.
Медитативный метод, которому учил Шэньсю, может показаться трудным, но фактически это очень эффективный и быстрый путь деконструкции повседневного сознания, полного иллюзий и различений. Повседневное сознание непрерывно блокирует нашу способность помогать другим.

Основной момент медитативного метода состоит в развитии привычки наблюдать за самим сознанием — не вовлекаясь в мыслительный процесс, но просто наблюдая за ним и подвергая сомнению очевидную «реальность» и «основательность» наших мыслей и чувств. Не всегда нужно выражать в словах те вопросы, которые предполагает Шэньсю, вопросы о том, как возникают и исчезают мысли. Скорее, Шэньсю просто предлагает в максимально возможной степени поддерживать в течение дня это осознание своего мыслительного процесса.
Когда вы замечаете, что цепь мыслей и чувств начинает уносить вас, напомните себе, что мысли не имеют никакой внутренней реальности. Хотя они кажутся реальными, на самом деле они иллюзорны, точно так же, как события, происходящие в сновидениях. Объявите сознанию, что независимо от того, насколько драматичны, приятны или устрашающи события сновидения, ничто происходящее в нем не реально за его пределами. Все образы сновидения порождаются вашим спящим сознанием. То же самое верно и для реальности бодрствования, которую конструирует сознание. Рассматривать повседневные переживания так, как если бы они были образами сновидения, — мощный способ разрушить убеждения, что вещи и связанный с ними опыт существуют независимо от воспринимающего сознания. Как только генерируемые сознанием объекты предстают тем, чем они являются: умственными проекциями, создаваемыми повседневным заблуждающимся сознанием, — вы начинаете подвергать сомнению реальность самого этого заблуждающегося и различающего сознания.

Цель осознавания сознания и его объектов заключается в том, чтобы понять, что и объекты, порожденные сознанием, и само сознание не существуют субстанциально и независимо, как вы некогда верили. Основываясь на этом постижении, вы стремитесь поддерживать умственное состояние, свободное от таких двойственных категорий, как «бытие и небытие». В этом состоянии становится ясно, что и тело как канал для получения сенсорного опыта, и сознание подобны пространству. Как у того, так и у другого нет субстанциального бытия. Свободные от уз своего собственного заблуждающегося восприятия и от любого чувства ограничения, вы можете неутомимо вступать в любое действие, необходимое для того, чтобы помочь другим и привести их к освобождению. Это и есть истинная цель просветления — действовать в духе сострадания, чтобы другие также могли освободиться от страданий.

 

5. Исин (685—727)
Ушедший, ушедший, ушедший за пределы,
полностью ушедший за пределы просветления!,

Учение : Зеркало и солнце

Одним из его вкладов является объяснение названия «Вайрочана». Вайрочана, являющийся одним из пяти главных проявлений энергии Будды, называется «просветляющим Буддой». Его сущность символизируется солнцем. Как и учители дзэн, адепты эзотерического буддизма учили тому, что сознание будды, или просветление, есть во всех существах и может осознаваться ими во время этой жизни, если устранить затемняющий покров негативных эмоций и мыслей. Шэньсю и Хуэйнэн, использовали метафору зеркала, чтобы изобразить ясное сознание будды, присущее каждому человеку. Хотя это зеркало может быть покрыто пылью, медитативная практика и заботливая бдительность могут стереть ее. Подобное значение в писаниях Северной школы дзэн-буддизма имеет образ солнца. Хотя солнце может быть закрыто облаками негативности и иллюзий, эту завесу можно рассеять, позволив тем самым в полную силу воссиять внутреннему сознанию будды.
Эти два образа — зеркало и солнце — символизируют два аспекта сознания будды: представляемое в виде зеркала, оно является статическим, оно не привязано к поверхностным феноменам; представляемое в виде солнце, сознание будды является динамичным, сияющей и просветляющей светом осознания реальностью. Как напоминает нам комментарий Исина, мы должны сосредоточить свое внимание на сияющем солнце сознания будды, символизируемого Вайрочаной Буддой, не позволяя неведению и негативным эмоциям, закрывать его сияние.

Практический урок : Повторение мантр

Кроме использования вышеупомянутых символических образов, дзэн-буддизм и эзотерический буддизм имеют еще много общего, причем в гораздо большей степени, чем может показаться на первый взгляд. Оба разделяют сильную веру в возможность достижения просветления в настоящей жизни. В обоих учениях подчеркивается значение прямой личной передачи мудрости Будды от просветленного учителя. Некоторое примечательное сходство можно заметить и в практикуемых этими двумя школами техниках медитации.
Известно, что учители дзэн поручали своим ученикам медитировать на некой неразрешимой умственной загадке, известной как коан . Хотя может показаться, что медитация на коанах совершенно уникальна, подобной же цели служит повторение мантры, устной формулы, связанной с каким-нибудь аспектом универсального сознания будды, — практика, распространенная в эзотерическом буддизме. Буквальное значение мантры менее важно, чем то, как она действует в качестве канала, открывающего нас нашей внутренней природе будды. То же самое верно и для коана, значение которого или ответ на который в лучшем случае неясны. Обе техники служат для того, чтобы отключить дискурсивный ум с его негативными эмоциями и мыслями, в результате чего могло бы проявиться сияние Просветляющего Будды, Вайрочаны Будды.
Наиболее базовой мантрой является звук буквы «А» (произносится как «Ах»), который, как учили буддийские учители, является проявлением «нерожденной природы феноменов», другими словами, самого просветления. Способ применения этой мантры в медитативной практике очень прост. Сядьте поудобнее в позе для медитации, сосредоточьтесь на короткое время на дыхании, считая циклы вдоха и выдоха, как вы это уже умеете. Затем спокойно произнесите нараспев звук «Ах», устранив из сознания все остальные мысли. Если в это время вы закроете глаза, то попытайтесь визуализировать сущность этого звука в форме сияющей бусины белого цвета. По мере того как вы будете овладевать этой техникой, можно перестать проговаривать звук «Ах» вслух. Просто позволяйте этому звуку отражаться в сознании, одновременно удерживая мысленный образ ярко сияющей белой бусины. Хотя эта техника проста, она очень мощная.
Когда вы замечаете, что ваше медитативное сосредоточение ослабевает, начните повторять мантру, произнося ее громко вслух. Если у вас есть четки, можете использовать их, чтобы подсчитывать, сколько раз вы повторили мантру. Я предлагаю произнести ее минимум 108 раз, что является одним полным кругом в большинстве четок.

Вот сама мантра:
ОМ ГАТЕ ГATE ПАРАГАТЕ ПАРАСАМГАТЕ БОДХИ СВАХА

Санскритские слова произносятся следующим образом. В слове ОМ звук «м» произносится через нос, что в некоторой степени похоже на французский звук «m». ГАТЕ, в отдельности или как составная часть более длинного слова, произносится как «гах-тэй ». БОДХИ произносится как «бо-дии ». Последнее слово СВАХА произносится как «суах-ха ».
Хотя значение мантры менее важно, чем ее звучание и энергия, данная мантра считается суммированием процесса, ведущего к просветлению. она начинается и заканчивается непереводимыми слогами ОМ и СВАХА соответственно. В санскрите ГАТЕ буквально означает «ушедший», но оно также означает «постигать» или «понимать». БОДХИ означает «просветление».
Таким образом, мантра из Сердечной сутры обычно переводится как «Ушедший, ушедший, ушедший за пределы, полностью ушедший за пределы просветления!» стремитесь достичь просветления, постигнув свое изначальное внутреннее сознание будды.

6. Мацзу Даои (709—788)
Все, что в своей основе существует здесь и сейчас,
Не зависит от культивирования пути
Или сидения в медитации.

..Теперь Мацзу задал вопрос: «В чем же заключается цель того, что ты натираешь этот кусок черепицы?»
«Я шлифую его, чтобы сделать зеркало», — ответил Наньюэ.
«Но как ты можешь сделать зеркало из черепицы, шлифуя ее камнем?» — спросил озадаченный Мацзу.
«А как ты можешь стать буддой сидя в медитации?» — парировал Наньюэ.
Смутившись, Мацзу признался, что не знает, как правильно медитировать. Тогда Наньюэ дал ему наставления относительно того, как практиковать «бесформенную медитацию», то есть спонтанную медитацию, при которой сознание не хватается за возникающие в восприятии преходящие формы и таким образом выходит за пределы обусловленных идей о добре и зле. В конце этой встречи Мацзу испытал взрыв пробуждения. Он прожил с Наньюэ еще десять лет, углубляя свои достижения в медитации. Мацзу учил новаторским невербальным техникам, ставшим отличительным признаком практики более поздних учителей дзэн-буддизма.

Учение : Крики и удары

До Мацзу, обучение в дзэн-буддизме было строгим, но спокойным духовным путем, состоящим из вдохновенных лекций и интенсивной медитации. Когда Мацзу стал дзэнским учителем, начались серьезные перемены. Хотя он был явно образованным человеком, он предпочитал использовать резкие невербальные методы, выбивающие его учеников из колеи предвзятых мнений. Особенно он любил наносить им удары своим посохом, кричал на них во весь голос или даже выкручивал нос — метод, который через два поколения был доведен до совершенства Линьцзи, его преемником Такое поведение должно было повергать в ужас ничего не подозревавших учеников, тем более что Мацзу был мужчиной внушительного вида. В его биографии говорится, что он «шагал как бык и смотрел как тигр»!
Времена были жестокими. Это несколько оправдывает поведение Мацзу, однако крики и удары бывают полезными для духовного развития по другой причине. часто подчеркивается, что природа будды имманентна, скрыта под замученной поверхностью нашего тела-сознания. Любая внезапная шоковая встряска для тела, например, громкий крик или удар, может на несколько мгновений выбить нас из затемняющего потока концептуальных мыслей и эмоций, возможно, достаточных для того, чтобы мы заметили проблеск вездесущей возможности пробуждения. Этот эффект можно ощутить, когда кто-то внезапно выскакивает перед нами и пугает нас. Мы сразу же достигаем высшего уровня бдительности и реагируем без какого-либо вмешательства со стороны концептуального мышления. На какую-то секунду мы просто есть — прямо посреди реальности.
Таким образом, применение физической силы, которое практиковал Мацзу, можно рассматривать как неортодоксальный, но эффективный катализатор, предназначенный для того, чтобы дать ученикам опыт их истинного сознания, своей врожденной природы будды.

Практический урок : Путь без пути

Лекции шокировали его учеников не менее, чем физические методы воздействия. Мацзу сказал:
«Все, что в своей основе существует здесь и сейчас, не зависит от культивирования пути или сидения в медитации. Не-культивирование и не-сидение — вот чистая медитация будд.»
многие из нас думают о духовном пути как о долгом путешествии к отдаленной цели духовного пробуждения, которая может быть достигнута только после десятилетий, если не целой жизни практики и учебы. Но Мацзу говорит нам здесь о том, что наше изначальное сознание будды — вовсе не что-то такое, что мы должны стремиться постичь. Он имеет в виду, что ориентирование на цель, например культивирование буддийского пути или медитации, не являются необходимыми. Мацзу подразумевал, что культивирование пути или сидение в медитации могут стать тонкими формами привязанности, которые еще больше затемняют наше врожденное сознание будды. Таким образом, любая деятельность, которой мы занимаемся на духовном пути, должна осуществляться без какого-либо ожидания результатов. Сидение в медитации должно быть целью самой по себе: это — путь без пути и без цели.
Вот как Мацзу толковал путь к пробуждению:
«Нет никакой нужды культивировать путь; нужно только не загрязняться. Что значит загрязниться? Сознание, которое различает жизнь и смерть, и выполнение преднамеренных действий является загрязнением. Если вы хотите понять путь, то обычное сознание и есть путь. Что называется обычным сознанием? Оно должно быть без преднамеренных действий, без различения правильного и неправильного, приятия и неприятия, или обыденного и святого».
Подробно останавливаясь на теме культивирования пути посредством его некультивирования, Мацзу предостерегает нас, чтобы мы не позволяли своему сознанию загрязняться различением между очевидными противоположностями — правильным и неправильным, обыденным и святым Такие категории запутывают нас в цикле жизни и смерти. Мацзу советует нам выкинуть из головы ценностные суждения и предвзятые мнения о нашей духовной ситуации. Вместо того чтобы действовать с продуманным намерением, мы должны поступать спонтанно, поскольку наше обычное сознание — это наша природа будды. Если мы сможем настолько довериться себе, чтобы жить без обдуманных действий — то есть жить спонтанно, — мы сможем избежать ментальных ловушек, привычек хвататься за то, что мы хотим, и отвергать то, чего не хотим. Тогда мирские категории отпадут, и мы вдруг откроем для себя, что обыденное и святое тождественны.
Хотя такой образ мыслей кажется легким, осуществить это труднее всего на свете. В нас множество страхов и ожиданий, которые мешают нам действовать спонтанно. Как бы это ни показалось противоречащим «плану быть спонтанным», мы можем обнаружить, что его легче осуществить, если попробовать осознать то, как мы саботируем спонтанное побуждение.
В следующий раз, когда у нас возникнет возможность сделать нечто не типичное, но удивительное, вспомните, что это импульс — продукт вашего обычного сознания, сознания, которое тождественно вашей природе будды. Такие спонтанные поступки, как крики или удары, нужны нам для того, чтобы выбить нас из привычной колеи и дать нам проблеск свободы просветления.

 

7. Байчжан Хуайхай (720—814)

Ни к чему не привязывайся,
Ничего не желай.

...Хотя реализация Байчжана была замечательной, Мацзу все еще не был удовлетворен. В качестве последнего комментария он издал оглушающий вопль. Этот шокирующий звук передал важное послание. В ходе беседы Байчжан взаимодействовал с Мацзу посредством речи, что показывало Мацзу, что Байчжан все еще реагировал на реальность на концептуальном уровне. Оглушительный крик Мацзу показывал Байчжану, что тот не должен полагаться на слова, но должен прорваться непосредственно к сознанию будды, которое пребывает за пределами слов и мыслей. Испытанный шок, по-видимому, тоже не был пустяком, так как Байчжан сообщил, что в результате этого, несмотря на некоторый личный дискомфорт, он испытал «пробуждение».

Практический урок : Сочетание труда с медитацией

Идея Байчжана выражена в его известном лозунге: «День без труда — день без пищи».
Правило Байчжана было предназначено для того, чтобы преодолеть раскол между работой и медитацией. соединение труда с духовной практикой может преобразить любую утомительную, рутинную работу в путь духовного развития. Попробуйте научиться сосредоточиваться на «здесь и сейчас» и осознавать то, что вы делаете, не позволяя своим мыслям блуждать. Эта техника полностью соответствует более формальной медитации. Точно так же, как вы могли бы концентрироваться на своем дыхании, исключая из поля внимания все остальное, когда вы работаете, сосредоточиваете свое внимание на любой выполняемой задаче. Если ваше сознание начинает отвлекаться, отметьте, что ваше внимание сместилось, и снова сфокусируйте его на свою цель. Байчжан требует также, чтобы мы переоценили свое отношение к работе. «Ни к чему не привязывайся, ничего не желай».

8. Чжаочжоу Цоншэнь (778—897)

Что такое путь?
Обычное сознание и есть путь.

... для дальнейших наставлений он разыскал великого Нанкуаня Пуюаня (748—835), ученика Мацзу Даои. - «Что такое путь?» — спросил Чжаочжоу.
«Обычное сознание и есть путь», — ответил Нанкуань.
-«Могу ли я направиться по нему или нет?»
«Искать — значит отклониться от пути».
- «Если я не ищу его, как я могу узнать о нем?»
«Путь не связан со знанием и незнанием. Знать — значит иметь понятие, в то время как: не знать — значит быть несведущим. Если ты понимаешь путь, который находится за пределами всех сомнений, он является — подобно небу — безбрежной открытой пустотой. Как можно подтверждать или отрицать его?»
Чжаочжоу испытал свой первый взрыв пробуждения, сказав, что его сознание стало ясным, подобно полной луне. После приведенной беседы Чжаочжоу оставался с Нанкуанем в течение тридцати лет.
Однажды Нанкуань Держа в руках кошку, сказал: «Скажите что-нибудь подходящее, и кошка будет спасена. Если не скажете, я убью ее!»
Монахи смотрели, не в силах что-либо сказать, Нанкуань разрубил несчастную кошку надвое.
Когда Чжаочжоу вернулся в монастырь. Нанкуань рассказал ему о том, что произошло. Чжаочжоу снял свои сандалии, поставил их себе на голову и вышел.
Нанкуань сказал: «Если бы ты был там, кошка была бы спасена!»
Чжаочжоу снял свои сандалии: он вернулся домой на условном уровне, в то время как на высшем уровне он завершил свой духовный путь, устранив привязанности.

Учение : Изобретательность и юмор

Многие его поступки были очень странными и не поддаются простому объяснению, а его изречения часто парадоксальны или с виду нелепы. Вместе с тем в его беседах с другими монахами мы улавливаем проблески безудержной игривости, которая является результатом достижения высокого духовного уровня.
Чжаочжоу вошел в зал и закричал: «На помощь, пожар! На помощь, пожар!» Но никакого пожара не было, нашли только Чжаочжоу, кричащего изнутри зала за плотно закрытой дверью. Тогда Нанкуань бросил ключ в зал, хотя замочная скважина для замка на двери была только с внешней стороны.
Нанкуань показал, что каждый из нас сам ответственен за свое затруднительное положение; выбраться из него мы можем только своими силами. Учитель может указать путь, но ученик должен совершить всю работу сам.
Диалоги Чжаочжоу полны искристого иконоборческого юмора:
- «Что является духовным?»
«Лужа мочи в Чистой земле».
- «Я прошу, чтобы вы открыли это мне».
«Не искушай меня».
Чжаочжоу пытался передать этим, что духовное можно найти в повседневной жизни. Нет никакого противоречия между чистым и нечистым. Обе категории — просто ярлыки, так как все категории — вопрос точки зрения и перспективы.

Однажды Чжаочжоу сказал: «Я сейчас сижу в туалете, и поэтому мне больше не нужно объяснять вам Дхарму». Другими словами, посещение туалета тоже является выражением Дхармы, так как все это естественно, как и любая повседневная деятельность. Чжаочжоу говорит о том, что если истинная Дхарма может оказаться даже в туалете, то существует ли в мире такое место, где ее нельзя найти? Дзэнские учители, подобные Чжаочжоу, любили подчеркивать, что поскольку природа будды всегда присутствует в настоящем, пробуждение и прозрение могут произойти в момент самых обыденных действий. Понимание этого может служить источником мощной поддержки и воодушевления в тех случаях, когда мы оказываемся в менее идеальных ситуациях.

Практический урок : Духовные проделки

Как ведут себя просветленные люди? Когда мы слышим о великих буддийских учителях прошлого, мы забываем о том, что они были точно такими же людьми, как и мы, что они наслаждались смехом. Однако юмор таких учителей обычно имеет более глубокий смысл.
Чжаочжоу использовал нелепые с виду шутки как способ встряхнуть людей, попавших в колею духовной рутины. Этот метод имел ту же цель и, по-видимому, был столь же эффективен, как внезапный крик учителя или сильный удар палкой. Возможно, мы воспринимаем истории слишком буквально. На самом деле это могли быть схватки между сторонами, которые хорошо понимали друг друга и просто наслаждались шуткой.
Просветление сопровождается огромным блаженством и радостью. Именно такую радость мы отмечаем во многих историях, которые рассказывают о великих учителях дзэн-буддизма: переполнявшее их воодушевление пробуждения часто проявлялось в безумном поведении и возмутительных шутках. Остерегайтесь учителя, который не смеется! Учитель, у которого нет чувства юмора, воспринимает себя слишком важным. Отсутствие радости у духовного учителя может указывать на то, что он еще далек от цели на пути к реализации.

Однажды чиновник спросил Чжаочжоу: «Вы попадете в ад или нет?»
«Я давным-давно попал в ад».
- «почему вы попали в ад?»
«Если бы я не попал в ад, то кто бы тогда учил тебя?»
Если вы противитесь мысли, что религиозное наставление может быть юмористическим, возможно, самое время спросить себя: а не воспринимаете ли вы себя и свои духовные поиски слишком серьезно? Если это так, то напомните себе, что смех может высвободить сдерживаемые или блокированные эмоции, препятствующие вашему духовному росту. Кроме того, смех поможет вам понять неуместность и нелепость многих ваших повседневных допущений.
Помнится один случай, когда мы перешли к конкретной мантре, сначала один, затем еще один начали потихоньку хихикать. Через какое-то время все скорчились от смеха. смех был признаком того, что мантра проявила часть своей силы. держу пари, что сам Будда присоединился к смеху, полный радости за наш прогресс.

9. Дэшань Сюаньцзянь (782—865)

Дэшань отправился к монастырю Лонтань. Когда Дэшань вошел в комнату учителя, Лонтань сказал: «Уже поздно, так что уходи сейчас же». Дэшань пожелал Лонтаню доброй ночи и хотел было выйти из комнаты, заметив: «На улице темно». Тогда Лонтань зажег свечу и предложил ее Дэшаню. Но как только Дэшань протянул за ней руку, Лонтань погасил свечу.
Смысл этой короткой встречи поразил Дэшаня, словно молния. Протянув к свече руку, Дэшань показал этим, что осознает темноту своего неведения и что он принимает то, что Лонтань может научить его пути и осветить темноту. Но, задув свечу, Лонтань дал понять, что тот не должен полагаться на внешние решения, ибо только внутренний свет может осветить темноту его неведения.
На следующий же день Дэшань сжег свои комментарии к Алмазной сутре перед Залом Дхармы, прокомментировав это следующим образом:
«Все глубокие учения есть не что иное как пылинки, в безмерной пустоте.
Все великие мировые события есть не что иное, как капля воды, упавшая в бездонную пропасть».

После того как Дэшань некоторое время углублял свое понимание дзэнского подхода, он сам стал признанным учителем. Дэшань обнаружил, что ученик слишком легко может придумать умный ответ на вопрос. Однако сильный удар палкой по спине ученика служил для того, чтобы вытолкнуть его за пределы двойственного мышления. даже угроза сильного удара достигала такого эффекта. Одним из любимых приемов Дэшаня — взмахнуть своим посохом в воздухе и прокричать: «Тридцать ударов, если ты сможешь правильно ответить; тридцать ударов, если не сможешь!»

Учение : Недопустимость кабинетного буддизма

Хотя в конечном счете Дэшань отверг Алмазную сутру в пользу непосредственного опыта, этот текст оставался очень влиятельным среди учителей Южной школы дзэн-буддизма. Алмазная сутра является частью большого собрания священных писаний махаяны, известного как «Совершенство сутр прозрения». Этот текст связан с трудным понятием «пустота», с учением Будды о несуществовании вечного и независимого «я».
В качестве средства для выяснения несуществования «я» Будда обучал нескольким системам деления личности на составляющие элементы. Например, он говорил, что каждый человек состоит из пяти психофизических компонентов: материи, чувства, мышления, побуждения и сознания. Посредством медитации можно установить, что ни один из этих элементов не тождественен «я», поскольку все они недолговечны. Например, медитирующий задается вопросами: является ли «я» моим телом? Является ли «я» моими чувствами? Является ли «я» моими мыслями? Является ли «я» моими эмоциями? В каждом из этих случаев исследование показывает, что «я» не тождественно ни одному из данных компонентов. Цель такого созерцания — постижение того, что «я» не существует таким, каким мы обычно его представляем.

Такой же аналитический процесс, разбивающий целое на части, можно применить к миру в целом. Медитативное исследование показывает, что любой элемент мира можно разложить на составные части. Понятие — просто удобный ярлык, который мы применяем к совокупности составляющих его элементов, у которых нет какой-либо истинной и субстанциальной реальности. все вещи и люди являются недолговечными совокупностями компонентов, существующих только в результате действия некоторой цепи причин и следствий. это полное отсутствие сколько-нибудь неизменной реальности у людей и других объектов и есть то, что подразумевается под «пустотой».
Дэшань и другие дзэнские учители не преувеличивали значение буддийских священных писаний, и не потому, что они непочтительно относились к ним или считали, что их изучение — пустая трата времени. Скорее, они понимали, что Умение читать и интерпретировать тексты способно вводить в заблуждение, знание текста ошибочно принимается за реальное понимание.

«Я не придерживаюсь никаких взглядов на патриархов. Нет никаких патриархов и будд. Бодхидхарма — старый вонючий чужак. Шакьямуни — сухой кусок дерьма. Манджушри и Самантабхадра — носильщики навоза. Так называемое «понимание тайны» — не что иное, как постижение жизни обычного человека. Просветление и Нирвана — шест для привязывания осла. Двенадцать классов священных писаний — дьявольские тексты, просто бумага для протирания гниющих нарывов. Все эти четыре реализации, изначальное сознание и десять стадий — просто призраки, охраняющие кладбище. Они никогда не спасут вас!»

просветление должно быть пережито непосредственным образом, никакое обилие чтения и благочестивой практики не поможет вам избавить свою природу будды от затмевающего покрова. Изучение священных писаний, конечно, занимает важное место во всех формах буддизма, но всегда существует соблазн заменить этим занятием настоящую работу над практическим воплощением учения. Тем не менее знакомство с учением буддизма совершенно необходимо для того, чтобы наша практика была успешной.

Практический урок : Обращение к основам

Итак, если не стоит возлагать излишние надежды на пробуждение после чтения и изучения буддийских священных писаний, то что же тогда делать?
Во-первых, обратите внимание на то, что учители дзэн-буддизма, которые подобно Дэшаню осуждали изучение текстов, сами были весьма хорошо знакомы с понятиями буддийских писаний. Весьма желательно начать путь с чтения о буддизме и вдумчивого ознакомления с его базовыми понятиями. Конечно, возможно заниматься практикой дзэнской медитации, не зная многих понятий буддизма, если у вас есть доступ к хорошему учителю, который может руководить процессом вашего развития. Однако для большинства из нас очень полезно знание терминов и идей. Предостережение Дэшаня, к которому стоит прислушаться, заключается в том, что не следует стать слишком одержимым понятиями и отклоняться, увлекаясь умственными спекуляциями. Сам Будда рассматривал свое учение просто как средство для достижения цели, которое следует оставить, когда цель уже достигнута.
Дэшань советовал ищущим обратиться к основам. Однажды он сказал:

«Когда в вас больше ничего нет, не занимайтесь поиском.
Когда в вашем сознании нет ничего и вы представляете собой не-сознание, тогда вы свободны и духовны, пусты и удивительны».

Когда Дэшань говорил «в вас больше ничего нет», он имел в виду, что за всеми понятиями и умствованиями в нас существует природа будды. Ее не нужно развивать или каким-то образом совершенствовать. Просто примите, что в вас есть природа будды, и все! думать, будто вы должны сделать нечто особенное, чтобы стать просветленными, — это и есть то, что Дэшань называл «бесполезным поиском».
Просветление — скорее процесс освобождения, чем процесс наполнения и приобретения. усилие следует направлять на максимальное упрощение жизни и устранение многочисленных привязанностей. Стремитесь стать непосредственными, отбросьте все предрассудки и действия, ориентированные на достижение каких-либо целей. Обратитесь к основам — базовой реализации своей изначальной природы будды — и вы станете свободными и духовными, пустыми и удивительными.

 

10. Линьцзи Исюань (810?—866)

Когда я проголодаюсь, я ем рис;
Когда мне хочется спать, я закрываю глаза.
Глупцы смеются надо мной,
Но мудрые понимают.

В IX веке Китай разрывало на части ужасными социальными и политическими потрясениями, которые в 907 г. привели к краху некогда могущественную Танскую династию. Необыкновенный учитель, основавший эту школу, Линьцзи Исюань, изменил лицо дзэн.
... вернувшись к Даюю за второй порцией ударов, Линьцзи доказал свое непреклонное намерение, не лишенное оттенка отчаяния, что весьма напоминает о Будде, который тоже поклялся сидеть под деревом бодхи до тех пор, пока не умрет или не достигнет просветления. Если бы у нас была хотя бы крупица мужества, которое поднимает на такие усилия!
Как того требовал этикет, через неделю Линьцзи вернулся к Даюю. Всегда держа наготове свою палку, Даюй собрался было снова побить Линьцзи за его «наглое» возвращение, но Линьцзи вдруг выхватил палку из руки Даюя и стал бить его самого. Тогда Даюй с удовлетворением понял, что Линьцзи пробудился. Интересно, что Даюй не принял эту перемену в Линьцзи на свой счет и позже сказал, что именно Хуанбо привел его к просветлению.

Учение : Изречения Линьцзи

К началу династии Сун (960—1279) школа Линьцзи стала господствующей формой дзэн-буддизма в Китае. За пределами Китая она была влиятельна прежде всего, в Японии, где сохранилась до настоящего времени как школа Риндзай.
Линьцзи поносил изучение буддийских священных писаний и комментарии к ним в резких словах: «Они хватаются за идеи из священных писаний, чтобы обсуждать их и составлять к ним комментарии. Это подобно тому, как если вставить в рот кусок дерьма, а затем выплюнуть его с высоты на других, чтобы они его съели». Линьцзи с подозрительностью относился к использованию языка вообще: «Как только вы открываете свои рты, это уже не имеет никакого отношения к делу», — говорил он, ибо «объяснения не имеют никакой основы».
Кроме того, Линьцзи не считал медитацию подходящей практикой Дхармы. В юности, когда Линьцзи учился у Хуанбо, он, по-видимому, был не очень прилежным в своей собственной практике медитации. Один из монахов увидел его спящим на подушке для медитации и сообщил об этом Хуанбо. Вместо того чтобы наказать Линьцзи, Хуанбо похвалил его, сказав: «Здесь есть тот, кто медитирует должным образом». Позже, когда Линьцзи сам стал учителем, он критиковал медитацию как пустую трату времени: «Вы сидите, прижав к стенке нёба свой язык, сидите неподвижно и в глубокой ясности. И вы думаете, что это — путь патриархов. В таком случае вы глубоко ошибаетесь!»
у Линьцзи не было времени на техники, нацеленные на развитие добродетели: «Они говорят, что просветление может быть достигнуто... если вы воздерживаетесь от порочных действий тела, языка и ума, но такою рода пустословие подобно весенним ливням».
Так чему же учил Линьцзи своих последователей? Со временем новички узнавали, что Линьцзи требует, чтобы они полностью отказались от всякого стремления к истине, от всех привязанностей и всякой «религиозной» деятельности. Так, он наставлял своих учеников: «Дхарма не трудна. Просто не беспокойтесь ни о чем, как в своей обычной жизни, когда вы, например, справляете нужду, носите одежду и едите пищу, а когда устаете, ложитесь отдохнуть... Нужно просто жить, ни о чем не беспокоясь». Размышления и речь, кроме использования ее для обычного повседневного общения, тоже были запрещены: «Просто сумейте остановить свои мысли и не совершайте больше никакого внешнего поиска».
обучение у Линьцзи сводилось к устранению всех тех аспектов человеческого поведения, которые затемняют врожденное сознание будды его учеников. крики и парадоксальные высказывания были предназначены для того, чтобы освободить сознание учеников от всех мыслей и понятий и чтобы могло воссиять присущее им сознание будды. Все, в чем ученики действительно нуждались, — это вера в то, что они обладают сознанием будды:
«В наше время ученики не могут ничего достичь: что же с вами всеми не так? Недостаток веры в себя — вот что не так! Если у вас нет веры в себя, вы лишь погрязнете в суете, пытаясь из всех сил удержаться в своем замешательстве; вас будет швырять из стороны в сторону в любой ситуации, в которой вы окажетесь, вы не обладаете никакой настоящей свободой».
Линьцзи никогда не писал конкретно, как же именно его ученики должны были сформировать эту веру в себя, но он подразумевал, что лучший путь состоит в том, чтобы отказаться от всех ожиданий. Как он говорил, если у вас нет никаких ожиданий, вы никогда не столкнетесь с разочарованием. Вы будете просто идти в ногу с событиями и продолжать вести повседневную жизнь. Он обобщил такой подход в одном из своих самых знаменитых изречений:
Когда я проголодаюсь, я ем рис.
Когда мне хочется спать, я закрываю глаза.
Глупцы смеются надо мной,
Но мудрые понимают.

Практический урок : Делать то, что естественно

есть два аспекта его учения Линьцзи, которые вы могли бы попытаться осуществить. Во-первых, Линьцзи советовал отбросить все притязания и желания. На самом деле, чтобы быть верными учению Линьцзи, вы должны отбросить религию полностью! Линьцзи часто утверждал: то, что является подлинно духовным, можно обнаружить в обычных вещах повседневной жизни. Он говорил: «То, как я смотрю на вещи, не требует ничего особенного. Просто делайте то, что естественно... проводите время ничего не делая».
Таким образом, следуя совету Линьцзи, отбросьте религиозность. Вместо этого попытайтесь жить в настоящем моменте. Когда вы готовите пищу, уделяйте этому все свое внимание. Когда вы едите, Просто ешьте. Если вы обнаруживаете, что ваше сознание отвлекается, скачет с одного объекта на другой, верните его к тому, что делаете, и делайте все просто и естественно.
Вторым аспектом учения Линьцзи является проблема злоупотребления речью. Многие из нас в своей повседневной жизни фактически утопают в болтовне и патологически боятся тишины. Присмотритесь к своей склонности к болтовне. Многие религии признают ценность практики безмолвия в уединении. Если ваша жизнь позволяет, отведите период или время, когда вы будете практиковать безмолвие. Занимайтесь повседневными делами с полным вниманием, стараясь оставаться сосредоточенными на выполняемой задаче. Через какое-то время вы сможете обнаружить, что болтовня в вашей голове также стихает и что вы научаетесь ценить звучание тишины и наслаждаться им.

11. Юньмэнь Вэньян (864—949)
Лучше, если я ничего не скажу и таким образом не буду обманывать вас.

Учение : Преодоление ограниченности языка

Юньмэнь никогда не учил и не давал наставления в традиционном смысле. Однажды он сказал своим монахам: «Зачем вы все бесцельно приходите сюда в поисках чего-то? Я знаю только, как жрать и ср...ть. Какой толк объяснять что-либо другое?» В подобном же духе он говорил: «Лучше, если я ничего не скажу и таким образом не буду обманывать вас... Вы должны сами прорываться к цели на свой страх и риск».
Даже в тех случаях, когда Юньмэнь говорил, многое из им сказанного было неприличным, иррациональным и парадоксальным Он не использовал язык для передачи концептуального смысла. Скорее, он использовал слова как психо-духовный инструмент, подталкивающий учеников к самому краю обычного размышления, а затем и за его пределы. Часто он отвечал ученикам нелогичными, явно бессмысленными утверждениями, скрывающими в себе глубокую истину. Например, «благая вещь не настолько благая, как ничто». Он также прославился тем, что на вопросы учеников давал необычные, хотя и полные смысла, ответы, которыми пытался вытряхнуть их из самодовольного состояния сознания. Он называл такие ответы своими «однословными барьерами» — испытаниями для прорыва к истинному опыту просветления своими собственными усилиями.
Например, его спросили: «Каково учение, превосходящее даже Будду и патриархов?»
Он ответил: «Сдобная булочка с кунжутом».
Что еще можно прибавить?
Хотя тактика Юньмэня для нас может показаться странной, использование парадоксального языка было вполне обычным в традиции махаяны, например в таком писании, как Алмазная сутра.
Цель этого в том, чтобы показать, что переживание и «содержание» просветления невозможно выразить обычным языком. …Любой ответ на подобный вопрос неизбежно попадает в ловушку дуалистического мышления «или — или», того самого, от чего дзэнские учители убеждали своих учеников отказаться. Таким образом, из ряда вон выходящие ответы Юньмэня были предназначены для того, чтобы вытолкнуть сознание учеников за пределы дуалистических понятий к свободе и простору просветленного восприятия.
Поскольку такие утверждения считались плодами просветленного ума учителя, обдумывая эти слова, ученик мог достичь подобного состояния пробуждения.
Благодаря этим собраниям применение диалогов и изречений, приписываемых учителям дзэн-буддизма, стало популярным средством для медитации, а также способом определения уровня понимания и реализации ученика. Любой используемый таким образом диалог известен как гон-ань , или коан , если использовать более известный японский термин. Слово гон-ань происходит из китайской юриспруденции. Оно относится к изучению «образцового случая» учащимися-юристами. В конечном счете применение коанов стало главной особенностью практики дзэн-буддизма, особенно характерной для школы Линьцзи в Китае и продолжавшей ее линию японской школы Риндзай.
Практический урок : Коаны и разность культур
Трудность преодоления межкультурных барьеров можно проиллюстрировать на примере следующей истории. Несколько лет назад впервые встретились один известный дзэнский учитель и тибетский лама. Возможно, желая испытать уровень реализации ламы, дзэнский учитель взял в руку апельсин и спросил: «Что это?»
Лама, не привыкший к такого рода беседам, обернулся к своим собратьям и сказал: «В чем проблема? Неужели этот бедолага не видит перед собой апельсин?»
Еще одно препятствие состоит в том, что по своей природе коаны предназначены для того, чтобы вытолкнуть нас за пределы рационального мышления. Невозможно читать книгу, не используя при этом наше рациональное понимание и не рассматривая слова как носители определенных значений. Таким образом, попытка понять коаны при чтении книги похожа на попытку научиться танцевать или ездить на велосипеде, читая сборник инструкций. Чтобы приобрести навык в чем-то, вы должны пытаться сделать это!
Наконец, как напоминает нам Юньмэнь, «вы должны сами прорываться к цели на свой страх и риск»! Таким образом, любое объяснение, которое я могу дать коану, будет моим собственным объяснением, но не вашим. Однако, чтобы дать вам некоторое представление о том, как работать с коаном, привожу здесь один из знаменитых ответов Юньмэня.
Однажды монах спросил Юньмэня: «Что такое Будда?»
Юньмэнь ответил: «Высохшая палочка-подтирка».
В традиционном буддизме Будда — это самое священное существо, заслуживающее абсолютного уважения и почитания. Однако Юньмэнь отождествляет Будду с отвратительным будничным предметом, известным всем монахам. В китайских буддийских монастырях не было никакой туалетной бумаги, это китайское новшество к тому времени еще не было изобретено. Вместо нее монахи использовали одноразовую плоскую палочку (размером и формой примерно с деревянную палочку для еды), предназначенную для очищения после посещения туалета.
Анализируя этот коан, сначала задайте себе вопрос, как бы вы ответили. Помните, что при этом вы не пишете научную статью, насыщенную определениями, для энциклопедического словаря. Ваш ответ должен быть для вас вопросом жизни или смерти. Кроме того, имейте в виду: что бы вы ни сказали, это не будет охватывать сути настоящего Будды, но окажется просто вашим ограниченным представлением о Будде. Чтобы познать настоящего Будду, вам необходимо стать просветленным и выйти за пределы дуалистических категорий и понятий.
Так каков же смысл высказывания Юньмэня? Не удовлетворяйтесь первым ответом, какой придет вам в голову, но продолжайте работать над этим, позволяя вопросу многократно в течение дня всплывать в вашем сознании, пока вы занимаетесь своими обычными делами. В конце концов на вас снизойдет понимание уместности ответа Юньмэня и вы начнете в некоторой мере видеть вещи так, как их видел он.

12. Мьёан Эйсай (1141—1215)
Соблюдение морального кодекса приводит к внутренней гармонии и покою в сознании.

Практический урок : Запреты и предписания

Большинство учителей дзэн-буддизма, с которыми мы до сих пор знакомились, посвящали свои силы тому, чтобы вызвать в своих учениках переживание пробуждения. Они почти не упоминали о моральной дисциплине и этике, а время от времени даже убеждали своих учеников перестать беспокоиться по поводу формальной стороны буддийского монашеского кодекса поведения. Однако не следует полагать, что эти учители не соблюдали и не практиковали высокие моральные принципы. Вспомните, что фактически все великие учители, прежде чем стать практикующими дзэн-буддизм, обучались Винае. Буддийские моральные заповеди, наверное, были для них второй натурой, и едва ли стоит это комментировать. Соблюдение морального кодекса приводит к гармонии и спокойствию духа и создает условия для продвижения в медитации и духовной практике.

13. Доген Киген (1200—1253)

Как только вы устремляетесь к просветлению,
даже если жизнь бросает вас во множество других направлений,
любые условия вашей жизни
становятся практической частью достижения просветления.

Доген понял, что любая деятельность может стать практикой дзэн-буддизма, если она совершается в правильном духе.
К концу многолетнего пребывания в Китае, когда Доген уже готовился к возвращению в Японию, его познакомили со знаменитым учителем Цзюцинем (1163—1228), ведущей фигурой дзэн-буддийской школы Цаодун. Эта школа, которая затем стала известной в Японии как дзэн-буддийская школа Сото, имела совсем иное происхождение, чем преобладавшая тогда форма дзэн-буддизма Линьцзи, хотя своими корнями школа Цаодун также восходила к Хуэйнэну, основателю Южной школы китайского дзэн-буддизма. В то время как стиль обучения в школе Линьцзи мог быть резким и пугающим, школа Цаодун традиционно считалась в своих методах более мягкой, хотя, как говорил Доген, Цзюцинь был известен тем, что бил своих дремлющих учеников домашней туфлей!
Его напряженный труд был вознагражден переживанием пробуждения. Доген отказался обсуждать подробности своего переживания, но это ускорилось тем, что он услышал в словах Цзюциня. Цзюцинь выговаривал уснувшему монаху: «Тело и ум отброшены в дзэне. Почему же ты спишь?»
Первое из многочисленных сочинений Догена было краткое введение в практику медитации «Общие положения для занятий дзадзэн». Он учил сидячей медитации Сото и, что было необычным в его время, читал лекции группе приверженцев. Он никого не прогонял, и все верили в свою способность к просветлению. От этого периода сохранилось множество лекций и других сочинений, образующих существенную часть его огромного творческого наследия, известного как «Сокровищница знаний об истинной Дхарме».
Доген 1253 г. умер. Его детское прозрение насчет недолговечности никогда не оставляло его, ибо первые строки его предсмертного стихотворения гласили:
На листьях и траве
В ожидании утреннего солнца
Быстро тает роса.

Учение : Сокровищница истинной Дхармы

Хотя сочинения, вошедшие в книгу, очень разнообразны, в них выделяются несколько ключевых тем. Во-первых, Доген был очень заинтересован в описании практики сидячей медитации Сото, часто известной под японским названием дзадзэн. Первый патриарх Бодхидхарма придавал важное значение медитации, однако в дзэн-буддийских школах Китая со времен Мацзу все более подчеркивалось значение повседневных действий, а вместо практики медитации использовались коаны.
В своей «Сокровищнице» Доген дает подробные наставления относительно того, как правильно сидеть в дзадзэн. Сначала он описывает правильное сидячее положение, подобное обсуждавшемуся нами в главе 1. Затем он пишет:
«Теперь, когда принято правильное положение, следует упорядочить свое дыхание. Если возникает мысль, отметьте ее вниманием, а затем отбросьте. Если вы практикуете таким образом в течение долгого времени, вы забудете привязанности, и естественным образом возникнет сосредоточение. Таково искусство сидячей медитации (дзадзэн), врата Дхармы к великому покою и радости».
Регулярная практика сидячей медитации приводит к такому умственному состоянию, которое является сочетанием расслабления и бдительности, подобным состоянию непринужденной внимательности, которое мы часто наблюдаем у спокойных кошек. Однако мы должны заниматься дзадзэн без какого-либо сознательного предвкушения будущих достижений. Как во многих случаях напоминал своим ученикам Доген, важен только настоящий момент: независимо от того, что произойдет в будущем, все случится так, как и должно случиться, как бы мы ни торопили события — ни раньше, ни позже.
Еще одной из частых тем произведений Догена является природа будды. С характерным блеском Доген придал учению о природе будды нечто новое, дав иное толкование известной строке из Нирвана-сутры. При традиционном толковании эта строка говорит о том, что «все существа без исключения имеют природу будды». Однако Доген по-новому истолковал данное предложение, которое стало означать: «совокупность существ является природой будды». Таким образом, вместо утверждения о том, что природа будды находится внутри нас, Доген расширил границы учения, сказав, что каждое существо находится в пределах универсального измерения природы будды. Возможно, Доген был первым в буддизме, кто смотрел на Вселенную как на сакральное место, а ее полноту отождествил с полем просветления. Таким образом, согласно Догену, даже преходящие феномены, в том числе кажущиеся заурядными или нечистыми, участвуют в просветленной энергии природы будды, которую он понимал не как статическое состояние, а как динамический процесс, проявляющийся в самом потоке феноменального мира. Как говорил Доген, «сама недолговечность травы и деревьев... людей и вещей, тела и ума является природой будды». Практика дзадзэн помогает нам выйти за пределы повседневного «я». Когда мы забываем о себе, мы становимся едиными с реальностью — пробужденными к своему естественному месту во всеохватывающем сознании будды.
Третьей преобладающей темой в размышлениях Догена является вера и поклонение. Он убеждал тех, кто следовал буддийскому пути, верить в путь искренне, чтобы с самого начала утверждаться в сознании будды. Для Догена вера — не что-то такое, что можно развить посредством усилий. Скорее, она спонтанно возникает из природы будды, неотъемлемой частью которой она является. По мере того, как: растет понимание всепроникающей природы будды, все человеческое существо проникается верой. Доген выражал также глубокое уважение к практикам поклонения, таким как почитание священных писаний. Если исключить его резкость в отношении своих соперников из школы Риндзай, сочинения Догена отличаются терпимостью к другим формам буддийской практики. Хотя главным методом, который он защищал, был дзадзэн, Доген учил, что существенны набожность и уважительное отношение к буддийским священным писаниям как источнику вдохновения и прозрения.

Практический урок : Сострадание и понимание

Несколько монахов монастыря Догена заметили пасущегося поблизости оленя. Они начали кормить его остатками пищи. Через некоторое время олень стал доверять им и ел прямо из рук. Приняв близко к сердцу учение Догена об универсальности природы будды, монахи были очень довольны собой. Однако Доген не обрадовался, когда услышал об олене. При первой же возможности он стал бросать в оленя палки и камни, пока он в испуге не убежал.
Монахи были шокированы поступками Догена и приступили к нему с требованием дать объяснение. «Мы по-доброму кормили оленя, а вы безжалостно бросали в него камни, и поэтому он больше не придет».
«И вы действительно считаете, что были сострадательными? — спросил Доген. — Для оленя стать прирученным к людям опасно».
Монахи возразили на это: «Мы никогда не сделали бы ничего, что причинило бы ему вред. Мы просто кормили его».
«Разумеется, вы не собирались причинить оленю вред, но что если следующий человек, с которым встретится ваш ручной олень, будет охотником?»
Эта история выдвигает на первый план достаточно частую проблему. Мы слышим чудесные истории о значении сострадания и доброты в буддизме. Сострадание для некоторых людей практически определяет суть буддизма. Конечно, мы хотим развивать любовь и сострадание ко всем существам. Но сострадание без понимания, предупреждает нас Доген, может причинить больше вреда, чем добра. Это ненамного лучше, чем если бы слепой человек ощупью двигался в темноте. Доген не уговаривает нас как-либо ограничивать свое сострадание, но он советует полностью осознавать его последствия. В то же время важно, чтобы вы не ожесточились и не потеряли желание совершать сострадательные поступки. Остерегайтесь стать человеком, который развил огромное понимание и знание, но пренебрегает повседневными благодеяниями. Буддизм без сострадания бессмыслен — сама его душа остыла бы. Сострадание без понимания слепо и потенциально вредно. Понимание без сострадания может привести к бессердечному пренебрежению страданиями других. просветление, или сознание будды, характеризуется гармоничным равновесием сострадания и понимания.

 

14. Якуситсу Генко (1290—1367)

Воспоминание о Будде предназначено
для освобождения от цикла рождения и смерти;
Практика дзэн-буддизма нацелена
на понимание изначальной природы.

В 1305 г. он и его друг были приняты в Камакуре в качестве стажеров Якуо Токкеном (1245—1320), известным тем, что он изучал дзэн-буддизм в Китае. Якуситсу стал личным помощником Токкена. Через пятнадцать лет, когда Токкен умирал, Якуситсу спросил своего учителя, каково будет его последнее слово. Токкен ничего не сказал, только нанес Якуситсу резкий удар по лицу, который вызвал у Якуситсу первое переживание пробуждения.
Якуситсу вернулся в Японию. То, как он повел себя при этом, многое говорит о его характере. Когда Якуситсу высадился на берег, он раздал все дары, которые собрал во время посещения дзэнских учителей в Китае, зашагал прочь и исчез во мраке. Одно из стихотворений несет в себе проблеск его чувств того времени:
Этот фантом, эта тень
Воистину решает скрыться вдали.
Через год он умер.

Учение : Чистая земля и дзэн

Центральной темой сочинений Якуситсу является буддизм Чистой земли. Учение Чистой земли восходит к древнеиндийскому буддизму махаяны. Поскольку школа Чистой земли развивалась в Китае и Японии, она стала альтернативным путем к просветлению, который особенно подходит для тех, у кого мало времени или нет способности заниматься более сложными или строгими практиками. Этот так называемый «легкий» подход стал преобладающей формой буддизма в Китае и Японии.
учение Чистой земли основывается на той идее, что некие небесные будды устроили под своей опекой чистые обители в других частях Вселенной. Благодаря своему безграничному состраданию к страждущим существам эти будды гарантируют всем людям возможность перерождения в одной из этих Чистых земель, где есть совершенные условия для возможного достижения просветления. Практика, необходимая для обеспечения перерождения в таком месте, заключается в памятовании, или повторении, имени одного из хранителей Будды. Самым популярным из них был Амитабха, Будда Бесконечного Света. Его Чистая земля, к которой стремятся множество буддистов, является обителью, называемой Сукхавати.
Популярность и привлекательность буддизма Чистой земли объясняется верой в спасающую силу Будды. Таким образом, этот буддизм, по-видимому, совершенно противоположен дзэнскому взгляду, согласно которому человек может достичь просветления только благодаря собственным напряженным усилиям реализовать врожденное сознание будды. Кажется странным, что эти два конкурирующих подхода смогли найти какие-то точки соприкосновения. Но в эпоху Сун многие китайские дзэнские учители мирно уживались с практикой Чистой земли. Этот процесс восстановления отношений длился столетиями. В настоящее время буддизм в Китае в значительной степени является синтезом Чистой земли и дзэн-буддизма. Якуситсу понял, что существует общий принцип, лежащий в основе учения Чистой земли и дзэн-буддизма.
«Воспоминание о Будде предназначено для того, чтобы освободиться от цикла рождения и смерти; практика дзэн-буддизма предназначена для того, чтобы понять изначальную природу. Никогда не было такого, чтобы тот, кто избавился от перерождения, не постиг также и свою изначальную природу, а тот, кто постиг свою изначальную природу, избегнет также и перерождения. Поэтому несмотря на различия в названиях, дзэн и практика Чистой земли тождественны по сути».

Практический урок : Нэмбуцу

Хотя Якуситсу подчеркивал, что настоящая Чистая земля существует лишь в собственном сознании, он одобрял практику Чистой земли, называемую Нэмбуцу , «повторение имени Будды Амитабхи».
Как и в дзэн-буддизме, в практике Чистой земли важна выраженная сила мотивации веры вместе с набожностью. некоторые более поздние японские учители Чистой земли учили тому, что повторения имени Будды Амитабхи достаточно для обеспечения перерождения в Сукхавати. В таком контексте практика Чистой земли может рассматриваться как хорошее противоядие против опасности впадания в гордыню. Если мы считаем, что можем полагаться исключительно на свои собственные способности в достижении просветления, то мы можем стать самонадеянными и высокомерными, возгордившись своими достижениями, как настоящими, так и мнимыми. Взывание к совершенной силе и совершенному смирению будд может научить нас пониманию того, что мы всегда нуждаемся в помощи, чтобы преодолеть свои иллюзии.
Практика Нэмбуцу очень проста. Сядьте удобно в позе для медитации и некоторое время сосредоточивайтесь на своем дыхании. Затем закройте глаза и представьте образ Будды Амитабхи. От него исходит золотистое или ярко-белое сияние. полезно установить картину с изображением Амитабхи, чтобы можно было более ярко представить себе его образ. Удерживая этот образ своим мысленным взором, начните повторять имя Амитабхи на выдохе и вдохе. При желании вы можете считать свои слова, перебирая бусины четок или мала. Повторяйте слова: «Наму Амитабха Будда», что означает «Приветствую Амитабха Будду». Якуситсу произносил бы слова согласно японскому произношению как «Наму Амида Буцу»8.
Хотя вы просто произносите имя Амитабхи, эта практика повторения имени может быть эффективной только при условии успокоения обычного активного потока мыслей и эмоций. Как таковой ее эффект подобен повторению мантры или медитации на ключевом слове коана. Вы можете использовать повторение имени Амитабхи, проговаривать его в такт дыхания.

15. Бассуй (1327—1387)

Природа будды, «Я» всех существ — простая Истина.
У всех — от будд до насекомых это и есть видящий, слышащий и движущийся.

.. Что же такое эта душа? Рассказывается, что когда Бассую было девять лет, он услышал о возможных ужасных видах перерождения. Бассуй очень испугался за себя и других. Этот страх побудил его еще больше задаться вопросом: что же представляет из себя душа, которая может переродиться в таких страшных формах? Когда Бассуй повзрослел, он стал часами сидеть в медитации, продолжая обдумывать мучивший его вопрос. В конечном счете он пришел к постижению того, что не существует ничего субстанциального, что можно было бы назвать «душой». На какое-то время это постижение освободило его от сомнений.
Но затем Бассуй случайно прочитал, что «сознание — это хозяин, а тело — гость». Такое утверждение, казалось, предполагало, что «сознание» является своего рода духовным «я», или душой, которая играет роль хозяина по отношению к ряду временных «гостей» — тел, в которых мы обитаем во время различных воплощений. «Но какова природа этого сознания?» — спрашивал теперь себя Бассуй. Он начал понимать: то, что он искал, является «тем, что видит и слышит». В надежде приблизиться к ответу Бассуй, которому минуло двадцать лет, начал учиться у местного дзэнского учителя. Но в течение последующих девяти лет он не становился монахом. Даже когда Бассуй решил принять обеты, его не привлекала упорядоченная жизнь монастыря с его повседневным кругом ритуалов и песнопений. Он не утруждал себя даже тем, чтобы носить монашескую рясу. Все, что он делал, и днем и ночью, в дождливую и солнечную погоду — упорно медитировал!
Однажды он пошел навестить отшельника Токутея Дзишу, который в течение десятилетий уединенно жил в горах, занимаясь только медитацией. Токутей спросил Бассуя, почему тот не носит рясу, в то время как голова обрита как у монаха. Бассуй ответил: «Я стал монахом, чтобы понять смысл жизни и смерти, а не для того, чтобы носить рясу». Между Бассуем и Токутеем завязалась многолетняя дружба, но Токутей отговаривал его, предупреждая, что отшельники тоже сталкиваются с духовными опасностями, вроде гордости и самодовольства. На некоторое время уйдя от Токутея, Бассуй возобновил свои поиски, направленные на достижение пробуждения и истинного понимания Дхармы. Однажды, на рассвете, после долгой ночи интенсивной медитации Бассуй услышал журчащий звук горного ручья, протекавшего по камням, и внезапно был потрясен глубоким чувством пробуждения.
Подобно многим великим учителям, он использовал свою смерть как возможность дать последний урок. После группового занятия медитацией, продолжая сидеть, он повернулся к своим ученикам и сказал: «Смотрите прямо! Что это? Всегда смотрите таким образом, и вы не ошибетесь». Он громко повторил это еще раз и умер.

Учение : Сомнение

Главной темой его учения, если назвать это одним словом, является «сомнение». В дзэн-буддизме сомнение не имеет отрицательного значения. Скорее, оно обозначает состояние ума, предающегося интенсивным размышлениям о сущности и смысле жизни, просветлении, природе будды и всем остальном. Сомнение развивается в виде назойливых вопросов о жизни, которые зреют и растут до тех пор, пока не станут нестерпимой жаждой найти ответ. Бассуй писал:
«Некоторые, к сожалению, решают свои сомнения после трех-четырех дней раздумий, в то время как другие тратят на их разрешение три, пять, десять или даже двадцать лет».
Неразрешенные сомнения могут помочь нам преодолеть препятствия, разочарования и трудности, неизбежно возникающие на духовном пути и побуждающие нас заниматься медитациями и совершать другие духовные действия.
Сомнения Бассуя насчет природы души созрели, когда он перешел к более сложному исследованию природы сознания. Он использовал свои собственные вопросы как основу для наставления своих учеников, предлагая им многократно спрашивать себя: «Чем является то, что вы видите? Чем является то, что вы слышите?» Для Бассуя эти вопросы — фундаментальная основа всех коанов. Хотя точная формулировка зависит от конкретного учителя, назначение всех коанов одно и то же: углубляться все дальше от поверхностного уровня сознания и его содержания до тех пор, пока не будут отвергнуты все ограниченные проявления концептуального мышления.
В конечном счете, как признавал Бассуй, истинной сутью человека является «таковость», из которой возникает повседневное сознание. Это и есть «настоящий Будда, который является ничем иным, как сущностью всех вещей, это — тот, кто видит, слышит и воспринимает», хотя это невозможно понять или описать словами.
Несмотря на дискомфорт, испытываемый им от установившегося порядка монастырской жизни, Бассуй осознавал необходимость традиционных форм буддийской практики. Однако он интерпретировал элементы буддийской практики как метафоры философских аспектов дзэн-буддизма. Например, признавая, что буддийские священные писания обязывают практикующих «принимать на веру, поддерживать, читать, декламировать, толковать и переписывать сутры», Бассуй писал, что в действительности эти действия не самоцель, а лишь способы «прозреть в свою собственную природу».
В то же время Бассуй придавал огромное значение соблюдению буддийской морали и этики. Он убеждал своих последователей следовать заповедям, ибо до тех пор, пока люди не достигнут просветления, им нужны заповеди, чтобы уберечься от кармических последствий дурных поступков. Он писал:
«Достижение просветления через соблюдение заповедей и гармонизация заповедей через просветление — это в принципе нечто разное, но после достижения просветления они представляют собой воистину единый путь».

Практический урок : Как найти хорошего учителя

Когда вы впервые отправляетесь в духовный поиск, будь то дзэнский или какой-либо другой путь, писал Бассуй, вы похожи на доверчивого младенца. Вас легко одурачить убедительными речами, обещаниями и скрытыми угрозами. У вас просто нет ни опыта, ни понимания, необходимого для того, чтобы определить подлинного учителя. «По-настоящему хороший учитель, — писал Бассуй, — не делает взгляд людей бесполезным, но направляет его непосредственно на сознание, показывая им их истинную природу». ...Если вам повезет и вы найдете учителя, демонстрирующего упомянутые качества, вы еще должны разобраться в том, подходит ли вам личный стиль учителя. Именно ваша собственная кармическая обусловленность привлекает к одним формам обучения и отталкивает вас от других. Хотя стиль выбранного вами учителя может лучше подходить вашему характеру, многие другие стили тоже могут принести полезные результаты. При этом не имеет значения, сколько у вашего учителя учеников.

 

16. Такуан Сохо (1573—1645)

Когда человек не думает: «Куда я погружаюсь?»,
сознание распространяется на все тело и движется в любое место.
Не усилия останавливают сознание в каком-то точном месте, а дисциплина.

«Сожалею, что вы все не становитесь нагими. Разве вы не страдаете от своей жадной привязанности к разным вещам, мнению о вас других, хозяйству и пожиткам? Если вы станете нагими монахами, как я, вы почувствуете себя лучше».
Когда он лежал на смертном одре, его попросили сказать последнее слово. Не вымолвив ни слова, он взял свою кисть и написал иероглиф «сон».

Учение: Философия искусства фехтования

Неоконфуцианство возникло в Китае в XII веке как реакция на буддийскую и даосскую метафизику. Некоторые ключевые неоконфуцианские понятия имели заметные параллели с дзэн-буддизмом и поэтому привлекали внимание образованных мыслителей, подобных Такуану. Кроме того, его беспокоил нараставший конфликт между буддистами и неоконфуцианцами.
В неоконфуцианской философии постулируются два взаимосвязанных космических принципа бытия: ноуменальное (ли ) и феноменальное (ци ). Ноуменальное — это базовый всепроникающий, но невидимый принцип, лежащий в основе всего существования. Таким образом, он подобен тому, что буддисты называют Абсолютной Реальностью, или «таковостью». Феноменальное — это материальное проявление ноуменального; оно принимает форму в мире в том, что даосы называют «десятью тысячью вещей», а буддисты называют относительной, или повседневной, реальностью. цель Такуана в его сочинениях о неоконфуцианстве заключалась в их примирении и гармонизации. В других сочинениях Такуан пытался объединить буддизм с синтоизмом и даосизмом. Несмотря на очевидные различия, писал он, все эти пути относятся к одной и той же базовой реальности (и происходят из нее) — сознанию будды, изначальной природе всего бытия.
... Сталкиваясь с перспективой неотвратимой гибели, самурай нуждался в том, чтобы сохранить высочайший уровень осознанности, если ему предстояло продолжать бой. Дзэнское понятие не-мысли было привлекательно как способ развить «всестороннее осознание», в котором внимание проникает во все ваше тело и окружающее его пространство, не фиксируясь на каком-либо одном объекте, что позволяет немедленно реагировать на любое изменение ситуации.
Такуан красноречиво описал боевое применение такого состояния сознания:
«Если в то мгновение, когда вы видите меч вашего противника, поднятый для того, чтобы ударить вас, вы думаете о том, чтобы парировать удар своим мечом, ваши действия будут затруднены и вы погибнете».
Вместо этого Такуан советовал воину позволить своему сознанию течь, не привязываясь к мыслям и эмоциям:
«Даже когда вы видите, как на вас обрушивается меч вашего противника, не фиксируйте на нем ваше внимание и не думайте о том, как приноровиться к стремительности меча вашего противника, чтобы отразить удар — отбросьте всяческие различения и планы!»
Таким образом, чтобы достичь победы в бою, воин не должен сосредоточиваться ни на себе, ни на своем противнике, ему не следует позволить своему телу реагировать без вмешательства концептуального мышления.

Практический урок : Владение Мечом прозрения

Одно из эссе Такуана об искусстве фехтования называется «Тайны неподвижного прозрения». В буддизме махаяны прозрение относится к пониманию истинной природы реальности. Это понимание символизируется мечом. Этот Меч прозрения может разрубить путаницу мыслей и негативных эмоций, которые так часто заманивают нас в ловушку.
Мы не часто сталкиваемся со смертельно опасным противником, но во многих повседневных ситуациях наш обычный путаный процесс мышления может вогнать нас в опасное положение. Та же дисциплина для ума и тела, которую Такуан предписывал воинам, может помочь нам в самых разных ситуациях. Эта техника, как объяснял Такуан, должна позволить сознанию течь свободно и непринужденно, без сознательного и, следовательно, потенциально ошибочного контроля:

Когда человек не думает: «Куда мне направить сознание?», оно рапространится на все тело и будет двигаться во всех возможных направлениях. Усилия, направленные на то, чтобы сознание не останавливалось на одном месте — это дисциплина. Безостановочность потока сознания — это цель и суть. Никуда не направляйте его — и он будет повсюду. Даже при движении сознания за пределы тела, если оно направляется в каком-то одном направлении, ему будет не хватать девяти остальных. Если ум не ограничивается только одним направлением, он будет направлен на все десять.

Самым могущественным оружием является установка бдительности и внутреннего спокойствия.
Знаменитая история о состязании между фехтовальщиком Ягю Мунэмори и молодым самураем Миямото Мусаси (1584—1645), известным автором «Книги пяти колец», поясняет характер мышления, лежащего в основе дзэнского подхода. Однажды Мусаси вызвал Мунэмори на состязание, чтобы увидеть, чье искусство фехтования лучше. Мусаси окунул меч в ручей и разрубил плывущий лист надвое, как только тот наткнулся на его меч. В свою очередь Ягю Мунэмори тоже окунул меч в ручей, однако в его случае лист обогнул меч и проплыл мимо. Мусаси высокомерно заявил, что его владение мечом было лучше. Мунэмори, обученный дзэнской внимательности, спокойно объяснил, что это не так. Дзэнский воин спасает жизнь, не применяя меча, уклоняясь от атак врагов благодаря своему спокойствию и сосредоточенному духовному присутствию!

17. Банкей Йотаку (1622—1693)
Все вещи растворяются в нерожденном.

Банкей был непослушным и неуправляемым озорником. Тем не менее однажды он случайно открыл одну из конфуцианских классических книг «Великое учение», и его сразу же поразила первая строка: «Путь великого учения освещает сияющая добродетель». Что, спрашивал себя Банкей, подразумевается под словом «сияющая», или, как предпочитали некоторые переводчики, «блестящая добродетель»? Хотя Банкею было тогда всего лишь одиннадцать лет, он спрашивал каждого встречного об этом ключевом конфуцианском понятии — и своего школьного учителя, и соседских конфуцианских «знатоков». Но никто не мог объяснить это Банкею удовлетворительно. Разочаровавшись, Банкей отказался вернуться в школу. Он даже пытался покончить с собой, проглотив горсть ядовитых пауков! Изгнанный из родного дома своим суровым братом, Банкей отправился на поиски учителя дзэн-буддизма, так как предполагал, что если кто-то и знает ответ на его вопрос, то это мог быть только такой учитель.
В 1641 г. Банкей начал свой изнурительный четырехлетний путь самопознания, иногда в течение нескольких дней скитаясь без пищи и крова и множество ночей погружаясь в глубокую медитацию. Несмотря на эти лишения, Банкей все еще не находил ответа на свой вопрос. Вернувшись в храм Умпо, Банкей уединился в хижине и с еще большими, чем прежде, усилиями занялся практикой. В 1647 г. истощение и недостаточное питание привели его на край гибели. Лежа на полу своей хижины, он был таким немощным и слабым, что не мог даже глотать. Но затем произошло нечто необыкновенное. Банкей так описал это:
«Я почувствовал странное ощущение в горле. Я понял то, что до сих пор все время ускользало от меня: все вещи растворяются в нерожденном».
Это прозрение-катарсис вырвалось как будто из самой души и стало главной темой более позднего учения Банкея.
...Когда Банкей испытал второе мощное переживание пробуждения, Даочже выписал свидетельство о его реализации. Верный своему характеру, Банкей выхватил свидетельство из рук Даочже и разорвал его. Банкей не нуждался в бумажных удостоверениях!

Учение : Нерожденное

Хотя при жизни Банкей привлекал к себе огромное число сторонников, он не принадлежал к какой-либо школе дзэн-буддизма. Он был человеком самостоятельным и независимым, и когда умер, его послание в значительной степени было забыто. В середине XX века великий популяризатор дзэн-буддизма Дайсетсу Судзуки (1870— 1966) заново открыл Банкея и ознакомил с его учением благодарную аудиторию в Японии и на Западе. Парадоксальность сближения этих двух учителей дзэн-буддизма состояла в том, что Банкей в своей практике и учении с презрением относился к коанам, а вот Судзуки был ярым сторонником техники коанов школы Риндзай.
Большим затруднением для японцев было и то, что классическая литература дзэн-буддизма все ещё оставалась написанной и цитировалась только на китайском языке и в китайском стиле. Банкей отверг копирование и декламацию таких сочинений, назвав их «слюнями старых китайских патриархов». Банкей предпочел описывать понятия дзэн-буддизма, используя повседневный язык простых людей, как это некогда уже делали учители вроде Линьцзи. Его цель состояла в том, чтобы добиться понимания у тех людей, которыми пренебрегали официальные религиозные учители и институты того времени.

Центральную тему духовного послания Банкея можно обозначить его любимым понятием «нерожденное». Хотя он утверждал, что его понимание этой идеи уникально, само это понятие в древних писаниях махаяны термин «нерожденное» часто использовался в значении «лежащая в основе всего пустота или отсутствие у всех явлений внутренней реальности». Это — изначальное состояние всех вещей в восприятии просветленных существ. Кроме того, термин «нерожденное» использовался последователями эзотерической школы Сингон для описания звука-мантры «А» (произносится как «Ах»), который, как они учили, был проявлением изначального, или «нерожденного», просветления — естественного базового состояния всех существ. Как мы уже Банкей в юности некоторое время провел в компании монахов Сингон, которые могли познакомить его с медитацией на звуке.
Так что же Банкей подразумевал под термином «нерожденное»? Хотя он использовал его как синоним для более знакомой природы будды, мало кто понимал, в каком смысле он его применял. Как рассказывал сам Банкей, «когда я был молод, никто не понимал меня; когда они слушали мою речь, они думали, что я еретик или христианин». Но когда Банкей стал старше, он стал искуснее в объяснении своего прозрения и завоевал сердца множества учеников. Все мы используем слово «нерожденное», не зная толком, что за ним стоит, объяснял Банкей, ибо то, что является по-настоящему нерожденным, невыразимо и может быть только пережито на опыте. Нерожденное есть не что иное, как «основа всего, начало всего». Это — «основа всех будд». Неудивительно, говорил Банкей, что наш обычный ум не может понять, что подразумевается под «нерожденным», а обычные слова не могут ухватить его значение, ибо оно охватывает все существующее как на абсолютном, так и на относительном уровнях бытия.
Несмотря на такое всеобъемлющее определение, для самого Банкея в «нерожденном» не было ничего таинственного или мистического, ибо им обладают все с самого первого мгновения жизни. В одной из своих важных проповедей на эту тему он сказал: «Сознание будды присуще людям, передаваясь им от родителей.
Ничто другое не является врожденным. Это сознание будды и есть «нерожденное». Таким образом, для Банкея нерожденное сознание будды является нашим неотъемлемым качеством. Единственно достоверное в жизни, «нерожденное» всегда присутствует, хотя часто скрывается за неразберихой иллюзий и негативных эмоций.
У Банкея была интересная неортодоксальная идея насчет того, каким образом сознание будды оказывается скрытым. Большинство традиционных буддийских школ подчеркивают наследственное бремя кармической энергии, которое мы переносим из одной жизни в другую. Эти кармические отпечатки прошлых деяний предрасполагают нас к разнообразным негативным мыслям и поступкам. Банкей же, подобно многим современным психотерапевтам, возлагал вину на наших родителей! Он писал:
«Из-за ошибок воспитавших вас людей пребывающий в сознании будды превращается в образцовое непросветленное существо».
По мнению Банкея, младенцы приходят в мир в непосредственном единстве с нерожденным сознанием будды. Постепенно дурной пример родителей и опекунов портит их сознание настолько, что они теряют это состояние. Маленьких детей Банкей приводил в пример как идеальный образец для взрослых. Подобно Христу, он призывал своих последователей быть похожими на «маленьких трех-четырехлетних детей».

В обыденных отношениях с учениками Банкей всегда проявлял большую мягкость и избегал крайностей; насилие, которое проявляли некоторые учители дзэн-буддизма, были ему не по душе. Иногда его даже обвиняли в том, что он делает жизнь своих учеников слишком легкой. Как-то Банкея упрекнули за то, что он позволил монахам задремать во время медитации. Его ответ был весьма откровенным: «Я не одобряю того, чтобы люди засыпали, но было бы совершенно недопустимо бить их... Когда монах спит, вы ведь не думаете, что он уже другой человек?.. Когда люди спят, они спят в сознании будды; когда они бодрствуют, они пробуждены в сознании будды». Банкей настаивает на том, что нерожденное сознание будды всегда пронизывает все существа. Если мы сможем поверить в то, что сознание будды является неизбежно присутствующим, то мы всегда будем поступать правильно. Однажды Банкей сказал посетителю:
«Если кому-нибудь нужно что-то сделать, когда он сидит, он волен встать и сделать это; но что бы ни предстояло сделать, нужно встать».

Подход Банкея к практике дзэн-буддизма не был связан с использованием коанов. Он считал, что коаны были уместны только для первоначальных. Древняя запись беседы между учителем и учеником может поведать нам об образе мыслей учителя в то время, но что это может сказать нам о нашем настоящем? Когда один озадаченный ученик однажды спросил Банкея, почему он не использует коаны для наставления своих учеников, тот ответил: «Здесь мы не изучаем старые газеты».
Точно так же, когда Банкей не высказывался отрицательно о формальной медитации дзадзэн, он не изменял своему методу, настаивая на том, чтобы ученики практиковали ее. Настоящий смысл дзадзэн — не в устойчивой позе или сосредоточении, ибо «это сознание будды сидит в покое». Таким образом, не должно «ограничиваться временем, когда вы сидите в медитации». Поэтому вполне естественно, что Банкей не сердился, если практикующий мог задремать во время медитации, ибо это и сознание будды спит!

Практический урок : Повседневная жизнь в нерожденном сознании

Если Банкей учил, не используя коаны и не настаивая на медитации, то как, по его мнению, люди входят в контакт с сознанием будды? Поскольку «нерожденное», или сознание будды, — не таинственное и не мистическое, то с правильной установкой и обычные люди без особых духовных техник могут очень легко получить доступ к нему. Главное — заниматься своими повседневными делами с повышенной внимательностью и не допускать, чтобы поступки омрачались гневом и другими негативными эмоциями. Когда один фермер спросил у Банкея, как ему быть со своей склонностью к гневу, тот ответил ему:

«Поскольку все люди с рождения наделены нерожденным сознанием будды, то теперь тебе не нужно искать его снова, чтобы следовать ему. Если ты выполняешь свои рутинные дела со всей своей энергией, ты культивируешь нерожденное сознание. Если во время работы мотыгой в поле ты разговариваешь с людьми и одновременно с этим работаешь мотыгой, то ты работаешь мотыгой, одновременно с этим разговаривая, и разговариваешь, одновременно с этим работая мотыгой. Если же ты работаешь мотыгой, не проявляя ни малейшего раздражения и других эмоциональных загрязнений, твоя работа будет приятной и легкой. Она превращается в работу нерожденного, неподвижного сознания будды».

Банкей говорил, что вместо того, чтобы заниматься эзотерическими практиками, вы можете выполнять духовную работу, живя повседневной жизнью в нерожденном сознании. Нерожденное сознание чисто и незагрязнено, поэтому устранение негативных состояний сознания ставит вас в более близкую связь с ним. Часто, объяснял Банкей, вы делаете выбор, как действовать или реагировать. Бывает, вы раздражаетесь потому, что в своем выборе предпочитаете стать раздраженным. ..Вы хотите стать раздраженным, объяснил он, из-за своей ложной и эгоистичной веры в то, что вам необходимо заботиться о собственной персоне — вашем драгоценном эго, или чувстве «я». Гнев, жадность, вожделение, ревность и другие негативные эмоции, которые возникают от неведения, скрывающегося под поверхностью обычного состояния сознания, готовы вырваться наружу, как только вы позволите им это сделать. Какой же выход предлагает Банкей? Используйте свое прозрение-интуицию, чтобы разглядеть, что в действительности эти отрицательные эмоциональные состояния — не вы сами. Вы — это нерожденное, изначальное сознание будды. А то драгоценное эго, которое вы защищаете, — иллюзия.
Банкей советует: почему бы не захотеть каждый день жить в нерожденном сознании? Если у вас войдет в привычку очень внимательно относиться к тому, что вы делаете, и избегать негативных эмоциональных состояний, то вскоре вы откроете для себя новую и необыкновенную жизнь. В одной из лекций Банкей предлагает:
«Для начала оставайтесь в нерожденном в течение тридцати дней; те, кто привыкают жить в согласии с нерожденным в течение тридцати дней, впоследствии будут жить таким образом спонтанно. Вместо того, чтобы пытаться стать Буддой, попробуйте идти прямым путем и оставаться Буддой».

 

18. Хакуин Дзэнцзи (1689—1769)

Беспредельное небо медитации.
Ясный лунный свет мудрости.
Истина, открывшаяся как вечное безмолвие.
Эта земля — чистый лотосовый край.
Это тело — тело будды.

Точно так же, как Доген способствовал восстановлению в Японии дзэнской школы Сото, Хакуин Дзэнцзи играл подобную роль по отношению к дзэнской школе Риндзай.
Однажды настоятель храма, где он остановился, вынес несколько книг из своей библиотеки, чтобы проветрить их на свежем воздухе. Вид произведений прославленных мастеров прошлого вдохновил Хакуина. Он хотел было посмотреть какую-нибудь книгу, но не знал, какую из них выбрать. Помолившись о божественном руководстве, он выбрал книгу. Это было собрание дзэнских историй. И Хакуин был так очарован историями древних дзэнских учителей, что решил с абсолютной преданностью следовать пути дзэн-буддизма до тех пор, пока не достигнет просветления.
Когда Хакуин пережил свой первый духовный прорыв, вызванный интенсивной медитацией на коане. Этот опыт оказался очень драматическим: «Казалось, будто ледяной покров или нефритовая башня разбилась с оглушительным грохотом». В результате этого озарения страхи Хакуина насчет недолговечности всего сущего и трудности избежать мук в адских сферах испарились, подобно утренней росе. Теперь он с уверенностью знал, что «нет никакого цикла рождения и смерти, нет никакого просветления, к которому нужно стремиться».
Все ныне живущие в Японии учители Риндзай ведут свое происхождение от Хакуина.

Учение : Великая бездна

Хакуин охотно побуждал своих последователей среди мирян взывать к Будде посредством повторения его имени и визуализации его образа. Однако он часто напоминал им, что лучше искать Чистую землю в своем сознании, чем молить о перерождении в этом царстве. Хакуин понимал, что практика Чистой земли предназначена для достижения той же цели.
В своих сочинениях Хакуин сетовал на недостаточную жизненность практикующих: «Они практикуют безмолвное, неподвижное сидение, как будто они курильницы в какой-нибудь древней гробнице, и принимают это за настоящую практику великих патриархов».
Хакуин учил : для успеха в дзэнской практике важны три вещи: великая вера, великое сомнение и великая решимость. С идеей «великого сомнения» мы сталкиваемся в учениях и других дзэнских учителей. Хотя некоторые удачливые люди спонтанно переживают состояние неопределенности и с раннего возраста вопрошают, многим для этого нужны годы.
великая решимость, необходимая для занятий практикой коанов, является самым эффективным способом пробуждения сомнения и напряжения, необходимых для прорыва за пределы относительного повседневного сознания. Как говорил Хакуин, «в основе великого сомнения лежит великое пробуждение». В конечном счете пробуждение вознаграждает ученика великой радостью, а сомнение предшествует ему: «Оно подобно тому, будто перед вами раскинулась безбрежная пустая бездна, где нет места, куда можно было бы поместить руки и ноги. Вы стоите перед лицом смерти, а в своей груди вы словно ощущаете огонь. Затем внезапно вы чувствуете себя единым с коаном, как тело, так и ум отброшены... затем приходит великая радость».
Что же касается веры, то Хакуину было ясно: буддийская практика требует полной приверженности пути, а на это может подвигнуть только великая вера: «Если вы хотите быть в гармонии со своим истинным «я», вы должны быть готовы отпустить его, когда оно повисает над пропастью, и снова вернуться к жизни».

Практический урок : Восстановление телесного равновесия

Многие практикующие дзэн-буддизм испытывают тот тревожный круговорот галлюцинаций, гиперактивности и беспокоящих физических ощущений, который охватывал Хакуина в его молодые годы. Эта «дзэнская болезнь» может быть вызвана влиянием слишком большой умственной активности. Согласно традиционной китайской медицине, симптомы и психической, и физической болезней возникают вследствие неустойчивости между энергией тела инь (женской и уступчивой) и энергией тела ян (мужской и активной). Психическая активность порождает в теле избыток инь, которая подавляет стабилизирующую силу ян.
хорошее состояние здоровья поддерживается тем, что верхнюю часть тела сохраняют холодной, а нижнюю — согретой. Благодаря практике внутреннюю температуру тела можно регулировать посредством визуализации. Испробуйте такую технику:
Сначала удобно сядьте в позе для медитации. Успокойте дыхание.но сосредоточьте внимание не на ноздрях, а на нижней части живота Вдыхая глубоко и медленно, визуализируйте, как ваша жизненная энергия течет и собирается в области, находящейся на четыре пальца ниже пупка тандем . Когда вы ощутите ее в этом месте, визуализируйте, как вы направляете тепло и энергию в область половых органов и далее вниз, вдоль ног к ступням и пальцам. Перемещение энергии вашего тела от головы к нижним конечностям поможет вам почувствовать себя заземленным, спокойным и восстановленным.
Хакуин учил также использовать визуализацию для восстановления равновесия энергии тела, называя это «методом масла». Метод очень эффективен. Вообразите шарик чистого, пахнущего, размягченного масла «размером с утиное яйцо», помещенный на макушку вашей головы. Теперь вообразите, что этот масляный шарик начинает таять. По мере того как масло тает, вы ощущаете прохладную влажность того, что «кажется, впитывается все глубже и опускается все ниже и ниже» по плечам, груди и животу, «пока оно наконец не достигнет основания позвоночного столба». Затем, говорит Хакуин, «все накопившееся в вашей груди, все боли в вашей пояснице и кишках будут стекать вниз, подобно воде, до тех пор, пока не появится различимое ощущение энергии, текущей по всему телу, согревая ваши ноги до самых ступней».

19. Дайгу Рёкан (1758—1831)
Вольный, словно дымка, я несусь по воле ветра.

Среди японских учителей дзэн-буддизма Дайгу Рёхан, чье имя означает «великий глупец, переполненный великодушием», занимает уникальное место по всеобщей любви к нему японского народа. открывается как человек, наделенный огромной добротой и глубоким пониманием.
В юности я долго сидел в медитации,
Уповая на учителя посредством искусства спокойного дыхания;
Какая бы добродетель ни была во мне, питая покой моего сердца,
Я обязан ею твердой дисциплине, которой подвергся в юности.
Рёкан умер, сидя в позе для медитации, как будто уснув. Незадолго до смерти он написал:
Мало чем отличаясь от росы,
Быстро тающей на траве Мусасино,
Все мы можем оставаться в этом мире
Не более, чем на время мимолетного сна.

Учение : Жизнь дзэнского учителя
Лежа в одиночестве и болея в своей хижине,
Целый день я не вижу никого;
Моя чаша оставлена в сумке, висящей на стене,
Мой посох просто собирает на себе пыль.
Мои мечты бродят по горам и полям.

Рёкан был настолько немирским по духу, что стал знаменит своей забывчивостью. Он часто оставлял что-нибудь после себя в доме друга, которого навещал. Друг посоветовал, чтобы Рёкан всюду носил с собой список своих вещей, но тот забывал и список!Однажды он услышал, как люди разговаривали о том, как было бы замечательно найти деньги. Чтобы проверить это, он бросил на землю несколько своих монет, а затем подобрал их. Но это не принесло ему никакого удовольствия. «Они просто пытаются обмануть меня», — подумал он. Но после нескольких повторений этого эксперимента Рёкан вдруг забыл, куда бросил свои монеты. После длительного поиска он снова нашел их и почувствовал себя счастливым. «Так они в самом деле не обманывали меня!» — воскликнул он.
В другом случае Рёкан сидел вместе с другими людьми на чайной церемонии. Он поковырял у себя в носу и высморкался в рукав. Видя, что сосед с отвращением отстранился от его рукава, он собрал комок соплей и переложил их в другой рукав. Человек с другой стороны отпрянул от него. Рёкан еще раз невозмутимо собрал комок соплей и вложил его обратно в нос!
Рёкан проявлял огромное человеколюбие и сострадание к другим людям. Он писал в своих личных заметках:
«Когда вы сталкиваетесь с грешными, нечестивыми, глупыми, тупыми, испорченными, порочными, хронически больными, одинокими, неудачниками или инвалидами, вы должны подумать: «Чем я могу помочь им?». Даже если вы ничего не можете сделать для них, по крайней мере вы не должны допускать чувства высокомерия, превосходства, насмешливости, презрения или отвращения. Вы должны немедленно проявить сочувствие и сострадание. Если вы не сможете этого сделать, вы должны глубоко устыдиться самого себя».

Практический урок : Дззн и хайку

Рёкан написал сотни стихотворений. Одно его известное стихотворение гласит:
Кто говорит, что мои стихи — стихи?
Мои стихи — не стихи вовсе.
Если вы понимаете,
Что на самом деле мои стихи — не стихи,
Мы можем поговорить о них.
... Наши инструкции — не более чем советы. Важнейшее качество хайку — их свежесть, передача яркого, но простого, первоначального впечатления и выражение его без перенапряжения или приукрашивания, которые разрушали бы дзэнский идеал спонтанности. Предоставим выразить в совершенстве дзэнскую чувствительность самому Рёкану и другим дзэнским учителям:
Откуда произошла моя жизнь?
Куда она уходит?
За окном моей ветхой хижины
Я ищу свою душу в глубокой тишине.
Несмотря на все мои поиски,
Я до сих пор не могу найти, откуда все началось
И как же я когда-нибудь найду, где все кончается?
Даже вот этот самый миг невозможно засечь;
Все меняется, все пустое:
Я существую в этой пустоте только мгновение.
Как вы можете говорить, что что-то есть или ничего нет?
Лучше просто держаться этих мелких мыслей.
Пусть все просто идет своим чередом
И, значит, будет естественным и непринужденным.

 

Буддийская медитация - Конзе
Буддийская медитация: благочестивые упражнения, внимательность, транс, мудрость:

Полностью - тут:
http://svitk.ru/004_book_book/15b/3327_konze-buddiyskaya_meditaciya.php
https://www.rulit.me/books/buddijskaya-meditaciya-blagochestivye-read-286321-1.html
https://sharlib.com/read_262928-2
https://libking.ru/books/religion-/...uprazhneniya-vnima-telnost-trans-mudrost.html
https://bestknigi.com/religija-i-du...ze-buddiiskaya-meditaciya-blagochestivye.html

они достигли другого берега, не увлекая за собой свое "ego".
Я знаю теперь, что это - разум, волнующий пустоту
О я, могущий изменяться, хочу быть тем, кто постоянно пуст, потому что он не подвержен разложению
исходя из опыта исследования китайского буддизма, определяют медитацию как "благоговейное размышление о высочайших силах универсума", как "спокойное благостное рассмотрение смысла жизни и слушание голоса неба в душе".



СФЕРА ДЕЙСТВИЯ МЕДИТАЦИИ И ЕЕ ОСНОВНЫЕ РАЗДЕЛЫ
"Висуддхимагга" содержит нормативный перечень сорока "объектов медитации". Это:
1). Эмблемы. (1) земли, (2) воды, (3) огня, (4) воздуха, (5) голубого цвета, (6) желтого цвета, (7) красного цвета, (8) белого цвета, (9) света, (10) пространства (см. далее с. 11);
2). Отвратительные предметы. (11) вздутый труп, (12) посиневший труп, (13) гноящийся труп, (14) изломанный труп, (15) изгрызенный труп, (16) труп, различные части которого разбросаны, (17) разрубленный и разбросанный труп, (18) окровавленный труп, (19) изъеденный червями труп, (20) скелет (см. гл.II, п.5Ь);
3). Вспоминания, о (21) Будде, (22) дхарме, (25) терпимости, (27) смерти (28) о том, что связано с телом (см. гл.II, п.5а), (29) дыхании (см. гл.II, п.1Ь), (30) покое (см. гл.II, п.6);
4). Состояния Брахмы[13]: (31) дружелюбие, (32) сострадание, (33) радостность, основанная на симпатии, (34) уравновешенность (см. гл. III, п.2);
5). Бесформенные сферы. (35) сфера бесконечного пространства, (36) сфера неограниченного сознания, (37) сфера "все - ничто", (38) сфера ни восприятия, ни. (39) Восприятие отвратительных аспектов
Медитирование на двух объектах из сорока всегда и при всех обстоятельствах благотворно - это реализация дружелюбия (номер 31) и вспоминание о смерти (номер 27). Остальные подходят только для некоторых типов людей и при вполне определенных обстоятельствах. Вспоминание о Будде (номер 21), например, требует сильной веры, а уравновешенность (номер 34) предполагает огромный опыт совершенствования в "состояниях Брахмы", предшествующих ей.
Обусловленное взаимозависимое происхождение (см. ниже) - для нейтрализации глупости.
4. Процесс дыхания - для нейтрализации дискурсивного мышления.
5. Созерцание Будды (номер 21) - для нейтрализации любого сочетания из четырех вышеуказанных нежелательных состояний.
эти 40 объектов охватывают только те практики, которые входят в рубрику "упражнения для развития внимательности и сосредоточенности".
Медитация - европейский термин, охватывающий одновременно три различных понятия, всегда четко разграничиваемых буддистами, т. е. внимательность, сосредоточенность и мудрость.

A. Успокоение - это самадхи, состояние, характеризуемое "одноточечностью" мысли. Интуиция - это мудрость, суть которой заключается в понимании реальности "как она есть". Транс обнаруживается как состояние внимания, полностью поглощенного безобъектной сущностью; с развитием мудрости становится отчетливее интуиция пустоты. Безобъектная сущность и пустота - два конечных пункта, в которых жизнь находится на грани угасания. Их комбинация приводит к заключительному освобождению в нирване. Я полагаю, что начинающие испытывают огромные трудности в понимании фундаментального различия между трансом и мудростью. Функция транса не предполагает возрастания мудрости. Личность, которая выходит из транса, становится не мудрее, но экстатичнее.
B. Сначала я должен разъяснить, что такое трансовая сосредоточенность. Ее функция основывается на предпосылке о том, что наш разум состоит из двух в корне отличных частей - глубинной, которая спокойна и тиха, и поверхностной, беспокойной. Поверхностный слой находится в вечном волнении и беспорядке. Однако существует центр полного спокойствия на дне разума, "по ту сторону" и сознания, и бессознательного, - как это понимают психологи. Хаотичность является следствием, в основном, трех факторов: 1) чувств, 2) страстей, желаний и вожделений и 3) дискурсивного мышления. Чтобы надлежащим образом покорить этих врагов духовного покоя, необходимо "отдернуть" чувства от их объектов, подобно тому, как черепаха втягивает свои конечности, прекратить желать чего-либо и приостановить дискурсивное мышление.
Йогин в самом деле подобен пауку-отшельнику, плетущему в пустоте идеальные паттерны, состоящие исключительно из волокон его сердцевины. В прежние времена транс был отнюдь не неизвестен также и среди христиан-созерцателей. Следующая цитата из Дионисия Ареопагита, возможно, выражает главную идею в форме, более близкой по духу западным читателям: "Ты, желая достичь мистического созерцания, принудь себя выпутаться из чувств и деятельности разума, и из всего того, что воспринимаемо чувствами и интеллигибально, и из всего, что есть, и из всего, чего нет, кончай тем, что поднимай себя посредством незнания так высоко, как только можешь сделать это, к единению с Ним, Кто выше всякого бытия и всякого знания; возвысь себя посредством абсолютного разъединения с самим собой и со всеми вещами, отторгая все и исчезая из каждого препятствия, к Тому, Кто есть сияние сверхъестественной яркости, исходящее из божественной тьмы".

1). В своей обычной форме сосредоточение - это сужение до некоторой степени сферы внимания в течение какого-то времени. Разум становится одноточечным, неколеблющимся, нерассеянным, подобным пламени лампы в отсутствие ветра. Без определенной степени одноточечности никакая ментальная активность вообще не может иметь места. Всякий ментальный акт, строго говоря, длится одно мгновение и тут же сменяется другим. Сосредоточение придает некоторую стабильность этому вечному потоку изменений, давая возможность разуму, не отвлекаясь, удерживаться долее, чем одно мгновение на каком-то объекте. Разум должен быть неотвлекаемым, подобным ножу убийцы, который не делает осечки, подобным воровству, которое не терпит неудачи. Разум одной цели способен выполнять более эффективно все, что он ни делает.
2). В чем же отличие сосредоточения как духовной добродетели от сосредоточения как состояния интеллекта? Духовное сосредоточение, или сосредоточение в трансе, в меньшей степени является результатом интеллектуальных усилий, а в большей степени - следствием перерождения всей личности, включая тело, эмоции и волю. В результате успешного "отдергивания" и отказа от внешних объектов духовно сосредоточенный высвобождает внутреннее спокойствие, обитающее в его глубинах. Внимание должно быть "отдернуто" от фактически присутствующих ощущений и от всей области чувственных восприятий как в равной степени незначительных. Субъективно транс характеризуется мягкой спокойной пассивностью, объективно - это погруженность в мир сверхъестественных переживаний, которая возвышает над "этим, миром" и. дарует столь большую уверенность, какой не могут научить чувства. Переживаемый опыт так притягателен, что "этот мир" сгорает и при возвращении к нему находят лишь холодный пепел. Сосредоточение на объекте формирует естественным образом отправную точку процесса, который приводит в дальнейшем к аннулированию объекта в трансе.
"эмблема голубого" - это несколько голубых цветов, помещенных в корзину с отверстием круглой формы; "эмблема света" - светлый круг, образованный на стене или на земле проникающим через дыру светом и т. п. Ученик должен пристально вглядываться умственным взором в выбранный объект в результате этой процедуры объект вовсе исчезает. Первоначальный объект, подвергающийся воздействию трансового менталитета, постепенно изменяет свои свойства. На продвинутом этапе транса он называется "ментальным образом"; его трансформации описывались буддистами с большой тонкостью.
транс имеет разные уровни интенсивности. Вначале, пока борьба с препятствиями еще бесплодна, он мало похож на внимательность. Спустя некоторое время, в преддверии более полной собранности достигается "доступ". В высшей конечной фазе "экстатической" одноточечной и отвлеченности он становится совершенным.

ЛИТЕРАТУРНЫЕ ИСТОЧНИКИ

Канонические тексты изобилуют ссылками на медитацию. Наиболее важен один текст - сутра применения внимательности "Сатипаттханасутта"[19]. Большая часть ее включена в эту книгу. На ней основывается следующее:
I. Внимательность по отношению к телу:
a) дыхание (гл.II, п.1b), b) четыре позы (гл.II, п.1а), с) всестороннее внимание по отношению к поведению тела (гл.II, п. 1а), d) 32 части тела (гл.II, п.5а), е) внимание, направленное на 4 элемента, f) тело на кладбище (гл.II, п.5с).
II. Внимательность по отношению к чувствам (гл.II, п.2а).
III. Внимательность по отношению к мыслям.
IV. Внимательность по отношению к дхармам: а) пять препятствий (гл.II., п.2b), b) пять скандх, с) шесть сфер деятельности чувств, d) семь ступеней просветленности, е) четыре священные истины (гл.IV, п.1).

КЛАССИФИКАЦИЯ ВЫБРАННОГО МАТЕРИАЛА

Глава II
Следующая добродетель - внимательность. "Владыка декларировал внимательность, полезную повсеместно. На каком основании? Разум поистине находит прибежище во внимательности, которая ограждает его. Без внимательности разум невозможно ни защитить, ни проконтролировать". "четыре способа применения внимательности - это одно и единственное средство, с помощью которого существа становятся чистыми, которое наносит поражение печали и ламентации, приводит к прекращению страдания и уныния, дает возможность правильно понять метод реализации нирваны". Отвлекающие силы имеют власть и действуют как враги нашего покоя, если "ego" идентифицирует себя с тем, что происходит на поверхности разума, проявляя к этому искреннее сочувствие. В этом случае возникает иллюзия, что эта активность "производится мною", "меня" касается и образуется сфера "моего" существования, в которой живет "Я". Внимательность начинает рассеивать эти иллюзии.
Глава II, п.4. Медитация, объектом которой является смерть, приводится почти полностью, потому что о ней говорится, что она одна из самых благотворных для всех и во все времена. Буддист мог бы согласиться с Платоном, когда тот утверждает, что "те, кто занимаются только одним - умиранием и смертью, являются подлинными приверженцами познания" ("Федон"). Немногие мысли действительно столь же полезны, как это медитационное вспоминание о смерти, неизбежном результате управляемой страстями и невежеством жизни.
Глава II, п.5. ...
Глава II, п.6.
Отстраняющееся от чувств внимание одновременно обращается к Нирване. Нирвана, о которой невозможно помыслить, рассматривается в данном случае в аспекте Покоя. Она на этом совсем раннем этапе духовного развития выступает как привлекательная цель, достойная того, чтобы к ней стремиться.
На более высоком плане мудрости Нирвана описывается рядом последовательных отрицаний.
что касается самого психологического механизма транса, детального анализа изменений, постепенно происходящих в разуме, и конкретных советов, как это делается, то источники содержат мало информации по этому аспекту.
В комментариях Нагарджуны к "Праджняпарамите" мы читаем; что дхьяна - это результат трех процессов, т. е. 1) уничтожения желаний по отношению к пяти чувственным объектам, 2) устранения пяти препятствий и 3) появления пяти факторов дхьяны.
Старые школы буддизма рассматривали психические силы в качестве побочных продуктов транса и придавали им мало значения. Медитация транса, прорывая интеллектуальную "корку", открывает разум для оккультных космических сил, наплыв которых приводит к появлению сверхъестественных способностей. В тантре эти силы персонифицированы в виде большого количества божеств. Садхана на богиню Тару была выбрана в качестве наиболее подробно описанной.

Глава IV, п.1b.
Четыре истины никоим образом не являются простейшей формулой буддизма, как это пытаются внушить некоторые из европейских книг. Первоначально они трактовались как тезисы, излагающие представления о сущности мира и о возможности освобождения от него. Со временем они стали истолковываться как факты жизни.

 

Глава I
БЛАГОЧЕСТИВЫЕ УПРАЖНЕНИЯ

ТРИ ДРАГОЦЕННОСТИ
Вспоминание о Будде

Когда при отсутствии одержимости алчностью и т. д. препятствия устранены и разум становится упорядоченным посредством обращения к объекту медитации, тогда и прикладное, и дискурсивное мышления могут обратиться к добродетелям Будды. Мышление неоднократно обращается к ним, практикующий говорит себе о них, и в результате в нем возникает восторг, придающий энергию, спокойствие, которое основывается на нем. Оно утихомиривает заботы тела и разума. Когда его заботы утихнут, то чувство счастья, как ментальное, так и физическое, возникает в нем. Счастливый с добродетелями Будды в качестве объекта, он сосредотачивает свой разум. В этом состоянии возникают пять стадий дхьяиы в надлежащем порядке в один единственный миг. .
Вспоминание о Дхарме
он не должен смотреть на Дхарму, как если бы это была корона на чьей-то другой голове. Она находится именно в его собственном разуме. Дхарма утверждает, что мудрый должен увидеть и познать ее на опыте. И это находится выше понимания глупцов.

ЗАМЕЧАНИЯ О ВИЗУАЛИЗАЦИЯХ

"Внимательный по отношению к телу Будды" сосредотачивается на телесных образах Будды. Приступая к благочестивому созерцанию образа, начинающий концентрирует внимание на лбу. Перед ним будут появляться, уходить и вновь возвращаться один или несколько образов Будды. В другом случае разумное внимание сосредотачивается на сердце, тогда Будды будут видимыми исходящими из него. В некоторых случаях, по мере продолжения этой визуализации, Будды становятся видимы исходящими из пор кожи и освещающими весь универсум.
Более продвинутые могут воспринимать духовным взором неисчислимые количества Будд. Начав с этой визуализации, они далее созерцают только качества Будд, и в заключение приступают к созерцанию Тела Дхармы, которое объединяет в себе качества всех неисчислимых Будд и которое подобно пространству. Эти упражнения назывались драгоценностями, потому что они доступнее традиционных и еще потому, что привязанность к чувственным объектам, первое препятствие, мешающее традиционному трансу, с их помощью представляется практикующему уже не в виде непреодолимой помехи. Эти визуализации может успешно практиковать мирянин, не утративший своих чувственных желаний. Они предполагают дополнительное преимущество в виде покровительства Будды, который думает о человеке, преданном ему, когда тот думает о Нем с напряжением всех сил, на какое способен.
Эти практики, предполагающие достижения спасения относительно простым способом, в их более развитой форме принадлежат к пути бхакти в буддизме. До некоторой степени они уже предвосхищены в священных текстах тхеравадинов. Будда в продолжение своей жизни иногда проектировал свой лучистый или сверкающий образ, чтобы помочь кому-то в критический момент. Достаточное количество примеров можно найти в комментариях к Дхаммападе. Такое видение может помочь монаху увеличить психические силы, являющиеся проводником в состояние транса, и войти в непосредственную связь с Учителем. Ваккали созерцал такое видение Учителя, и "как мысль осушает резервуар, который был затоплен водой", так и он был наполнен восторгом и радостью. В "Висудхимагге" Мара принимает облик Будды, и монах, правильно установивший истинный источник восторга, становится арахатом.
___________________
Глава II

ВНИМАТЕЛЬНОСТЬ

1. ВНИМАТЕЛЬНОЕ ОСОЗНАНИЕ ТЕЛА
Состояния, позы и поведение тела
A. Четыре состояния: Когда ученик идет, он знает: "Я иду; если он стоит, он знает: "Я стою", когда он сидит, он знает: "Я сижу", и когда он ложится, он знает: "Я ложусь". В каком бы положении ни могло находиться его тело, он знает, что оно в этом положении.
B. Отчетливое понимание: Ученик действует, ясно осознавая, когда
смотрит прямо вперед или в другую сторону;
сгибает и вытягивает (свои члены);
носит одежду и держит чашу для подаяния;
идет, стоит, сидит, спит или бодрствует, говорит или хранит молчание.

Комментарий различает четыре вида отчетливого понимания:
3. Во всех своих действиях ученик непрерывно удерживает разум фиксированным на одном из объектов медитации. Это требуется для отчетливого понимания монахом сферы должного. Он должен выбранный объект всегда "носить с собой". При ходьбе он должен поднимать ступню, не отвлекая разум от объекта медитации. Но если это произошло, он возвращает ступню назад и повторяет шаг еще раз.
4. Отчетливое понимание выражающее отсутствие заблуждения. Оно направлено против персоналистской интерпретации, в которую мы обычно облекаем наши действия. "Монах, когда он движется вперед или назад, не похож на слепого, т. е. человека, поглощенного земными интересами, который, заблуждаясь, думает, что это он сам, тот, кто идет или, что движение производится им самим и тогда он говорит: "Я иду вперед" или "Акт движения вперед производится мною". Но свободный от заблуждения думает: "Если в разуме возникает идея "я иду вперед", то тотчас же вместе с идеей появляется нервный импульс, источником которого является разум, и вызывает телесную реакцию". Таким образом, то, что эта куча костей, благовоспитанно именуемая "телом", движется вперед, является результатом распространения нервного импульса, вызванного разумом. Кто здесь тогда тот, кто идет? К кому имеет отношение это хождение? В конечном счете это-ходьба имперсональных физических процессов (букв, элементов), и то же самое относится к стоянию, сидению, укладыванию.
Тот говорит, внимательно и отчетливо осознавая это, кто, говоря, думает: "Этот звук был произведен с помощью губ, зубов, языка, неба и усилия мысли, согласующегося с этим звуком". Того называют отчетливо сознающим агентом говорения, кто потом замолчал, думает "Ментальные и физические процессы, которые возникали во время говорения, прекратились".

 

1b. Внимательность по отношению к дыханию

Поза: Повелитель сказал, что ученик должен сесть, с тем, чтобы указать на позу спокойствия, которая не расслабляет и не вызывает чувства нетерпения. Сохраняя тело прямым, ученик удерживает верхнюю часть тела в вертикальном положении, чтобы 18 позвонков от начала до конца позвоночника образовывали прямую линию. В этом случае его кожа, мускулы и сухожилия не будут стеснены. Благодаря этому, разум ученика может стать одноточечным и его усилия в практике медитации будут сопровождаться успешным продвижением.
Внимание на дыхании: "Внимательно он вдыхает, внимательно он выдыхает".
3. "Практикуй полное дыхание, я буду выдыхать", - так он тренирует себя. "Практикуя полное дыхание, я буду вдыхать", - так он тренирует себя.
4. "Привнося спокойствие в функционирование тела, я буду выдыхать", - так он тренирует себя. "Привнося спокойствие в функционирование тела, я буду вдыхать", - так он тренирует себя.
Счет: Начинающий, сын благородной семьи, в спокойствии должен направить внимание на медитацию, осуществляемую первым способом ритмизации дыхания посредством счета. Он не должен прекращать счета ранее 5, но и продолжать его далее 10 не следует. Если он остановится, не дойдя до 5, то мышление, заключенное в такие тесные временные рамки, станет взволнованным, подобным стаду коров в запертом коровьем загоне. Но если счет превысит 10, то состояние мышления будет базироваться только на счете, а не на дыхании. Если он, тем не менее, допустит брешь в счете или в процессе счета произойдет заминка, его мысль начнет колебаться, желая узнать, подошла медитация к концу или нет.
Считая таким способом, он должен овладевать вдыханием и выдыханием с момента их возникновения и отмечать, как каждое из них происходит, начиная с 1 и кончая 10. (Затем он может вновь начать с 1). При таком способе счета становится прослеживаемым втекание вдыханий и вытекание выдыханий. Он приходит к осознанию того, как они следуют одно за другим, но ему не нужно задерживать мысль на их внутренней или внешней (телесной) стороне, а следует овладеть ими в той точке, где они достигают ноздри. В этой медитации, связанной со счетом, разум становится одноточечным посредством силы счета так же, как корабль держится устойчиво в быстром потоке, если непоколебимая сила управляет рулем.
А как долго следует продолжать счет? До тех пор, пока внимание не установится на объекте, которым в данном случае является вдыхание и выдыхание. Счет осуществляется единственно для того, чтобы отсечь дискурсивное мышление, которое охотится за объектами и установить внимание на вдыхании и выдыхании как его объекте.

Преследование: Затем он должен обратить внимание на преследование. Слово "преследование" означает, что после того, как счет был остановлен, вдыхание и выдыхание непрерывно преследуются вниманием. Но это не значит, что дыхание должно быть преследуемо в его начале, середине или конце. У выходящего дыхания пупок является началом, сердце - серединой, нос - концом. У входящего дыхания кончик носа является началом, сердце - серединой, а пупок - концом. Если кто-то попытается проследить за дыханием (на всем его пути), то его разум отвлечется и будет беспорядочно метаться и беспокойно колебаться. Поэтому, если он направляет внимание (на дыхание) посредством преследования его, он не должен следовать за ним на всем пути, т. е. в начале, середине и конце. Но ему следует обратить внимание на то место, где дыхание касается ноздри и упорно удерживать его на этом месте до тех пор, пока не будет достигнута полная концентрация. Это иллюстрируется сравнением с пилой. Представим ствол дерева, положенный на землю, и человека, распиливающего его. Внимание человека направлено на те зубья пилы, которые приходят в контакт со стволом дерева, но он не обращает внимания на то, как они приближаются или удаляются, он даже не осознает этого обстоятельства.

Ментальный образ: У некоторых людей, которые выполняют эту медитацию, вскоре появляется ментальный образ, и они достигают полной концентрации, включающей в себя остальные этапы дхьяны. У других же людей спустя некоторое время после сосредоточивания внимания методом счета, когда беспокойство их тела все более и более умиротворяется посредством постепенного прекращения грубого вдыхания и выдыхания, их тело и мысль становятся легкими, как если бы их тело хотело взмыть в воздух. Когда грубое дыхание полностью приостановлено, мысль переходит к ментальному образу тонкого дыхания в качестве ее объекта. Если оно также прекращается, то ментальный образ становится еще более тонким. Каким образом? Это подобно тому, как если бы человек ударил в гонг большим бронзовым жезлом. В этом случае возникает громкий звук одного единственного удара, и объектом мысли человека становится грубый звук. Но по мере того как грубый звук затихает, объект мысли видоизменяется в ментальный образ высших тонов; когда и эти высокие тона также отзвучат, ментальный образ будет продолжать становиться все более и более тонким.
Объект других медитаций на высших стадиях становится все более отчетливым, но в данном случае это не так. По мере достижения более высоких стадий этой медитации объект совершенствуется, становясь непрерывно все более тонким (и неуловимым), а в других медитациях объект выступает более отчетливо по мере продвижения. Это послужило причиной того, что Повелитель сказал: "Я не учу, о монахи, как совершенствоваться в сосредоточении внимания на дыхании тех, кто лишен внимательности и кто не может ясно осознавать то, что он делает".
Несмотря на то, что все медитации могут успешно выполняться только теми, кто внимателен и ясно осознает. Но эта медитация, связанная с сосредоточением внимания на дыхании, трудна и требует большого напряжения для совершенствования в ней, и правильный объект внимания может быть сформирован только великими людьми, такими, как Будды, Пратьекабудды и Сыны (Ученики) Будд. Это - не тривиальная вещь, и она не может культивироваться тривиальными людьми. Чем больше внимания обращают на нее, тем спокойней она становится, тоньше и неуловимей. Поэтому она требует могучей внимательности и сильной мудрости.

Если продолжать практиковать этот способ медитации, то вскоре появится ментальный образ. Но он не одинаков для всех. У некоторых он вызывает представление легкого прикосновения (к коже) таких вещей, как хлопковая вата. "Этот образ появляется у некоторых в виде звезды, или грозди драгоценных камней, Или скопления жемчужин; у других он вызывает представление о прикосновении чего-то жесткого, похожего на хлопковое семя (хлопок-сеянец) или иглу, сделанную из твердого дерева; иным он напоминает длинную веревку, гирлянду цветов, столб дыма; и еще он может быть подобен нити, вытягиваемой пауком, туманной массе облаков, цветам лотоса, колесу колесницы, диску луны или диску солнца. ... объект медитации представляется различным, в зависимости от способности воображения. Поэтому объект медитации рождается из воображения, основан на воображении, результат воображения.

Доступ: В результате появления ментального образа задерживаются препятствия, покоряются загрязняющие страсти, устанавливается внимательность, сосредоточенное мышление достигает пороговой стадии концентрации (доступа).

Преимущества: Эта внимательность по отношению к дыханию приносит великий плод и дает преимущество. Ее великое преимущество заключается в том, что эта медитация ведет к состоянию спокойствия и т. д., согласно утверждению: "Эта концентрация внимания на дыхании, о монахи, спокойна и величественна, если ее культивируют те, кто способен совершенствоваться в ней и по достоинству оценить ее". Кроме того, она обладает свойствам отсекать дискурсивное мышление. Благодаря тому, что эта медитация спокойна, величественна, безупречна и ведет к высшему бытию, она препятствует непостоянству дискурсивной мысли, склонной скитаться и тут и там (а это обстоятельство является существенной помехой для трансовой концентрациии) и непреклонно обращает разум на единственный объект - дыхание.

 

2. ВНИМАТЕЛЬНОЕ ОСОЗНАНИЕ МЕНТАЛЬНЫХ ПРОЦЕССОВ
2а. Чувства
тест: В том случае, когда ученик ощущает чувство приятного, он знает: "я ощущаю чувство приятного". И то же самое по отношению к чувству неприятного, к чувству ни приятного, ни неприятного..
Что это означает? даже младенцы, спокойно лежащие на руках матери и сосущие материнское молоко, понимают, что они ощущают чувство приятного, физическое или ментальное, если они чувствуют приятное. Но здесь имеется в виду такой акт познания, в котором присутствует отчетливое осознание и чувствования, и чувствуемого, и того, что есть причина, вследствие которой возникает сознание чувствуемого.
"Я чувствую" - просто общеупотребительное выражение.

Пять препятствий

Появление лени и тупости обусловлено неразумным вниманием к неудовлетворенности и сходным с ней состояниям. Оно обусловлено:
(а) "неудовлетворенностью", которая означает раздражение;
(в) "усталостью", которая означает телесную леность;
(с) "слабостью", которая означает вялость в движениях тела
(е) "ментальной инертностью", которая означает, что разум находится в инертном состоянии.
(III.4). Лень и тупость оставляются посредством мудрого внимания к трем ступеням энергичного усилия. На первой из них энергия - в ее начале или, другими словами, в исходном положении, вторая ступень - непрерывное напряжение, набирающее силу и оставляющее позади леность; третья ступень - стремительное наступление, еще более мощное, атакующее одну цель за другой.

благоприятны для оставления лени и тупости.
- Следует направлять внимание на восприятие света, т. е. ночью - на свет луны, лампы, факела, днем - на свет солнца.
- Проживание на открытых местах.
- Культивирование общения с хорошими людьми, которые оставили лень и тупость.
- беседа имеющая отношение к аскетическим практикам.

Появление волнения и чувства вины обусловлено неразумным вниманием к ментальному беспокойству.
Они, тем не менее, оставляются посредством мудрого внимания к ментальному спокойствию, которое определяется как трансовое сосредоточение.
благоприятны для оставления волнения и чувства вины:
Приобретение великого знания. Его получают путем изучения смысла Священных текстов.
Появление нерешительности обусловлено неразумным вниманием к дхармам, которые вновь и вновь вызывают нерешительность и сомнение.

благоприятны для оставления нерешительности:
- Приобретение великого знания
- Преизбыток непоколебимой веры в Три Драгоценности.

ОТРЕЧЕНИЕ ОТ ЧУВСТВЕННОГО МИРА
Ограничение (сдерживание) чувств

Мораль, заключающаяся в сдерживании чувств, такова: Практикующий, видя форму глазом, не схватывает ее общий вид или (отдельные) подробности. Древние говорили: "Глаз не может видеть формы, потому что он без мысли; мысль не может видеть формы, потому что она без глаза". Не схватывает ее общий вид. Но останавливается на том, что видимо фактически.
Но то, что здесь ограничивается или не ограничивается, не имеет отношения к способности глаза самой по себе, и когда речь идет о возникновении внимательности или недостатке ее, то это не относится к глазу как сенситивному органу. Здесь имеется в виду иная стадия восприятия, когда объекту придается какое-то значение и смысл и возникает определенная волевая реакция на него, для нее существует специальный термин - "импульсивный момент".
Аналогичные рассуждения приложимы и к другим случаям: когда практикующий слышит звуки ухом и т. д. Сдерживание чувств заключается в избежании схватывания общего вида. И оно достигнуто посредством внимательности. Внимательность эффективна постольку, поскольку органы чувств, если они управляются внимательностью, не могут уже подвергаться воздействию завистливости, и т. д. Поэтому нужно помнить то, что говорится в "Огненной проповеди": "Было бы лучше, о монахи, если бы глаз прожгли раскаленным железным прутом, огнем, пламенем, чем если бы он схватил внешний вид или подробности форм, из-за которых глаз становится сознающим". Ученик должен достичь совершенной сдержанности чувств, при которой, посредством непострадавшей внимательности, он не допустит схватывания внешнего вида и т. д., которое производит сознание, проходящее через дверь глаза.
Не позволяйте глазу блуждать, подобно лесной обезьяне,
Или дрожащему оленю, или испуганному ребенку,
Глаза должны быть опущены вниз, они должны видеть
На расстоянии ярма; глаз не обслуживает владения
Его мысли, подобно беспокойной обезьяне.

Зb. Контроль разума
Сутра о составе идей.

Он исследует идеи посредством силы мудрости и сбрасывает их, как змея, меняющая кожу.
Ему может помочь разрушить магическую притягательность входящих без приглашения мыслей и занять разум чем-то иным повторение по памяти, с большой верой фрагментов из Священных текстов, или рассортировка и последовательное перечисление вещей: "это - ножницы", "а это - игла" или выполнение какой-либо подходящей работы. А затем вновь следует вернуть разум к базовому объекту медитации.
IV. Ему следует анализировать условия оставления идей и спрашивать себя: "Что является их причиной, каковы условия и основания для их появления?"
V. Он должен усиливать энергию благотворной мысли и сдерживать неблаготворную.

4. ВСПОМИНАНИЕ О СМЕРТИ

В "вспоминании о смерти" слово "смерть" относится к моменту прекращения действия жизненной силы, благодаря которой длится существование. Тот, кто хочет совершенствоваться в практиковании вспоминания о смерти, должен в спокойном уединенном месте сосредоточить разумное внимание на следующих словах: "Смерть придет, сила жизни иссякнет", или просто "Смерть, смерть". Поэтому следует созерцать, где это возможно умерших обращая особенное внимание на смерть тех, кто умер в самом расцвете сил.
К этому наблюдению прилагается внимательность, разумность в волнении и познание; сосредотачивание внимания на объекте этой медитации сопровождается словами: "Смерть придет" и т. п. Когда он действует подобным образом, он действует разумно. Ибо только в результате такого образа действия будут устранены препятствия, установится внимательность, объектом которой является смерть, и будет достигнута определенная степень сосредоточения. Если этого недостаточно для достижения пороговой ступени концентрации, он должен вспоминать смерть, исходя из следующих восьми точек зрения:
1) как убийцу, стоящего перед ним;
2) исходя из несостоятельности жизненных достижений;
5) исходя из нестойкости материала жизни;
7) так как время жизни ограничено;
8) исходя из краткости мгновения.

1. Как убийцу, стоящего перед ним означает "как если бы убийца стоял перед ним" с занесенным над нашей головой обнаженным мечом и готовым отсечь ее! Потому что смерть появляется вместе с нашим рождением и лишает нас жизни. Как гриб, вылезающий из-под земли, несет на шляпке грязь, так живое существо, рождаясь, выносит с собой на свет разложение и смерть. Смерть появляется вместе с жизнью, потому, что тот, кто рожден, должен непременно умереть. Следовательно, существо с момента его рождения неудержимо движется в направлении к смерти, и нет такого мгновения, чтобы оно повернуло вспять; так солнце, как только оно взойдет, начинает движение к закату, и нет такого мгновения, чтобы оно повернуло вспять на своем пути в этом направлени. Для того, кто движется подобным образом, смерть всегда приближается; так разбивается глиняная посуда от удара молотка; так испаряется роса под лучами солнца. Так смерть подобно убийце с обнаженным мечом появляется вместе с рождением. И нет никакой надежды, что она от этого воздержится.
2. Исходя из несостоятельности жизненных достижений означает, что здесь, в этом мире преуспевание возможно лишь до тех пор, пока его не сломит неудача. Ничто из достигнутого не может избежать возможного уничтожения. И болезнью кончается здоровье, старостью - юность, смертью - жизнь; Размышляя таким образом, он должен вспоминать о смерти с точки зрения несостоятельности всех жизненных достижений.
5. Исходя из нестойкости материала жизни - жизненная сила слаба и нестойка.
7. Так как время жизни ограничено Коротка жизнь людей, лучшие должны действовать так, как если бы чалма горела на их голове.
Ибо смерть неизбежна, и ее приход неминуем.

В "Арака-Сутте": жизнь мимолетна и быстротечна, (а) как капли росы на кончиках листьев травы, быстро высохнут они под лучами восходящего солнца; (в) или как дождевые пузыри на воде, вскоре лопнут они; (с) или как след, прочерченный палкой на воде, быстро исчезнет он;
"Если монах совершенствуясь в вспоминании о смерти, думает: "Возможно я буду жив до тех пор, пока не прожую и не проглочу один кусок пищи, - мне осталось жить столько, что хватит времени только на вдох или выдох", - то о таких монахах говорят, что они ведут бдительный образ жизни и интенсивно совершенствуются. А жизнь, измеряемая временем проглатывания четырех или пяти кусков пищи, ненадежна для решительного осуществления намерения".
8. Исходя из краткости мгновения - с точки зрения предельной истины о реальности, существа живут в течение мига, их жизнь длится столько же, сколько длится одно единственное мгновение мысли. Как колесо телеги, катится ли оно вперед или стоит неподвижно, всегда опирается на одно единственное место обода, так жизнь существ сохраняется в продолжение одного единственного мгновения мысли. Говорят, что как только проходит мгновение мысли, так существование прекращается. Так об этом было сказано: "Кто-то жил в прошедшем мгновении мысли, но не живет и не будет жить в нем; в будущем мгновении мысли некто не жил и не живет, но будет жить; в настоящем мгновении мысли некто не жил, но живет, и не будет жить в нем".

Ваша жизнь и ваша личность,
Все ваши радости и все ваши печали
Связаны с одним единственным моментом мысли.
И быстро этот момент проходит.
Это - скандхи, которые исчезли.
Когда мысль распадается, тогда весь мир умирает.
Это так, если предельная истина
Является основанием понимания.

Результат: Если ученик вспоминает смерть, исходя из определенной (выбранной из восьми) точки зрения, его разум, при условии того, что он неоднократно возвращается к этой медитации, становится опытным в этом отношении, укореняется внимательность, объектом которой является смерть, устраняются препятствия, достигается определенная степень трансового созерцания (дхьяны). Но вследствие присущих данному объекту медитации особенностей и производимого им волнения, дхьяна не достигает состояния экстаза, а ограничивается пороговой ступенью погружения в транс.
Преимущества.
Монах, который совершенствуется в вспоминании о смерти, всегда бдителен, он приобретает правильное воззрение на идею непостоянства, и если он упорно придерживается этого воззрения, то ему становится доступным понимание идей страдания и отсутствия самости. В час смерти существа, которые не совершенствовались в вспоминании о смерти, чувствуют страх, испуг и замешательство, как если бы на них внезапно напали дикие звери, злые духи, змеи, грабители и убийцы. Монах, напротив, умирает без страха и смятения. Если в настоящей жизни он не добивается бессмертия, то после разложения его тела он направляется туда, где его ждет счастливая судьба.

 

5. ОТВРАЩЕНИЕ К ТЕЛУ
5а. Тридцать две части тела

Формула: Ученик созерцает тело от подошвы ступни - вверх, и от макушки головы - вниз, с кожей, натянутой поверх него, и наполненным разными нечистотами.
... они повторяли части тела в течение четырех месяцев и в результате корректного метода обучения стали победителями потока. Тот, кто повторяет по памяти эту формулу, должен повторять слова каждой группы, сначала двигаясь вперед, потом в обратном направлении, т. е. вначале: волосы на голове,..., кожа; кожа,..., волосы на голове. Затем мускулы,(...), почки; затем: почки,(...), волосы на голове. Затем: сердце, легкие; затем: легкие,(...), волосы на голове. И т. д. Таким образом следует повторять по памяти эти слова сотни раз. В результате словесного повтора хорошо усваивается текст объекта медитации; разум уже не склонен бегать туда или сюда. Различные составные части тела становятся отчетливо созерцаемыми, они выступают перед медитирующим подобно ряду пальцев руки или как ряд кольев забора. И следует повторять это не только вербально, но и ментально.
Есть два вида разграничения: посредством смежности частей и посредством различия частей. "Эта часть тела служит границей той, другой, части тела, внизу, вверху, около", - так следует проводить различие посредством смежности частей. "Волосы на голове - это не волосы на теле," - таким образом проводится разграничение посредством различия частей.
Монах, который совершенствуется в этом виде внимательности, направленной на то, что связано с телом, "подчиняет и удовольствие, и недовольство; недовольство не подавляет его, как только оно возникает, он тут же преодолевает его, и он живет, как тот, кто победил его. Так же он подчиняет боязнь и страх".

6. ЦЕЛЬ (НИРВАНА). ВСПОМИНАНИЕ О ПОКОЕ.
Формула: Если кто-то хочет развивать вспоминание о Покое, он должен в спокойном месте, в одиночестве вспоминать свойства Нирваны, которая определима как спокойно-умиротворяющая, прекращающая воздействие зла, со словами: "Сколько есть дхарм, обусловленных или необусловленных, спокойствию учатся как высочайшей из этих дхарм, т. е. отрезвляющей от самоопьянения, устраняющей жажду, искореняющей липнущее, останавливающей круговорот Сансары, гасящей страстные желания. Спокойствие, прекращение, Нирвана".
Разъяснения:
Дхармы - предметы, рассматриваемые в их самобытии, как они есть в действительности. И здесь спокойствие не только предполагает простое отсутствие алчности, но оно должно быть достигнуто в качестве необусловленной Дхармы, которая определяется как отрезвляющая от самоопьянения и т. д., вплоть до Нирваны.
И так как, благодаря ей, от всех форм "опьянения", таких, как самомнение и т. д. отрезвляются, т. е. освобождаются от их яда и истребляют их, поэтому о ней говорят как об отрезвляющей от самоопьянения. И так как благодаря ей устраняется, пропадает жажда чувственных ощущений, то ее называют устраняющей жажду. И так как благодаря ей липнущее к пяти чувствам-качествам искореняется, то ее называют искореняющей липнущее. И так как благодаря ей круговорот сансарической жизни в тройном мире останавливается, то ее называют останавливающей круговорот сансары. И так как, благодаря ей, страстные желания в отношении всех вещей угасают, постепенно исчезают, прекращаются, то ее называют гасящей желания, спокойствием, прекращением. И ее называют Нирваной, потому что она оставила позади страстные желания, избавилась от них, отделилась от той страстной жажды, которая именуется соединяющей, вследствие того, что эта жажда скрепляет, связывает, сшивает беспрестанно в однообразную линию серии существований четырех форм жизни, пяти мест перерождения, семи ступеней сознательной жизни и девяти мест пребываний чувствующих существ.

Глава III
ТРАНС

1.ПРАКТИКА ИНТРОВЕРСИИ
Решительным усилием его разум должен быть приведен в самадхи. Если мысль рассеянна, мы находимся в клыках страстей.

Ничто не может отвлечь внимание человека, у которого и тело, и разум одиноки. Поэтому отрекайтесь от мира и отказывайтесь от дискурсивного мышления.

Благодаря спокойствию, соединенному с интуитивным
проникновением в истину, страсти уничтожаются.
Спокойствие должно быть достигнуто прежде всего, оно проистекает из равнодушия к жизненным благам.

Если вы не можете видеть любимого вами, неудовлетворенность нарушает ваше самадхи. Если вы увидели его, ваше страстное желание, ненасытное, как всегда, вернется, как прежде. Тогда вы потеряете право на истину о Действительности; ваше падение не волнует вас более.
Снедаемые печалью, вы томитесь по воссоединению с тем, кого вы нежно любите. Беспокойные, подобные этим, расточают короткую жизнь много раз, снова и снова бесцельно.

Участие в жизни глупых ведет к состоянию скорби. Не участвуй в ней вы, вас будут ненавидеть; что хорошего может произойти от контакта с глупцами?

Хорошие друзья однажды внезапно разлюбят вас. Вы попытаетесь угодить им. Совершенно напрасно - мирян нелегко удовлетворить!
Самоодобрение, умаляющее других – одно из зол, неизбежно появляющееся там, где один глупец встречает другого.

Довольный действием Дхармы, я буду брать из нее, как пчела берет мед из цветка. Скрываясь и оставаясь неизвестным, подобно молодой луне, я буду жить своей жизнью.

Глупцы - не друзья одинокого. Так учил нас Будда. Они не могут любить, если их к этому не побуждает выгода.

Деревья не проявляют надменность, и они не требуют утомительного ухаживания. Если бы я не был принужден, я не общался бы с ними, как с моими товарищами.

Если бы я не был принужден, я жил бы в просторном краю, не принадлежащем никому. И там меня, бесприютного бродягу, сопровождал бы мой собственный разум. Живу, свободный от страха и не заботясь о теле. Так я всегда буду стремиться к блаженному, исполненному спокойствия одиночеству, дарующему счастье и умиротворяющему все волнения.

Освобожденный от всех забот, разум сосредотачивается на моем собственном духе. Я буду стремится к концентрации и упорядочиванию моего духа.

 

1b. Восемь ступеней транса

Первая ступень: Непривязанный к чувствам-желаниям, непривязанный к вредным состояниям, он достигает первой дхьяны, которая рождается из непривязанности, вызывает восторг и радость.
Восторг и радость. "Восторг" здесь связан с подъемом. Он охватывает тело и разум глубоким волнением; он проявляется в виде экзальтации. Есть пять видов восторга: легкий восторг; кратковременный восторг; восторг, бьющий через край; восторг, приводящий в состояние экстаза; все наполняющий собой восторг. От первого среди них, т. е. от легкого восторга волосы на теле встают дыбом. Кратковременный восторг: его появление подобно сверканию молнии, время от времени повторяющемуся. Подобно волнам, перехлестывающим берег и разбивающимся, восторг, бьющий через край, переполняет тело и разбивается. Восторг, приводящий в состояние экстаза, могуч и столь интенсивен, что может поднять тело в акте подлинной левитации. И, наконец, все наполняющий собой восторг перегружает тело до такой степени, что его можно сравнить с раздутым до предела пузырем или с горной пещерой, внезапно заполненной мощным потоком воды.
И в то время, пока эти пять видов восторга развиваются и достигают зрелости, они вызывают два вида спокойствия: спокойствие ментальной деятельности (эмоций, восприятий и волевых импульсов) и спокойствие сознания (самого по себе). Пока спокойствие развивается и достигает зрелости, оно вызывает два вида радости: радость тела и радость разума. Пока радость развивается и достигает зрелости, она вызывает тройную концентрацию: кратковременную концентрацию, пороговую концентрацию и экстатическую концентрацию.
Здесь из пяти видов восторга имеется в виду все наполняющий собой восторг как причина экстатического сосредоточения. Он продолжает расти до тех пор, пока не соединяется с самадхи.

Теперь о том, что касается другого термина "радость". Восторг сравним с тем чувством, которое испытывает уставший человек в пустыне, когда увидит лес или воду или услышит их шум, а радость подобна наслаждению, которое он ощущает, когда входит в тень леса или пьет воду.

Условия непрерывного успеха. Если монах не вполне преодолел свои чувства-желания посредством размышления об опасностях, проистекающих от чувственных объектов, если он не вполне успокоил волнение, посредством достижения спокойствия ментальной деятельности; если он не до конца вытеснил лень и апатию посредством мысленной работы над задачей усиления своей энергии и т. п.; если он не вполне искоренил свою возбужденность и чувство виновности посредством размышления о знаках спокойствия; если он не вполне устранил другие факторы, препятствующие сосредоточению (например, нерешительность); и если он, тем не менее, войдет в транс, то он быстро выйдет из него, как царь, который вошел в неопрятный сад. Но если он входит в транс после того, как он до конца устранил факторы, препятствующие сосредоточению, тогда он может оставаться весь день в достигнутом им состоянии, как царь, который вошел в чисто убранный сад.

Вторая ступень: В результате успокоения прикладного и дискурсивного мышлений он пребывает в достигнутом им состоянии второй дхьяны, внутренняя сущность которой безмятежна и необыкновенно возвышенна, в которой отсутствуют прикладное и дискурсивное мышления, которая рождается из сосредоточения, восторженная и радостная.
Внутренняя здесь понимается в качестве "ее собственной, присущей ей внутренности", и это означает: "рождающаяся в самой себе", "созданная в своей собственной целостности".
Безмятежная. Этот транс называется безмятежным потому, что он сопровождается верой, и еще потому, что он успокаивает (прикладное и дискурсивное) мышление.
Необыкновенно возвышенна. Посредством единственно самой себя она возвышает, поэтому ее называют возвышенной. Это означает, что она, не заглушаемая более (прикладным и дискурсивным) мышлением, может теперь приобрести свойства высшей и лучшей. Поэтому ее принято называть лучшей, "необыкновенной". Или можно разъяснить этот термин так, что "будучи свободной от мышления, она не нуждается в них в качестве сопровождающих ее факторов". Она возвышает связанные с этим трансом ментальные состояния или обусловливает их возникновение.

Первая дхьяна, волнуемая прикладным и дискурсивным мышлениями, не вполне безмятежна, так же как вода не вполне прозрачна, если она возмущена волнами, большими и малыми. Несмотря на тот факт, что в ней присутствует вера, она не называется "безмятежной". И так как первый транс не вполне безмятежен, то сосредоточение обнаруживается здесь также не в полной мере, и вследствие этого нельзя утверждать, что ей присуще состояние необыкновенной возвышенности. Но во второй дхьяне помехи в виде мышления отсутствуют, и вследствие этого вера имеет благоприятную возможность обнаружить себя в полную силу; и сосредоточение проявляет себя более полно, потому что оно выигрывает от того, что сильная вера - ее союзник.
Рождается из сосредоточения. Означает то что она рождается из сосредоточения первой дхьяны, и то что она рождается из сосредоточения, связанного с состоянием разума, преобладающим во второй дхьяне. О первой дхьяне можно сказать, что она рождена из сосредоточения, с ней связанного. Но, фактически, только вторая дхьяна может быть названной "сосредоточением"; из-за отсутствия беспокоящего мышления она становится совершенно непоколебимой и более безмятежной. Поэтому, чтобы надлежащим образом оценить этот транс, его называют "рожденным из сосредоточения".

Третья ступень: Из-за отвращения к восторгу, он пребывает уравновешенным, внимательным и отчетливо сознающим; он знает по опыту своего тела ту радость, о которой Арьи говорят так: "Радостно живет тот, кто уравновешен и внимателен". Это и есть, таким образом, то, что он пребывает в достигнутом им состоянии третьей дхьяны.

Четвертая ступень: Вследствие оставления радости, вследствие оставления страдания, вследствие успокоения предшествующих довольства и печали он пребывает в достигнутой им четвертой дхьяны которая ни мучительна, ни приятна, в абсолютной чистоте уравновешенности и внимательности.

Пятая ступень: Посредством полного выхода за пределы всех восприятий форм, посредством успокоения восприятий волевого импульса, посредством невнимания к восприятию разнообразия, размышляя о "бесконечном пространстве", он достигает сферы бесконечного пространства.

Шестая ступень: Посредством полного выхода из сферы бесконечного пространства, размышляя о "бесконечном сознании", он достигает сферы неограниченного сознания.

Седьмая ступень: Посредством полного выхода аз сферы неограниченного сознания, размышляя так: "Здесь ничего нет", - он достигает сферы небытия чего бы то ни было.

Восьмая ступень: Посредством полного выхода из сферы небытия чего бы то ни было, он достигает сферы, где нет ни восприятия, ни невосприятия.

 

ВИДЕНИЕ БОЖЕСТВ. Видение Тары

В своем собственном сердце он должен представить лунный шар как развивающийся из основного звука А. В его центре он должен визуализировать прекрасный голубой лотос...Пучки сверкающих лучей исходят из этого слога - зародыша и они рассеивают тьму заблуждения мира и освещают беспредельный мировой универсум во всех десяти направлениях.
После этого он должен совершить признание в своих грехах: "Какие бы злые действия я ни сделал во время моего странствия через этот безначальный сансарический мир, будучи причиной сделанного или попустительствуя сделанному, касательно ли моего тела, или моего разума, во всем этом я признаюсь и буду воздерживаться от них в будущем" И он должен также присоединить к этому обещание большого усердия в отношении добродетельных действий, которые он имел обыкновение оставлять несделанными.
Затем следует получение прибежища в Трех Драгоценностях. "Я получаю прибежище в Будде, в Дхарме и в Сангхе до того момента, пока я сам не достигну просветления".

Затем следует акт верности Пути. " Я верен Пути, который указал Татхагата".
Затем просьба. "Пусть благородные Татхагаты и Бодхисаттвы, трудившиеся ради блага мира, поддержат меня в моем начинании и помогут мне в дотижении достойной цели - Нирваны".
Все грехи я признаю,
И я охотно радуюсь заслугам других.
Ради Просветления я оставляю мои мысли.
Я верен Пути, и я посвящаю мои заслуги
Достижению полного просветления.
он должен произнести формулу освобождения: ОМ АХ МУХ.

Вслед за этим он должен развивать четыре состояния Брахмы, т. е. дружелюбие, сострадание, сочувственную радость и уравновешенность.
После он должен развивать способность проникновения в совершенную чистоту подлинной природы всех Дхарм. "Как все дхармы по своей природе и в своем самобытии совершенно чисты, так и я по природе совершенно чист", - эту интуицию он должен развивать непосредственно, лицом к лицу. "Ом, чисты в их самобытии все дхармы, чист я в моем самобытии". Причина изменений в этом сансарическом мире в том, что чистота дхарм скрыта нечистотой представлений о субъекте и объекте. путь, который ведет к их устранению, является истинным. Так приобретается способность проникновения в совершенную природную чистоту всех дхарм.
После медитирования на совершенной природной чистоте всех дхарм посвященный должен медитировать на пустоте всех дхарм. И вот что имеется в виду под пустотой: универсум, в движении ли он, или в покое, по своей природе ни что иное, как недвойственный Свет, который затемняется посредством всех этих вводящих в заблуждение представлений, таких, как субъект, объект. эту пустоту он должен упрочить посредством следующей мантры: "Ом, благодаря моему познанию пустоты я сам являюсь сущностью несокрушимого бытия".

Затем он должен медитировать на Благословенной Госпоже, Святой Таре. Этот образ он может развивать так долго как пожелает. После этого пространственный образ совершенной Благословенной Госпожи переходит в свою интеллигибельную ипостась посредством многочисленных пучков лучей, которые освещают тройной мир; шар которой был размещен в сердце, и из самой Благословенной Госпожи.
Если он вывел ее вовне и поместил на фоне небесного свода, он снова и снова совершает поклонение ей дарами и восхваляет ее, он должен проявить присущий ей знак, называемый "раскрытый цветок лотоса". После этого лучи, которые появляются из безграничного пространства, присущего божественной Таре, и которые освещают десять стран света тройного мира, теперь удаляют бедность и другие несчастья существ посредством ливней из разнообразных драгоценных камней, которые дождем падают сверху, и они подкрепляют существа нектаром учений Дхармы, которые показывают все вещи в их непостоянстве, без самостоятельной сущности. Когда йогин выйдет из транса, он, который видел всю вселенную в форме Тары, может, когда пожелает, стать осознающим свою тождественность с Благословенной Госпожой.
Кто бы ни занимался медитированием на Благословенной Госпоже, он увидит ее лицом к лицу собственными глазами. И Благословенная Госпожа сама наградит его правильным дыханием и всем остальным. Не говоря ни слова, она положит знак в ладонь того, кто настойчив в желании победить.

Глава IV
МУДРОСТЬ
ЧЕТЫРЕ СВЯЩЕННЫЕ ИСТИНЫ

Быть соединенным с тем, что неприятно,
Это - страдание.
Быть разъединенным с тем, что приятно,
Это - страдание.
Не получить того, что желаешь, это - также страдание.
Результат - страстное желание в качестве определенного решения достичь определенного перерождения является ближайшей причиной страдания, как цветы являются ближайшей причиной плода.
...Вследствие того, что оно непостоянно, в нем присутствует страх. И так как все это пребывает в страдании, то оно не обладает самостоятельным существованием. Вследствие того, что есть непостоянство, есть и страдание.

То, что касается сфер действия чувств. О них должно быть правильное представление, и их следует рассматривать в качестве инертных (не обладающих внутренней способностью прилагать усилия) и не привлекающих внимания.
...Так же, как деревянная кукла, пустая, безжизненная, не способная производить усилие, может ходить и останавливаться, если потянуть за бечевки, которые привязаны к ней, и тогда кажется, что она полна энергии и занимается делами, точно так же психофизический организм, пустой, безжизненный, не обладающий внутренней силой, и ходит, и останавливается потому, что тело соединено с разумом, и кажется, что оно полно энергии и занимается делами. Как говорили древние:
Воистину и тут и там только имя и форма,
И нет ни живого существа, ни человека.
Пусты они и устроены, как марионетки,
Груда страданий, как куча дерева и соломы.

УХОД ИЗ МИРА (ВОСЕМЬ ПОЗНАВАТЕЛЬНЫХ СПОСОБНОСТЕЙ)

Рассмотрение подъема и спада
Познание, направленное на рассмотрение подъема и спада, является способом исследования изменений, происходящих с существующими в данный момент дхармами.
Звук, который производится игрой на лютне, не появляется из "скопления звуков", образование которого предшествовало его возникновению. Когда он производится, то он не появляется из какого-то "скопления звуков". Когда он замолкает, то он не уходит в том или ином направлении. Когда он прекратился, то не продолжает существовать где-то в виде скопления, но, зависящий от лютни и ее шейки и соответствующих усилий человека, звук рождается, не обладая существованием до этого момента, и, просуществовав какое-то время, вновь исчезает.
Подобным образом все дхармы, материальные и нематериальные, возникают, не обладая существованием до этого момента, и, просуществовав какое-то время, вновь исчезают.

Когда он упорно совершенствуется в таких практических упражнениях, исследуя и обдумывая то, что касается материальных и нематериальных дхарм, его познавательная способность приобретает остроту и проницательность, и обусловленная природа дхарм постигается им легко и быстро. Когда его познавательная способность приобретает остроту и проницательность, и он быстро постигает обусловленную природу дхарм. Он видит, что "после того как эти обусловленные вещи появились, они опять исчезнут..." Как сказано в "Патисамбхидамагге":
Мысль с формой в качестве ее объекта возникла и исчезла снова. Определив, что это за объект, он рассматривает исчезновение этой мысли. Каким образом он делает это? Он рассматривает ее как непостоянную, недолговременную; как страдание, а не как покой; как несамостоятельно существующую, а не как самостоятельно существующую; он "отворачивается" от нее и не довольствуется ею; он утрачивает алчность и страстное вожделение по отношению к ней; он стремится приостановить их (т. е. алчность и страстное желание) и не дает им возникать; он отбрасывает ее в сторону, а не цепляется за нее. Рассматривая ее как непостоянную, как страдание, как не существующую самостоятельно, он отказывается от представления о ней как о долговременной, приносящей счастье и самодовлеющей. И то же самое в отношении чувств и других составляющих личности.
Как говорили древние: Есть только скандхи, которые остаются на непродолжительное время, и ничего кроме них. Исчезновение скандх называют смертью. Бдительный взгляд гасит их. Так гаснет блеск бриллианта, когда стесывают его грани.
В отношении тех, кто упражняется таким образом, Владыка сказал:
Гляди на мир, как если бы это был пузырь или мираж.
Царь Смерти не сможет увидеть того, кто смотрит на мир подобным образом.

Знание о присутствии опасности
..Но тот, кто практикуется в осознании присутствия опасности, на самом деле не становится боязливым. В результате этого он только осознает тот факт, что все обусловленные процессы прошлого прекратились и что обусловленные процессы будущего также прекратятся. Когда кто-то видит вблизи городских ворот три ямы, наполненные горящими углями, он не опасается за себя, а только осознает, что все те, кто упадет в них, будут переживать немалую боль.

Познание уравновешенности в качестве отношения к обусловленным вещам
Когда он так осознал обусловленные вещи, что видит их пустыми и классифицирует их по трем признакам, он оставляет и опасения, и удовольствие от них, обрывает связь с ними и становится безразличным к ним. Он не осознает их как "Я" или "Мое" так же, как человек, который прогнал свою жену.

ПУСТОТА
Прежде всего должна быть осознана двоевидная пустота, т. е. это (1) пустота индивидуального Я или (2) чего-либо, имеющего отношение к индивидуальному Я. Таким образом, ученик видит, что ни у него, ни у другого нет ничего из того, что соответствует представлениям об индивидуальности.
Затем он осознает пустоту пятью способаии. Как?
Пуста способность видеть индивидуальное Я, или что-либо принадлежащее индивидуальному Я, Разум пуст... Объекты зрения пусты... Объекты разума пусты... Сознание глаза... сознание разума... Глаз-контакт пуст....
И этот метод характеризования вещей как пустых должен быть распространен и на старение, и на смерть.
Он рассматривает чувство... сознание, давая ему следующие определения: непостоянное... уход из него.

___________________
ЧИСЛЕННО-УПОРЯДОЧЕННЫЙ ПЕРЕЧЕНЬ ОСНОВНЫХ ПОНЯТИЙ

Четыре бесформенных достижения. 1) уровень бесконечного пространства, 2) уровень бесконечного сознания, 3) уровень, где ничего нет, 4) уровень ни восприятия, ни невосприятия.
Четыре состояния Брахмы. 1) дружелюбие, 2) сострадание, 3) сочувственная радость, 4) уравновешенность.
Пять препятствий. 1) чувство-желание, 2) недоброжелательность, 3) лень и тупость, 4) волнение и чувство вины, 5) сомнение (нерешительность).
Семь благих дхарм: 1) вера, 2) энергия, 3) чувство стыда, 4) боязнь порицания, 5) внимательность, 6) сосредоточение, 7) мудрость.
Семь стадий просветления. 1) внимательность, 2) исследование дхарм, 3) энергия, 4) радостность, 5) спокойствие, 6) сосредоточение, 7) уравновешенность.
Семикратный долг. 1) приветливость, 2) почтительность, 3) признание грехов, 4) радостность, 5) обязательность, 6) духовная возвышенность, устремленная к просветлению, 7) посвящение заслуги.
Семь состояний сознательной жизни. ...5) те, кто рождается в сфере безграничного пространства; 6) те, кто рождается в сфере бесконечного сознания; 7) те, кто рождается в сфере отсутствия чего бы то ни было.

Восемь видов знания. 1) интуитивное знание, 2) способность создавать посредством магии ментальные тела (тела, рожденные разумом), 3) способность творить чудеса, 4) небесное (божественное) ухо, 5) знание о том, что происходит в сердцах других людей, 6) память о прежних существованиях, 7) небесный (божественный) глаз, 8 ) знание о пресечении хода потоков.
Девять мест пребывания чувствующих существ: 1) люди, божества, существа в аду, 2) Боги, рожденные из тела Брахмы, 3) Боги Чистого Света, 4) Боги Блаженства, 5) существа без восприятия, 6) те, кто рожден в сфере безграничного пространства, 7) те, кто рожден в сфере бесконечного сознания, 8 ) те, кто рожден в сфере, где ничего нет, 9) те, кто рожден в сфере ни восприятия, ни невосприятия.
___________________
ПРИМЕЧАНИЯ
Бханти-школа - форма буддизма, базирующаяся на любви и преданности личному божеству.
Дхьяна - "начальная стадия сосредоточения, медитации, при которой объект сосредоточения полностью овладевает умом"
Тара - богиня, в буквальном переводе "спасительница". Известна 21 форма Тары. Наиболее почитаемые - белая и зеленая.
Дхаммапада - собрание 423 наиболее важных изречений из различных текстов палийского канона. Дхаммапада содержит все учение и постигается в первую очередь сердцем, а не разумом. Дхаммапада - настольная книга буддистов".

 

Хайку-медитация. Хайку - путь к обретению внутреннего покоя. - Сильвия Форджес-Райан

https://rutracker.org/forum/viewtopic.php?t=614763



Вступление

Остановитесь на мгновение. Закройте глаза. Сделайте вдох. Поглубже — так, чтобы воздух наполнил вас от живота и до горла. Выдохните и медленно вдохните еще раз. И еще. Сделайте три глубоких вдоха. А теперь расслабьтесь. Не насилуя свое внимание, позвольте себе сосредоточиться на естественном ритме дыхания. Не думайте «я дышу», просто осознавайте дыхание как таковое. Чувствуйте дыхание. Вот — воздух заполняет вас, вот — он выходит наружу. Прилив — отлив. Вы дышите ноздрями, горлом, грудью, животом — всем своим существом. Вы должны забыться в дыхании. Внутрь — наружу, прилив — отлив. Если ваши мысли унеслись вдаль, вернитесь. Вы должны забыться в дыхании и при этом отчетливо осознавать каждое мгновение. Обратите внимание — чтобы дышать, не требуется никаких усилий. Дыхание происходит само по себе.
Пребывайте некоторое время в этом состоянии.
Самое важное в нашей книге — мгновения, когда вы остановились и сделали то, о чем мы вас попросили.
Не лишайте себя этого — остановитесь.
В течение нескольких мгновений вы пережили опыт глубинного духовного знания. Вы позволили себе остановиться. Вы осознали свое дыхание — всего лишь дыхание. И вы поняли — у вас есть внутренняя потребность остановиться и осознавать, просто осознавать.
Это все, что нужно для просветления. Остановиться и обратить внимание на какой-нибудь пустяк. Зная, что мысль готова отправиться в странствия — такова уж ее природа, — кротко, не насилуя себя, каждый раз возвращаться к пустяку.

Сейчас самое время вновь остановиться. Закройте глаза. Сделайте три глубоких вдоха. Расслабьтесь. Обратите внимание на свое дыхание — оно естественно — прилив, потом отлив. Не пытайтесь дышать как-то по-особому. Сосредоточьтесь на обычном дыхании. Может быть, вы почувствовали, что мысли куда-то уносят вас. Не насилуя себя, вернитесь назад — к дыханию. К необыкновенному переживанию прилива при вдохе, к осознанию этого ни на что не похожего движения... затем — к переживанию отлива при выдохе...

 

Ошо - Дхаммапада Из хаоса рождаются звёзды.

Полностью - тут:
https://www.rulit.me/books/dhammapada-iz-haosa-rozhdayutsya-zvyozdy-read-23199-1.html



Бхагаван Шри Раджниш (Ошо)
Дхаммапада
Из хаоса рождаются звёзды

1. Неудовлетворенность божественна.

«Все возникает и уходит».
Когда ты видишь это, ты поднялся над отчаянием.
Вот путь сияющих.
«Существование есть отчаяние».
Пойми и выйди за пределы отчаяния.
Вот путь мудрых.

«Существование есть иллюзия».
Пойми - и выйди за пределы.
Вот путь ясных.

Ты силен, ты молод.
Пришло время подняться.
Поднимись!
Пока из-за нерешительности и праздности
Ты не упустил путь.

Овладей своими словами.
Овладей своими мыслями.
Никогда не позволяй своему телу причинять вред.
Следуй этим трем дорогам с чистотой -
И ты окажешься на пути,
На пути мудрости.

Сиди в мире, сиди в темноте,
Сиди в медитации, сиди в свете.
Выбери свое место.
Пусть мудрость растет.

Сруби лес,
Не дерево.
Ибо из леса исходит опасность.

Сруби лес.
Повали желание.
Освободи себя.
================

Путь Гаутамы Будды - это путь разума, понимания, осознанности, медитации. Это не путь верования; это путь видения самой истины. В существовании есть лишь один способ прийти к уверенности, - и это твоя собственная реализация, твое собственное видение. Пока этого не случится, не удовлетворяйся ничем; оставайся неудовлетворенным. Неудовлетворенность божественна; удовлетворенность в веровании глупа. Именно в божественной неудовлетворенности человек растет, но этот путь тяжек. чтобы следовать пути Будды, человек должен быть бунтовщиком. Бунт - это вкус его существа; этот путь - лишь для бунтующего духа. Но только у религиозных людей есть дух, только у них есть душа. Остальные люди - полые, пустые.

Эти сегодняшние сутры полны безграничной красоты и истины. Первая сутра:
«Все возникает и уходит».
Когда ты видишь это, ты поднялся над отчаянием.
Вот путь сияющих.

Жизнь - это поток, ничто не остается прежним. И все же мы продолжаем цепляться. Твое цепляние лишь сделает тебя несчастным. Вещи неизбежно изменятся независимо от того, цепляешься ты за них или нет. Если ты не цепляешься, они все равно изменятся, но тогда разочарования не будет, потому что ты полностью осознавал, что они изменятся. Такова природа вещей, такова правда жизни.
Вспомним закон Халдэйна: «Вселенная не только страннее, чем мы себе представляем, она страннее, чем мы можем себе представить.»

Это очень странный мир. Все в нем мгновенно, но все же каждая мгновенная вещь дает тебе иллюзию своего постоянства. Каждая вещь мира - это просто мыльный пузырь, красиво сверкающий в солнечных лучах, возможно окруженный радугой, прекрасного цвета, - но мыльный пузырь, есть мыльный пузырь! В любое мгновение он может уйти - и уйти навсегда. Но на мгновение он может вас обмануть.
И самое странное в том, что даже после того, как ты был обманут тысячу раз, ты так и не понял. Стоит появиться еще одному мыльному пузырю - и ты поверишь. Сколько раз должны быть разбиты и разрушены твои мечты? Сколько раз жизнь должна доказать, что цепляться бессмысленно?

В мире преобладают люди двух типов: те, кто понимает то, что у них не получается, и те, у кого получается то, чего они не понимают.
Просто наблюдай свою собственную жизнь, и ты увидишь, что это происходит и внутри твоего ума. Ты понимаешь вещи, которые у тебя не получаются; легко понимать то, что у тебя не получается.

Кто-то спросил Бернарда Шоу: «Верите ли вы, что ничто не невозможно?»
И говорят, Бернард Шоу ответил: «Да, я верю, что ничто не невозможно, но при условии, что это сделает кто-то другой».

Легко понимать то, что у тебя не получается. Того, что у тебя получается, ты совершенно не понимаешь. Понимаешь ли ты свою собственную жизнь? Ты понимаешь что-то о Боге, но ничего не понимаешь о собственной жизненной энергии.
Люди продолжают говорить чепуху, ничего не осознавая о своей внутренней жизни, не осознавая, откуда приходит это дыхание, куда идет это дыхание. Они не осознают ближайшую истину своего существа, но продолжают говорить о высоких материях.

Будда говорит: «Все возникает и уходит. Когда ты видишь это...»
Он не говорит: «Верь в это». Он не говорит: «Я стал просветленным, поэтому ты должен верить всему, что я говорю». Он не говорит: «Ты должен верить мне, потому что писания подтверждают мои слова». Он не говорит: «Ты должен верить мне, потому что я могу доказать это логически».
Увидь красоту этого человека. Он говорит: Когда ты видишь это, ты за пределами отчаяния. В это самое мгновение, когда ты видишь это - что все мгновенно, все в потоке, все изменяется... Когда ты видишь это собственными глазами и понимаешь это собственным разумом, внезапно - ты за пределами отчаяния.
Что происходит? В этом видении происходит великая революция; само это видение революционно. Тогда ты не цепляешься. В мгновение, когда ты видишь, что это мыльный пузырь, ты перестаешь цепляться за него. Фактически, цепляние заставит его лопнуть быстрее; если ты за него не цепляешься, он может продолжать некоторое время танцевать на ветру. Только тот, кто не цепляется, может наслаждаться жизнью.

Если ты видишь это, ты можешь наслаждаться - это просто игра. Но если ты не видишь, ты становишься одержимым; ты начинаешь цепляться за вещи, глубоко внутри осознавая, что они выскальзывают у тебя из рук.

- У меня есть все, что только может пожелать человек, - простонал человек с грустными глазами.
- Деньги, прекрасный дом и любовь красивой и богатой женщины. И вдруг: шарах! Однажды утром входит моя жена!

Ты не можешь оставаться в одном и том же состоянии долгое время. Поэтому мистики говорили, что жизнь - это не что иное, как сон; сон, видимый с открытыми глазами, сон, который разделяют и другие. Ночной сон лично твой. Дневной сон - это общественное достояние, его может разделить каждый. Ночью сон субъективен, днем - объективен. Но качество их одно и то же - надписи на воде. Ты еще не закончил писать, а надпись уже начинает исчезать.
Когда ты видишь это, ты поднялся над отчаянием - тотчас же. И тогда больше ничего не нужно делать. В то мгновение, когда ты это увидел, - где отчаяние? Причина исчезла; ты удалил саму причину. Цепляясь, ты создаешь причину. Не цепляясь, ты освобождаешься.

Поэтому Будда говорит: Вот путь сияющих - такой простой, такой сияющий, что, если ты не совершенно слеп, ты не можешь его упустить. Он просто констатирует факт, который он увидел - и который можешь увидеть и ты. Он не имеет ничего общего с Буддой, это не его изобретение, не его идея. Это само существо жизни.
Оглянись вокруг. Все меняется. Это похоже на реку, которая все движется и движется - а ты хочешь ее поймать? Это ртуть! Если ты пытаешься ее поймать, это самый верный способ ее потерять. Не пытайся ее поймать. Наблюдай радостно, молчаливо. Свидетельствуй игру, сон... и ты поднялся над отчаянием. Он говорит: Ты поднялся над отчаянием.
«Существование есть отчаяние».
Пойми и выйди за пределы отчаяния.
Вот путь мудрых.

Все, что можно сделать, можно сделать с твоим сознанием. Ты можешь изменить свое видение. Ты можешь увидеть вещи в другом свете, в другом контексте. Если ты думаешь о мире как о чем-то очень реальном, тебе придется страдать; если ты видишь мир как странный сон, ты не будешь страдать. Если ты мыслишь в терминах статичных энергий, ты будешь страдать. Если ты мыслишь в терминах существительных, ты будешь страдать. Но если ты мыслишь в терминах глаголов, ты не будешь страдать.
Существительных не существует; они существуют лишь в языках. В реальности нет существительных. Все является глаголом, потому что все меняется, все находится в процессе. Жизнь никогда не статична, она всегда динамична.

И второе, что говорит Будда: «Существование есть отчаяние». Бытие есть отчаяние. Сначала он говорит: увидь мир как сон, текучий, изменчивый, новый от мгновения к мгновению. Наслаждайся им, наслаждайся его новизной, наслаждайся неожиданностями, которые он приносит. Прекрасно, что он меняется, в этом нет ничего плохого; просто не цепляйся за него. Почему ты цепляешься? Ты цепляешься, потому что у тебя есть другая ложная идея - что ты есть.
Первая ложная идея в том, что вещи статичны. Вторая ложная идея в том, что ты есть, что у тебя есть статичное эго. Они существуют вместе. Если ты хочешь цепляться, тебе нужен тот, кто цепляется; если тебе не нужно цепляться, не нужен и тот, кто цепляется. Если тебе не нужно цепляться, совершенно не нужно и эго, оно не может существовать без цепляния.
Танцор может существовать, лишь, если он танцует. Если исчезает танец, где танцор? Певец может существовать, лишь, когда поет. Идущий может существовать, лишь, когда идет. Так и эго: эго существует в цеплянии. Когда нет управления, когда нет желания быть главным, цепляться, обладать, эго начинает испаряться. Снаружи ты прекращаешь цепляться, и внутри начинает возникать новая ясность. Эго со всем его дымом исчезает, эго со всеми его облаками исчезает. Оно не может существовать, потому что ему больше нечем питаться. Чтобы существовать, ему нужно цепляться. Оно должно создать «мой» и «мое», и оно продолжает создавать «мой» и «мое» всеми возможными и невозможными способами.
Эго говорит: «Это моя страна», как будто ты принес ее с собой при рождении, как будто земля действительно разделена на страны. Земля неделима, она едина. Но эго говорит: «Это моя страна».
Религия тоже становится твоей собственностью.

«Я» существует лишь как остров в океане «мой» и «мое». Если ты перестанешь объявлять вещи «моими», эго исчезнет само собой. Мы приходим в мир с пустыми руками и уходим из мира с пустыми руками. Но никто не хочет знать истину - это ранит. Человеку становится страшно. Он хочет быть наполненным, не пустым. Лучше быть наполненным все равно чем - любым мусором, - чем быть пустым. Пустота выглядит как смерть, и мы не хотим истины. Мы изо всех сил стараемся жить в удобстве, даже если это удобство основано на иллюзиях.
А Будда настаивает: Видь истину! - потому что без видения ты не можешь подняться над отчаянием.
Если тебе надоело эго, если ты устал от его игр, если ты увидел, что оно приносит лишь страдание и ничего больше, тогда эти истины так просты для понимания, что не нужно никаких объяснений. И я не объясняю их тебе. Я просто вбиваю их тебе в голову, с этой стороны, с той стороны. Ты пытаешься увернуться, ты пытаешься сбежать, ты пытаешься закрыть глаза, но я продолжаю кричать прямо тебе в уши в надежде, что рано или поздно ты сможешь понять, - потому что если с тобой не случится это понимание, твоя жизнь будет кошмарным сном. Пришло время проснуться!
«Существование есть отчаяние». Пойми - и выйди за пределы отчаяния. Вот путь умных. Будда говорит: Это путь разума. Этот путь не для тупых, неразумных, посредственных умов. Путь Будды для тех, кто разумен. А кто разумен? Если ты решишь быть разумным, ты разумен. Ты рожден с великим разумом, но ты его подавляешь. Ты боишься своего собственного разума, потому что твой собственный разум тревожит устоявшийся быт твоей жизни. Кое-как тебе удалось его установить, а твой собственный разум будет заставлять тебя двигаться вперед. Он будет говорить тебе: «Это не истина. Снова ты пал жертвой сна. Иди дальше. Пока ты не достигнешь истины, нельзя спокойно отдыхать. Иди дальше!» Поскольку разум подстрекает тебя идти дальше, ты подавляешь его.

Сократ говорит: «Познай себя». Будда тоже говорит: «Познай себя». Оба они были неправильно поняты, и Сократ более чем Будда. Когда Сократ говорит: «Познай себя», люди думают, что внутри есть кто-то, кого нужно познать. Внутри никого нет. Когда Сократ говорит: «Познай себя», он просто говорит: «Иди вовнутрь и смотри, что там есть». Он не говорит, что там есть кто-то и ты сможешь его познать; он просто говорит идти вовнутрь. Но он не хочет слишком тебя пугать.
Будда говорит ясно, там никого нет: «Иди вовнутрь и смотри. Есть лишь видение, нет видящего. Есть понимание, но нет никого, чтобы понимать; есть знание, но нет никого, чтобы знать». Это нужно понять. Это Будда подчеркивает в своем послании: конечно, есть процессы, но в этих процессах нет центра. Да, есть любовь, но нет любящего, есть медитация, но нет медитирующего, есть освобождение, но никто не освобожден. Это выглядит очень странно, но сейчас с этим соглашается современная наука.
Что касается объективной реальности, современная наука соглашается с Буддой больше, чем с кем-либо другим. Поскольку наука каждый день подходит к нему ближе и ближе, у Будды великое будущее. Наука будет говорить на том же языке, что и Будда. Наука говорит, что есть энергия, но нет материи. Именно это Будда говорит о внутреннем мире: есть энергия, движение, процессы, но не сущность, не эго.
«Познай себя» означает: познай, что тебя нет. Чтобы познать это, нужна великая храбрость. Люди хотят знать, что они - бессмертные души. Тогда они очень довольны: «Мы - бессмертные души». А Будда говорит: «Не говори чепухи! Тебя просто нет. Бессмертие есть, но ты не бессмертен. Когда ты полностью исчезаешь, то, что остается... эта чистота, эта прозрачность, эта невинность, это никто, это ничто, эта шунья - вот что бессмертно. У него нет ни начала, ни конца, ни рождения, ни смерти».
Но вместо того чтобы пойти вовнутрь и найти, что эго иллюзорно в своей основе, вместо того чтобы найти коренную причину своего страдания, ты продолжаешь перекладывать ответственность на других.
Знаменитая максима Мерфи: «Если человек улыбается, когда случается что-то плохое, это значит, что он уже придумал, кого можно в этом обвинить».
никто другой не может быть причиной твоего страдания; причина эта у тебя внутри. Ты живешь с ложными идеями. Но даже если ты живешь с ложными идеями, ум наслаждается мыслью - «Я за это не отвечаю»; ты чувствуешь облегчение.

как только сумасшедший понимает, что он сумасшедший, в его существо начал входить рассудок. Именно это говорили все будды: в то мгновение, когда ты понимаешь: «Я в невежестве», случается первый проблеск знания. В то мгновение, когда ты говоришь: «Меня нет», в тебя проникает настоящее существование. Впервые ты говоришь: «Я ничем не владею», и весь мир - твой. Впервые ты говоришь: «Я не отделен», «Я един с целым», и ты становишься целым. Капля росы на самом деле не исчезает; она становится океаном. Познав собственную пустоту, собственное отсутствие эго, человек ничего не теряет, но получает все.

 

Третья сутра:
«Существование есть иллюзия».
Пойми - и выйди за пределы.
Вот путь ясных.

Будда не дает тебе доктрин, догм. Вот вся его забота: как сделать ясным твой ум, как сообщить тебе ясность, чтобы ты мог беспрепятственно видеть, чтобы твои глаза больше не были покрыты пылью, чтобы твои глаза были чисты от пыли и обладали проницательностью видеть вещи такими, как они есть.
Обычно все, что ты видишь, - это твоя проекция. Именно это ты называешь существованием - ты проецируешь. Существование действует лишь как экран, а проектор у тебя внутри, и ты продолжаешь проецировать свои желания, свое воображение, свои надежды, свои мечты, ты продолжаешь видеть вещи, которых нет. Это продолжается и продолжается, и так было вечно. И все это только проекция - это не реальность.
Страница 6 из 102
Реальность может быть познана, лишь, если тебе нечего проецировать. Это состояние не-проекции Будда называет ясностью. Ясность означает, что у тебя нет желаний, что ты не хочешь, чтобы все происходило определенным образом, ты готов видеть вещи, как они есть. Ты просто зеркало, не проектор.
Когда ты зеркало, - это самадхи, это сатори. Ты просто отражаешь, как молчаливая, ясная, холодная вода озера отражает полную луну и звезды. Когда ты абсолютно ясен, без снов, без желаний, без воображения, без воспоминаний, отложив весь ум в сторону, - а ум - это проецирующий механизм, - тогда есть ясность, и вещи отражаются, как они есть. И впервые ты знаешь, что есть; иначе: «Существование есть иллюзия».
Пойми это: все, что ты считаешь существованием, есть иллюзия.
Пойми это и выйди за пределы.
Вот путь ясных.

Ты силен, ты молод.
Время подняться.
Так поднимись!
Пока из-за нерешительности и праздности
Ты не потерял путь.

Будда говорит: Так поднимись! Не трать ни мгновения! - пока из-за нерешительности и праздности ты не упустил путь.
Единственная опасность - в нерешительности. Жизнь не преданная, не вовлеченная не стоит того, чтобы называться жизнью. Лишь в преданности, вовлеченности, твоя жизнь приобретает остроту, твой разум становится острым как меч. В праздности ты собираешь пыль; твоя острота исчезает. А если ты остаешься острым и бунтующим, даже когда ты стареешь, ты не становишься старым. Ты будешь стар лишь физически, но твое внутреннее существо останется молодым.
И это один из величайших опытов жизни: когда твое тело стареет, но внутреннее существо сохраняет свою юность. И это значит, что ты шагаешь в ногу с жизнью.

Когда Будда говорит: Овладей своими словами, он имеет в виду: Будь осознанным
Овладей своими мыслями.
Мысль продолжается у тебя в уме. Все что угодно может запустить в тебе процесс. Это своего рода рабство: ты предоставлен на милость случайности. А саньясин, искатель, должен быть мастером. Он думает, лишь, если хочет думать; если он не хочет думать, он просто выключает ум. Он знает, как выключить его и как его включить.

Ты не знаешь, как его включить, ты не знаешь, как его выключить; он продолжается и продолжается. В нем осталось мало энергии; она протекает отовсюду. Если ты можешь его выключить... в этом вся медитация: выключение ума, искусство выключения ума. Если ты можешь его выключать, это поможет накопить энергию.

Следуй этим трем дорогам с чистотой -
И ты окажешься на пути,
На пути мудрости.
Последний совет Будды. Не следуй этим трем дорогам из расчета. Следуй им невинно, как ребенок, исследуя, задавая вопросы. Сделай это приключением, но не будь расчетлив, не будь бизнесменом. Мы все бизнесмены, и это одна из основных причин того, почему мы продолжаем упускать радость жизни. Бизнесмен никогда не знает, что такое радость; он всегда думает о выгоде.
Люди приходят ко мне и спрашивают: «Если мы будем медитировать, какая от этого будет выгода? Чего мы этим добьемся?» Если я говорю им: «Медитируйте ради медитации», они кажутся сбитыми с толку. Они говорят: «Тогда какой смысл?» Они не могут понять, что в жизни некоторые вещи можно делать без всякого расчета.
Любовь ради любви, искусство ради искусства, медитация ради медитации. Все, что есть великого и красивого, никогда не может быть низведено до средства достижения чего-то другого. А бизнесмен знает лишь это. Деловой ум всегда низводит все до средства достижения какой-то цели. Это само по себе цель. Медитация сама по себе цель, не средство для чего-то другого. Поэтому будь подобным ребенку, невинным, нерасчетливым. Будь чист... и ты окажешься на единственном пути... Единственном пути, истинном пути, пути мудрости.
Страница 9 из 102
Сиди в мире, сиди в темноте - эти слова безмерно важны:

Сиди в мире, сиди в темноте.
Сиди в медитации, сиди в свете.
Выбери свое место.
Пусть мудрость растет.
Сидеть в мире - значит сидеть в уме, а сидеть в медитации – значит сидеть в не-уме. Быть в уме - значит быть в темноте, а быть в не-уме - значит быть в свете. Если ты понял предыдущие сутры, ты узнаешь, как быть не-умом... и тогда - свет и только свет. Ты переполняешься светом, ты становишься светящимся. Именно так растет мудрость.

Сруби лес,
Не дерево.
Ибо из леса исходит опасность.
Срубить лес - значит, срубить самый корень, самый источник всего, - не дерево, потому что дерево - это лишь симптом. Если ты срубишь одно дерево, вырастет другое. Не борись с симптомами; смотри в корень и разрушь корень.
Корень - это эго. Корень - это желание эго. Корень - это цепляние эго. Сруби весь лес: эго, желание, цепляние, коварство, хитрость, расчетливость, политичность - сруби все это. Не продолжай бороться с мелочами.
Кто-то приходит и говорит: «Как мне избавиться от гнева?» Не избавившись от эго, ты не можешь избавиться и от гнева, а если ты попытаешься, ты будешь лишь подавлять его. Люди приходят и спрашивают: «Как избавиться от сексуальности?» Ты не можешь избавиться от сексуальности, если ты не избавишься от эго и его постоянной жажды большего и большего. Ты не можешь избавиться от сексуальности, если ты не видишь внутреннее ничто. В этом видении сексуальность трансформируется в духовность. Иди к корню, к источнику.
Но люди продолжают подрезать деревья, думая, что так они трансформируют свою жизнь. Да, они могут стать более изощренными, более культурными, более цивилизованными, более полированными на поверхности - но это будет лишь на поверхности. Глубоко внутри они останутся теми же людьми, такими же уродливыми, как и раньше, потому что все, что ими подавлено, будет делать их более и более извращенными.

Сруби лес.
Повали желание.
Освободи себя.
Если ты хочешь срубить лес, повали желание. Увидь суть: желание тщетно. Живи в мгновении и не пытайся жить в будущем. Никто не может жить в будущем. Как ты можешь жить в будущем, которого еще нет? А желание дает тебе иллюзию жизни в будущем. Ты садишься и начинаешь думать, что станешь президентом страны. Ты начинаешь жить во сне, в мечте, думая, что ты нашел много денег, что ты выиграл в лотерею. Ты думаешь об этом и начинаешь беспокоиться, серьезно беспокоиться: «Что с этим делать?»

У меня был друг, врач, и он был одержим кроссвордами. Каждый месяц он решал кроссворды и каждый раз надеялся, что получит пять лакхов (10 тысяч) рупий, десять лакхов рупий. Я наблюдал это годами. Проходил месяц, ничего не происходило, и он начинал готовиться к следующему кроссворду.
Однажды, когда я был у него в гостях, я сказал ему:
- Наверное, не судьба!
- Что ты имеешь в виду?
- Я наблюдал за тобой столько дней, столько лет, и ничего не случилось. Давай объединимся, и в этом месяце ты получишь десять лакхов рупий.
Он был в восторге. Он сказал:
- Почему ты не сказал раньше?
- Но есть одно условие, - сказал я. - Библиотеке этого города нужно пять лакхов рупий. Тебе придется отдать пять лакхов рупий библиотеке. Тогда давай объединимся. Моя судьба будет твоей судьбой - а ты знаешь, как мне везет!
- Да, знаю, - ответил он. - Но пять лакхов - это слишком много.
Он начал торговаться: еще ничего не случилось, а он так обеспокоен! Он стал торговаться:
- Пять лакхов - это слишком много, я бедный врач, и ты знаешь, как мне тяжело, какая конкуренция - из двадцати врачей в этом городе я - самый бедный. А ты требуешь пять лакхов рупий! Пусть будет один лакх.
- Ладно, - сказал я, - решено: один лакх получает библиотека, девять - ты.
Он согласился, но как грустно! Целый лакх уходит из рук!
В двенадцать ночи он постучал ко мне в двери. Дело было летом, я спал на террасе, и я спросил с террасы:
- В чем дело? Кто это?
- Это я, твой друг. Я не мог заснуть, и мне пришлось прийти. Один лакх - это слишком много! Пусть будет пять тысяч. В следующем месяце мы снова соединимся, и я дам тебе лакх.
- Ладно, - сказал я, потому что хотел спать. - Уходи. Пять тысяч меня устроит, но смотри, не передумай снова!
На следующее утро он снова передумал. Он сказал:
- Ты знаешь мою ситуацию. На этот раз позволь мне взять все. В следующем месяце я отдам библиотеке, сколько ты скажешь.
- Тогда я устраняюсь, - сказал я. - Делай все сам. Прошел месяц. Ничего не произошло. Он пришел ко мне весь в слезах. Он сказал:
- Какой я дурак! Я должен был согласиться с тобой. Ты просил только пять лакхов рупий, но я не согласился. В этом месяце я соглашаюсь.
- Но я не собираюсь этим заниматься, - сказал я, - потому что я знаю, что снова все будет по-прежнему - ты будешь торговаться, не сможешь заснуть и не дашь спать мне. Делай все сам.

Люди начинают жить в воображении... Просто наблюдай себя. Желание заставляет тебя оставаться занятым несуществующими вещами и продолжает разрушать настоящее. А настоящее - это единственная жизнь. Сейчас и здесь - вот единственная жизнь.
Живи жизнь тотально, живи жизнь всем своим существом. Отложи ум в сторону и без ума нырни в сейчас. Все благословения Бога изольются на тебя.

 

2. Духовная хирургия

Первый вопрос:
Каково золотое правило философии Будды?

Бернарда Шоу однажды спросили: «Есть ли в жизни золотое правило?» Он ответил: «Есть лишь одно золотое правило: Никаких золотых правил нет».
Жизнь не механистична; именно поэтому возможна религия. Будь жизнь механической, полностью укорененной в правилах, в законе причины и следствия, в причинности, науки было бы достаточно. Но науки мало.
Поэтому золотых правил нет. Жизнь - это свобода, сознание, блаженство, любовь - но только не закон.
Вот почему я не перевожу слово Будды «дхамма» как «вселенский закон»; в этом переводе недостает чего-то очень существенного. В дхамме есть свобода; свобода - это цель дхаммы. Закон лишен свободы. Закон похож на вагон, который едет по рельсам, а дхамма - на реку, спускающуюся с отрогов Гималаев и в абсолютной свободе, спонтанности, без всякой застывшей рутины совершающую свой извилистый и непредсказуемый путь к океану.
Жизнь можно жить по правилам, но тогда она становится поверхностной. Живи жизнь не согласно законам, но согласно сознанию, осознанности. Не живи согласно уму. У ума есть правила и инструкции, у ума есть ритуалы. Живи жизнь с позиции не-ума, чтобы расцвести непредсказуемыми цветами.

В философии Будды нет золотого правила.
Согласно принципу Питера, вот золотое правило жизни:
У кого золото, тот и устанавливает правила.
А у Будды нет золота - он не может установить золотое правило. Более того, нет у него и философии. У него есть видение, даршан. Даршан означает способность видеть. Философия есть мышление, даршан есть видение. Будда не заботится о мышлении; весь его акцент - на видении. Увидь истину, не верь в нее. Не думай о ней. Ты можешь продолжать думать без конца, но никогда не придешь к ней путем размышления.
Размышление о Боге не имеет ничего общего с Богом. Размышление о свете не имеет ничего общего со светом. только слепой думает о свете. Человек, у которого есть глаза, наслаждается светом, а не думает о нем. Повсюду вокруг он танцует в ветвях деревьев... ты чувствуешь его, ты переживаешь его. Будда - видящий, который увидел. И когда он увидел, он стал свободным: свободным от ума. Лао-цзы, Будда, Заратустра, Иисус, Пифагор, Гераклит, Экхарт - не философы; они видящие. Это совершенно разные течения. Принадлежи к видящим. Будь видящим, потому что без видения истины нет спасения.

Второй вопрос:
разве на самом деле не важно, чтобы Ты знал нас лично?

Я забочусь о сущностном ядре твоего существа - а у него нет отличий. Оно того же цвета, что и у всех остальных. Подлинное лицо за всеми лицами - одно и то же. У него нет ни цвета, ни образа, ни формы. Оно не имеет ничего общего ни с твоей матерью, ни с твоим отцом, ни с твоей страной. Оно не имеет ничего общего с твоим именем. Меня заботит твое подлинное лицо. Поэтому я не знаю, кто есть кто, но я знаю, что стоит за всеми «кто» - существенное «кто».
Чем более вы становитесь медитирующими, тем более стираются ваши различия, тем более вы становитесь похожими. Ваши лица, ваши глаза, ваша атмосфера становятся все более и более похожими.
В то мгновение, когда ты приближаешься к бездне, чтобы совершить последний прыжок, ты больше не отдельная сущность. Ты едина с целым. Я должен убедить твою сущность совершить этот прыжок; и именно это я делаю. Не нужно волноваться, не нужно тревожиться.

Третий вопрос:
Как человек может отбросить одержимость?

Одержимость просто означает, что в твоем существе есть ранакоторая хочет твоего внимания. Ты не можешь ее отбросить. Как ты можешь отбросить рану? Одержимость - это психическая рана, и ее отбросить нельзя. Пойми ее. Наблюдай ее. Уделяй ей внимание. Медитативно будь с ней. И чем медитативнее ты с ней, тем лучше она будет заживать.
Медитация - это целительная сила. Слова «медитация» и «медицина» происходят от одного корня; оба они означают целительные силы. Медитация - это лекарство, лекарство для души.
Ты можешь стараться не смотреть на рану, но рана останется; подобно раковой опухоли, она будет расти внутри. Вместо того чтобы осуждать, придумывать названия, клеить ярлыки, наблюдай ее - без всякого предварительного заключения. Вглядись как можно глубже, с большим дружелюбием, с нежностью. Это твоя одержимость, твоя рана! Она что-то говорит о тебе, она - часть твоей биографии. Она возникла в тебе, как цветы возникают на дереве. Она существенна, потому что она что-то говорит о твоем прошлом. Глубоко иди в нее, с заботой, с любовью, и ты будешь удивлен: чем больше заботы ты о ней проявляешь, тем менее она болезненна, тем менее она навязчива, тем меньше у нее власти над тобой.
Держись точно посредине, не осуждая и не отождествляясь. Просто будь чистым свидетелем. И мало-помалу она будет исцелена. Понемногу она утратит свой яд. Понемногу ты начнешь замечать, что из негативной силы она превращается в позитивную энергию. Она станет полезной. Каждая одержимость - это узел в твоем существе. Как только он развязан, высвобождается огромная энергия.

Все то, что становится в тебе главенствующей силой, управляет тобой, становится хозяином твоего существа. Все то, что низводит тебя до раба, - вот мое определение одержимости. Наблюдай ее, медитируй. Будь с ней молчалив, потому что тогда ты снова станешь хозяином. Молчание делает тебя хозяином всего. Не борись, не отождествляйся. Если ты отождествляешься, ты сумасшедший. Если ты борешься, ты сумасшедший в другой крайности.
Если ты хочешь в своей жизни кем-то стать, это одержимость. Если ты настойчив, ты можешь осуществить любую глупость. Силы человека безграничны.
Если одержимость удовлетворена, ты будешь проигравшим; если она не удовлетворена, ты тоже в несомненном проигрыше. Другой путь - подавить ее, забросить ее глубоко в бессознательное, чтобы не сталкиваться с ней. Но там она продолжает расти и влиять на твое поведение; из-за кулис она продолжает дергать тебя за ниточки. А когда враг скрыт, он сильнее. Ты не видишь ее, но все же вынужден следовать ее диктатуре - она становится диктатором.
Обеих крайностей нужно избегать. Именно это предложил бы Будда: будь точно посредине, наблюдая, наблюдая без выбора. Не выбирай ни в пользу отождествления, ни в пользу подавления. Просто видь. Что бы то ни было, это факт твоей психической жизни. Не говори, что это хорошо, не говори, что это плохо, просто наблюдай это. Испытай невероятную мощь наблюдения: смотри, как оно преображает раны в цветы, как оно распускает запутанные узлы в великие силы, позитивные силы, питательные силы.

//....?//
когда человек умирает, он умирает в бессознательности. Он живет в бессознательности, как он может умереть в сознании? Смерть - это кульминация всей жизни. Если ты прожил ее в бессознательности, в бессознательности ты и умрешь. Это мгновение концентрации; концентрируется вся твоя жизнь. Если ты жил в бессознательности, твоя смерть будет концентрированной бессознательностью.
Первый опыт смерти - любовь. И познав красоту смерти в любви, ты не будешь бояться смерти. когда она придет, ты будешь петь. Ты будешь танцевать. Смерть будет тебе другом, большим другом, потому что ты знал малую смерть в любви, и она была прекрасна. Теперь наступает большая смерть; она обязательно будет в тысячу раз прекраснее. Любовь готовит человека к тому, чтобы умереть, - но только сознательная любовь, потому что ты умираешь только в сознательной любви.
сдаются не друг другу; сдаются богу любви. Оба любовника сдаются неизвестной энергии, которая растворяет их эго, и они переживают малую смерть. Каждый новый оргазм приносит большую смерть. По мере того как углубляется любовь, углубляется и смерть, и они готовятся к окончательной смерти. Тот день, когда приходит окончательная смерть, - это день радости. Они танцуют в смерть, они поют, их сердца предвкушают приключение.

Восьмой вопрос:
Я занимался медитациями сорок лет, но все же я по-прежнему далек от цели - реализации Бога. Что мне делать?

Бог - это не цель; если ты мыслишь в терминах цели, Бог становится объектом желания.
Должно быть, ты занимаешься каким-то видом концентрации.
Концентрация это не медитация. Концентрироваться на чем-то - значит фокусировать ум. В этом есть свои преимущества. В науке необходима концентрация; концентрация - это научный метод. Концентрация означает исключение из ума всего, кроме предмета, на котором ты сосредоточиваешься.
Медитация просто значит, что ты не сосредоточиваешься ни на чем в частности, даже на Боге, - ты вообще не сосредоточиваешься. Поэтому она ничего не исключает и включает все. В медитации ты расслабляешься, в концентрации - напрягаешься. В медитации ты в глубоком покое, бдительный ко всему, что происходит, - все твои пять чувств бдительны, восприимчивы.
Концентрацию можно нарушить. Собака лает, а ты читаешь мантру. Она не беспокоит тебя - она делает свое дело. Но ты чувствуешь, что тебя побеспокоили, - не потому, что собака лает, но из-за своих попыток сосредоточиться на чем-то одном. из-за этих попыток сосредоточиться ты чувствуешь беспокойство.
Медитирующего никогда ничего не беспокоит, не отвлекает. Его нельзя отвлечь, потому что тогда он начнет наблюдать и то, что его отвлекает. Он - просто наблюдатель; он наблюдает все, включая отвлекающие факторы. Как можно его отвлечь? Он преобразует даже отвлекающие, беспокоящие вещи в глубокое молчание.

В Индии люди концентрируются, читают мантры, постятся, истязают свои тела, надеясь путем этих мазохистских практик реализовать Бога. Как будто Бог - это садист! Как будто Бог любит, чтобы ты себя мучил! Как будто он говорит, что, чем больше ты себя мучаешь, тем лучше ты станешь! Бог не садист; тебе не нужно быть мазохистом.
Тогда что такое медитация? Ты просто сидишь в молчании, ничего не делая, наблюдая все, что происходит вокруг; просто наблюдая без предрассудков, без заключений, без идей о том, что неправильно и что правильно.
Моя медитация проста; она не требует никаких сложных практик. Она очень проста. Моя медитация поет и танцует. Моя медитация сидит в молчании. Моя медитация непринужденна с существованием. Моя медитация принимает существование как свой дом. Просто наслаждайся жизнью, празднуй жизнь. И однажды, когда празднование достигнет пика, внезапно с твоих глаз спадет завеса и в существовании не останется ничего, кроме божественного. Нет Бога, но все существование наполнено божественностью. Это реализация Бога, это нирвана.

Девятый вопрос:
Есть ли какие-нибудь признаки у невыбирающей неосознанности?

Даже если ты просто осознаешь, этого достаточно. Жить бессознательно - значит жить во грехе; жить сознательно - значит быть добродетельным, быть религиозным. Жить в тотальной осознанности - значит быть буддой, Христом.

Мое послание не в словах, которые я говорю, но в молчании, из которого приходят эти слова. Мое послание - не слова, не философия. Это причастие, глубокое причастие сердец, встреча, сплавление, оргазмический опыт. Это духовный оргазм.

 

3. Свободу нужно заработать

Иисус Христос не может вернуться, но ты можешь стать Христом в любое мгновение. Христос уже скрыт в вас, подобно семени; все вы бодхисаттвы, будды в своем существе. Лишь небольшое усилие, немного понимания - и вы расцветете, и разольется ваш аромат.
Избавление, пришедшее от кого-то другого, не будет реальным избавлением. Свободу нужно заработать, ее нельзя дать; если она дана, ее можно и отнять. То, что тебе дано, - не твое, не твой рост. Что бы ни было тебе дано, это останется лишь накоплением снаружи.

4. Проводник сумасшедших

Помни, о смерти. Всегда помни о смерти. Никогда, ни на мгновение не забывай о смерти. Почему? Почему Будда так заинтересован в смерти? - по той простой причине, что только смерть делает тебя осознанным. Если ты забываешь о смерти, ты немедленно становишься бессознательным. Именно из-за смерти человек - и никакое другое животное - становится просветленным, потому что ни одно животное не осознает смерть.
Пусть эта осознанность проникнет глубже и глубже. Пусть она просочится в твое сердце и остается там, как заноза, постоянно напоминая, что жизнь - это сыпучий песок: « Помни, что смерть идет, и все, что ты делаешь, отнимет смерть, - какой смысл так беспокоиться, так волноваться, оставаться в такой тревоге, если смерть все это отнимет?»
Будда хочет, чтобы ты постоянно помнил о смерти. Не считай его пессимистом. Он просто хочет, чтобы ты помнил о смерти настолько, чтобы меч смерти постоянно висел над тобой и заставлял тебя быть бдительным, осознанным.
Никто не может тебя спасти, кроме твоей собственной осознанности. Знай это... и не только верь тому, что говорят пробужденные. Знай это сам, пусть это станет твоим экзистенциальным опытом.

Четвертый вопрос:
Да, дом в огне. Мое пламя жадности и сжигает меня. Я вижу, как Ты сияешь в дверях, приглашая меня просто выйти, и все же я сдерживаюсь, цепляясь за свое страдание, а мой ум продолжает гнаться за желаниями. Почему я не могу это позволить?

Чтобы жить без страдания, нужна великая храбрость. Быть несчастным очень дешево, очень просто; это ничего не стоит. Чтобы быть несчастным, не нужно никакой храбрости, никакого разума. Быть несчастным так легко, но выйти из страдания трудно, тяжело. Чтобы из него выйти, требуется разум, потому что ты сам создаешь свое страдание, потому что ты бессознателен. Ты можешь прекратить его создавать, лишь, если станешь сознательным, а чтобы стать сознательным, нужно великое усилие.
Более того, страдание удерживает тебя при деле, чтобы ты мог избежать своей внутренней пустоты. Оно позволяет тебе оставаться увлеченным. Если ты не несчастен, тебе придется идти вовнутрь, а ты боишься, потому что там великая пустота. Идти вовнутрь - это своего рода смерть.
Мистики называли ее «великой смертью» - она больше, чем так называемая обычная смерть, потому что в обычной смерти умирает лишь тело. Если ты идешь вовнутрь, умирает ум. А человек боится умирать - умирает твое эго - человек боится потерять свою тождественность.
До медитации ты был уверен в том, кто ты. Когда ты идешь в медитацию, твои несчастья начинают исчезать, и вместе с этими несчастьями начинает исчезать и твоя личность. Ты оказываешься в состоянии хаоса, и этот хаос создает страх.
я дал тебе это имя «сумерки»; это значит - ни день, ни ночь, точно посредине. И именно там ты находишься: боишься идти глубже, топчешься на месте. Это кажется безопасным, хотя ты и несчастен - но несчастье так знакомо, хорошо известно; ты так привык к нему. Фактически, между тобой и твоим несчастьем возникло нечто вроде семейного родства.

Никто больше тебе не мешает, ты можешь выйти. Ты просто должен понять. Если ты не можешь отбросить свое страдание, кто его может отбросить?
Я называю саньясином человека, который готов отречься от страдания. Но в некотором смысле твоя жизнь и твое страдание - это почти синонимы.
Как отбросить эго? Фактически, если ты посмотришь вовнутрь, его нет, поэтому его не нужно и отбрасывать. Все, что нужно, - это глубокое прозрение в твое собственное внутреннее пространство. Загляни в свое внутреннее пространство - а именно в этом вся медитация, - загляни вовнутрь, и ты не найдешь там это. А когда ты не найдешь никакого эго, - оно исчезает, как тень на свету.

5. Будь святым в миру

Есть удовольствие.
Есть блаженство.
Воздержись от первого, чтобы овладеть вторым.

Ты не делаешь то, что должен.
Ты делаешь то, чего не должен.
Ты безрассуден, и желание растет.

Но мастер бодрствует,
Он наблюдает тело.
Во всех своих действиях он различает
И становится чистым.

Первая сутра:
Есть удовольствие.
Есть блаженство.
Воздержись от первого, чтобы овладеть вторым.

Первое - удовольствие, второе - счастье, третье - радость, четвертое - блаженство.
Блаженство тотально.. Оно не знает разделений, оно неделимо.
Блаженство означает, что ты достиг самого внутреннего ядра своего существа. Оно принадлежит предельной глубине твоего существа, где больше нет даже эго, где царит лишь молчание; ты исчез. В радости есть немного тебя, но в блаженстве тебя нет. Эго растворилось; это состояние не-бытия.
Будда называет его нирваной. Нирвана означает, что ты прекратился; ты - просто бесконечная пустота, подобная небу. И в то мгновение, когда ты есть эта бесконечность, ты наполняешься звездами, и начинается совершенно новая жизнь. Ты рожден заново.
блаженство вне времени, безвременно. блаженство остается навсегда. блаженство никогда не приходит, никогда не уходит, - оно уже есть в глубочайшем ядре твоего существа. Блаженство делает тебя мастером. Блаженство - это не то, что ты изобретаешь, но нечто такое, что ты открываешь. Блаженство - это святая святых твоей природы. Оно было в ней с самого начала, только ты не смотрел на него, ты принимал его как должное. Ты не смотришь вовнутрь. Снаружи тебе этого не найти, потому что его там нет.
Блаженство есть твоя сокровенная сердцевина. Блаженство делает тебя мастером. Блаженство - это не то, что случается; это уже так.

Будда говорит: Есть удовольствие, и есть блаженство. Воздержись от первого, чтобы овладеть вторым. Перестань смотреть наружу. Смотри вовнутрь, обратись вовнутрь. Начни искать и исследовать в своем собственном внутреннем пространстве, в своей собственной субъективности. Блаженство - это не объект, который можно где-то отыскать; это твое сознание.
На Востоке мы всегда определяли высшую истину как сат-чит-ананда. Это не отдельные явления, но одна энергия.
Истина, сознание, блаженство - вот три предельные истины. Сначала истина; когда ты входишь в нее, ты осознаешь свою вечную реальность: cam, истина. По мере того как ты идешь глубже в свою реальность, в свой cam, в свою истину, ты осознаешь сознание, поразительное сознание. Все залито светом, ничто не остается во тьме. Все есть осознанность, нет ничего неосознанного. Ты - просто пламя сознания, в котором нет ни тени бессознательности. А когда ты идешь еще глубже, конечное ядро - блаженство, ананд.

В Гите Кришна говорит: не думай, что результат - это все. Это послание безмерной красоты, важности и истины. Просто делай все, что ты делаешь, со всей тотальностью. Потеряйся в этом. Потеряй делающего в действии. Не будь - позволь энергии течь беспрепятственно.

Ты не делаешь то, что должен.
Ты делаешь то, чего не должен.
Ты безрассуден, и желание растет.
Все же ты упорствуешь, делая их, потому что ты почти не способен оставаться сознательным. Ты так несознателен; именно поэтому ты не делаешь то, что должен, и делаешь то, чего не должен делать. Ты безрассуден, и желание растет. В бессознательной душе не растет ничего, кроме желания. Желания как сорняки. Если ты не ухаживаешь за садом, вскоре розы исчезнут, а останется лишь множество сорняков.

Сознание должно быть преднамеренным. Чтобы быть сознательным, человек должен совершить тяжкое усилие. А когда ты сознателен, ты делаешь то, что должен делать, и не делаешь того, чего не должен делать.

...Мастер бодрствует.
Это основной ключ.
Он наблюдает свое тело.
Во всех своих действиях он различает -
И становится чистым.

Это слово - вивек. «осознанность». Когда Будда или Махавира использует слово «вивек», они используют его в смысле осознанности, никогда не в смысле различения - потому что различение означает мышление. Ты думаешь: «Это хорошо, а это нехорошо. Это я должен делать, а этого не должен».

Будду спросили:
- Кто ты? Бог?
- Я просто осознанность.

 

7. Ты спал достаточно долго

Они наслаждаются медитацией

Редчайшее сочетание - это медитация плюс блаженство. Медитация минус блаженство легка; блаженство минус медитация легко. Но медитация минус блаженство - это не настоящая медитация, и блаженство без медитации - это не истинное блаженство. Они истинны лишь, когда они вместе.

Дзадзэн значит сидеть и ничего не делать. Первое, чему нужно научиться, - это сидению, глубокому покою. Стань водоемом покоя, без единой ряби желания, без амбиций, не идущим никуда - даже к Богу, даже к нирване.
Сиди... не только физически - и психологически, и духовно. Научись сидеть; это дзадзэн. И отдыхай - впади в глубокий покой, чтобы дыхание стало естественным, тело спокойным, лихорадка постоянного желания и беспорядок исчезли, испарились.

Сиди. Отдыхай. Работай. Пусть эти три слова глубоко просочатся в твое сердце. Научись сидеть молчаливо, спокойно, не борясь с собой, расслабленно. Ты можешь сидеть в любой позе, какая тебе нравится.. Вопрос не в позе; вопрос во внутреннем покое.
Будь в покое... и когда в тебе накопится энергия, начни быть творческим.

8. Из хаоса рождаются звезды

Первый вопрос:
Когда человек приходит к абсурду, что-то внутри просто взрывается, и мир выглядит по-новому. Именно ли тогда, когда абсурд ошеломляет, человек получает прозрение в гештальт всего сущего?

Абсурд - это не что иное, как другое имя Бога, - и гораздо более красивое имя, чем само слово «Бог». Ум создает вокруг себя тонкую структуру рациональности, чтобы защитить свою отделенность от существования. Бог не сделан человеком. Вся рациональность - это лишь проекция наших собственных идей на экран существования. А Бог - это не проекция; это открытие. Чтобы увидеть Бога, человеку нужны глаза, абсолютно лишенные идей. Идеи - это плотные облака.
Бог - это не гипотеза. Это страстный любовный роман с существованием. Это чувствование существования. Это контакт с существованием от сердца к сердцу.

если ты можешь прийти в контакт с абсурдностью всего этого, с иррациональностью существования, ты движешься в совершенно иное измерение - от ума к не-уму, от ума к медитации. Именно в этом вся медитация: она выводит тебя из тюрьмы ума, из тюрьмы прошлого. Нет другой тюрьмы; прошлое - единственная тюрьма.
Человек осознанности - медитирующий - продолжает умирать для прошлого в каждое мгновение, чтобы оставаться новым, свежим, подобным ребенку. Да, если абсурд ошеломляет, ты получишь первое прозрение во всеобщий гештальт. Но прозрение это не будет рациональным. Ты не сможешь объяснить его и отмахнуться. Ты ничего не сможешь о нем сказать. Ты сможешь увидеть, но внезапно ты лишишься дара речи. Внезапно ты найдешь, что язык абсолютно неадекватен, слова бессильны; общение невозможно. Тогда остается лишь сопричастность.
Когда ты знаешь без знания, единственный способ передать послание - через молчание, через любовь, через сострадание, через существо. Возможно, ты держишь друга за руку - и нечто передано. Возможно, ты обнимаешь друга - и нечто передано. Возможно, ты смотришь другу в глаза - и нечто передано. Абсурдное может быть выражено лишь абсурдными способами. Ты можешь петь или танцевать.

Очень трудно отбросить логику, потому что человеку страшно. Логика дает чувство порядка. Без логики остается лишь хаос. Но помни, логика - это склеп; хаос - это утроба. Из этого хаоса рождается нечто безмерной важности: ты рождаешься заново.
Да, абсурд может тебя ошеломить, и ты получишь прозрение в гештальт всего - прозрение, которое непередаваемо, прозрение, которое невыразимо. Но за пределами слов всегда есть способы его передать.

Второй вопрос:
Старые привычки умирают с трудом!

Почему старые привычки умирают с трудом? - потому что ты есть не что иное, как твои старые привычки. Если умирают они, умрешь и ты. Привычки - это все, что у тебя есть. Если ты отбросишь все свои привычки, ты просто начнешь испаряться; ты больше не найдешь себя. Что такое ты? Просто наблюдай, и ты найдешь связку старых привычек. Пока у тебя больше ничего нет.
В этом все усилие медитации: привнести в твою жизнь нечто такое, что не является привычкой, нечто что превращает тебя из робота в сознательное существо.
Георгий Гурджиев говорил, что человек рождается без души. Внутри ты абсолютно полый; у тебя внутри ничего нет - там теснится множество привычек, а в самом центре никого нет. Дом пуст. Хозяин еще не пришел или крепко спит.
Гурджиев прав: ты - лишь возможность человеческого существа. Возможность есть, но эту возможность легко упустить. Миллионы людей упускают ее, потому что, чтобы стать сознательным, чтобы стать душой, необходимо тяжкое усилие. Это задача восхождения на гору. Оставаться в своих привычках дешево, легко, это спуск с горы. Гравитации достаточно; она продолжает притягивать тебя.
Так, когда ты едешь с горы на машине, ты выключаешь мотор. Чтобы спуститься с горы, тебе не нужно никакого горючего; притяжения гравитации достаточно. Но это нельзя сделать, поднимаясь в гору; тогда понадобится горючее. Потребуется какая-то цельность, какая-то сила. Лишь сознание высвобождает силу.
Сознание - это ключ, ключ зажигания, который высвобождает твою силу, и ты обретаешь способность парить высоко.

Это трудно, это очень тяжело. Тебе придется быть сознательным, бдительным, всегда настороже. Тебе придется продолжать помнить. А помнить труднее всего в существовании.
Поскольку будды случаются, это возможно - хотя и трудно, очень трудно; нужно принять великий вызов. И все те, у кого есть хоть немного уважения к себе, всегда принимают величайший вызов самого трудного. Восхождение на Эверест - это детские игрушки в сравнении с тем, чтобы постоянно помнить, что ты делаешь, быть осознанным. Но в тот день, когда начинает происходить осознанность, ты познаешь экстаз существа, блаженство существа. Это так безгранично, так неисчерпаемо!
Эс дхаммо санантано. Будда говорит: Вот вечный закон блаженства, радости, экстаза. Он неисчерпаем; когда ты входишь в него, он твой навсегда. Иисус называет его Царством Божьим; это его выражение. Но человек должен стать достаточно бдительным, достаточно осознанным, чтобы разотождествиться со своими привычками, образцами, структурами, которые впечатались в его существо.

9. Саньяса ради саньясы

Согласно Гаутаме Будде, это первородный грех: жить бессознательно, действовать из бессознательности. Грех просто означает, что мы не сознательны, неосознанны, не бдительны, что у нас нет внутреннего света, который вел бы нас. Ты живешь из своего внутреннего центра, и поэтому все, что у тебя в центре, будет отражаться и на периферии. Весь мир лишь отражает тебя, откликается как эхо, резонирует. Это не что иное, как ты сам, умноженный в миллионы раз. Будда настаивает снова и снова: Используй мир как зеркало, и тогда иди вовнутрь и находи причину.

Первое, что требуется, чтобы достичь истины, - это готовность быть свободным, способность быть никем. Эго - это величайшее препятствие. эго есть величайшая ложь;
Приведи свое сознание в настоящее. И не отправляйся в великие путешествия в будущее, потому что все то, чего ты желаешь в будущем, никогда не случится. Отбрось ум - и тебя охватит целое; цепляйся к уму - и ты останешься так далеко от целого, как это только возможно. В то мгновение, когда ты отбрасываешь ум, ты становишься бдительным и осознанным. Именно ум является твоим сном. Ты спишь либо в прошлом, либо в будущем: и то и другое - это способы сна. Когда я говорю «Проснись!» снова и снова, когда Будда говорит «Проснись!», это указывает на простое явление: приди в настоящее. Жизнь - это континуум. Смерть не обрывает тебя; ты остаешься в продолжении. Со смертью ты просто сменяешь свой дом; ты тот же человек.

 

10. К новому человечеству

Первый вопрос:
Если почему-то в этой жизни я не стану просветленным, я могу надеяться, что в следующей жизни я буду женщиной?
Существование женщины кажется полным жизни.

Первое, что нужно помнить: никто никогда не становится просветленным. Просветление - это твоя природа: оно у тебя уже есть. В глубочайшем ядре вашего существа все вы уже будды и всегда ими были, всегда ими останетесь.
Да, вы забыли это. вопрос лишь в том, чтобы это вспомнить. Поэтому Будда говорит: Будь внимательнее, будь бдительнее, будь осознаннее. Ты уже там, где хочешь быть, просто посмотри вовнутрь, обернись вовнутрь, настройся на внутреннее. Первое, что нужно помнить: это не вопрос достижения. У тебя нет никаких шансов это упустить. Невозможно быть никаким, кроме как просветленным. Это сама твоя природа, само твое существо. Все существование - просветленное. Когда ты зажигаешь свечу, темнота не может ей помешать. Темнота может быть очень древней, а свеча молода; это лишь маленькая свеча, но ее достаточно. Свет имеет положительное существование. У темноты вообще нет существования; это лишь отсутствие света. Ты можешь проснуться в любой момент, свеча может быть зажжена в любой момент.
То, что говорят Будда, Патанджали, Лао-цзы, - это только средства к тому, чтобы тебя разбудить, это не что иное, как будильник.

Второй вопрос:
Какова польза эзотерических учений и духовного знания?
Как я могу понять, правда это или нет?

Эзотерические учения существуют только для дураков. Дураки очень интересуются всем, что не могут понять. Для глупого ума во всем, что он не может понять, есть что-то очень таинственное, высокое, принадлежащее к высшим планам. Действительно религиозный человек не имеет ничего общего с эзотерической чепухой. В существовании нет ничего эзотерического. Существование - голое, обнаженное; ничто не скрыто.
Однажды Будду спросили:
- Сказал ли ты все, или есть что-то эзотерическое, чего ты не сказал?
Будда показал свою руку - открытую руку - и ответил:
- Я как открытая рука, не как кулак.
Таково и существование - как открытая рука, не как кулак. Оно ничего не прячет; все здесь, все вокруг тебя. Бог переливается через край... а ты размышляешь об эзотерических вещах - семь планов или семнадцать, семь адов или семь небес... И чем сложнее система, тем более она привлекательна.
Ты спрашиваешь меня: «Как я могу узнать, - правда это или нет?»
О чем тебе волноваться? Лучше установи, кто ты. Это единственный действительно единственный поиск: «Кто я?» Этого достаточно; никакие другие вопросы не важны. Просто продолжай вести простой поиск: «Кто я?» Этого достаточно.

Четвертый вопрос:
Что такое присутствие ума?

Присутствие ума - это на самом деле состояние не-ума. Ты можешь назвать это внимательностью, осознанностью, ты можешь назвать это состоянием не-ума. Кажется, эти слова противоречат друг другу, но они указывают на одно и то же состояние. Присутствие ума означает, что ты присутствуешь в настоящем, это спонтанность, доступность для всего, что происходит прямо сейчас. Быть доступным для здесь и сейчас - вот что такое присутствие ума. Но единственный способ быть доступным здесь и сейчас - это не быть в прошлом, не быть в будущем.
А ум состоит из прошлого и будущего; ум ничего не знает о настоящем. Ум всегда занят, он никогда не остается ничем не занятым. Когда ум не занят, когда он совершенно без мыслей, просто наблюдательный, бдительный, осознанный, возникает великое присутствие. Это присутствие действует само по себе. Это присутствие делает твою жизнь жизнью откликов, не реакций.
Отклик означает, что ты правдив с ситуацией; ты действуешь не из прошлого, но из настоящего мгновения. Точно как зеркало - оно просто отражает то, что есть. Если это цветок, оно отражает цветок: если это лицо, оно отражает лицо. Твой ум никогда не отражает то, что есть; твой ум отражает то, что было. Именно так ум никогда не приходит в состояние сопричастности с реальностью. Тогда все, что бы ты ни делал, неправильно.

Присутствие ума - это состояние без мыслей, в котором ты не спишь, ты не бессознателен. Лишенное мыслей сознание, лишенное содержания сознание - совершенно пустое зеркало, готовое отражать что угодно. Красота зеркала в том, что оно никогда не ловит никаких отражений - в отличие от фотопленки. Фотопленка мгновенно ловит отражение, и именно этим разрушает его. Ты можешь использовать ее лишь однажды, и тогда она цепляется к прошлому. Вот что такое память, вот что такое ум - фотопленка.
Ум будды - это не фотопленка, а зеркало.

Последний вопрос:
Что такое неосознанность?

Неосознанность - это состояние машинального существования.
Ты должен немного отделиться от своих действий; тогда ты сможешь узнать, что такое неосознанность. Кто-то оскорбляет тебя; немедленно, мгновенно возникает гнев. Стоит нажать кнопку - и загорается лампочка. У света нет времени подумать, загораться ему или нет. Кто-то оскорбляет тебя; он нажимает на кнопку, и тотчас же ты взбешен.
Гурджиев говорил своим ученикам: «Подожди хотя бы пять минут. Куда торопиться? Пусть он оскорбляет тебя, пусть сначала закончит. Затем закрой глаза и подожди пять минут, наблюдай, что происходит внутри - как там кипит гнев».
Сам Гурджиев попытался демеханизировать все, что в человеке механично. В тебе все механично - гнев, похоть, жадность, ревность, - все механично. Ты действуешь как робот. Стань человеком. Именно в этом вся медитация, именно в этом вся саньяса. Создай некоторую дистанцию.

Поэтому первое, что я хочу предложить, создай промежуток. Это процесс деавтоматизации. Ты стал автоматическим, ты функционируешь автоматически. Ты должен обратить весь это процесс вспять, деавтоматизировать его, постепенно, в небольших вещах.
Например, ты идешь гулять. Не иди так, как ты ходишь каждый день. Иди быстрее или медленнее, но не повторяй в точности свой ежедневный образец. И ты будешь удивлен: если ты идешь медленно, ты более осознан, если ты идешь быстрее, ты более осознан; если ты идешь точно с той же скоростью, какой следуешь каждый день, ты теряешь всю свою осознанность.
Будда советовал своим ученикам ходить очень медленно, как можно медленнее. Попробуй - и ты будешь удивлен. Если ты идешь очень медленно, возникает великая осознанность. Ты говоришь определенным образом; попытайся говорить по-другому. Говори медленно, и ты будешь удивлен тем, как медленность речи делает тебя бдительным. Внезапно что-то меняется, потому что ты не действуешь как робот.

Мой подход - отправить тебя на группу, затем на другую группу, затем на еще одну группу. И ты ходишь на разные группы два или три месяца, а у каждой группы есть своя структура и свой образец, и она разрушает структуру и образец предыдущей группы.
В конце концов, я посылаю тебя на дзадзэн или випассану. Они за пределами всех обычных структур. Это методы, данные самим Буддой. Тогда ты в очень простом состоянии, ты наблюдаешь свое дыхание - дыхание выходит, дыхание входит, а ты просто наблюдаешь.
Эта наблюдательность заставит тебя осознавать - и что такое неосознанность, и что такое осознанность. Ты осознаешь и то и другое одновременно.

11. Психология безличности

Первый вопрос:
Гурджиев говорил, что ради достижения реального человек должен сначала отказаться от ложного. Правда ли это и здесь?

Если ты считаешь темноту светом, зачем искать света? Если ты думаешь, что нет ничего, кроме этой жизни, не будет и вопроса о том, чтобы исследовать и искать другую жизнь. Если время - твоя реальность, тогда вечность никогда не станет твоим поиском.
Ложная воля означает эго, истинная воля означает отсутствие эго. Ложная воля твоя; истинная воля - воля Вселенной. Ложная воля просто означает, что ты считаешь себя отделенным от целого; истинная воля означает, что ты растворяешь эту иллюзию отделенности и становишься тем, что ты есть на самом деле, - частью космической гармонии, полностью единой с целым. Тогда у тебя нет никакого отдельного предназначения, у тебя нет никакой частной цели. Тогда, куда бы ни шло целое, ты, как волна в океане, идешь туда же.
И прежде чем может быть познано целое, ложное должно прекратиться, потому что ложное заслоняет тебе глаза. Ты цепляешься за ложное, цепляешься за игрушку. И пока ты не увидишь суть - что игрушка есть игрушка и за нее не стоит цепляться... В самом этом видении игрушка сама собой выскальзывает у тебя из рук, потому что ты больше не цепляешься за нее. Увидеть ложное как ложное - вот начало истины. Но это видение тяжко.
Многие жизни мы жили в ложном и верили в ложное. Мы выращивали, питали ложное. Все наши надежды, все наши мечты укоренены в ложном. Вся наша жизнь - это капиталовложение в ложное; поэтому мы боимся даже смотреть, мы боимся наблюдать, замечать.
Помни, самый пугающий опыт для человеческого существа - наблюдать, осознавать; поэтому медитировать трудно. Трудность не исходит извне; снаружи тебя ничто не беспокоит. Настоящая трудность у тебя внутри. На самом деле ты не хочешь медитировать. Ты пытаешься сидеть на двух стульях. Ты слушаешь будд, которые говорят о красотах, благословении и блаженстве медитации, и в тебе просыпается жадность. Потом ты смотришь на свои капиталовложения и пугаешься; затем ты пытаешься медитировать. В то же время ты на самом деле не хочешь медитировать, потому что медитация означает, что тебе придется увидеть вещи как есть - ложное как ложное, истинное как истинное, - а это в одно мгновение разобьет вдребезги все твои усилия многих жизней.
Чтобы медитировать, нужна великая храбрость, мужество отбросить все свои капиталовложения. Нужен великий разум. Фактически, это истинный разум: увидеть, что, что бы ты ни делал, как бы ты ни пытался претворить ложное в реальность, сделать так, чтобы оно оправдалось, эти попытки обречены на поражение. Увидеть это, что все усилия это бег на месте - вот разум. Он не имеет ничего общего с интеллектуальностью; это очень просто.
Смотри, наблюдай, не бойся и не пытайся чего-то не замечать. Не продолжай играть с собой в игры, обманывать себя. Не оставайся сидящим на двух стульях, когда одна рука создает, а другая разрушает.

Люди делают именно это: половина их существа хочет, чтобы все продолжалось как прежде, - глупая половина, рациональная половина, арифметика их умов. А другая половина, разумная половина, интуитивная половина - сердце - хочет начать заново, потому что ты столько раз убеждался, что старое не приносит успеха. И все же ты продолжаешь двигаться в прежней колее. Пришло время, нужное время выбраться из этой колеи и родиться заново.
То, что говорил Гурджиев, говорилось и всеми великими мастерами мира. «Проснись», - говорит Будда. Это одно и то же в разных словах. «Наблюдай», - говорит Иисус. Будь так наблюдателен, как слуги, которым хозяин, уходя, велел быть начеку, чтобы он не застал их спящими, - а он может вернуться в любой момент. Они должны быть бдительными, все время начеку. Иисус говорит: Будь бдителен.

Первый опыт бдительности: ты видишь, что твоя личность ложна. Гурджиев называет это ложной волей. А в тебе есть нечто другое, нечто безличное, и это и есть истинная воля. То, как ты выглядишь снаружи, ложно; истинно то, что ты переживаешь во внутреннем центре. Ты - смесь произвольного и существенного, случайного и свойственного. Ты - точка пересечения времени и вечности, перекресток, где встречаются материя и сознание, где встречаются тело и душа, где реальное и нереальное могут пожать друг другу руки. Ты прямо на перекрестке. Ты должен быть очень бдительным, чтобы не выбрать ложное - потому что ложное очень привлекательно. Ложное пропагандирует себя всеми возможными путями; ложное пытается тебя убедить всеми возможными аргументами.
Истина всегда хранит молчание. Пока ты не готов ее принять, она даже не постучится к тебе в двери. Ложное боится, что, если оно не поднимет густого дыма, тебе станет видна его ложность. Поэтому остерегайся рационализации ложного, его пропаганды, аргументации, доказательств. И помни молчание истины - полное молчание, абсолютное молчание. Истина никогда не станет тебя убеждать; она будет ждать - она может ждать вечность. Но ложное не может ждать, оно преходяще, оно не может быть терпеливым. Оно должно тебя убедить, оно должно тебя соблазнить как можно скорее. Ложное обладает большой гипнотической силой. Пути истинного и ложного, прямо противоположны.

Истина достигается в пробуждении, ложное достигается в глубоком сне. Ложное подобно транквилизатору: утешительное, убаюкивающее, уютное, безопасное, надежное. Оно дает все гарантии и защищает тебя со всех сторон. Оно постоянно говорит: «Будь со мной, и я буду тебя защищать. Я твой охранник, твой проводник, твой друг, твой философ». Истина никогда ни на что не претендует.
Пока ты полностью не пресытишься ложным и его претензиями - которые беспочвенны... Оно много говорит, но никогда не дает обещанного. Пока ты совершенно не разочаруешься, пока ты не пресытишься, пока тебе не надоест, ты не посмотришь на молчаливую истину; ты не станешь слушать тихий, мягкий голос изнутри. А этот голос - голос Бога. Он универсален; он не имеет к тебе никакого отношения.
Истинное - не твое. Это целое, говорящее твоими устами, действующее твоими руками. Ложное дает тебе идею великого эго - «Я кто-то особенный», - а истинное отнимает все это. Оно делает тебя ничем, никем. Лишь когда ты никто, целое может действовать беспрепятственно.

Да, Гурджиев прав. А то, что истинно у Гурджиева, истинно и здесь - истинно навсегда. Где бы ни был мастер, с ложным нужно расстаться.
В этом фактическое значение саньясы. Это средство отказаться от ложного. Саньяса означает, что ты отдаешь свое эго. Ты говоришь Мастеру: «Теперь я не буду действовать как отдельная от тебя сущность».
А Мастер - это тот, кто уже лишился собственной воли, кто больше не существует как личность, кто стал лишь присутствием, окном в Бога. Сдаваясь этому окну, ты сдаешься небу за пределами окна. Окно лишь открывает доступ к небу.
Запад верит в личность. Восток верит в безличность.
Западная психология говорит: Сделай сильнее личность. Это психология ложного - укорененная в ложном, поддерживающая ложное. Восток говорит: Пусть личность растает, исчезнет, испарится. Это психология безличности. Это совершенно иная точка зрения.